Решение от 27 января 2026 г. АС Чувашской Республики

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ 428000, <...>

http://www.chuvashia.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-5497/2025
г. Чебоксары
28 января 2026 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 января 2026 года.

Арбитражный суд в составе: судьи Васильева Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Павловой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

заместителя прокурора Чувашской Республики в защиту прав и интересов неопределенного круга лиц – населения публично-правового образования Чебоксарский муниципальный округ Чувашской Республики и публично-правового образования Чебоксарский муниципальный округ Чувашской Республики в лице уполномоченного органа – администрации Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики,

к обществу с ограниченной ответственностью "Агромашснаб", ОГРН <***>, ИНН <***>, 428903, <...>,

об истребовании имущества,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО1; ФИО2; Управление Федеральной антимонопольной службы по Чувашской Республике – Чувашии; Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике,

при участии:

от истца – прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе ФИО3,

от ответчика - ФИО4 по доверенности от 15.01.2026, от третьего лица ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 01.09.2025, установил:

заместитель прокурора Чувашской Республики (далее – истец) обратился в арбитражный суд с иском в защиту прав и интересов неопределенного круга лиц – населения публично-правового образования Чебоксарский муниципальный округ

Чувашской Республики и публично-правового образования Чебоксарский муниципальный округ Чувашской Республики в лице уполномоченного органа – администрации Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики к обществу с ограниченной ответственностью "Агромашснаб" (далее - ООО «Агромашснаб», ответчик) с требованиями:

- истребовать из незаконного владения ООО «Агромашснаб» в пользу Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики земельный участок с кадастровым номером 21:21:150105:62 площадью 4055 кв.м., местоположение которого установлено по адресу: Чувашская Республика, р-н Чебоксарский, с/пос Лапсарское.

- указать, что решение суда по данному делу является основанием для аннулирования (погашения) Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике в Едином государственном реестре недвижимости регистрационной записи о праве собственности ООО «Агромашснаб» на земельный участок с кадастровым номером 21:21:150105:62 площадью 4055 кв.м., местоположение которого установлено по адресу: Чувашская Республика, р-н Чебоксарский, с/пос Лапсарское.

В обоснование иска указано, что приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ. Судом установлено, что ФИО2, состоя в период с 20.10.2010 по 28.09.2015 в должности главы Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики, будучи наделенным в силу занимаемой должности обязанностями по подготовке проектов документов на земельные участки, находящиеся в распоряжении сельского поселения, подготовке и проведению торгов (аукционов) по продаже и аренде земельных участков, осуществлению земельного контроля по использованию земель, находящихся в границах муниципалитета, злоупотребляя должностными полномочиями, вопреки интересам службы, из корыстной и личной заинтересованности в июне 2015 года неправомерно распорядился земельным участком с кадастровым номером 21:21:150105:62, предоставив его знакомому ФИО1 Для чего с целью придания видимости соблюдения требований п. 1 и 2 ст. 39.18 Земельного кодекса РФ ФИО2 организовал публикацию в районных и республиканских газетах извещения о предоставлении указанного земельного участка в собственность, в котором с целью ограничения числа заявителей, действуя в интересах знакомого ФИО1, умышленно не отразил все сведения, в том числе информацию о праве граждан или крестьянских (фермерских) хозяйств, заинтересованных в предоставлении земельного участка для указанных в п. 1 ст. 39.18 Земельного кодекса РФ целей; в течение тридцати дней соответственно со дня опубликования и размещения извещения подавать заявления о намерении участвовать в аукционе по продаже такого земельного участка, дату окончания приема указанных заявлений, адрес и время приема граждан для ознакомления со схемой расположения земельного участка, в соответствии с которой предстоит образовать земельный участок. При этом ФИО2 не принял мер по организации опубликования на официальном сайте Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет извещения о предоставлении указанного земельного участка в собственность. Далее ФИО2, используя служебные полномочия вопреки интересам службы, незаконно продал без проведения торгов земельный участок, имеющий рыночную стоимость 616360 руб., своему знакомому

ФИО1 путем личного изготовления и подписания договора купли-продажи земельного участка от 18.06.2015 и акта приема-передачи к договору, оцененного ФИО2 по кадастровой стоимости в размере 12286 руб. 65 коп. Затем ФИО2 изготовил письмо от 18.06.2015 в адрес Чебоксарского отдела Управления Росреестра по Чувашской Республике о том, что в отношении земельного участка поступила одна заявка, в связи с чем торги признаны несостоявшимися. На основании документов, подготовленных ФИО2, ФИО1 приобрел право собственности на указанный земельный участок.

Таким образом, приговором суда установлена виновность ФИО2 в злоупотреблении должностными полномочиями, выразившемся в продаже ФИО1 в нарушение требований п. 1 ст. 39.3, подп. 10 п. 2 ст. 39.3, п. 12, 13, 19, 20 ст. 39.11, п. 1, 2, 5 ст. 39.18 Земельного кодекса РФ земельного участка, принадлежащего Лапсарскому сельскому поселению Чебоксарского района Чувашской Республики, с рыночной стоимостью в размере 616360 руб., по его кадастровой стоимости в размере 12286 руб. 65 коп., без проведения торгов, проводимых в форме аукциона, без опубликования полной информации о земельном участке.

В результате совершения ФИО2 преступления из владения муниципального образования помимо его воли незаконно выбыл и незаконно перешел в собственность ФИО1 земельный участок с кадастровым номером 21:21:150105:62 на основании договора купли-продажи земельного участка от 18.06.2015. ФИО1 указанный земельный участок продан ООО «Агромашснаб» за 3900000 руб. на основании договора купли-продажи земельного участка от 04.09.2018. В настоящее время спорный земельный участок с кадастровым номером 21:21:150105:62 принадлежит на праве собственности ООО «Агромашснаб» (право собственности зарегистрировано 11.10.2018), что подтверждается выпиской из ЕГРН.

В силу ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Согласно п. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или иным лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. В соответствии с п. 39 Постановления Пленума № 10/22 по смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Принимая во внимание, что выбытие спорного земельного участка из владения муниципального образования произошло помимо его воли (вследствие совершения преступления), он подлежит истребованию из незаконного владения ответчика. В рассматриваемом случае истребование земельного участка из незаконного владения не может быть поставлено в зависимость от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, поскольку материалами дела подтверждается факт выбытия имущества из владения его первоначального правообладателя помимо его воли. Кроме того, ООО «Агромашснаб» не может быть признано добросовестным приобретателем

спорного земельного участка. Согласно абз. 4 п. 38 Постановления Пленума № 10/22 собственник вправе опровергнуть возражения приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества. При приобретении спорного земельного участка для ООО «Агромашснаб» было очевидно, что его цена превышает цену, за которую ФИО1 приобрел у муниципального образования, более чем в 317 раз. ООО «Агромашснаб» не предприняло разумных мер и не проявило должной осмотрительности, не изучило правоустанавливающие документы продавца, в том числе документы, послужившие основанием для приобретения земельного участка без торгов по льготной цене у муниципального образования, не усомнилось в праве ФИО1 на отчуждение имущества, что не может свидетельствовать о добросовестности приобретателя.

Сделка купли-продажи спорного земельного участка между администрацией Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района и ФИО1 в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожной, поскольку совершена с нарушением закона (земельный участок был продан лицу, не имеющему права на приобретение этого участка без торгов по льготной цене) и посягает на публичные интересы (так как участок был продан в отсутствие процедуры торгов по льготной цене, что, в свою очередь, привело к нарушению интересов публично-правового образования на получение адекватной стоимости проданного имущества), также нарушены интересы третьих лиц, которые в случае проведения аукциона могли принять в нем участие.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ. В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. О факте выбытия из владения муниципального образования спорного земельного участка и надлежащем ответчике ООО «Агромашснаб», как то смотрено ст. 200 ГК РФ, достоверно стало известно только после вынесения Чебоксарским районным судом Чувашской Республики приговора от 02.06.2025 по уголовному делу № 1-39/2025. Следовательно, в настоящее время срок исковой давности по заявленным требованиям не истек.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО1; ФИО2; Управление Федеральной антимонопольной службы по Чувашской Республике – Чувашии; Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике.

В судебном заседании представитель истца поддержал иск. Представил дополнительные письменные пояснения от 21.01.2026, согласно которым указал, что в соответствии с п. 39 Постановления Пленума № 10/22 по смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Принимая во внимание, что выбытие спорного земельного участка из владения муниципального образования произошло помимо его воли (вследствие совершения преступления), он подлежит истребованию из незаконного владения

ООО «Агромашснаб», вопрос о добросовестности ответчика не имеет значения. Вопреки доводам ответчика о наличии воли муниципалитета на отчуждение земельного участка приговором установлено, что преступные действия совершены ФИО2 в период занятия должности главы сельского поселения, уполномоченного на совершение действий по продаже земельных участков. С учетом изложенного, преступные действия ФИО2, совершенные от лица администрации в целях отчуждения спорного земельного участка, не могут свидетельствовать о наличии воли муниципального образования. Считает, что трехлетний срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 196 ГК РФ, не пропущен, поскольку приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025 с учетом апелляционного определения Верховного суда Чувашской Республики от 19.11.2025, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ, по обстоятельствам, связанным с незаконным отчуждением спорного земельного участка, в связи с чем прокурор не мог и не должен был знать о нарушении прав муниципального образования в результате незаконной продажи земельного участка ранее 02.06.2025, поскольку не обладал всей информацией о его продажи, в том числе о преступных действиях, совершенных при процедуре продажи земельного участка. Правовая определенность о выбытии спорного имущества в результате преступного деяния ФИО2 наступила после вступления в законную силу приговора вышеуказанного приговора.

Представитель ответчика иск не признала по доводам, изложенным в отзыве от 15.08.2025, дополнении к отзыву от 22.09.2025 и письменных пояснениях от 21.01.2026, согласно которым ответчик указал, что довод прокурора о выбытии истребуемого земельного участка из муниципальной собственности помимо воли муниципалитета (вследствие совершения преступления главой Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики ФИО2, что подтверждено приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025) является несостоятельным, поскольку противоречит Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2025 № 22-П «По делу о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО6», в котором Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, указал, что даже последующее признание действий и актов, опосредующих переход жилого помещения в частную собственность из публичной и передачу владения им, незаконными, а соответствующих сделок - недействительными не должно автоматически приводить к выводу об отсутствии воли соответствующего публично-правового образования в отношении передачи владения. В противном случае можно было бы говорить об отсутствии воли публичного собственника всякий раз, когда должностное лицо, уполномоченное действовать от его имени, принимает незаконное решение. Отсутствие правовых оснований для отчуждения жилого помещения либо допущение в рамках этого процесса иных нарушений не влечет с необходимостью вывода об отсутствии воли публично-правового образования на передачу владения жилым помещением для целей решения вопроса об истребовании этого жилого помещения у добросовестного приобретателя. По мнению ответчика, аналогичная правовая позиция применима по настоящему делу.

В соответствии с определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 117-КГ18-11 нарушение порядка

предоставления земельных участков гражданину государственными или муниципальными органами, порядка издания, регистрации и хранения документов, ведения делопроизводства само по себе не означает выбытие имущества из владения помимо воли собственника, Аналогичная позиция закреплена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.05.2019 № 66-КГ19-2.

Ссылка истца в исковом заявлении на неуполномоченность лица на распоряжение имуществом не имеет какого-либо основания, так как при продаже земельного участка от имени муниципального образования действовало уполномоченное на это должностное лицо, что подтверждается постановлением главы Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики № 170 от 20.10.2010 о вступлении ФИО2 в должность главы поселения и было установлено приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025. Таким образом, земельный участок выбыл из муниципальной собственности по воле уполномоченного органа и поэтому не может быть истребован у ответчика, являющегося его добросовестным приобретателем.

Возмездность приобретения земельного участка ответчиком истцом не оспаривается и подтверждается платежным поручением № 1727 от 22.10.2018, а также приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025.

Разрешая вопрос о добросовестности (недобросовестности) приобретателя недвижимости, необходимо учитывать осведомленность приобретателя о наличии записи в ЕГРН о праве собственности отчуждателя имущества, а также принятие им разумных мер для выяснения правомочий продавца на отчуждение недвижимости. О добросовестности ООО «Агромашснаб» свидетельствуют: - непосредственный осмотр директором организации приобретаемого земельного участка, при это не единожды; - ознакомление с данными ЕГРП, согласно которым ФИО1 являлся единственным собственником земельного участка, сведения об ограничении прав на объект недвижимости зарегистрированы и выявлены не были; - ФИО1 были представлены ответчику оригиналы всех имеющихся у него правоустанавливающих документов на недвижимость, при этом согласно договору купли-продажи полная оплата цены участка произведена до момента регистрации права собственности; - было установлено, что с момента совершения сделки от 18.06.2015 и вплоть до продажи 04.09.2018 ФИО1, как собственник земельного участка, открыто и непрерывно владел, пользовался и распоряжался указанным объектом недвижимости, без притязаний со стороны третьих лиц; - в целях установления возможности пользоваться в дальнейшем земельным участком в соответствии с уставной деятельностью организации - для целей хранения сельхозтехники (автотранспорта), исходя из имеющихся основных видов разрешенного использования земельного участка, перед приобретением земельного участка ООО «Агромашснаб» запросил и получил от ФИО1 Градостроительный план земельного участка № 21516314-000056, заказанный последним в администрации поселения и полученный им 09.07.2018; - получение разрешения Минюста (Минимущества) Чувашии от 04.09.2018 № 10/18-13524 на продажу ФИО1 земельного участка по цене 3900000 руб. и его отказ от преимущественного права покупки Чувашской Республикой указанного земельного участка, которое адресовано также в Администрацию Чебоксарского района Чувашской Республики; - принадлежность участка продавцу и его

возможность продать земельный участок ответчику проверялась не только ответчиком, но и сотрудниками Росреестра при регистрации перехода права собственности от продавца к ответчику; - договор купли-продажи от 04.09.2018 содержит все существенные условия договора купли-продажи недвижимости, совершен в требуемой согласно законодательству форме, прошел государственную регистрацию и правовую экспертизу в Управлении Росреестра по Чувашской Республике. В связи с изложенным, у ответчика не могло и не должно было возникнуть сомнений в праве продавца на отчуждение земельного участка.

Довод прокурора в исковом заявлении о том, что ответчик не может быть признан добросовестным приобретателем ввиду того, что цена сделки превышает цену участка, по которой его приобрел продавец ФИО1 у муниципального образования, является необоснованным и нелогичным. Во- первых, цена сделки должна быть приближенной к рыночной цене, с учетом повышенного спроса покупателей она может быть и больше рыночной. Во-вторых, напротив, разумные сомнения в отношении права продавца на отчуждение земельного участка могут возникнуть у покупателя в случае, если объект недвижимости продается по цене, существенно ниже ее рыночной стоимости. Именно в таком случае покупатель может почувствовать в этом какой-то подвох. В-третьих, после приобретения земельного участка продавцом прошло уже более 3 лет, при этом инфляционные процессы еще ни разу не позволили приобрести через три года объект недвижимости по той же цене, что и 3 года назад. При этом, как правило, цена приобретения земельных участков на свободном рынке значительно выше той, по которой они приобретаются от муниципалитетов. Ни один нормативный акт РФ не обязывает покупателя, ознакамливаясь с правоустанавливающими документами продавца, анализировать цену приобретения продавцом объекта недвижимости. Более того это бессмысленно, когда с момента приобретения уже прошло более трех лет и имеется государственная регистрации права продавца на объект недвижимости. Стоимость земельного участка по первой сделке, определенная в размере его кадастровой стоимости, не свидетельствует о том, что ответчик должен был предвидеть наличие какого-либо спора между администрацией и ФИО1 Иное означало бы возложение на покупателя в чрезмерном объеме обязанности по доказыванию своей осмотрительности при совершении сделки купли-продажи имущества (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.08.2022 по делу № А82-20023/2020; определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 13.04.2021 № 16-КГ21-2-К4). Более того, стоимость земельного участка по первой сделке, определенная в размере его кадастровой стоимости, не вызвала никаких вопросов у государственного регистратора при регистрации перехода права собственности от администрации к ФИО1 Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Абзацем 3 пункта 6 статьи 8.1 ГК РФ предусмотрено, что приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Таким образом, ответчик не мог и не должен был усомниться в праве продавца на отчуждение земельного участка, не мог и не должен был знать о

каких-либо пороках договора купли-продажи, заключенного между администрацией сельского поселения и ФИО1 ООО «Агромашснаб» предприняло все разумные меры и проявило должную осмотрительность при приобретении земельного участка, в связи с чем является добросовестным приобретателем земельного участка. Нарушение предусмотренного Земельным кодексом РФ порядка предоставления земельного участка в собственность ФИО1 (без проведения торгов) является основанием для признания договора купли-продажи от 18.06.2015 недействительным, но не может быть в данном деле критерием для оценки добросовестности последнего приобретателя участка ООО «Агромашснаб». Аналогичная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.02.2018 № 305-ЭС 17-13675 по делу № А41-103283/2015.

По мнению ответчика, истцом пропущен общий срок исковой давности, предусмотренный п. 1 ст. 196 ГК РФ, который составляет три года.

Согласно Обзору судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015) суд обоснованно не согласился с доводами прокурора о необходимости исчислять срок исковой давности с момента, когда о нарушении права собственности субъекта Российской Федерации стало известно прокурору, поскольку при обращении прокурора в защиту прав и законных интересов других лиц в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 45 ГПК РФ, начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление. Также из вышеуказанного Обзора следует, при предъявлении иска собственником имущества унитарного предприятия или учреждения срок исковой давности следует исчислять со дня, когда о нарушенном праве стало известно или должно было стать известно унитарному предприятию или учреждению (ст. 200 ГК РФ). Приведен пример - поскольку образовательному учреждению о заключении договоров передачи было известно с момента их заключения в 2009-2010 годах, при обращении собственника имущества с исковым заявлением в 2014 году трехлетний срок исковой давности подлежал исчислению с момента заключения соответствующих договоров, а не с момента вступления в законную силу приговора в отношении П. в 2013 году, и обоснованно признан судом пропущенным. Оценивая доводы истца о том, что имущество выбыло из собственности субъекта Российской Федерации в результате преступных действий директора образовательного учреждения, суд отметил, что собственник имущества не лишен права обратиться в суд с требованием о взыскании с П. причиненных убытков. Требования органа государственной власти, органа местного самоуправления о взыскании убытков, причиненных в результате противоправного завладения жилым помещением, предъявленные к лицу, являющемуся добросовестным приобретателем квартиры, удовлетворению не подлежат.

Заявление прокурора в иске о том, что о факте выбытия из владения муниципального образования спорного земельного участка и надлежащем ответчике ООО «Агромашснаб» достоверно стало известно только после вынесения Чебоксарским районным судом Чувашской Республики приговора от 02.06.2025 по уголовному делу № 1-39/2025, не соответствует действительности. О факте выбытия из владения муниципального образования земельного участка и его

собственнике - сначала ФИО1, затем ООО «Агромашснаб» достоверно было известно Администрации Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района и его правопреемнику - Администрации Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики с момента регистрации перехода права собственности на участок 02.07.2015, а по имеющимся у ответчика документам - как минимум с 09.07.2018 (после обращения ФИО1 в Администрацию Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района в целях получения Градостроительного плана земельного участка, который выдается только собственнику участка и который он получил 09.07.2018); Прокуратуре Чувашской Республики было известно о принадлежности и использовании участка ответчиком как минимум с 15.10.2020 (дата составления акта прокурорской проверки целевого использования ответчиком земельного участка). Указанная позиция подтверждается Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16.02.2016 № 4-КГ15-69.

По мнению ответчика, истцом также пропущен десятилетний срок исковой давности, предусмотренный п. 2 ст. 196 ГК РФ, поскольку момент нарушения права в виде выбытия земельного участка с кадастровым номером 21:21:150105:62 из муниципальной собственности связан с моментом подписания 18.06.2015 договора купли-продажи и акта приема-передачи указанного земельного участка между главой Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики ФИО2 и ФИО1; право собственности ФИО1 на спорный земельный участок было зарегистрировано 02.07.2015; с исковым заявлением по настоящему делу истец обратился в арбитражный суд 16.07.2025, то есть, по истечении указанного десятилетнего срока.

Ответчик также считает, что все судебные акты, на которые ссылается истец в обоснование своих доводов как на судебную практику по аналогичным делам, не соотносятся с настоящим делом, поскольку в них были исследованы другие фактические обстоятельства (в частности, в одном деле судом был установлен факт принадлежности изымаемого земельного участка первоначальному покупателю, в интересах которого действовало виновное лицо, реализуя преступный умысел, направленный на распоряжение земельным участком, в связи с чем покупатель не был признан добросовестным приобретателем; в другом деле земельный участок выбыл из владения публично-правового образования помимо его воли в результате противоправных действий третьего лица, а не главы поселения (уполномоченного на продажу лица), который не был осведомлен о преступных намерениях третьего лица и т.д.).

Подтверждением добросовестности приобретателя является максимальная приближенность цены сделки по приобретению земельного участка к рыночной цене участка. В подтверждение соответствия сделки от 04.09.2018 указанному условию ответчик представляет отчет об оценке - Заключение специалиста по определению рыночной стоимости земельного участка с кадастровым номером 21:21:150105:62, выполненное ООО «Центр оценки, экспертизы, консалтинга «Автопрогресс». Согласно указанному отчету рыночная стоимость земельного участка по состоянию на 04.09.2018 составляла 3876580 руб., при этом стоимость земельного участка определена с учетом его местоположения, основных видов разрешенного использования земельного участка и других ценообразующих факторов. Следовательно, цена сделки приобретения земельного участка от 04.09.2018 соответствовала рыночным условиям, условие о цене сделки не могло и не должно было вызвать у ответчика сомнений в праве продавца на отчуждение

земельного участка. ООО «Агромашснаб» предприняло все разумные меры и проявило должную осмотрительность при приобретении земельного участка, в связи с чем является добросовестным приобретателем земельного участка.

Представитель третьего лица просил в иске отказать, поддержав правовую позицию ответчика.

Остальные участники процесса, извещенные надлежащим образом, своих представителей в суд не направили. Суд в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в их отсутствие.

Заслушав пояснения представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Согласно представленным в материалы дела выпискам из ЕГРН земельный участок с кадастровым номером 21:21:150105:62 в настоящее время имеет следующие характеристики: площадь 4055 кв.м., местоположение - Чувашская Республика, Чебоксарский район, Лапсарское сельское поселение; категория земель - земли сельскохозяйственного назначения; вид разрешенного использования – обслуживание автотранспорта. В отношении указанного земельного участка в период с 02.07.2015 по 11.10.2018 было зарегистрировано право собственности ФИО1; в период с 11.10.2018 по настоящее время зарегистрировано право собственности ООО «Агромашснаб».

Как указывает истец и подтверждается материалами дела, приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025 с учетом апелляционного определения Верховного суда Чувашской Республики от 19.11.2025, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ («Злоупотребление должностными полномочиями»). При этом судом установлено, что ФИО2, состоя в период с 20.10.2010 по 28.09.2015 в должности главы Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики, будучи наделенным в силу занимаемой должности обязанностями по подготовке проектов документов на земельные участки, находящиеся в распоряжении сельского поселения, подготовке и проведению торгов (аукционов) по продаже и аренде земельных участков, осуществлению земельного контроля по использованию земель, находящихся в границах муниципалитета, злоупотребляя должностными полномочиями, вопреки интересам службы, из корыстной и личной заинтересованности в июне 2015 года неправомерно распорядился земельным участком с кадастровым номером 21:21:150105:62, предоставив его знакомому ФИО1 Для чего с целью придания видимости соблюдения требований п. 1 и 2 ст. 39.18 Земельного кодекса РФ ФИО2 организовал публикацию в районных и республиканских газетах извещения о предоставлении указанного земельного участка в собственность, в котором с целью ограничения числа заявителей, действуя в интересах знакомого ФИО1, умышленно не отразил все сведения, в том числе информацию о праве граждан или крестьянских (фермерских) хозяйств, заинтересованных в предоставлении земельного участка для указанных в п. 1 ст. 39.18 Земельного кодекса РФ целей; в течение тридцати дней соответственно со дня опубликования и размещения извещения подавать заявления о намерении участвовать в аукционе по продаже такого земельного участка, дату окончания приема указанных заявлений, адрес и время приема граждан для ознакомления со схемой расположения земельного участка, в соответствии с которой предстоит образовать земельный участок. При этом

ФИО2 не принял мер по организации опубликования на официальном сайте Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет извещения о предоставлении указанного земельного участка в собственность. Далее ФИО2, используя служебные полномочия вопреки интересам службы, незаконно продал без проведения торгов земельный участок, имеющий рыночную стоимость 616360 руб., своему знакомому ФИО1 путем личного изготовления и подписания договора купли-продажи земельного участка от 18.06.2015 и акта приема-передачи к договору, оцененного ФИО2 по кадастровой стоимости в размере 12286 руб. 65 коп. Затем ФИО2 изготовил письмо от 18.06.2015 в адрес Чебоксарского отдела Управления Росреестра по Чувашской Республике о том, что в отношении земельного участка поступила одна заявка, в связи с чем торги признаны несостоявшимися. На основании документов, подготовленных ФИО2, ФИО1 приобрел право собственности на указанный земельный участок.

Как следует из материалов дела, 18.06.2015 между администрацией Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики в лице главы Лапсарского сельского поселения ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) были подписаны договор купли-продажи земельного участка и акт приема-передачи указанного земельного участка.

19.06.2015 сторонами данного договора (ФИО2 и ФИО1) было подписано и подано заявление в Управление Росреестра по Чувашии о государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок. 02.07.2015 право собственности ФИО1 на спорный земельный участок было зарегистрировано.

В настоящее время в связи с ликвидацией администрации Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики ее правопреемником является администрация Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики.

Впоследствии ФИО1 продал указанный земельный участок ООО «Агромашснаб» за 3900000 руб. на основании договора купли-продажи земельного участка от 04.09.2018. В настоящее время спорный земельный участок с кадастровым номером 21:21:150105:62 принадлежит на праве собственности ООО «Агромашснаб» (право собственности зарегистрировано 11.10.2018).

Заместитель прокурора Чувашской Республики обратился в арбитражный суд с иском об истребовании указанного земельного участка из незаконного владения ООО «Агромашснаб» в пользу Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики.

Суд полагает, что в удовлетворении иска следует отказать в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно положениям пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. В то же время сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима, или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как обоснованно указывает истец, сделка купли-продажи спорного земельного участка между администрацией Лапсарского сельского поселения

Чебоксарского района и ФИО1 в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожной, поскольку совершена с нарушением закона и посягает на публичные интересы и права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Пунктом 1 статьи 302 того же Кодекса установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление Пленума N 10/22) указано, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ); когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Из указанных разъяснений постановления Пленума N 10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.04.2003 N 6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 301 ГК РФ, о применении последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

В пунктах 37, 38 и 39 постановления Пленума N 10/22 разъяснено следующее: в соответствии со статьей 301 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель); ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при

совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества; по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика относительно того, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В обоснование иска истец ссылается на то, что земельный участок выбыл из владения собственника помимо его воли, поскольку незаконность действий ФИО2 установлена приговором суда. Следовательно, по мнению истца, вопрос о добросовестности ответчика не имеет значения.

Вместе с тем, суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что указанная позиция истца о выбытии истребуемого земельного участка из муниципальной собственности помимо воли муниципалитета является несостоятельной, поскольку противоречит Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2025 № 22-П «По делу о проверке конституционности пунктов 1 и 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО6». Предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по указанному делу являлся пункт 1 статьи 302 ГК РФ в той мере, в какой на его основании судом при разрешении вопроса об истребовании жилого помещения из чужого незаконного владения устанавливается факт его выбытия из владения публично-правового образования помимо воли последнего в случае, если предоставление такого помещения из публичной собственности в собственность лица, впоследствии возмездно передавшего его добросовестному приобретателю, признано незаконным.

В указанном Постановлении Конституционный Суд Российской Федерации, в частности, указал, что в целях применения пункта 1 статьи 302 ГК РФ необходимо разделять волеизъявление субъекта гражданского права, направленное на возникновение соответствующих имущественных прав и обязанностей (сделка, акт органа публичной власти), и добровольную передачу владения, поскольку именно последняя имеет значение для разрешения виндикационных требований. На этот аспект применения названных законоположений обращается внимание в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", где отмечается, что недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли; судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу (абзац второй пункта 39).

Поскольку в силу положений статьи 125 ГК РФ публично-правовые образования в гражданских правоотношениях осуществляют имущественные права и обязанности через органы публичной власти, постольку выражением воли на выбытие вещи из владения публично-правового образования должно считаться совершение такими органами (их должностными лицами) в рамках их компетенции действий, влекущих переход вещи иному субъекту.

Во всяком случае, волеизъявление публичного собственника на передачу имущества должно считаться очевидным, если такая передача опосредовалась актом местной администрации, изданным (подписанным) главой местной

администрации, поскольку именно он руководит местной администрацией на принципах единоначалия, а местная администрация, в свою очередь, является исполнительно-распорядительным органом муниципального образования - собственника (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации"; такие же положения содержатся в частях 1 и 2 статьи 22 Федерального закона от 20.03.2025 № 33-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти". Наличие такого акта не может не создавать у граждан при приобретении ими жилых помещений разумной уверенности относительно обоснованности и законности их первоначального предоставления.

Хотя государственная регистрация вещных прав уполномоченным на то органом не является - с учетом разграничения компетенции между органами публичной власти - действием по распоряжению имуществом публично-правового образования и не означает передачи владения в том смысле, в каком это понимается в целях применения статьи 302 ГК Российской Федерации, тем не менее она выступает в качестве завершающего элемента юридического состава, влекущего возникновение, изменение, переход или прекращение соответствующих прав (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.11.2016 N 23-П и от 28.01.2025 N 3-П). Поэтому сам факт государственной регистрации прав гражданина на недвижимое имущество, переданное ему публичным собственником, можно рассматривать как презюмирующий наличие воли последнего на выбытие из его владения жилого помещения.

Даже последующее признание действий и актов, опосредующих переход жилого помещения в частную собственность из публичной и передачу владения им, незаконными, а соответствующих сделок - недействительными не должно автоматически приводить к выводу об отсутствии воли соответствующего публично-правового образования в отношении передачи владения. В противном случае можно было бы говорить об отсутствии воли публичного собственника всякий раз, когда должностное лицо, уполномоченное действовать от его имени, принимает незаконное решение. Такой подход применительно к публичной собственности обнаруживает противоречие конституционному принципу поддержания доверия к действиям публичной власти, на значимость которого неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (постановления от 09.11.2022 N 48-П, от 26.03.2024 N 12-П, от 18.07.2024 N 38-П и др.). К тому же неизбежно возникал бы вопрос об экстраполяции такого подхода на оценку наличия или отсутствия воли собственника при выбытии имущества, принадлежавшего юридическому лицу, из его владения (которая также выражается через действия и решения уполномоченных им лиц), что ставило бы под сомнение стабильность гражданского оборота.

Нельзя не учитывать и того обстоятельства, что граждане - добросовестные приобретатели и публично-правовые образования находятся в неравных условиях относительно возможности выявления противоправных действий должностных лиц уполномоченных органов публичной власти, приведших к тому, что жилое помещение выбывает из владения публичного собственника. Поэтому распределение между названными субъектами рисков в зависимости от возможностей их предотвращения - с учетом того что их выявление и устранение в процедуре предоставления жилых помещений являются обязанностью уполномоченных на отчуждение имущества в собственность граждан органов

власти и их должностных лиц, а добросовестные приобретатели, как правило, не имеют возможностей эти риски ни выявить, ни устранить - в наибольшей степени отвечает разумному конституционному балансу интересов и общеправовому принципу справедливости.

Следовательно, отсутствие правовых оснований для отчуждения жилого помещения либо допущение в рамках этого процесса иных нарушений не влечет с необходимостью вывода об отсутствии воли публично-правового образования на передачу владения жилым помещением для целей решения вопроса об истребовании этого жилого помещения у добросовестного приобретателя. Иное приводило бы к нарушению требований общеправовых принципов равенства и справедливости вследствие различного отношения правопорядка к значению проявленной собственником имущества неосмотрительности, притом что необходимый стандарт такой осмотрительности в деятельности органов публичной власти должен быть не ниже, а по существу - и более высоким, чем в деятельности частных субъектов.

При этом сказанное не относится к ситуации, когда незаконное отчуждение жилого помещения (формирование оснований для включения в состав сведений ЕГРН записи о праве) связано, в частности, со сговором гражданина, которому предоставляется жилое помещение, и должностного лица при заведомом для них отсутствии законных оснований для предоставления имущества гражданину (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 N 3-П), что во всяком случае не должно затрагивать права добросовестного приобретателя соответствующего жилого помещения.

Таким образом, как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 1 статьи 302 ГК Российской Федерации с учетом смысла, придаваемого ему правоприменительной практикой, предполагает наличие у суда оснований для вывода о том, что имущество выбыло из владения собственника помимо его воли, лишь если будет установлено, что публично-правовое образование в лице уполномоченного органа (должностного лица) не совершало действий, направленных на его отчуждение гражданину (определения от 27.02.2018 N 408-О, от 13.03.2018 N 583-О, от 30.05.2023 N 1256-О и др.). Данная позиция применима и к оценке передачи (перехода) такого имущества гражданину. В таком случае при установленной добросовестности приобретателя жилого помещения и соблюдении иных условий, предусмотренных статьей 68.1 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости", подлежит применению упомянутый компенсационный механизм.

Если же уполномоченные органы публично-правового образования совершали действия (принимали правовые акты), направленные на передачу жилого помещения из публичной собственности в частную и, соответственно, на передачу владения, - даже признанные в дальнейшем незаконными, - то не предполагается признание жилого помещения выбывшим из владения публично-правового образования помимо его воли для целей истребования у добросовестного приобретателя. Именно суды при рассмотрении заявленных публично-правовыми образованиями (в их интересах) виндикационных требований должны на основе исследования фактических обстоятельств оценивать наличие оснований для истребования жилых помещений у добросовестных приобретателей, в том числе в соответствии с конституционно-правовым смыслом пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении, т.е. в зависимости от того, были ли

уполномоченными органами публично-правового образования совершены такие действия (приняты такие правовые акты).

Иной подход к толкованию пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации в части определения направленности воли публично-правового образования на выбытие жилого помещения из его владения не отвечал бы предписаниям статей 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 2), 40 (часть 1), 55 (часть 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации.

Сказанное не отрицает правомочия публично-правового образования или выступающего в защиту его законных интересов прокурора применять иные меры по восполнению его имущественных потерь, связанных с незаконным выбытием из его собственности жилого помещения, в том числе предъявлять требования к лицам, виновным в таком выбытии или являющимся выгодоприобретателями такого выбытия.

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что аналогичная правовая позиция применима и по настоящему делу.

В соответствии с определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18.10.2016 № 59-КГ16-21 заключение договора купли-продажи земельного участка свидетельствует о наличии воли истца на отчуждение участка третьему лицу, при этом то обстоятельство, что заключение такого договора не соответствовало интересам истца, а его постановление отменено, не является юридически значимым при применении ст. 302 ГК РФ.

В соответствии с определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 117-КГ18-11 нарушение порядка предоставления земельных участков гражданину государственными или муниципальными органами, порядка издания, регистрации и хранения документов, ведения делопроизводства само по себе не означает выбытие имущества из владения помимо воли собственника, Аналогичная позиция закреплена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.05.2019 № 66-КГ19-2.

Как обоснованно указывает ответчик, исходя из вышеизложенного, о наличии воли муниципального образования на передачу права собственности на земельный участок свидетельствуют: 1) публикация уполномоченным органом в СМИ информации о предоставлении в собственность (за плату) земельного участка для сельскохозяйственного производства в газетах «Таван Ен» от 17.04.2015, «Республика» № 13 от 08.04.2015, «Хыпар» № 60 от 08.04.2015 (л.д. 65-70 Том 1); 2) заказ администрацией в ООО «Стайер» Отчета о рыночной стоимости земельного участка в целях его продажи от 23.03.2015 (л.д. 62-64 Том 1); 3) принятие Администрацией Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района постановления № 115 от 18.06.2015 «О предоставлении в собственность (за плату) земельного участка ФИО1» с указанием покупателю обеспечить регистрацию перехода права собственности на земельный участок (л.д. 60 Том 1); 4) заключение (разработка и подписание) администрацией Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района договора купли-продажи земельного участка № 7 от 18.06.2015 и акта приема-передачи от 18.06.2015; 5) письмо администрации Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района от 18.06.2015 № 412 в адрес Чебоксарского отдела Управления Росреестра в целях регистрации перехода права собственности на земельный участок (л.д. 61 Том 1); 6) подписание и подача ФИО2 19.06.2015 заявления в Управление Росреестра по Чувашии о государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок

(л.д. 52-54 Том 1); 7) факт государственной регистрации права собственности ФИО1 на земельный участок 02.07.2015.

Таким образом, оснований говорить об отсутствии воли уполномоченного органа местного самоуправления, которым на тот момент являлась Администрация Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики, на передачу права собственности на земельный участок не имеется. При этом даже последующее признание действий и актов Администрации Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики (его должностных лиц), опосредующих переход земельного участка в частную собственность из публичной и передачу владения им, незаконными, а соответствующих сделок - недействительными (ничтожными) не свидетельствует об отсутствии воли уполномоченного органа на выбытие земельного участка из владения публичного образования.

Ссылка истца в исковом заявлении на неуполномоченность лица на распоряжение имуществом не имеет какого-либо основания, так как при продаже земельного участка от имени муниципального образования действовало уполномоченное на это должностное лицо, что подтверждается постановлением главы Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики № 170 от 20.10.2010 о вступлении ФИО2 в должность главы поселения и было установлено приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025.

С учетом изложенного, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что земельный участок выбыл из муниципальной собственности по воле уполномоченного органа и поэтому не может быть истребован у ответчика в случае признания его добросовестным приобретателем.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 N 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Разрешая вопрос о добросовестности (недобросовестности) приобретателя недвижимости, необходимо учитывать осведомленность приобретателя о наличии записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности отчуждателя имущества, а также принятие им разумных мер для выяснения правомочий продавца на отчуждение недвижимости.

Суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что о добросовестности ООО «Агромашснаб» свидетельствуют: - непосредственный осмотр директором организации приобретаемого земельного участка; - ознакомление с данными ЕГРП, согласно которым ФИО1 являлся единственным собственником земельного участка, сведения об ограничении прав на объект недвижимости зарегистрированы и выявлены не были; - ФИО1 были представлены ответчику оригиналы всех имеющихся у него

правоустанавливающих документов на недвижимость, при этом согласно договору купли-продажи полная оплата цены участка произведена до момента регистрации права собственности; - было установлено, что с момента совершения сделки от 18.06.2015 и вплоть до продажи 04.09.2018 ФИО1, как собственник земельного участка, открыто и непрерывно владел, пользовался и распоряжался указанным объектом недвижимости, без притязаний со стороны третьих лиц; - в целях установления возможности пользоваться в дальнейшем земельным участком в соответствии с уставной деятельностью организации - для целей хранения сельхозтехники (автотранспорта), исходя из имеющихся основных видов разрешенного использования земельного участка, перед приобретением земельного участка ООО «Агромашснаб» запросил и получил от ФИО1 Градостроительный план земельного участка № 21516314-000056, заказанный последним в администрации поселения и полученный им 09.07.2018 (л.д. 126-132 Том 1); - получение разрешения Минюста (Минимущества) Чувашии от 04.09.2018 № 10/18-13524 на продажу ФИО1 земельного участка по цене 3900000 руб. и его отказ от преимущественного права покупки Чувашской Республикой указанного земельного участка, которое адресовано также в Администрацию Чебоксарского района Чувашской Республики (л.д. 133 Том 1); - принадлежность участка продавцу и его возможность продать земельный участок ответчику проверялась не только ответчиком, но и сотрудниками Росреестра при регистрации перехода права собственности от продавца к ответчику; - договор купли-продажи от 04.09.2018 содержит все существенные условия договора купли-продажи недвижимости, совершен в требуемой согласно законодательству форме, прошел государственную регистрацию и правовую экспертизу в Управлении Росреестра по Чувашской Республике. В связи с изложенным у ответчика не могло и не должно было возникнуть сомнений в праве продавца на отчуждение земельного участка.

Утверждение истца о том, что ответчик не может быть признан добросовестным приобретателем, поскольку цена сделки существенно превышала цену участка, по которой его приобрел продавец ФИО1 у муниципального образования, суд признает подлежащим отклонению, поскольку находит в данной части обоснованными доводы ответчика о том, что цена сделки должна быть приближенной к рыночной цене, с учетом повышенного спроса покупателей она может быть и больше рыночной. Напротив, разумные сомнения в отношении права продавца на отчуждение земельного участка могут возникнуть у покупателя в случае, если объект недвижимости продается по цене, существенно ниже ее рыночной стоимости. После приобретения земельного участка продавцом прошло уже более 3 лет, при этом инфляционные процессы в любом случае приводят к увеличению цены недвижимости. Как правило, цена приобретения земельных участков на свободном рынке значительно выше той, по которой они приобретаются от муниципалитетов. Законодательство не содержит каких-либо норм, обязывающих покупателя, ознакамливаясь с правоустанавливающими документами продавца, анализировать цену приобретения продавцом объекта недвижимости. Более того, в данном случае следует учитывать, что с момента приобретения продавцом земельного участка уже прошло более трех лет и имеется государственная регистрации права продавца на объект недвижимости. Стоимость земельного участка по первой сделке, определенная в размере его кадастровой стоимости, не свидетельствует о том, что ответчик должен был предвидеть наличие какого-либо спора между администрацией и ФИО1 Более того, стоимость земельного участка по первой сделке, определенная в размере его кадастровой

стоимости, не вызвала никаких вопросов у государственного регистратора при регистрации перехода права собственности от администрации к ФИО1

Иное означало бы возложение на покупателя в чрезмерном объеме обязанности по доказыванию своей осмотрительности при совершении сделки купли-продажи имущества (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.08.2022 по делу № А82-20023/2020; определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 13.04.2021 № 16-КГ21-2-К4).

Как следует из пункта 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности. Кроме того, суд учитывает совмещение одним лицом должностей в организациях, совершавших такие сделки, а также участие одних и тех же лиц в уставном капитале этих организаций, родственные и иные связи между ними.

Материалами дела не подтверждается какая-либо взаимосвязь между ФИО2 либо ФИО1 с одной стороны и с ООО «Агромашснаб» с другой стороны. Такая взаимосвязь не была установлена и в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО2 Как следует из приговора Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025 свидетель ФИО7 (директор ООО «Агромашснаб») пояснил, что ранее не был знаком с ФИО2 и ФИО1 Иное истцом также не доказано.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Абзацем 3 пункта 6 статьи 8.1 ГК РФ предусмотрено, что приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Возмездность приобретения земельного участка ответчиком истцом не оспаривается и подтверждается платежным поручением № 1727 от 22.10.2018, а также приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025.

С учетом изложенного, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что ответчик является добросовестным приобретателем земельного участка.

Земельный участок выбыл из муниципальной собственности по воле уполномоченного органа и поэтому не может быть истребован у ответчика, являющегося его добросовестным приобретателем. Указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Кроме того, ответчик ссылается на то, что истцом пропущен общий срок исковой давности, предусмотренный п. 1 ст. 196 ГК РФ, который составляет три года.

Статьей 196 ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года. При этом согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда

лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43) в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление (п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43).

Согласно п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В обоснование своего довода о пропуске истцом общего трехлетнего срока исковой давности ответчик ссылается на то, что ФИО2 осуществлял функции главы сельского поселения только до 28.09.2015. Все возможные действия в качестве главы поселения могли быть совершены им не позднее указанной даты. В последующем должность главы поселения занимали иные лица, которые также владели информацией о выбытии земельного участка из муниципальной собственности. Так, новый собственник ФИО1 обращался в Администрацию Лапсарского сельского поселения и 09.07.2018 получил Градостроительный план земельного участка № 21516314-000056 за подписью нового главы ФИО8 (л.д. 126-132 Том 1). 26.11.2020 ООО «Агромашснаб» письмом № 486 обратилось в Администрацию Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района в целях получения выписки из Правил землепользования и застройки Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района о допустимых видах разрешенного использования земельного участка и 26.11.2020 Администрация Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района за № 745 выдала ответ на запрос общества с градостроительным регламентом на земельный участок за подписью главы ФИО9 (л.д. 24-26 Том 2).

Ответчик также ссылается на то, что органам прокуратуры было известно о принадлежности и использовании участка ответчиком как минимум с 15.10.2020 (дата составления акта прокурорской проверки целевого использования ответчиком земельного участка). В обоснование данного доводы ответчик указывает, что: - в

октябре 2020 г. Прокуратурой Ленинского района г.Чебоксары Чувашской Республики проводились проверки целевого использования земельного участка, что подтверждается актом прокурорской проверки от 15.10.2020, в котором указан правообладатель земельного участка; - акт проверки от 15.10.2020 был направлен прокуратурой на рассмотрение и принятие решения в Управление Росреестра по Чувашской Республике, которым 11.03.2021 было вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении ввиду отсутствия события административного правонарушения; - 08.09.2021 данное определение Росреестра вместе с иными документами, с указанием о правообладателе земельного участка было повторно направлено Управлением Росреестра по Чувашской Республике в Прокуратуру Чувашской Республики (первоначально было направлено письмом от 27.04.2021 № 09/05909); - письмом от 21.06.2021 № 12р-2021 прокуратура Ленинского района г.Чебоксары во исполнение поручения Прокуратуры Чувашской Республики вызывало представителя ООО «Агромашснаб» для дачи объяснений по возможным нарушениям использования земельного участка; - исковым заявлением от 08.09.2021 Прокуратура Ленинского района г.Чебоксары вышла в суд в интересах неопределенного круга лиц - населения к ответчику о переносе имущества на земельном участке за пределы охранной зоны газопровода дело № 2-56/2022, в рамках которого к участию в деле была привлечена администрация сельского поселения, а затем заменена на правопреемника - администрацию Чебоксарского муниципального округа Чувашской Республики; - также вышеназванный акт прокурорской поверки от 15.10.2020 был направлен прокуратурой 23.10.2020 в Волжско-Окское управление Ростехнадзора на рассмотрение и принятие решения, которое 12.10.2021 своим постановлением № 127 привлекло общество к административной ответственности в виде штрафа в размере 500000 руб.; - указанное постановление в последующем было обжаловано и решением Арбитражного суда Чувашской Республики от 30.05.2022 по делу № А79-10098/2021 признано незаконным и отменено, при этом Прокуратура Ленинского района г.Чебоксары и Прокуратура Чувашской Республики были привлечены к участию в деле (л.д. 122 Том 1, л.д. 28-58 Том 2).

Истец с указанными доводами ответчика не согласен. Считает, что трехлетний срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 196 ГК РФ, не пропущен, поскольку приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 02.06.2025 с учетом апелляционного определения Верховного суда Чувашской Республики от 19.11.2025, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ, по обстоятельствам, связанным с незаконным отчуждением спорного земельного участка, в связи с чем прокурор не мог и не должен был знать о нарушении прав муниципального образования в результате незаконной продажи земельного участка ранее 02.06.2025, поскольку не обладал всей информацией о его продажи, в том числе о преступных действиях, совершенных при процедуре продажи земельного участка. Правовая определенность о выбытии спорного имущества в результате преступного деяния ФИО2 наступила после вступления в законную силу приговора вышеуказанного приговора.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что истцом в любом случае пропущен 10-летний срок исковой давности, предусмотренный п. 2 ст. 196 ГК РФ, на что также ссылается ответчик.

В соответствии с п. 2 ст. 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок

установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 06.03.2006 № 35-Ф3 «О противодействии терроризму».

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14.06.2016 N 1-КГ16-6, началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен. Таким образом, пункт 2 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает абсолютный пресекательный срок исковой давности, равный десяти годам, начинающий течь со дня нарушения права. При этом начало течения указанного срока связано не моментом осведомления лица о нарушении права, как это имеет место во всех иных случаях, а моментом нарушения права.

Исходя из обстоятельств настоящего дела, момент нарушения права в виде выбытия земельного участка с кадастровым номером 21:21:150105:62 связан с моментом подписания 18.06.2015 договора купли-продажи и акта приема-передачи указанного земельного участка между главой Лапсарского сельского поселения Чебоксарского района Чувашской Республики ФИО2 и ФИО1

19.06.2015 сторонами данного договора (ФИО2 и ФИО1) было подписано и подано заявление в Управление Росреестра по ЧР о государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок; 02.07.2015 право собственности ФИО1 на спорный земельный участок было зарегистрировано.

С исковым заявлением по настоящему делу заместитель прокурора Чувашской Республики обратился в арбитражный суд 16.07.2025, то есть по истечении указанного в п. 2 ст. 196 ГК РФ десятилетнего срока. Указанное обстоятельство истец в ходе рассмотрения дела не опровергнул.

Наличие оснований для неприменения в рассматриваемом случае срока исковой давности, предусмотренного п. 2 ст. 196 ГК РФ, истец не обосновал, суд таких оснований не усматривает.

Пропуск указанного срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении настоящего иска следует отказать.

Расходы по оплате государственной пошлины суд по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относит на истца, который освобожден от ее уплаты в доход федерального бюджета.

Определением суда от 17.07.2025 по настоящему делу по ходатайству истца были приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Росреестра по Чувашской Республике совершать действия по регистрации прав в отношении земельного участка с кадастровым номером 21:21:150105:62. Указанные обеспечительные меры подлежат отмене с момента вступления в законную силу настоящего решения суда.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

в иске отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.07.2025 по делу № А79-5497/2025, отменить с момента вступления в законную силу настоящего решения суда.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Чувашской Республики в течение месяца с момента его принятия.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.В. Васильев