Решение от 31 октября 2025 г. по делу № А19-2178/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025, тел. <***>; факс <***> https://irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-2178/2024 «01» ноября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 27.10.2025. Решение в полном объеме изготовлено 01.11.2025.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Зыряновой А.Э., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Глотовой А.А., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению КОМИТЕТА ПО УПРАВЛЕНИЮ МУНИЦИПАЛЬНЫМ ИМУЩЕСТВОМ, СТРОИТЕЛЬСТВУ, АРХИТЕКТУРЕ И ЖИЛИЩНО-КОММУНАЛЬНОМУ ХОЗЯЙСТВУ АДМИНИСТРАЦИИ ТАЙШЕТСКОГО РАЙОНА (далее – Комитет; адрес: 665006, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ТАЙШЕТ Г., ОКТЯБРЬСКАЯ УЛ., Д. 86/1, ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ИНДИВИДУАЛЬНОМУ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЮ ФИО1 (далее – ИП ФИО1; ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

о взыскании 1 060 365 руб. 81 коп., по встречному иску ИП ФИО1 к Комитету о взыскании 1 602 000 руб. 17 коп., при участии в судебном заседании: от Комитета: не явился, извещен надлежащим образом,

от ИП ФИО1: ФИО2 – представитель по доверенности от 21.02.2024, паспорт, диплом,

от прокуратуры: ФИО3 - служебное удостоверение ТО № 324557,

установил:

Комитет обратился в Арбитражный суд Иркутской области к ИП ФИО1 о взыскании суммы излишне выплаченных денежных средств по договорам подряда в общей сумме 1 138 061 руб. 84 коп., в том числе по муниципальному контракту

№ 0134300026322000197 от 19.09.2022 в сумме 456 025 руб. 44 коп. (из них: 259 528 руб. 92 коп. – задвоение материала и 196 496 руб. 52 коп. - неверное применение коэффициента); по муниципальному контракту № 1125/01 от 25.11.2022 в размере 98 356 руб. 16 коп.; по муниципальному контракту № 1214/01 от 14.12.2022 в размере 186 076 руб. 80 коп., по муниципальному контракту № 1214/02 от 14.12.2022 в размере 76 533 руб. 71 коп., по муниципальному контракту № 1219/05 от 19.12.2022 в размере 115 840 руб. 80 коп., по муниципальному контракту № 1219/06 от 19.12.2022 в размере 82 743 руб. 10 коп., по муниципальному контракту № 1223/01 от 23.12.2022 в размере 122 485 руб. 83 коп., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 6 467 руб. 67 коп. за период с 12.01.2024 по 24.01.2024, с последующим начислением процентов, начиная с 25.01.2024 по день вынесения решения суда.

Определением суда от 15.03.2024 к рассмотрению совместно с первоначальным иском принят встречный иск ИП ФИО1 к Комитету о взыскании стоимости дополнительных работ в сумме 1 386 233 руб. 00 коп., пени за просрочку оплаты в сумме 215 767 руб. 17 коп. за период с 16.01.2023 по 12.03.2024, с последующим начислением пени на сумму долга за каждый день просрочки, начиная с 13.03.2024 по день фактической оплаты долга.

Комитет настаивал на первоначальных требованиях, основывая их на проведенных заказчиком мероприятиях по самоконтролю, в процессе которых было установлено, что материалы по прайс-листам, использованные при проведении работ на объекте, были ошибочно учтены в расценке для данного вида работ; учитывая определенную экспертным заключением стоимость работ по контрактам, которая согласно представленным им локально-сметным расчетам составила 3 890 076 руб. 13 коп., тогда как общая сумма оплаченных Комитетом работ составила 4 943 140 руб. 69 коп., в порядке статьи 49 АПК РФ заявил об уточнении требований до 1 060 365 руб. 81 коп., из них: 1 053 064 руб. 56 коп. - излишне выплаченное вознаграждение (неосновательное обогащение), 7 301 руб. 25 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12.01.2024 по 24.01.2024, с последующим начислением процентов с 25.01.2024 по день вынесения решения суда.

Уточнения первоначального иска приняты судом.

ИП ФИО1 первоначальный иск не признал, в мотивированном отзыве на иск указал, что работы выполнены им в полном объеме, с позицией Комитета относительно задвоения материалов не согласился, указал на неверное составление смет самим заказчиком, как при заключении контрактов, так и при последующей проверке, ссылаясь на твердую цену контракта и осуществление оплаты работ согласно

подписанным актам просил в удовлетворении иска отказать; на встречном требовании настаивал, указал, что в процессе выполнения работ была установлена необходимость выполнения дополнительных работ, согласование которых велось в ходе переписки сторон, однако несмотря на выполнение работ их оплата в полном объеме осуществлена не была.

Комитет со встречным иском не согласился, просил отказать в его удовлетворении, утверждая, что дополнительные работы им не согласовывались, что противоречит действующему законодательству; подрядчик на свой страх и риск выполнил дополнительные работы без согласования с заказчиком.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 12.02.2025 в редакции определения об исправлении описок, опечаток, арифметических ошибок от 12.02.2025) исковые требования Комитета удовлетворены, с ИП ФИО1 в пользу Комитета взыскано неосновательное обогащение в сумме 1 053 064 руб. 56 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 240 028 руб. 52 коп., в удовлетворении встречного иска отказано. Также с ИП ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 26 245 руб. 00 коп

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2025 г. решение суда от 12.02.2025 по делу А19-2178/2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба предпринимателя - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 27.08.2025 данные судебные акты отменены; дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области с указанием на необходимость вынесения на обсуждение сторон вопроса о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

В этой связи, выполняя рекомендации окружного суда, суд в предварительном судебном заседании 08.10.2025 поставил данный вопрос на обсуждение истца и ответчика.

Вместе с тем, как указал представитель КУМИ района в ходе заседания и приведено в письменных дополнительных пояснениях от 07.10.2025, Комитет считает, что сторонами не было допущено нарушений требований действующего законодательства при заключении спорных контрактов с ИП ФИО1

Предпринимателем также в дело был представлен отзыв с указанием на отсутствие недобросовестности его поведения, дополнительные работы были необходимы и согласованы с заказчиком.

Таким образом, как полагали стороны, основания для признания сделок недействительными и применения последствий их недействительности в виде односторонней реституции отсутствуют.

В этой связи, суд, исходя из фактических обстоятельств настоящего дела и процессуального поведения Комитета, арбитражный суд, счел необходимым привлечь в порядке части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в рассмотрении настоящего спора Прокуратуру Иркутской области.

Прокуратура в письменном виде позицию по делу в суд не представила, вместе с тем, в судебном заседании указала на допущенные сторонами при заключении спорных контрактов нарушения Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), указав на необходимость применения судом последствий недействительности контрактов в виде применения односторонней реституции путем взыскания с ИП ФИО1 в пользу Комитета бюджетных средств.

Изучив исковое заявление, исследовав материалы дела, заслушав доводы и возражения сторон, прокуратуры, изложенные в ходе рассмотрения дела, суд установил следующие обстоятельства.

Между Комитетом (заказчик) и ИП ФИО1 (подрядчик) 19.09.2022 по результатам проведение аукциона в форме электронного аукциона был заключен муниципальный контракт № 0134300026322000197 на выполнение работ по ремонту фасада здания, расположенного по адресу: <...>, и дополнительное соглашение № 1 от 16.11.2022 к нему, по условиям которого подрядчик обязуется по заданию заказчика выполнить работы по ремонту фасада здания, расположенного по адресу: <...> (далее - объект) в объеме в соответствии с локальным сметным расчетом (приложение 2 к контракту), а заказчик обязуется принять и оплатить выполненные работы в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом.

Согласно пункту 1.2 контракта место выполнения работ: 665006, <...> стр. 86/1.

В соответствии с пунктами 2.1, 2.2 контракта (в редакции дополнительного соглашения № 1) цена контракта, является твердой, определена на весь срок его исполнения и составляет 2 405 134 руб. 01 коп., НДС не облагается в соответствии с налоговым законодательством Российской Федерации.

Согласно пунктам 2.9, 2.10 контракта заказчик оплачивает фактически выполненные работы подрядчиком в соответствии с контрактом, единовременным платежом, путем перечисления соответствующей суммы на банковский счет Подрядчика, реквизиты которого указаны в статье 13 Контракта, в течение 7 рабочих дней с даты

надлежаще оформленного и подписанного заказчиком документа о приемке в соответствии со статьей 4 Контракта. Допущенные подрядчиком превышения объемов и стоимости работ, предусмотренных контрактом, заказчиком не оплачиваются.

В пункте 3.1 контракта определен общий срок выполнения работ подрядчиком по контракту в полном объеме: начало выполнения работ - с момента заключения контракта, окончание выполнения работ – 01.12.2022.

Кроме того, между сторонами были заключены следующие муниципальные контракты:

- № 1125/01 от 25.11.2022 на выполнение работ по ремонту здания, расположенного по адресу: <...> (фасад (2 этап));

- № 1214/01 от 14.12.2022 на выполнение работ по реконструкции здания, расположенного по адресу: <...> (отделка фасада - 1 этап);

- № 1214/02 от 14.12.2022 на выполнение работ по реконструкции здания, расположенного по адресу: <...> (отделка фасада - 2 этап);

- № 1219/05 от 19.12.2022 на выполнение работ по реконструкции здания, расположенного по адресу: <...> (отделка фасада - 3 этап);

- № 1219/06 от 19.12.2022 на выполнение работ по реконструкции здания, расположенного по адресу: <...> (отделка фасада - 4 этап);

- № 1223/01 от 23.12.2022 на выполнение работ по ремонту здания, расположенного по адресу: <...> (завершающие работы по отделке фасада).

Работы по всем контрактам выполнены подрядчиком и приняты заказчиком в полном объеме, что подтверждается представленными в дело актами о приемке выполненных работ на общую сумму 4 943 140 руб. 69 коп.

На основании платежных поручений №№ 56890 от 29.12.2022 на сумму 2 405 134 руб. 01 коп., 57678 от 06.12.2022 на сумму 457 410 руб. 67 коп., 66093 от 29.12.2022 на сумму 598 379 руб. 33 коп., 61617 от 20.12.2022 на сумму 599 911 руб. 40 коп., 61618 от 20.12.2022 на сумму 240 088 руб. 60 коп., 64835 от 27.12.2022 на сумму 346 889 руб. 29 коп., 64835 от 27.12.2022 на сумму 295 329 руб. 39 коп. заказчиком произведена оплата данных работ.

Вместе с тем, как указал Комитет, в последующем в ходе проведения мероприятий по самоконтролю им было установлено, что материалы по прайс-листам, использованные при проведении работ на объекте, были ошибочно учтены в расценке для данного вида работ. Для предотвращения переплаты за повторное применение материалов подрядчиком, а также приведения локально-сметного расчета в соответствии с МДС 81-35.2004 «Методика определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации» требовалась корректировка актов выполненных работ на сумму 941 565 руб. 32 коп. Кроме того, при заключении дополнительного соглашения к муниципальному контракту № 0134300026322000197 от 19.09.2022 был неверно применен коэффициент 12,54, что привело к переплате стоимости работ на сумму 196 496 руб. 52 коп.

В этой связи истцом в адрес ответчика направлена претензия № 3942/03 от 26.12.2023 с требованием вернуть излишне выплаченные денежные средства в сумме 1 138 061 руб. 84 коп., которая оставлена последним без ответа, требования Комитета – без удовлетворения.

Указанное послужило основанием для обращения Комитета в арбитражный суд Иркутской области с иском о взыскании образовавшегося на стороне подрядчика неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

ИП ФИО1, оспаривая исковые требования Комитета, между тем в отзыве на исковое заявление (т.д. 1 л.д.19-22) сослался на наличие ошибок в сметах, составленных истцом, как в процессе заключения контакта, так и в процессе проведения мероприятий по самоконтролю, общая разница в выплатах по контрактам, по мнению предпринимателя, составляет 396 590 руб. 85 коп., а не 1 138 061 руб. 90 коп., как заявлено в иске.

Вместе с тем, настаивая на твердой цене контрактов и фактически принятых Комитетом работа, просил в удовлетворении иска отказать.

Кроме того, указал, что выполненные подрядчиком по муниципальному контракту № 1220.5 от 20.12.2022 работы были приняты заказчиком, однако остались не оплаченными, в связи с чем у Комитета перед предпринимателем имеется задолженность в сумме 1 386 233 руб. 00 коп., о взыскании которой последний заявил во встречном иске, выставив также требование о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты в сумме 215 767 руб. 17 коп., с последующим ее начислением по день фактической оплаты долга.

Изучив первоначальный и встречный иски, исследовав и оценив с позиции статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности,

установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела и руководствуясь действующим законодательством, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Спорные правоотношения сторон возникли из муниципальных контрактов, являющихся по своей правой природе договорами подряда на выполнение работ для государственных или муниципальных нужд, правовое регулирование которого осуществляется нормами параграфов 1, 4 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), поскольку заказчиком по контракту выступает Комитет, финансируемый за счет бюджетных средств.

В соответствии с пунктом 8 статьи 3 Закон № 44-ФЗ под муниципальным контрактом понимается договор, заключенный от имени муниципального образования муниципальным заказчиком для обеспечения муниципальных нужд.

Контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим законом извещение об осуществлении закупки или приглашение принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документация о закупке, заявка, окончательное предложение не предусмотрены (пункт 1 статьи 34 Закон о контрактной системе).

Согласно пункту 2 статьи 48 Закона № 44-ФЗ заказчик во всех случаях осуществляет закупку путем проведения открытого конкурса, за исключением случаев, предусмотренных статьями 56, 57, 59, 72, 83, 84 и 93 настоящего закона.

В силу норм Закона № 44-ФЗ, а также пунктов 1 и 2 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственные органы, органы управления внебюджетными фондами, органы местного самоуправления, казенные учреждения и иные получатели средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации или местных бюджетов могут вступать в договорные отношения только посредством заключения государственного и муниципального контракта. Государственный и муниципальный контракты размещаются на конкурсной основе и в пределах лимитов бюджетных обязательств.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что по результатам электронного аукциона заключен муниципальный контракт № 0134300026322000197 от 19.09.2022, иные контракты - №№ 1223/01 от 23.12.2022, 1214/01 от 14.12.2022, 1214/02 от 14.12.2022, 1219/05 от 19.12.2022, 1219/06 от 19.12.2022, 1125/01 от 25.11.2022, 1220.05 от 20.12.2022 заключены сторонами без проведения конкурентных процедур.

Сущность контракта, как правовой формы удовлетворения государственных нужд, опосредующих реализацию публичных интересов в определенной сфере, обуславливает создание такого правового режима размещения заказов, который, в отличие от классических гражданско-правовых конструкций, призван обеспечить достижение цели эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования (пункт 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ).

Поэтому, как разъяснено в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

В части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ содержится явно выраженный законодательный запрет: запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

К целям контрактной системы в силу статей 1, 6 и 8 Закона № 44-ФЗ отнесены повышение эффективности, результативность осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращение коррупции и других злоупотреблений, создание равных условий для участников. Из-за несоблюдения процедуры закупок нарушаются права третьих лиц - участников закупки, с которыми муниципальный контракт не заключен, вследствие предоставления преимущества лицу, не соответствующему требованиям Закона о контрактной системе.

Отсутствие публичных процедур способствует созданию преимущественного положения единственного поставщика и лишает возможности других хозяйствующих субъектов реализовать свое право на заключение контракта, в связи с чем, спорный договор является ничтожной сделкой, нарушающей установленный законом явно выраженный запрет.

Возможность выполнения работ без соблюдения требований Закона о контрактной системе и удовлетворение требований о взыскании денежных средств в отсутствие государственного контракта, по сути, дезавуирует применение Закона о контрактной системе и открывает возможность для недобросовестных исполнителей работ и государственных (муниципальных) заказчиков приобретать незаконные имущественные выгоды в обход действующего законодательства.

Проанализировав условия спорных контрактов, суд установил, что работы, означенные в контракте № 0134300026322000197 от 19.09.2022 и контрактах №№ 1223/01 от 23.12.2022, 1125/01 от 25.11.2022, являются единой сделкой по ремонту фасада здания, расположенного по адресу: <...>, работы, означенные в контрактах №№ 1214/01 от 14.12.2022, 1214/02 от 14.12.2022, 1219/05 от 19.12.2022, 1219/06 от 19.12.2022, являются единой сделкой по ремонту фасада здания, расположенного по адресу: <...>, направленные на порождение единых правовых последствий - возникновение обязательств по ремонту фасадов зданий.

Таким образом, фактически заключенные контракты образуют единую сделку, искусственно раздробленную и оформленную несколькими самостоятельными контрактами (договор с единственным поставщиком) для формального соблюдения положений закона, хозяйствующими субъектами был распределен между собой объем работ, юридически значимые действия от их имени осуществляло одно лицо, цена контрактов сформирована с нарушениями.

При первоначальном рассмотрении дела недобросовестные действия сторон по заключению связанных между собой сделок, приведшие к искусственному разделению единой сделки с целью уйти от формального соблюдения специальных ограничений, Комитетом не оспаривались и были подтверждены представителем в судебном заседании 17.06.2024.

Однако, уже при повторном рассмотрении дела Комитет заявил об отсутствии каких-либо нарушений требований действующего законодательства при заключении спорных контрактов с ИП ФИО1

С учетом изложенного выше, суд находит позицию истца по первоначальному иску

несостоятельной.

Доводы представителя ИП ФИО1 относительно добросовестного поведения подрядчика в рассматриваемых правоотношениях, надлежащим образом выполнившего работы для муниципального заказчика, судом также рассмотрены и отклонены как необоснованные, поскольку поведение лиц, выраженное в отказе от конкурентной борьбы между собой за право заключения государственных (муниципальных) контрактов, не может соответствовать добросовестному поведению участников закупочных процедур, противоречит цели и правовой природе института торгов, который основывается на принципе конкуренции.

Аналогичная правовая позиция приведена в Определении Верховного Суда РФ от 25.04.2024 № 305-ЭС24-4345 по делу № А40-10616/2023.

Несоблюдение установленной законом процедуры заключения контракта не устраняет его возмездности, но лишает в связи с изложенной причиной исполнителя права на получение вознаграждения, а подрядчик, являясь профессиональным участником правоотношений, знал и должен был знать, что выполняет работы вопреки предписаниям Закона о контрактной системе, во исполнение несуществующего обязательства.

Обе стороны договора не могут считаться действовавшими добросовестно, поскольку являясь участниками рыночных отношений, должны были знать и соблюдать установленные государством правила ведения предпринимательской деятельности.

Учитывая изложенное и принимая во внимание, что проведение конкурсных процедур при соблюдении конкретных условий имело место только при заключении муниципального контракта № 0134300026322000197 от 19.09.2022, суд приходит к выводу, что у ИП ФИО1 возникло право претендовать на оплату работ, выполненных исключительно в рамках данного контракта, с учетом подписанного сторонами дополнительного соглашения № 1 к нему.

Вопреки доводам ИП ФИО1 правовые основания для оплаты работ по остальным спорным муниципальным контрактам отсутствуют, ввиду их заключения с нарушением требований Закона № 44-ФЗ, принципов открытости, прозрачности, что привело к ограничению конкуренции, необоснованному ограничению числа участников закупки, а, следовательно, к посягательству на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что

такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной по основанию, предусмотренному статьей 168 ГК РФ, как посягающая на публичные интересы (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с частью 4 статьи 166 ГК РФ суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.03.2010 по делу № ВАС-1402/10 отражен подход, согласно которому суд вправе по своей инициативе как применить последствия недействительности ничтожной сделки, так соответственно, вправе дать оценку законности этой сделки, на которой основан иск независимо от наличия спора об этом.

В пункте 79 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки (реституцию) по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, а также в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 ГК РФ).

Вопрос применения последствий недействительности сделок был поставлен судом на обсуждение сторон в судебном заседании 08.10.2025. Представителями даны пояснения.

На то, что спорные контракты нарушают публичные интересы уже в силу того, что они заключены с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекут нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции указал прокурор в судебном заседании 27.10.2025.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для применения односторонней реституции в виде возврата ИП ФИО1 Комитету денежных средств в сумме 2 538 006 руб. 68 коп.

Относительно доводов истца по первоначальному иску о наличии оснований для возврата ИП ФИО1 денежных средств в сумме 201 716 руб. 21 коп., составляющих

разницу между стоимостью работ, указанной в локальном сметном расчете к муниципальному контракту № 0134300026322000197 от 19.09.2022, и установленной в экспертном заключении суммой, суд пришел к следующему выводу.

В силу части 4 статьи 709 ГК РФ цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой.

При заключении контракта № 0134300026322000197 от 19.09.2022 стороны определили, что цена контракта является твердой, определена на весь срок исполнения Контракта (пункт 2.1) и согласно локальному сметному расчету к контракту, дополнительному соглашению № 1 к контракту и локальному сметному расчету № 01-01 (доп) составляет 2 405 134 руб. 01 коп.

При таких обстоятельствах оплата фактически выполненных предпринимателем по контракту работ должна быть произведена по указанной цене, согласно сметы закупки, никаких корректировок по расценкам, индексам не может производиться.

Позиция истца по первоначальному иску фактически сводится к тому, что при формировании смет и определении цены контракта были допущены ошибки.

Однако, данное обстоятельство не может повлечь неблагоприятные последствия для подрядчика, выполнившего принятые на себя обязательства в соответствии с утвержденной заказчиком сметой, поскольку согласно пункту 6 статьи 709 ГК РФ подрядчик не вправе требовать увеличения твердой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе в случае, когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов.

При указанных обстоятельствах, неверное формирование заказчиком твердой цены контракта в силу пункта 6 статьи 709 ГК РФ не подлежит отнесению к рискам подрядчика.

Главой 60 ГК РФ, предусмотрено, что обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого, и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Статьей 1103 ГК РФ установлено, что предусмотренные главой 60 Кодекса правила подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что по сделкам, признанным судом в рамках настоящего спора ничтожными, ИП ФИО1 от Комитета получены денежные средства в сумме 2 538 006 руб. 68 коп.

Также судом установлено, что платежным поручением № 982081 от 17.05.2025 предприниматель перечислил на расчетный счет Комитета в счет исполнения решения суда по настоящему делу денежные средства в сумме 1 324 506 руб. 10 коп.

Таким образом, с учетом оплаты установленной решением суда от 12.02.2025 суммы пени (340 028 руб. 52 коп.), ИП ФИО1 фактически произвел возврат денежных средств в сумме 1 084 477 руб. 58 коп.

Следовательно, взысканию на основании статей 1102, 1103 ГК РФ подлежит сумма 1 453 529 руб. 10 коп. (2 538 006 руб. 68 коп. – 1 084 477 руб. 58 коп.).

Согласно пункт статье 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. При этом размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

По смыслу положений пункта 3 статьи 395 ГК РФ и разъяснений, приведенных в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», истцу предоставлено право требовать присуждения процентов за пользование чужими денежными средствами до момента фактического исполнения обязательства. При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

При новом рассмотрении дела истцом по первоначальному иску требования не корректировались, суд рассматривает требования в редакции заявления от 25.11.2024, в

соответствии с которым Комитет просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму 1 053 064 руб. 56 коп. за период с 12.01.2024 по 24.01.2024, в сумме 7 301 руб. 25 коп., с последующим их начислением до даты вынесения судом решения.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору.

Судом при первоначальном рассмотрении дела взысканы проценты в сумме 240 028 руб. 52 коп.

Уплата указанной суммы наряду с суммой неосновательного обогащения, на которую Комитет произвел начисление процентов, осуществлена предпринимателем платежным поручением № 982081 от 17.05.2025.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд, не выходя за пределы исковых требований, произвел расчет процентов за период с 12.01.2024 (дата перечисления денежных средств ответчику) до 17.05.2025 (дата возврата спорной суммы истцу), исключив при этом сумму фактически уплаченных ИП ФИО1 процентов.

Таким образом, расчет процентов выглядит следующим образом:

Задолженность, руб.

Период просрочки

Дней

Проценты,

Ставка

в

c

руб.

по

дни

году

[1]

[2]

[3]

[4]

[5]

[6]

[1]x[4]x[5]/[6]

1 053 064,56

12.01.2024

28.07.2024

199

16%

366

91 610,86

1 053 064,56

29.07.2024

15.09.2024

49

18%

366

25 377,13

1 053 064,56

16.09.2024

27.10.2024

42

19%

366

22 960,26

1 053 064,56

28.10.2024

31.12.2024

65

21%

366

39 274,13

1 053 064,56

01.01.2025

17.05.2025

137

21%

365

83 004,57

Итого:

492

18,51%

262 226,95

262 226 руб. 95 коп. – 240 028 руб. 52 коп. = 22 198 руб. 43 коп.

Указанная сумма подлежит взысканию с ИП ФИО1 в пользу Комитета на основании статей 395, 1107 ГК РФ.

Рассмотрев встречные требования ИП ФИО1 к Комитету о взыскании стоимости дополнительных работ в сумме 1 386 233 руб. 00 коп., суд отказывает в их удовлетворении, в связи со следующим.

Как следует из пояснений ИП ФИО1, в процессе производства работ по приезду в г. Тайшет для выполнения обмера здания и встречи с представителями заказчика, выяснилось, что в сметной документации заложена облицовка фасада только по трем стенам данного здания, о чем было написано письмо в адрес Комитета № 8-22 от 28.09.2022. В результате переговоров сторон было принято решение выполнить неучтенный в смете объем работ по прямым договорам, а также подрядчику было предложено выполнить облицовку фасада строящегося здания по адресу: <...> с заключением прямых договоров на весь объем работ по данному зданию.

Из материалов дела следует, что подписание сторонами дополнительных соглашений, содержащих условия о выполнении дополнительного объема работ, сверх объема, оговоренного сторонами непосредственно в контракте, не имеется. Представленная в материалы дела переписка сторон об обратном не свидетельствует, не подтверждает согласование заказчиком, как того требует Закон № 44-ФЗ, дополнительных работ, не определенных в сметной документации к контракту № 0134300026322000197 от 19.09.2022. Письмо Комитета от 23.11.2022 № 3126/03 о согласовании цветового решения, вопреки доводам предпринимателя, таким доказательством не является.

В силу положений пункта 3 статьи 743 ГК РФ подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику.

При неполучении от заказчика ответа на свое сообщение в течение десяти дней, если законом или договором строительного подряда не предусмотрен для этого иной срок, подрядчик обязан приостановить соответствующие работы с отнесением убытков, вызванных простоем, на счет заказчика. Заказчик освобождается от возмещения этих убытков, если докажет отсутствие необходимости в проведении дополнительных работ.

Подрядчик, не выполнивший данной обязанности, лишается права требовать от заказчика оплаты выполненных им дополнительных работ и возмещения вызванных этим убытков, если не докажет необходимость немедленных действий в интересах заказчика, в частности в связи с тем, что приостановление работ могло привести к гибели или повреждению объекта строительства (пункт 4 статьи 743 ГК РФ).

В случае выполнения дополнительных работ без получения согласия заказчика подрядчик, по общему правилу, лишается права требовать от заказчика оплаты выполненных им дополнительных работ.

Подрядчик, не выполнивший обязанности по приостановлению работ, лишается права требовать от заказчика оплаты выполненных им дополнительных работ и возмещения вызванных этим убытков, если не докажет необходимость немедленных действий в интересах заказчика, в частности в связи с тем, что приостановление работ могло привести к гибели или повреждению объекта строительства.

Аналогичная правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда РФ от 10.08.2015 № 307-ЭС15-9667 по делу № А56-35018/2013.

При этом, факт принятия и подписания между подрядчиком и заказчиком акта приемки дополнительных работ, не подтверждают факта наличия права требовать оплаты дополнительного объема работ, стоимость которых предъявлена ко взысканию во встречном иске.

Согласно пункту 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору подряда», подрядчик, не сообщивший заказчику о необходимости выполнения дополнительных работ, не учтенных в технической документации, не в праве требовать оплаты этих работ и в случае, когда такие работы были включены в акт приемки, подписанный представителем заказчика. Также необходимым условием для оплаты дополнительных работ является согласие подрядчика.

Соответственно, факт подписания актов выполненных работ, сам по себе не является безусловным основанием для возникновения на стороне заказчика платежного обязательства, если не соблюдены условия, предусмотренные пунктом 4 статьи 743 ГК РФ.

Истец по встречному иску не доказал, что выполненные им работы являлись дополнительными по отношению к работам, предусмотренным контрактом № 0134300026322000197 от 19.09.2022, являлись необходимыми и срочными, и что без их выполнения не был бы достигнут имеющий потребительскую ценность результат.

Таким образом, учитывая, что необходимость и срочность выполнения объема дополнительных работ для целей соответствия результата работ требованиям обязательных норм и правил и для последующего использования объекта по назначению не имелась, суд приходит к выводу, что выполненные без оформления сторонами в соответствии с требованиями Закона № 44-ФЗ договорных отношений работы не подлежат оплате.

Более того, анализ пункта 1 статьи 95 Закона № 44-ФЗ дает основание полагать, что увеличение (снижение) объема работ по государственному (муниципальному) контракту допустимо в пределах 10% цены контракта, тогда как в данном случае при цене контракта 2 405 134 руб. 01 коп. стоимость дополнительных, как утверждает предприниматель, работ составила 1 386 233 руб. 00 коп., то есть более 50 % от общей стоимости основных работ.

Как указал сам истец во встречном иске, работы стоимостью 1 386 233 руб. 00 коп. выполнены им по муниципальному контракту № 1220.05 от 20.12.2022.

Учитывая, что данный контракт также заключен без проведения установленных государством конкурентных процедур, суд приходит к выводу, что контракт № 1220.05 от 20.12.2022 наряду с иными вышеуказанными сделками является ничтожным, поскольку противоречит требованиям Закона № 44-ФЗ.

Учитывая, что факт согласования дополнительных объемов работ и необходимости их незамедлительного выполнения материалами дела не подтвержден, суд пришел к выводу,

Следовательно, правовые основания для взыскания стоимости работ по контракту № 1220.05 от 20.12.2022 у суда отсутствуют.

Поскольку в удовлетворении требования о взыскании задолженности отказано, производное от него требование о взыскании неустойки также не подлежит удовлетворению.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана соответствующая оценка, что нашло отражение в данном решении; иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда не влияют.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В связи с удовлетворением первоначального иска, расходы по уплате государственной пошлины, от уплаты которой Комитет освобожден, относятся на ответчика, исходя из размера удовлетворенных требований, в связи с чем с ИП ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 27 757 руб. 00 коп.

Расходы по встречному иску, в связи с отказом в его удовлетворении, также относятся на ИП ФИО1 и возмещению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб также остаются на ИП ФИО1, как на лице, не в пользу которого принят судебный акт (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

исковые требования КОМИТЕТА ПО УПРАВЛЕНИЮ МУНИЦИПАЛЬНЫМ ИМУЩЕСТВОМ, СТРОИТЕЛЬСТВУ, АРХИТЕКТУРЕ И ЖИЛИЩНО-КОММУНАЛЬНОМУ ХОЗЯЙСТВУ АДМИНИСТРАЦИИ ТАЙШЕТСКОГО РАЙОНА удовлетворить.

Взыскать с ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН <***>) в пользу КОМИТЕТА ПО УПРАВЛЕНИЮ МУНИЦИПАЛЬНЫМ ИМУЩЕСТВОМ, СТРОИТЕЛЬСТВУ, АРХИТЕКТУРЕ И ЖИЛИЩНО-КОММУНАЛЬНОМУ ХОЗЯЙСТВУ АДМИНИСТРАЦИИ ТАЙШЕТСКОГО РАЙОНА (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) неосновательное обогащение в сумме 1 453 529 руб. 10 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 22 198 руб. 43 коп.

Взыскать с ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 27 757 руб. 00 коп.

В удовлетворении встречных исковых требований ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия.

Судья А.Э. Зырянова