Постановление от 12 февраля 2026 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-5898/2020
г. Краснодар
13 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 февраля 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Истоменок Т.Г. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании

до и после перерыва ФИО4 Каспара Сергеевича (лично, паспорт), от индивидуального предпринимателя – главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 – до перерыва Трофима С.Г. (доверенность от 18.08.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю на определение Арбитражного суда Ставропольского края

от 28.05.2025 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 21.10.2025 по делу № А63-5898/2020 (Ф08-8837/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Винзавод "Надежда"» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила

признать недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства

от 15.05.2020, заключенный должником и индивидуальным предпринимателем – главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (далее – ФИО1), применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 611 282 рублей, являющихся действительной стоимостью транспортного средства на момент его приобретения (уточненные требования).

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3

Определением от 06.10.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением апелляционного суда от 10.07.2023 определение от 06.10.2022 отменено; признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства

от 15.05.2020; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания

с ответчика в конкурсную массу должника рыночной стоимости транспортного средства

в размере 611 тыс. рублей.

Постановлением суда округа от 07.12.2023 определение от 06.10.2022

и постановление апелляционного суда от 10.07.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением от 28.05.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.10.2025, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней УФНС России по Ставропольскому краю просит отменить судебные акты и удовлетворить заявленные требования. Податель жалобы ссылается на то, что в результате заключения сделки оказано предпочтение ФИО1 перед другими кредиторами. Полагает, что соглашение об отступном

от 30.09.2019 носит фиктивный характер; договор купли-продажи от 15.05.2020, заключенный во исполнение указанного соглашения, не содержит условий о передаче транспортного средства в счет погашения обязательств должника. Должник после заключения соглашения от 30.09.2019 продолжал погашение задолженности по договору поставки, спорное имущество из владения должника не выбыло. Указывает на отсутствие в материалах дела доказательств перевозки винограда по договорам поставки. Приводит доводы об аффилированности сторон оспариваемой сделки.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1 и ФИО4 указали

на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.01.2026

в судебном заседании объявлен перерыв до 10.02.2026. После перерыва судебное заседание продолжено.

В судебном заседании после перерыва ФИО4 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 07.05.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением от 31.05.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

15 мая 2020 года должник и предприниматель заключили договор купли-продажи транспортного средства BMW 750LI DRIVE VIN <***>, 2011 года выпуска. Отчуждение имущества произведено по цене 611 282 рубля.

В соответствии с пунктами 3.3.1 и 3.3.2 данного договора покупатель уплачивает цену договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца, при этом оплата также может быть произведена другим способом, в том числе путем зачета требований.

Конкурсный управляющий, полагая, что отчуждение автомобиля совершено

на условиях неравноценного встречного предоставления, обратился в суд с заявлением

о признании договора купли-продажи от 15.05.2020 недействительной сделкой

на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Кодекса дела

о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок

по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2

или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018

№ 301-ЭС17-7613(3)).

Пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 данной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Оспариваемый договор заключен 15.05.2020, в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 и пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве (производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 07.05.2020).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства

по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, обоснованно исходя из следующего.

Судами установлено, что 30.09.2019 ФИО1 (кредитор) и должник заключили соглашение об отступном, в соответствии с которым стороны признают права требования кредитора к должнику в размере 14 142 460 рублей, возникшего на основании договоров от 01.06.2017 и от 01.03.2018.

Пунктом 3 соглашения установлено, что отступное состоит из движимого имущества должника (транспортные средства), включая BMW 750LI XDRIVE VIN <***>, 2011 года выпуска.

Впоследствии стороны 15.05.2020 заключили договор купли-продажи спорного транспортного средства.

Таким образом, предметом оспариваемого договора купли-продажи и соглашения об отступном является одно и то же имущество – автомобиль BMW 750LI XDRIVE VIN <***>.

Суды, рассматривая заявленные требования, анализируя сделки (как соглашение

от 30.09.2019, так и договор от 15.05.2020) применительно к положениям пункта 2

статьи 61.2 Закона о банкротстве, установили, что в момент совершения спорных сделок должник не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества; размер обязательств должника не превышал стоимость его имущества (активов).

Так, по данным бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2018 размер активов должника составлял 63 355 тыс. рублей; по состоянию на 31.12.2019 –

47 592 тыс. рублей. Доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения сделок и в результате их заключения размер обязательств должника превысил стоимость его имущества (активов) в материалы дела не представлено. Выписка по банковским счетам должника подтверждает наличие на его счетах денежных средств как на дату заключения соглашения об отступном и договора купли-продажи автомобиля, так и совершение должником расходных операций по банковским счетам после их заключения.

Доводы о наличии неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами признаны несостоятельными, поскольку в соответствии с определением Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 по делу № А09-1924/2013, постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации

от 23.04.2013 № 18245/12 и постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии

по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу № 305-ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015, отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору недопустимо, поскольку данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей).

Суды проанализировали документы, представленные в обоснование наличия встречного предоставления (договор поставки от 01.06.2017 и от 01.03.2018 № 1); проверили взаимоотношения сторон по указанным соглашениям. Установили,

что наличие непогашенной задолженности должника по договорам поставки послужило основанием для заключения 30.09.2019 ФИО1 и должником соглашения

об отступном на сумму 14 142 460 рублей; отступное состоит из движимого имущества должника (транспортных средств, в числе прочего BMW 750LI XDRIVE

VIN <***>, 2011 года выпуска).

Суды обоснованно приняли во внимание, что в соответствии с отчетом

от 29.04.2020 № 805 рыночная стоимость переданных в качестве отступного транспортных средств равная 9 406 тыс. рублям, включая стоимость спорного автомобиля в размере 611 тыс. рублей, значительно меньше размера прекращенных обязательств

(14 142 460 рублей).

Отметили, что отступное принято ответчиком без составления отдельного акта приема-передачи. Во исполнение указанной сделки стороны 15.05.2020 заключили договор купли-продажи автомобиля BMW 750LI XDRIVE VIN <***>, на основании которого впоследствии произведена регистрация смены собственника с должника на ФИО1

Между тем суды указали, что с учетом положений статьей 130 и 223 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) право собственности ответчика на спорное транспортное средство возникло у него с момента его передачи,

с 30.09.2019. В связи с изложенным указали, что заключение сторонами договора купли-продажи направлено на прекращение обязательств должника перед ответчиком в соответствии с условиями соглашения об отступном от 30.09.2019, что не предполагает получения должником денежных средств.

Наряду с этим учтено, что после постановки транспортных средств

на регистрационный учет в ГИБДД за ФИО1 соответствующие сведения внесены во внутренние документы учета ответчика (ведомость по счету 76

за 2017-2021 годы по контрагенту ООО «Винзавод "Надежда"» (вкладной лист

к ведомости № 8а), журнал-ордер № 6).

В свою очередь, вопреки заявленным доводам, несвоевременное отражение должником выбытия имущества в налоговой отчетности по НДС и исчисление транспортного налога с учетом установленных обстоятельств не может возлагать негативные последствия на ФИО1

Отклоняя доводы о мнимости договоров поставки от 01.06.2017 и от 01.03.2018,

в целях погашения задолженности по которым заключено соглашение от 30.09.2019, суды отметили следующее.

ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 07.03.2006 (ОГРНИП <***>), основной вид деятельности – выращивание винограда (ОКВЭД 01.21); ответчику на праве собственности принадлежат земельные участки площадью 163,61 га с виноградниками с учетным номером

07-2017-00000622 от 29.03.2017 (дата закладки – 20.11.2005, годы посадки кустов винограда различных сортов – 20.11.2005-01.11.2016).

Согласно письму ГКУ «Ставропольвиноградплодопром» от 21.11.2023 № 01-01/266 ответчик состоит в федеральном реестре виноградных насаждений, по состоянию

на 01.01.2023 общая площадь виноградников составляет 145,5 га; является участником программы субсидирования виноградарства в регионе (в 2014-2020 годах).

Согласно декларациям от 08.02.2018 и от 22.10.2018 об объеме собранного винограда для производства винодельческой продукции за 2017 и 2018 годы и сведениям о сборе урожая сельскохозяйственных культур по форме № 2-фермер от 31.10.2017

и от 19.12.2018 ответчиком отгружено в адрес должника свыше 14 тыс. центнеров винограда.

По договору от 01.06.2017 ответчик с 01.09.2017 по 24.09.2017 поставил должнику товар на общую сумму 6 600 тыс. рублей, что подтверждается товарными и товарно-транспортными накладными, платежными поручениями за период с 06.06.2017

по 25.12.2017 в сумме 4 069 тыс. рублей, актом сверки по состоянию на 31.12.2017.

На основании договора от 01.03.2018 № 1 ФИО1 с 02.10.2018 по 17.10.2018 отгрузил в адрес должника товар на сумму 21 165 460 рублей (товарные и товарно-транспортные накладные, платежные поручения за период с 16.01.2018 по 21.12.2018

на сумму 7 131 тыс. рублей, акт сверки по состоянию на 31.12.2018).

О реальности сложившихся между сторонами правоотношений свидетельствуют действия ответчика по взысканию с должника задолженности (претензия от 26.09.2019).

Согласно товарным и товарно-транспортным накладным перевозки винограда осуществлялись водителями ФИО5 и ФИО6; транспортные средства, на которых осуществлялась поставка, использовались ФИО1

на основании договоров от 18.08.2017, от 20.08.2018.

Налоговый орган ссылается на фиктивность документов, в том числе содержащих сведения о водителях, осуществлявшись перевозки. Между тем заявленный довод обоснованно отклонен судами, поскольку, вопреки мнению подателя жалобы, само по себе превышение длительности рабочего времени водителями при перевозке скоропортящегося продукта в период после его сбора, а также занятость другого водителя на другом месте работы с графиком «сутки через трое» не является достаточным основанием для вывода о мнимости заявленного ответчиком договора поставки и фиктивности представленных им документов.

Наряду с этим в материалы дела представлены доказательства уплаты ответчиком налогов ЕСХН за 2017-2019 годы, в том числе сформированных от продажи винограда (ведомость по счету 76 за 2017-2021 по контрагенту ООО «Винзавод "Надежда"», журнал-ордер № 6 о расчетах с поставщиками и подрядчиками за 2019-2020 годы, книги учета доходов и расходов индивидуальных предпринимателей, применяющих ЕСХН

за 2017-2019 годы, налоговые декларации по ЕСХН за 2017-2019 годы, платежные поручения должника за 2017-2019 годы. Названные документы ранее являлись предметом оценки налогового органа в рамках камеральных проверок, что подтверждается требованиями от 09.06.2018 № 6762 и № 6767, от 27.06.2018 № 38452, от 03.07.2018

№ 6909, от 30.05.2019 № 1335, от 18.05.2020 № 1372, № 271 от 06.02.2020,

от 26.06.2020 № 6718, от 14.08.2020 № 2621, от 22.09.2020 № 3050, от 29.09.2020 № 3153

и письмами ФИО1 о направлении первичных документов в ответ на данные требования от 17.07.2018, от 03.06.2019, от 29.05.2020, от 21.07.2020, от 09.10.2020.

По результатам проверок уполномоченным органом не выявлено нарушений либо расхождений между первичными документами и данными отчетности, отсутствуют вынесенные акты либо предъявленные претензии к правильности оформления первичных документов и исчисления налоговой базы, соответствующих судебных споров не инициировано.

Кроме того, судами установлено фактическое использование должником приобретенного винограда для производства винодельческой продукции (наличие лицензии, срок окончания которых 26.06.2021, подтверждается сведениями с сайта Росалкогольрегулирования). В материалы дела представлены сводная таблица «Анализ использования винограда урожая 2017-2020 гг., закупок сусла виноградного

за 2017-2018 гг., закупок виноматериала виноградного (код ЕГАИС 321) за 2017-2021 гг.

в производстве алкогольной и спиртосодержащей продукции, подтвержденной ЕГАИС

с 2017 по 26.06.2021 гг.», а также подтверждающие указанные в таблице сведения документы (договоры, выписки из книг покупок, счет-фактуры, товарные накладные, товарно-транспортные накладные, сведения об отгрузке, отчеты об объемах производства и оборота алкогольной и спиртосодержащей продукции, посуточные заявки о фиксации сведений о производстве, отчеты о производстве и купажные акты).

При изложенных обстоятельствах, установив реальность поставки товара должнику, учитывая его отражения в документах налогового учета и ЕГАИС, суды пришли к выводу о том, что сделка по поставке винограда между сторонами соответствовала роду их деятельности и требованиям отраслевого законодательства, указали на доказанность поставки товара должнику на спорную сумму и наличие у него задолженности перед ответчиком.

Изложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии со стороны ответчика равноценного встречного предоставления, что исключает наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам и, как следствие, возможность признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, судами учтено отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника и совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Наряду с этим приняты во внимание недоказанность аффилированности

или заинтересованности должника и ответчика. Ссылки уполномоченного органа

на включение ФИО1 в состав членов наблюдательного совета

АО СХП «Шишикинское» отклонены, поскольку наличие гражданско-правовых отношений между ФИО1 и должником не презюмирует их заинтересованность либо фактическую аффилированность. То обстоятельство, что ФИО1 являлся контрагентом должника, само по себе в отсутствие иных доказательств (сведений) не презюмирует его заинтересованность (статья 19 Закона о банкротстве) либо фактическую аффилированность. Аналогичные выводы изложены в постановлении суда округа

от 25.12.2024.

Таким образом, поскольку транспортное средство выбыло из владения должника по соглашению об отступном от 30.09.2019, соответствующем требованиям действующего законодательства, правовые основания для проверки договора купли-продажи

от 15.05.2020 применительно к положениям статьи 61.3 Закона о банкротстве отсутствуют.

При таких обстоятельствах, учитывая, что на момент совершения оспариваемых сделок должник не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, принимая во внимание отсутствие доказательств осведомленности ответчика о финансовом состоянии должника, наличие равноценного встречного предоставления, недоказанность причинения вреда должнику и его кредиторам, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Пороков, выходящих за пределы специальных норм, судом также не установлено, соответственно, оснований для признания сделок недействительными

по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 Гражданского кодекса) судами

не установлено.

С учетом изложенного основания для отмены судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют. Правильность выводов судебных инстанций по существу спора подателем жалобы не опровергнута, несогласие с ними не может служить основанием, достаточным для отмены или изменения судебных актов. Переоценка исследованных судами доказательств и установленных по делу обстоятельств не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Кодекса). Судебные инстанции полно и всесторонне исследовали и оценили представленные доказательства, правильно применили нормы материального права. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Предопределенная доводами жалобы оценка фактических обстоятельств спора

не относится к компетенции суда кассационной инстанции, ввиду чего не образует необходимых оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.12.2025

№ 309-ЭС25-13645 по делу № А50-33778/2022).

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 28.05.2025 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2025 по делу

№ А63-5898/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,

не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном

статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Ю.О. Резник

Судьи

Т.Г. Истоменок

Ю.В. Мацко