Решение от 9 апреля 2025 г. по делу № А40-293900/2024

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-293900/24-118-2735
г. Москва
10 апреля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 08 апреля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 10 апреля 2025 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Р.Г. Гусейхановым,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску ООО «ЛК Эволюция» (ИНН: <***>)

к ООО «ТРЕКСТРОЙ» (ИНН: <***>)

о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 30.08.2022 №2022_9179 в размере 5 725 398,87 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 222 289,40 руб. за период с 23.09.2024 по 02.12.2024 с последующим начислением с 03.12.2024 по дату оплаты неосновательного обогащения,

при участии:

от истца: ФИО1 по дов. № 518/2025 от 18.02.2025 (диплом),

от ответчика: не явился,

УСТАНОВИЛ:

ООО «ЛК Эволюция» обратилось с иском к ООО «ТРЕКСТРОЙ» о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 30.08.2022 №2022_9179 в размере 5 725 398,87 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 222 289,40 руб. за период с 23.09.2024 по 02.12.2024 с последующим начислением с 03.12.2024 по дату оплаты неосновательного обогащения.

В соответствии со ст. 54 ГК РФ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населенного пункта (муниципального образования). Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, уполномоченных выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа.

Юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (статья 165.1), доставленных по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу.

Согласно ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом в соответствии со ст. 123 АПК РФ, что подтверждается возвращенным в материалы дела конвертом с отметкой почты "Истек срок хранения".

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в соответствии со ст. 156 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы истца, суд установил, что предъявленный иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «ЛК Эволюция» (лизингодатель) и ООО «ТРЕКСТРОЙ» (лизингополучатель) заключен договор лизинга от 30.08.2022 №2022_9179, в соответствии которым лизингодатель приобрел по договора купли-продажи в собственность и передал лизингополучателю за плату и на условиях, определенных договором лизинга, во временное владение и пользование предмет лизинга.

Лизингополучатель прекратил внесение лизинговых платежей, чем нарушил условия договора лизинга. Истец расторг в одностороннем порядке договор лизинга, а предмет лизинга изъял.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Последствия расторжения договора лизинга урегулированы соглашением сторон. Учитывая, что условия договора являются согласованными частями одного договора, значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путем сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учетом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В соответствии с п. 10.4.4 Общих условий договоров лизинга, в случае досрочного расторжения договора лизинга по основаниям, предусмотренным п. 10.2 (и его подпунктами) Общих условий договора лизинга, и изъятия предмета лизинга лизингодателем, стороны определяют взаимное предоставление Сторон (сальдо взаимных предоставлений), применяя формулу: Сальдо=(Ф+ПФ+У+Пр)-(Ппол-А+СР).

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга следует, что сумма всех лизинговых платежей составляет 11 071 544,40  руб.

Первый лизинговый платеж составляет 1 200 000 руб.

Закупочная цена  предмета лизинга составляет 8 000 000 руб.

Стоимость ОСАГО составляет 39 983,10 руб.

Стоимость страхования КАСКО составляет 200 000 руб.

Стоимость установки защитного комплекса составляет 13 791,67 руб.

Стоимость услуг по обслуживанию защитного комплекса составляет 1 500 руб.

Стоимость карты технической помощи составляет 11 750 руб.

Общий размер финансирования составляет 7 067 024,77 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей составляет 1 775 973,20 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составила 2 796 000 руб.

Срок договора лизинга – 1077 дней.

Срок финансирования – 356 дней.

Плата за финансирование составляет 927 027,84 руб.

Убытки лизингодателя составляют 93 250 руб.

Задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения договора лизинга, составляет 863 959,80 руб.

Пени за просрочку уплаты лизинговых платежей составили 50 109,66 руб.

Расходы на ведение дела составляет 96 000 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 5 725 398 руб. 87 коп. и является неосновательным обогащением лизингополучателя.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из представленного истцом расчета следует, что размер начисленных процентов по договору лизинга за период с 23.09.2024 по 02.12.2024 составляет 222 289 руб. 40 коп.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия об оплате неосновательного обогащения, оставлена без ответа и без исполнения.

В соответствии со ст. 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с настоящим Кодексом. Неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.

В установленном порядке ответчиком отзыв по существу заявленных требований не представлен.

Таким образом, предъявленный иск ответчиком в установленном порядке не оспорен, процессуальная обязанность по представлению отзыва ответчиком не исполнена.

Согласно п. З1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований и возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Вместе с тем, применяемая истцом формула расчета сальдо встречных представлений, установленная п. 10.4.4. Общих условий, не подлежит применению по следующим основаниям.

Включаемая истцом задолженность по лизинговым платежам, начисленным до даты расторжения не подлежит учету в расчетах.

Сальдо – это разность между поступлениями и расходами. Размер долга устанавливается при сопоставлении поступлений и расходов, а не участвует в этом сопоставлении.

Долг лизингополучателя не относится ни к расходам, ни к убыткам лизингодателя. лизинговый платеж состоит из возврата финансирования и платы за пользование финансированием.

В расчете сальдо в предоставлении лизингодателя уже учтено финансирование в полном объеме и плата за пользование до даты его возврата.

Лизинговые платежи, неоплаченные лизингополучателем до даты расторжения договора, учтенные лизингодателем в расчете сальдо как долг по лизинговым платежам, также состоят из возврата финансирования и платы за пользование финансированием.

Но вся сумма финансирования, также как и плата за пользование им с даты предоставления до даты возврата финансирования, уже учтена в расчете на стороне лизингодателя. А период долга, то есть неоплаченных лизинговых платежей до даты расторжения договора, входит в названный выше период учета платы за пользование финансированием с даты его предоставления до даты возврата финансирования.

Таким образом, учет долга по лизинговым платежам в предоставлении лизингодателя, привет к двойному учету финансирования и платы за него, то есть искажению результата сопоставления предоставлений и неосновательному обогащению лизингодателя.

Указанная правовая позиция подтверждается постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.09.2023 по делу №А40-109322/2022.

Расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Указанный принцип постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

Лизингодатель включает расходы на ведение дела согласно п. 10.4.3 Общих условий, согласно которому лизингополучатель обязуется возместить расходы лизингодателя, возникшие у последнего при ведении дела о расторжении договора лизинга, в течение 10 (десяти) календарных дней с момента направления лизингодателем соответствующей претензии по адресу лизингополучателя, указанному в договоре лизинга, или в ЕГРЮЛ/ЕГРИП, или их официальных аналогах. Размер таких расходов лизингодателя считается сторонами заранее установленным, и составляет 1 (один) % от размера расходов, связанных с приобретением предмета лизинга, указанных в разделе «Расходы Лизингодателя по Договору лизинга» договора лизинга, умноженного на 1,2 (одна целая две десятых), но не более 100 000 руб.

В силу принципа свободы договора (п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 421 ГК РФ) и с учетом объективной сложности доказывания убытков участники экономического оборота вправе использовать различные механизмы, в том числе договориться об особенностях привлечения к гражданско-правовой ответственности, например, заранее оценить убытки на случай вероятного нарушения того или иного обязательства одной из сторон, установив своим соглашением способ определения размера убытков (ст. 15 ГК РФ) или согласовать денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, установив неустойку (п. 1 ст. 330 ГК РФ).

Однако такое соглашение, как и любой гражданско-правовой договор, должно соответствовать основным началам гражданского законодательства, отдельным императивным нормам и существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств, не допускающих, в частности, значимого превышения заранее согласованной суммы возмещения над возможной (предвидимой для должника) величиной имущественных потерь кредитора.

Заключение соглашения, посвященного оценке размера убытков, если оно не сводится к установлению неустойки, не исключает при последующем возникновении спора о взыскании убытков необходимости исследования судом вопроса о реальном размере убытков, определяемом в соответствии с п. 5 ст. 393 ГК РФ.

Если величина заранее согласованных потерь (убытков) установлена в договоре в твердой сумме и должником (лизингополучателем) приводятся убедительные доводы, свидетельствующие о несоответствии этой суммы реальной величине потерь, которые могли возникнуть у кредитора (лизингодателя), на последнего переходит бремя обоснования принципов, положенных в основу оценки потерь, а также раскрытия данных, на основании которых в договоре установлена твердая величина компенсации в соответствующем размере.

Уклонение кредитора (лизинговой компании) от раскрытия указанных доказательств в силу п. 2 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ лишает его права ссылаться на заранее оцененную величину потерь (убытков), как она указана в договоре, и в этом случае доказывание размера потерь производится на общих основаниях (определения СКЭС Верховного Суда РФ от 03.08.2023 № 307-ЭС23-4085, от 13.04.2023 № 307-ЭС22-18849).

В данном случае в п. 10.4.3 ОУЛ заранее согласован упрощенный способ определения размера убытков, которые, как предполагается, возникают у лизингодателя в связи необходимостью судебного разрешения спора с лизингополучателем.

Однако величина расходов на ведение дела в суде не имеет прямой связи с размером финансирования, предоставленного лизингополучателю. То есть имеется видимое противоречие между характером убытков и закрепленным в п. 10.4.3 ОУЛ способом определения их размера.

В настоящем деле лизингодатель не представил пояснений относительно разумности спорного договорного условия, как и доказательства, подтверждающие размер потерь, которые могут возникнуть у него в связи с проведением судебной работы.

Если спорное условие договора явно нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для экономически слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора, не обосновала его разумность, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства.

Указанный подход также получил закрепление в определениях СКЭС Верховного суда от 14.11.2023 № 305-ЭС23-11168, от 10.10.2023 № 305-ЭС23-12470, от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301.

Таким образом, в настоящем деле сальдо подлежит расчету по правилам Постановления Пленума ВАС РФ № 17.

Истец неверно определяет период фактического пользования финансированием.

Фактический срок представленного финансирования подлежит исчислению с даты заключения договора лизинга до даты возврата ТС лизингодателю + 6 месяцев для реализации имущества в разумный срок.

Истец изъял предмет лизинга до направления ответчику уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора.

Довод истца о том, что началом течения разумного срока для реализации изъятого предмета лизинга следует считать дату уведомления о расторжении договора лизинга от 21.02.2023, а не дату фактического изъятия и возврата предмета лизинга 04.02.2023, является необоснованным.

Момент возврата финансирования должен определяться по дню заключения договора купли-продажи или иных сделок, направленных на реализацию изъятого предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого на реализацию предмета лизинга (восстановление и оценку предмета лизинга, организацию его продажи лизингодателем) (п.17 Обзора практики применения законодательства о финансовой аренде (лизинге)).

В пункте 10 «Обзора практики применения законодательства о финансовой аренде (лизинге)», разъяснено, что изъятие предмета лизинга у лизингополучателя без расторжения договора противоречит нормам законодательства об аренде, не предусматривающим такую возможность.

Пункт 2 статьи 13 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» предусматривает, что лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга. Указанный закон не устанавливает возможности изъятия предмета лизинга без расторжения договора.

Согласно статье 625 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору лизинга применяются правила, предусмотренные § 1 главы 34 ГК РФ, которые, в свою очередь, также не предусматривают изъятие предмета аренды без прекращения договора аренды (Постановление от 15.04.2009 года № КГ-А40/2706-09 по делу № А40-66040/08-23-582).

Уведомлениями, в соответствии с которыми лизингодатель отказывается от исполнения договора лизинга и предлагает возвратить уже изъятый из владения и пользования лизингополучателя предмет лизинга, носит формальный характер, его направление не является юридически значимым действием, устанавливающим начало течения разумного срока для реализации изъятого предмета лизинга, уведомление направлено исключительно в целях увеличения периода фактического финансирования.

Предельным разумным сроком для реализации изъятого предмета лизинга в связи с прекращением договора лизинга следует считать срок равный 6 месяцам с даты изъятия имущества – 04.02.2023 г., а окончанием срока реализации – 04.08.2023 г.

С учетом изложенного, фактический срок финансирования по договорам лизинга за период с 30.08.2022 г. по 04.08.2023 г. составляет 339 дней.

Расходы на хранение истцом документально подтверждены, при этом они также подлежат перерасчету до 04.08.2023 (разумного срока реализации ТС) и составляют, исходя из представленных доказательств и стоимости хранения ТС за сутки, за период с 04.02.2023 по 04.08.2023 сумму в размере 27 150 руб.

Истцом заявлено о взыскании неустойки за несвоевременную оплату лизинговых платежей в том числе в период действия моратория на начисление финансовых санкции согласно Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

Согласно статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Закона о банкротстве, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам. Согласно абзацу первому пункта 2 статьи 9.1 Закона о банкротстве правила о моратории не применяются к лицам, в отношении которых на день введения моратория возбуждено дело о банкротстве.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (за исключением лиц, указанных в пункте 2 данного постановления).

На основании пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в период действия моратория (с 01.04.2022 до 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, финансовые санкции не начисляются.

Правила о моратории, установленные Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497, распространяют свое действие на всех участников гражданско-правовых отношений (граждане, включая индивидуальных предпринимателей, юридические лица), за исключением лиц, прямо указанных в пункте 2 данного постановления (застройщики многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в единый реестр проблемных объектов), независимо от того, обладают они признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Таким образом, в период действия указанного моратория неустойка за период с 01.04.2022 по 01.10.2022 не подлежит начислению.

Согласно представленному истцом расчету, лизингодателем начислена неустойка за просрочку платежа от 28.09.2022 за период с 28.09.2022 по 29.09.2022 в размере 287,99 руб. Между тем указанный период подпадает под вышеуказанный мораторий.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22 августа 2024 г. № 305-ЭС24-7916 по делу № А40-282890/2022 сформулирована правовая позиция, согласно которой при определении момента возникновения основного обязательства, за неисполнение или ненадлежащее исполнение которого установлена неустойка, следует принимать во внимание природу и специфику каждого конкретного обязательства и различать момент возникновения обязательства и дату его исполнения как отдельные категории.

В правоотношениях выкупного лизинга ключевое значение для квалификации денежных требований, как возникших до введения моратория или после него, имеет не срок исполнения обязанности по выплате очередного лизингового платежа по графику, а момент возникновения обязательства по возврату финансирования в целом.

Согласно пункту 3 статьи 28 Закона о лизинге обязательства лизингополучателя по уплате лизинговых платежей наступают с момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга, если иное не предусмотрено договором лизинга.

Указанная правовая позиция подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2024 по делу № А56-63949/2022.

Судом произведен перерасчет неустойки по договору лизинга с учетом исключения периода действия моратория, размер которой составил 49 821 руб. 67 коп.

С учетом изложенного, судом произведен перерасчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что общий размер платежей по договору лизинга составляет 11 071 544,40 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 1 200 000 руб.

Дата заключения договора лизинга – 30.08.2022,

Дата окончания договора лизинга – 28.07.2025,

Срок договора лизинга составляет 1063 дней.

Дата возврата финансирования – 04.08.2023.

Срок предоставленного финансирования составляет 339 дней.

Закупочная стоимость предмета лизинга составляет 8 000 000 руб.

Сумма страхования составляет 267 024,77 руб.

Сумма предоставленного финансирования составляет 7 067 024,77 руб.

Начисленные пени составляют 49 721,67 руб.

Расходы на хранение составляют 27 150 руб.

Расходы на оценку составляют 7 000 руб.

Плата за финансирование составляет 13,63% годовых.

Плата за фактический срок финансирования составляет 894 385,85 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составила 2 796 000 руб.

Полученные лизингодателем лизинговые платежи (за исключением аванса) составляют 575 923,20 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 4 673 409 руб. 09 коп. в пользу ООО «ЛК Эволюция».

Судом также произведен перерасчет начисленных процентов за период с 23.09.2023 по 02.12.2024, общий размер которых составил 181 445 руб. 74 коп.

При таких обстоятельствах, учитывая, что требования истца обоснованы, документально подтверждены в части взыскания 4 673 409 руб. 09 коп. неосновательного обогащения, 181 445 руб. 74 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 02.12.2024, исковые требования подлежат удовлетворению в указанной части.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании ст.ст. 309, 310, 330, 393, 450, 453, 614, 625 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 111, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «ТРЕКСТРОЙ» (ИНН: <***>) в пользу ООО «ЛК Эволюция» (ИНН: <***>) 4 673 409 руб. 09 коп. неосновательного обогащения, 181 445 руб. 74 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 02.12.2024 с последующим начислением в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 03.12.2024 по дату фактического исполнения обязательства, и государственную пошлину в размере 166 040 руб.

В остальной части иска – отказать.


Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.


Судья                                                                                     А.Г. Антипова