Постановление от 27 сентября 2022 г. по делу № А40-184201/2015

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-184201/15
27 сентября 2022 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 27 сентября 2022 года


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Мысака Н.Я.

судей Карповой Г.А., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 27.04.2022г.

от арбитражного управляющего ФИО3 ФИО4 – дов. от 13.10.2021г.

рассмотрев в судебном заседании 20 сентября 2022 года кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.03.2022,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2022

о завершении процедуры реализации имущества гражданина, неприменении в отношении должника правила освобождения от дальнейшего исполнения обязательств

по делу о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО1,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.08.2016 (резолютивная часть объявлена 17.08.2016г.) ИП ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02 марта 2022 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 июня 2022 года завершена процедура реализации имущества гражданина-должника ИП ФИО1, не применены в отношении ИП ФИО1 правила освобождения от дальнейшего исполнения обязательств.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа в применении правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, в указанной части дело направить на новое рассмотрения в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что выводы нижестоящих судов о недобросовестном поведении Должника, сохранении и сокрытии им заработной платы в существенном размере с момента инициирования несостоятельности должника являются несостоятельными, противоречат материалам дела и пояснениям сторон, сделанным в ходе судебного заседания в апелляционном суде 15.06.2022 г.

По утверждению кассатора, все представленные для приобщения в апелляционном суде 15.06.2022 г. финансовым управляющим в качестве приложений к отзыву доказательства в обоснование своих возражений на жалобу должника (запросы, ответы, справки, требования к должнику и третьим лицам), направлены должнику уже после признания судом незаконным бездействия финансового управляющего в соответствии с определением от 09.11.2017 г.

Заявитель ссылался на то, что определением суда от 05.09.2017 г. по делу № А40-247405/2015 в удовлетворении требований к должнику (ФИО5) отказано со ссылкой на то, что доказательств того, что ФИО5 укрывается имущество, финансовым управляющим не представлено. Однако суд апелляционной инстанции не исследовал существо представленных финансовым управляющим возражений на жалобу 15.06.2022 г. и доказательств, представленных им в обоснование своей позиции по делу в этой части.

Податель жалобы указал, что финансовый управляющий никаким образом не оповещал ни ФИО1, ни его работодателей о том, что все, получаемые им доходы после признания его несостоятельным в 2016 г. должны были перечисляться непосредственно на счет, контролируемый финансовым управляющим. Доказательств обратного материалы дела не содержат. Однако, указанным доводам должника в указанной части нижестоящими судами не было дано никакой оценки.

Должник предоставил судам исчерпывающие доказательства, подтверждающие, что им в адрес финансового управляющего в процедурах несостоятельности своевременно и систематически направлялась вся затребуемая от него информация, что подтверждается имеющимися в материалах дела письмами: от 16.08.2016г., 06.03.2017г., 21.03.2017г., 21.08.2018 г.

Заявитель утверждал, что имущество должником от финансового управляющего не укрывалось, препятствия финансовому управляющему и третьим лицам (покупателю дома ФИО6) не чинились. Указанные доводы должника подтверждаются вступившим в законную силу судебным актом Хорошевского районного суда г. Москвы от 24.02.2021 г., на который ссылаются нижестоящие суды в обжалуемых судебных постановлениях. Вместе с тем ни само решение Хорошевского суда, ни доводы Должника, указанные в апелляционной жалобе, основанные на его анализе, суды не исследовали и не приняли во внимание позицию должника в этой части.

Суд апелляционной инстанции, по мнению кассатора, решил возможным рассмотреть жалобу должника, не предоставив ему возможности подготовить возражения на отзыв управляющего и нарушив тем самым основы арбитражного процессуального законодательства РФ (ст. 8, 9 АПК РФ).

Делая вывод о том, что должник проявил недобросовестное поведение, не сотрудничал с финансовым управляющим, кредиторами и открыто не взаимодействовал с судом, по утверждению подателя жалобы, суды первой и апелляционной инстанций не приняли во внимание судебные акты, полностью опровергающие доводы финансового управляющего и нижестоящих судов, отраженные в обжалуемых постановлениях.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней, представитель арбитражного управляющего ФИО3 против удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей ФИО1 и арбитражного управляющего ФИО3 проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых в части судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и подтверждается материалами дела, в судебном заседании рассматривался отчет финансового управляющего.

Финансовым управляющим представлены доказательства выполнения возложенных на него обязанностей в соответствии с ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Представлены доказательства опубликования сообщения о признании должника банкротом, справки обслуживающих банков о состоянии счетов должника, реестр требований кредиторов, сообщения регистрирующих органов о наличии/отсутствии имущества должника, сделано заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, проведена инвентаризация имущества должника.

Таким образом, финансовым управляющим представлены доказательства выполнения возложенных на него обязанностей в соответствии с ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Принимая во внимание вышеизложенное, суды пришли к выводу, что при таких обстоятельствах процедуру реализации имущества гражданина в отношении должника надлежит завершить, поскольку в деле отсутствуют сведения о необходимости проведения каких-либо действий в рамках процедуры реализации имущества гражданина для погашения требований кредиторов.

В части завершения процедуры реализации имущества должника судебные акты не обжалуются.

Согласно п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства. Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, следует отметить, что освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях.

Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Кроме того, согласно разъяснений п. 42 и п. 43 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", целью норм Закона о банкротстве, регулирующих отношения, связанные с банкротством граждан, в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Согласно указанным разъяснениям должник должен обеспечить добросовестное сотрудничество с судом, финансовым управляющим, и кредиторами.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац 5 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом приведенных разъяснений в Постановлении № 45 от 13.10.2015, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Как установили суды, согласно полученным ответам из ИФНС № 34 и впоследствии по г. Москве, Должник до подачи заявления о признании его банкротом получал денежные средства в существенном размере, с момента инициации процедуры, согласно полученным ответам, Должник оказался в отпуске с сохранением заработной платы.

Суды исходили из того, что должник длительный период не передавал документы в отношении автомобиля Toyota Rav 4 VIN <***>, что препятствовало его продаже и растянуло процедуру реализации. Фактическими действиями препятствовал вывозу транспортного средства, автомобиль вывезен на эвакуаторе из труднодоступного места.

Судами учтена позиция финансового управляющего о том, что транспортные средства супругов М-ных находились на территории Конно-спортивного клуба Пегас, п. Колотилово, Московской область, т.е., на территории ООО «КСК», в котором 100% участник - ФИО7, ранее - гендиректор в АО «Оптима-Альянс», который пересекается с ФИО8 в ООО «Тандем», в АО Концерн РРС. ФИО7 является председателем ТСН П-вы Родники, учредителями и участниками, которого являются ЗАО «Концерн «Ррс», АО «Корпорация Райс-Мьюзик»; на указанной территории находилось как транспортное средство должника, так и его супруги - ФИО5. Представители финансового управляющего дважды приезжали на указанный адрес, во въезде было отказано по мотиву того, что это частная охраняемая территория, а въезд возможен только с сотрудниками правоохранительных органов. После чего финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством об истребовании в рамках производства по делу ФИО5 (супруга должника), дело № А40-247405/2015. Доступ был предоставлен, однако транспортные средства (обоих супругов) находились в непригодном для эксплуатации состоянии, в связи с чем их пришлось вывозить на эвакуаторе.

Судами также учтено, что, должник препятствовал фактическими действиями передаче земельного участка и жилого дома.

Суды отметили, что 18.09.2019 г. был подписан договор купли-продажи жилого дома и 2 земельных участков. 30.09.2019 г. ФИО6 перевел основную сумму денежных средств по договору купли-продажи в размере 10 900 000 руб.

11.10.2019 г. ФИО6 обратился к финансовому управляющему с уведомлением о расторжении договора купли-продажи жилого дома и двух земельных участков. В дальнейшем указанный договор расторгнут, причины расторжения: покупателю препятствуют третьи лица в пользовании земельным участком и домом, проблемы с налаживанием систем жизнеобеспечения.

Указанные обстоятельства были предметом рассмотрения Хорошевского районного суда г. Москвы по (дело № 02- 0468/2021).

Суды также обоснованно приняли во внимание, что Определением от 01.06.2021 г. по делу № А40-105261/17 с ФИО1 взыскано 4 668 000 руб. в качестве убытков.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (статья 65 АПК РФ).

Судебная коллегия соглашается с выводом судов о том, что в рассматриваемом случае ИП ФИО1 соответствующие обстоятельства не подтвердил.

Судами установлено, что справкой УФМС России по г. Москве, представленной в материалы дела, подтвержден адрес регистрации ИП ФИО1 Судебная корреспонденция направлялась по последнему известному адресу регистрации должника.

Суды правомерно исходили из того, что поведение ИП ФИО1 не было обусловлено ошибкой, совершенной при добросовестном заблуждении.

Судами также обоснованно учтено, что в рассматриваемом случае ходатайство о неприменении к должнику указанных правил было заявлено финансовым управляющим, который в силу закона действовал в интересах всех кредиторов.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, пришли к правомерному выводу о недобросовестном поведении должника и об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения требований перед кредиторами.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем, оснований для иной оценки выводов суда у судебной коллегии не имеется.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 02 марта 2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 июня 2022 года по делу № А40-184201/15 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судья Н.Я. Мысак

Судьи: Г.А. Карпова

В.З. Уддина