Постановление от 18 марта 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-66024/2025

Дело № А40-192491/24
г. Москва
19 марта 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Новиковой Е.М.

судей Бодровой Е.В., Фриева А.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Коваль М.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "ТАРМЕД"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 06.11.2025 по делу № А40-192491/24

по иску ООО "ТАРМЕД" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к ППК "ЕДИНЫЙ ЗАКАЗЧИК В СФЕРЕ СТРОИТЕЛЬСТВА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о расторжении государственного контракта,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 по доверенности от 31.07.2025, ФИО2 по доверенности от 31.07.2025,

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 01.01.2026,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Тармед» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ППК «Единый заказчик в сфере строительства» (ответчик) о расторжении государственного контракта от 27.10.2020 № D0702-42/20 в части неисполненных обязательств.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2024 принято встречное исковое заявление ППК «Единый заказчик в сфере строительства» о возложении на ООО «Тармед» обязанности исполнить обязательства по государственному контракту от 27.10.2020 № D0702-42/20 и договору ответственного хранения от 10.12.2020 №5-Д.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2025 в удовлетворении исковых требований ООО «Тармед» (ИНН: <***>) отказано. Встречное исковое заявление ППК «Единый заказчик в сфере строительства» (ИНН: <***>) удовлетворено в части. Суд обязал ООО «Тармед» (ИНН: <***>) исполнить обязательства по государственному контракту от 27.10.2020 № D0702-42/20 и договору ответственного хранения от 10.12.2020 №5-Д в соответствии с их условиями. В удовлетворении остальной части встречного иска отказано.

Не согласившись с решением суда, ООО "ТАРМЕД" обратилось с апелляционной жалобой, полагая, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, а также нарушением норм материального права.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении встречных исковых требований в полном объеме, удовлетворить первоначальный иск.

Представитель ответчика против доводов апелляционной жалобы возражал, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представил отзыв с возражениями по доводам жалобы, отзыв приобщен к материалам дела.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 27.10.2020 между ООО «ТАРМЕД» (далее - Истец, Поставщик) и Федеральное казенное учреждение «Дирекция единого заказчика-застройщика объектов здравоохранения» Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации (ФКУ «ДЕЗЗ объектов здравоохранения» Минстроя России), (далее - Заказчик, Ответчик), был заключен государственный контракт № D0702-58/20 (далее - Контракт).

В соответствии с условиями Контракта Истец принял на себя обязательства в порядке и сроки, предусмотренные Контрактом, осуществить поставку Оборудования в соответствии со Спецификацией (приложение № 1 к Контракту), Техническим заданием (приложение № 2 к Контракту) и в сроки, указанные в Контракте, а Ответчик принял на себя обязательства в порядке и сроки, предусмотренные Контрактом, принять и оплатить надлежащим образом поставленное и введенное в эксплуатацию Оборудование.

В соответствии с разделом 3 Контракта «Цена контракта и порядок расчетов» оплата оборудования осуществляется в два этапа:

Этап 1 оплачивается за счет средств федерального бюджета 2020 г. в размере

15 114 919,12 руб.

Этап 2 оплачивается за счет средств федерального бюджета 2020 г. в размере

1 679 435,46 руб.

Оплата 1 этапа осуществляется в размере 15 114 919,12 руб., что составляет 90 % (девяносто процентов) от Цены Контракта, на основании оригинала счета, счета-фактуры (если Оборудование облагается НДС) в течение 30 календарных дней с момента приемки Оборудования с подписанием Акта приема-передачи Оборудования, при наличии документов, указанных в п. 7.1. Контракта.

Оплата 2 этапа осуществляется в размере 1 679 435,46 руб., что составляет 10 % (десять процентов) от Цены Контракта, на основании оригинала счета, счета-фактуры в течение 30 календарных дней с момента ввода оборудования в эксплуатацию с подписанием товарной накладной со стоимостью Оборудования, равной Цене Контракта (товарной накладной, предоставленной на 1 этапе), Акта комплексного опробования, Акта ввода Оборудования в эксплуатацию (приложения № 3 и № 5 к Контракту), при наличии документов, указанных в п. 8.4. настоящего Контракта.

В соответствии с п. 6.1. Контракта «Поставка Оборудования осуществляется Поставщиком в Место доставки в соответствии с Техническим заданием (приложение № 2 к Контракту), Поставка Оборудования осуществляется в следующие сроки:

Срок поставки (без Ввода в эксплуатацию) Оборудования: не позднее 10 декабря 2020 г. включительно.

Срок Ввода в эксплуатацию Оборудования: не позднее 15 декабря 2020 г. включительно.

Поставщик вправе поставить Оборудование, в том числе осуществить ввод его в эксплуатацию досрочно, в согласованные с Заказчиком сроки. Поставка и Ввод в эксплуатацию может осуществляться в пределах вышеуказанных сроков с предварительным письменным уведомлением Заказчика в срок - не позднее 3 рабочих дней до даты поставки и (или) Ввода в эксплуатацию».

В соответствии с п. 4.3.3. Контракта Заказчик, кроме прочего, обязан «обеспечить условия для выполнения Поставщиком работ по сборке, установке, монтажу, в том числе подготовку помещения или места эксплуатации, в соответствии с требованиями, изложенными в ранее согласованном проектно-технологическом задании (приложение № 6 к Контракту), с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации».

10.12.2020 Истцом была произведена поставка оборудования в соответствии с условиями Контракта, а Заказчиком оборудование было принято, о чем был составлен двусторонний акт, впоследствии поставленное оборудование было оплачено в соответствии с условиями Контракта.

Таким образом, обязанности сторон, в рамках первого этапа Контракта исполнены в полном объеме.

Вместе с тем, как указал Истец, Заказчиком до настоящего времени не исполнены обязательства, предусмотренные пунктом 4.3.3. Контракта, а именно, не предоставлено помещение, отвечающее требованиям в проектно-техническом задании, с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности, в связи с чем Истец, по вине Заказчика, фактически лишен возможности исполнить свои обязательства в рамках второго этапа исполнения Контракта, связанного с работами по монтажу оборудования и вводу его в эксплуатацию.

Истец отмечает, что в настоящее время исполнение отдельных обязательств Поставщика, предусмотренных Контрактом, не представляется возможным, даже в том случае если Заказчиком будут созданы все условия для монтажа оборудования и ввода его в эксплуатацию.

Так, в соответствии с п. 8.4. Контракта «8.4. По завершении работ по Вводу в эксплуатацию Оборудования Поставщик представляет следующую документацию: гарантию производителя на Оборудование, в соответствии с требованиями настоящего Контракта, оформленную в виде отдельного документа; гарантию Поставщика на Оборудование, срок действия которой должен составлять не менее срока действия гарантии производителя на Оборудование, оформленную в виде отдельного документа».

В свою очередь, Заказчик без предоставления указанных документов не может оплатить работы по сборке, монтажу и пуско-наладке оборудования.

Так в настоящее время гарантийный срок производителя оборудования истек, в связи с чем условия о предоставлении гарантий производителя является невыполнимым.

Истец отмечает, что оборудование, приобретенное ООО «ТАРМЕД» и поставленное в рамках исполнения Контракта, является сложным техническим изделием, не предназначенным для длительного хранения, при хранении оборудования более одного года без эксплуатации, существует высокий риск поломки оборудования и выхода из строя его сменных узлов и деталей.

Кроме того, при хранении свыше одного года без эксплуатации ухудшаются потребительские свойства оборудования, что может сказаться на функциональных характеристиках, при этом на день подачи искового заявления срок хранения оборудования без эксплуатации превышает трехлетний срок.

Истец отмечает, что стоимость выполнения работ по сборке, монтажу и вводу в эксплуатацию оборудования была рассчитана исходя из рыночных цен 2020 года, стоимость указанных работ, предусмотренная Контрактом, не только не изменялась, но и не может быть изменена в связи с действием прямых норм Федерального закона №44 -ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Вместе с тем, работы по сборке, монтажу и вводу в эксплуатацию поставленного оборудования требуют привлечения высококвалифицированных специалистов и связано со значительными затратами, в том числе на оплату их труда.

В связи с чем, проведение указанных работ в настоящее время, по цене, указанной в Контракте, является для Поставщика экономически не целесообразным, по вине Заказчика.

В соответствии с п. 12.1. Контракт вступает в силу со дня его подписания и действует до 31.12.2020.

Вместе с тем, 23.04.2021 заключено дополнительное соглашение №4 к Контракту.

Согласно указанному дополнительному соглашению Публично-правовая компания «Единый заказчик в сфере строительства» (ППК «Единый заказчик») выступивший на стороне Заказчика и ООО «ТАРМЕД» пришли к соглашению о замене Заказчика по Контракту на ППК «Единый заказчик» на основании Постановления Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 года №2395 «О Публично-правовой компании «Единый Заказчик в сфере строительства». Заключение дополнительного соглашения вне срока действия Контракта породило правовую неопределенность относительно прекращения обязательств сторон Контракта в связи с истечением срока его действия.

Так, в соответствии с частью 3 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено следующее: «Законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства».

Исходя из буквального толкования указанной нормы, в настоящее время Контракт является недействующим и ни одна из сторон не может требовать исполнения обязательств по нему.

С другой стороны, заключение дополнительного соглашения к Контракту, прекратившему свое действие, действующим законодательством не предусмотрено, в связи с чем может быть расценено как волеизъявление сторон на продление срока действия Контракта.

Вместе с тем, Истец полагает, что имеются основания для расторжения контракта в судебном порядке, а именно основание, предусмотренное частью второй

ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, расторжение договора (контракта) по требованию одной из сторон допускается в случае существенного нарушения договора (контракта) другой стороной.

При этом, существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Как указал истец, в данном случае значительная задержка исполнения Заказчиком встречного обязательства, а именно: «обеспечить условия для выполнения Поставщиком работ по сборке, установке, монтажу, в том числе подготовку помещения или места эксплуатации, в соответствии с требованиями, изложенными в ранее согласованном проектно-технологическом задании (приложение № 6 к Контракту), с учетом класса электробезопасности и иных требований безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации» (п. 4.3.3. Контракта) представляется существенным нарушением условий Контракта не только в связи с удорожанием работ по монтажу и вводу в эксплуатацию, но и с обязанностью ООО «ТАРМЕД» исполнения гарантийных обязательств, поскольку в случае надлежащего исполнения обязательств Заказчиком, гарантийный срок на поставляемое оборудование истек бы в 2022 году.

Кроме того, Поставщик не сможет предоставить гарантийное обязательство производителя оборудования, то есть в настоящее время Поставщик фактически лишен возможности исполнить контракт надлежащим образом, и устранить данные обстоятельства невозможно.

Принятие же гарантийных обязательств Поставщиком, с учетом длительного хранения оборудования без эксплуатации, по мнению Истца, влечет для Поставщика необоснованные риски, в связи с высокой вероятностью поломки поставленного оборудования по вине Заказчика.

Вместе с тем, как верно указал суд первой инстанции, истцом не учтено следующее.

Истец осуществил поставку оборудования, что подтверждается товарной накладной от 07.12.2020 № ЦБ-88, актом приема-передачи оборудования от 10.12.2020, ответчик перечислил в качестве оплаты 1 этапа платежным поручением от 30.12.2020 № 818982 истцу 15 114 919,12 руб. (90% от цены Контракта).

В связи с неготовностью помещений на Объекте к монтажу (сборке) и вводу Оборудования в эксплуатацию, ответчик передал истцу Оборудование на безвозмездное ответственное хранение по договору ответственного хранения от 10.12.2020 № 5-Д (далее - Договор хранения).

Договор хранения подписан сторонами добровольно, без возражений и разногласий, истец знал о причинах неготовности Объекта (задержка сроков строительства генподрядной организацией).

Срок действия Договора хранения установлен до 31.12.2021 (п. 2.1 Договора хранения), условие о том, что по истечении срока действия договора прекращают обязанности сторон по его исполнению, отсутствуют.

Возврат Оборудования осуществляется в день окончания срока хранения или по письменному требованию ответчика (п. 4.4 Договора хранения).

Истец обязался принять все необходимые меры для обеспечения сохранности Оборудования (п. 3.1.4 Договора хранения) и возвратить ответчику Оборудование в том же состоянии, в каком оно было принято на хранение, в момент прекращения Договора хранения, либо по письменному требованию ответчика в течение 5 (пяти) рабочих дней (п.3.1.5. Договора хранения).

Момент возврата хранимого Оборудования определен в Договоре хранения моментом прекращения Договора хранения, либо моментом востребования ответчиком Оборудования, что также отражено в акте от 10.12.2020 №1/5-Д приема-передачи имущества на временное ответственное хранение. Указанный акт подписан истцом без возражений.

Ответчиком направлено уведомление от 08.11.2023 № ППК-1-20113/2023 о готовности к комплексной приемке части оборудования (мебели, крупногабаритного и специализированного медицинского оборудования, мелких предметов) по Контракту, а также по другим государственным контрактам, заключенным между истцом и ответчиком на поставку медицинского оборудования.

Всего между истцом и ответчиком было заключено в 2020 году 4 государственных контракта, в июле и сентябре 2023 года еще 3 государственных контракта на поставку медицинского оборудования.

Однако, в ходе исполнения государственных контрактов, каких-либо сообщений от истца в адрес ответчика по вопросу хранения, снижения работоспособности хранимого Оборудования, форс-мажоров, истечения срока гарантии производителя не поступало.

Истец в своем ответе от 13.11.2023 № 392 подтвердил, что хранит Оборудование и для возврата необходимо подтверждение приемки и контактные данные ответственного за приемку лица.

Ответчик письмом от 24.11.2023 № ППК-1-21410/2023 подтвердил готовность к приемке Оборудования в 2024 году и предоставил контактные данные ответственного сотрудника.

Истец вновь обратился к ответчику с письмом от 29.11.2023 № 417 о подтверждении возврата оборудования, ответчик вновь письмом от 26.12.2023 № ППК-1- 23802/2023 еще раз подтвердил готовность к приемке Оборудования в 2024 году.

Таким образом, указанные обстоятельства не позволяют сделать вывод о каком-либо негативном влиянии ситуации с исполнением Контракта на истца, что свидетельствовало бы о необходимости расторгнуть Контракт.

Более того, судом установлено, что истец не поставил в известность ответчика о своем намерении расторгнуть Контракт, не направлял предложений по расторжению Контракта.

Соответственно, суд пришел к обоснованному выводу том, что получив 90% оплаты по Контракту, намерен возвратить Оборудование ответчику с ответственного хранения с риском неработоспособности и неисправности полностью или в части, без гарантии поставщика и производителя, и обратился в суд с иском о расторжении Контракта для того, чтобы не исполнять обязательства по монтажу, сборке, пуско-наладке и гарантийному обслуживанию Оборудования, а также не нести ответственность за неработоспособность Оборудования.

Расторжение Контракта, согласно разделу 12 Контракта, действительно допускается по соглашению сторон и по решению суда.

Истец указал в качестве причин для расторжения невозможность представить гарантии на Оборудование, невозможность гарантировать работоспособность Оборудования, а также сослался на отсутствие экономического интереса исполнять Контракт.

Перечисленные причины истец связывает с затянувшейся подготовкой места монтажа Оборудования, что противоречит фактам и документам в материалах дела.

Так, истец указывает, что в результате неисполнение ответчиком встречных обязательств согласно п.4.3.3 Контракта в части обеспечения помещения для установки Оборудования, истец не мог длительное время осуществить монтаж и ввод в эксплуатацию оборудования, по прошествии времени гарантия производителя истекла, появился риск неработоспособности Оборудования.

Однако, согласно условиям Контракта, гарантия истца на поставленное Оборудование определяется в соответствии с требованиями производителя, но не менее чем 24 месяца с момента ввода его в эксплуатацию. Гарантийный срок начинает исчисляться со дня подписания сторонами Контракта без замечаний соответствующего Акта ввода Оборудования в эксплуатацию (п. 9.6 Контракта).

При этом, в Контракте содержится условие о том, что в цену Контракта включены расходы, связанные с дополнительным увеличением истцом у производителя срока гарантийного обслуживания Оборудования (в случае, если срок гарантии истца превышает срок гарантии производителя Оборудования) (п. 3.5 Контракта).

Также истец указывает в иске, что оборудование является технически сложным изделием, не предназначенным для длительного хранения, при хранении оборудования более одного года без эксплуатации существует высокий риск поломки оборудования и выхода из строя его сменных узлов и деталей, однако данное разъяснение истец не предоставил ответчику в уведомительных целях, чтобы не допустить порчи оборудования, а направил сразу в суд в составе иска, после того как риски наступления поломок значительно увеличились и принять какие-либо меры по их предотвращению затруднительно.

Более того, истец поставил Оборудование 10.12.2020 и заключил Договор хранения на срок более длительный (с 10.12.2020 до 31.12.2021), чем срок хранения, безопасного для функционала Оборудования, соответственно, возможная неработоспособность оборудования никаким образом не зависит от действий ответчика. Доказательств своевременных обращений истца к производителю в части увеличения срока гарантийного обслуживания, а также отказов производителя в таком продлении в материалы дела не представлено.

При этом, судом установлено, что в ходе исполнения обязательств по Контракту ответчик принимал меры по обеспечению готовности объекта, в связи с чем требование истца о признании Контракта недействующим из-за истечения срока его действия 31.12.2020 со ссылкой на положения ч.3 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации и прекращающим какие-либо обязательства по Контракту правомерно отклонены судом первой инстанции.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Условиями сделки может быть предусмотрено исполнение ее сторонами возникающих из нее обязательств при наступлении определенных обстоятельств без направленного на исполнение обязательства отдельно выраженного дополнительного волеизъявления его сторон путем применения информационных технологий, определенных условиями сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530).

В случаях, когда в соответствии с условиями государственного или муниципального контракта поставка товаров осуществляется непосредственно государственному или муниципальному заказчику или по его указанию (отгрузочной разнарядке) другому лицу (получателю), отношения сторон по исполнению государственного или муниципального контракта регулируются правилами, предусмотренными статьями 506 - 522 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 531).

Исходя из положений статей 456, 465, 467, 469, 478 Гражданского кодекса Российской Федерации поставщик обязан передать покупателю товар, количество, ассортимент, качество и комплектность которого соответствуют условиям договора, а также одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности и относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

Бремя предоставления доказательств передачи покупателю товара, соответствующего условиям договора, в том числе по комплектности и качеству, относятся на поставщика.

Как указывалось ранее, истец осуществил поставку оборудования, что подтверждается товарной накладной от 07.12.2020 № ЦБ-88, актом приема-передачи оборудования от 10.12.2020, в связи с чем ответчик перечислил в качестве оплаты

1 этапа 15 114 919,12 руб. (90% от цены Контракта), в том числе за все услуги и затраты, перечисленные в п. 3.5 Контракта, а именно:

поставка Оборудования на Объект, в том числе погрузка, разгрузка, установка, монтаж, пуско-наладка, ввод в эксплуатацию и иные расходы в целях исполнения Контракта;

страхование от всех рисков, получение разрешений, налоги, сборы, пошлины, штрафы и другие обязательные платежи, в т.ч. таможенные и иные расходы в целях Контракта;

обеспечение квалифицированным персоналом, в том числе иностранным; дополнительное увеличение Поставщиком у производителя срока гарантийного обслуживания Оборудования (в случае, если срок гарантии Поставщика превышает срок гарантии Производителя Оборудования);

обеспечение сохранности Оборудования до момента поставки и ввода в эксплуатацию;

любые иные расходы в целях Контракта.

При этом, Гарантия Поставщика на поставленное Оборудование определяется в соответствии с требованиями Производителя, но не менее чем 24 месяца с момента ввода его в эксплуатацию. Гарантийный срок начинает исчисляться со дня подписания Сторонами без замечаний соответствующего Акта ввода Оборудования в эксплуатацию (приложение № 5 к Контракту) (п.9.6. Контракта).

В силу пункта 9.19 Поставщик по требованию Заказчика, обязан переоформить свои гарантийные обязательства в отношении конечного пользователя.

Между тем, Поставщик обязательства в части 2-го этапа по Контракту не выполнил, в связи с чем суд пришел к обоснованному выводу о том, что обязательство по поставке Оборудования, предварительно оплаченного, не наступило.

Более того, судом установлено, что оборудование было передано на ответственное хранение Поставщику по договору ответственного хранения от 10.12.2020 №5-Д, по условиям которого истец (как ответственный хранитель) принял на ответственное хранение все оборудование, поставленное заказчику по контракту, и обязался возвратить его по окончании срока хранения, а заказчик (как поклажедатель) обязался по окончании хранения принять оборудование (пункт 2.1 договора хранения).

Хранение оборудования должно осуществляться хранителем (не поклажедателем) в соответствии с условиями хранения и сроками сохраняемости, установленными в ГОСТах и ТУ на оборудование, а также в соответствии с рекомендациями производителей.

Срок хранения определен в пункте 2.1 договора хранения - до момента окончания срока действия договора хранения.

Согласно пункту 2.1 договора хранения срок его действия - до 31.12.2021.

Ответственный хранитель обязан осуществить возврат оборудования в день окончания срока хранения по адресу объекта заказчика путем доставки, разгрузки и размещения оборудования в помещениях, которые укажет заказчик (пункты 1.5 и 4.4 договора хранения).

Таким образом, принимая оборудование на ответственное хранение в срок до 31.12.2021, истцу было достоверно известно, что контракт от 27.10.2020 № D0702-42/20 в срок до 31.12.2020 исполнен не будет, при этом истец со своей стороны не заявил о невозможности такого хранения или дальнейшего исполнения контракта в какой-либо части.

Письмом от 08.11.2023 № ППК-1-20113/2023 Заказчик выразил готовность к приемке мебели и крупногабаритного оборудования с 10.11.2023 с предварительным предоставлением документации согласно п.5.3. Контракта.

Истец в своем ответе от 13.11.2023 №392 подтвердил, что хранит оборудование и для возврата необходимо подтверждение приёмки и контактные данные ответственного лица за приемку оборудования, при этом о невозможности предоставления гарантии производителя на Оборудование в соответствии с требованиями Государственного контракта, гарантии поставщика на Оборудование с действующим сроком действия гарантии, истец не сообщил. До получения письма от ответчика о возможности приемки оборудования истец в адрес ответчика с такими уведомлениями также не обращался.

Кроме того, судом установлено, что в спорном контракте содержится условие о том, что в цену Контракта включены расходы, связанные с дополнительным увеличением истцом у производителя срока гарантийного обслуживания Оборудования (в случае, если срок гарантии истца превышает срок гарантии производителя Оборудования) (п. 3.5 Контракта), что соответствует сложившимся обстоятельствам в рамках исполнения контракта.

Таким образом, нарушений условий контракта со стороны ответчика судом не установлено. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Факт отсутствия вины установлен судебными актами об отказе в удовлетворении исков поставщиков по этому же Объекту по делам № А40-28677/22-92-224, № А40-84568/23-92- 697, № А40-28892/2023, в ходе рассмотрения которых суды пришли к выводу, что готовность помещений Объекта, возводимого силами

ООО «ГАЗХОЛОДМАШ» (генподрядчик по государственном контракту от 27.09.2019 №D0702-08/19) не позволяет проводить монтажные и пуско-наладочные работы по установке оборудования, поскольку в помещениях отсутствуют инженерные сети с оконечными устройствами, отделка помещений, чистовые полы и потолки, а также что ответчик не имел технической возможности выполнить условия контракта в части обеспечения безопасного доступа на Объект по причинам, не зависящим от него

Учитывая изложенное, основания для расторжения контракта в судебном порядке по основанию, предусмотренному частью 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, расторжение договора (контракта) по требованию одной из сторон допускается в случае существенного нарушения договора (контракта) другой стороной, отсутствуют.

Доводы истца в отношении изменения рыночных цен, финансового кризиса и неблагоприятной экономической ситуации не могли быть приняты судом в качестве вины Ответчика или форс-мажорных обстоятельств, поскольку являются предпринимательскими рисками стороны, которые учитывались при заключении контракта (п. 3.5 контракта).

Более того, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие изменение цен (коммерческие предложения, запросы, заключения, иные доказательства).

Ссылка истца на то обстоятельство, что суд первой инстанции неправомерно применил к заваленным требованиям срок исковой давности, в связи с чем отказал в первоначальном иске, признается судом апелляционной инстанции несостоятельной, поскольку указанное обстоятельство не привело к принятию неправильного судебного акта, ввиду того, что отказывая в удовлетворении первоначальных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не доказано существенное нарушение условий контракта со стороны ответчика.

При этом, судом апелляционной инстанции также принято во внимание, что условиями Контракта установлено, что спорный Контракт является смешанным, содержащим элементы поставки, возмездного оказания услуг и подряда, однако истец не произвел комплекс работ по монтажу и вводу в эксплуатацию товара, в связи с чем Государственный заказчик не получил в свое распоряжение результат, на который рассчитывал при заключении Контракта (комплекс услуг по поставке, монтажу, пусконаладочным работам, поддержание работоспособности оборудования).

Поскольку заключенный между сторонами договор является смешанным, содержащим элементы договора поставки и договора подряда, к отношениям сторон, связанным с выполнением монтажных и пуско-наладочных работ, подлежат применению положения главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода (статья 721 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.7.1. Контракта приемка поставленного Оборудования осуществляется на Объекте.

При этом, ввод в эксплуатацию осуществляются после получения от Заказчика уведомления о готовности (п.8.5. Контракта).

Поставщик гарантирует полное соответствие поставляемого Оборудования условиям Контракта, устранение неисправностей, связанных с дефектами производства, устранение неисправностей посредством замены запасных частей (п.9.5. Контракта).

Согласно п.8.6. Контракта Поставщик гарантирует осуществление ввода Оборудования в эксплуатацию в полном объеме, с надлежащим без недостатков и в сроки, определенные Контрактом; оперативное прохождение необходимых согласований и предоставление Заказчику полного документации, определенной настоящим Контрактом; своевременное устранение недостатков и дефектов, выявленных в процессе и ввода Оборудования в эксплуатацию, а также в период гарантийной эксплуатации Оборудования; возможность безаварийной эксплуатации Оборудования на протяжении гарантийного срока; бесперебойное (для постоянно работающего оборудования) и безупречное функционирование введенного в эксплуатацию Оборудования, при эксплуатации его надлежащим образом во время гарантийного срока.

Поставщик гарантирует ввод в эксплуатацию включает пусконаладочные работы, в том числе работы по наладке, настройке, регулировке, апробированию, инструментальному контролю соответствия выходных параметров Оборудования (п.8.7. Контракта).

Между тем, оборудование не введено в эксплуатацию, Государственный заказчик, как и получатель и конечный пользователь медицинского оборудования - Объект (медицинская организация) лишены возможности получить оборудование, введенное в эксплуатацию, а Государственный заказчик - обеспечить закупку нового медицинского оборудования, в связи с отсутствием документов, подтверждающих ввод Оборудования в эксплуатацию.

При этом, вопреки позиции истца затраты на исполнение указанных обязательств входят в цену контракта и часть из них не связана с гарантией производителя, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что прекратить обязательства Истца по Контракту возможно только при возврате Истцом Ответчику оплаченной суммы, которая составляет 90% от цены Контракта.

Кроме того, Контрактом предусмотрено, что он действует до 31.12.2020, однако применительно к части 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации условие о прекращении обязательств сторон по окончании срока его действия Контракт не содержит, следовательно, он действует до момента окончания сторонами своих обязательств, то есть до момента окончания выполнения Поставщиком обязательств по Контракту.

Однако после 31.12.2020 стороны подписали дополнительное соглашение к Контракту, следовательно, продлили договорные отношения, установили срок действия Контракта, который поставили вне зависимости от фактического исполнения обязательств.

Учитывая изложенное, поскольку обязательства сторон в настоящее время в полном объеме не исполнены, Контракт, как и договор хранения, являются действующими до определенных в них моментов окончания исполнения сторонами обязательств.

В свою очередь, истец доказательств невозможности произвести монтаж, ввод оборудования в эксплуатацию, продлить гарантии производителя или обеспечение гарантии работоспособности иным способом в материалы дела не представил, в связи с чем суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что требования ответчика подлежат удовлетворению в части исполнения обязательств по государственному контракту от 27.10.2020 № D0702-42/20 и договору ответственного хранения от 10.12.2020 №5-Д в соответствии с их условиями.

При этом, удовлетворяя требования встречного иска в указанной части, суд первой инстанции обоснованно указал, что обязательства поставщика, установленные п.4.1 государственного контракта от 27.10.2020 № D0702-42/20 и договором ответственного хранения от 10.12.2020 №5-Д, являются исчерпывающими, в связи с чем должны исполняться исключительно в строгом соответствии с указанными договорами.

Доводы истца, а также заявление о пропуске срока исковой давности, судом первой инстанции правомерно отклонены в силу следующих обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с условиями государственного контракта он вступает в силу с момента его подписания и действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.02.2017 N 308-ЭС16-14071, по смыслу пункта 3 статьи 425 ГК РФ договор, в котором отсутствует условие о том, что окончание срока его действия влечет прекращение обязательства сторон по договору, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Названная норма устанавливает соотношение сроков действия договора и существования возникшего из договора обязательства, действие которого презюмируется до предусмотренного договором момента исполнения обязательства.

Учитывая, что условия контракта со стороны исполнителя так и не были выполнены, государственный контракт действует, а неисполнение обязательств по государственному контракту представляет собой правонарушение, имеющее длящийся характер.

Кроме того, между сторонами было подписано дополнительное соглашение 23.04.2021, с учетом которого предполагается продолжение выполнения работ исполнителем.

Следовательно, довод истца о том, что даты, содержащиеся в техническом задании, являются началом течения срока исковой давности, подлежит отклонению.

При таких обстоятельствах принятое по настоящему делу судебное решение является законным, обоснованным и мотивированным.

Доводы апелляционной жалобы, по существу, сводятся к переоценке установленных судом обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств, не опровергают выводов суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Все доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым дана надлежащая оценка. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у Девятого арбитражного апелляционного суда не имеется.

Доводы заявителя об обратном основаны на переоценке представленных в дело доказательств. Иное толкование заявителем положений гражданского законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего дела не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения, апелляционным судом не установлено.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 110, 176, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2025 по делу

№А40-192491/24 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья Е.М. Новикова

Судьи Е.В. Бодрова

А.Л. Фриев