Постановление от 13 июля 2025 г. по делу № А32-61266/2022

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-61266/2022
г. Краснодар
14 июля 2025 года
Резолютивная  часть постановления объявлена 10 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме   14 июля 2025 года  


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Воловик Л.Н. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании от истца – Министерства сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края – ФИО1 (доверенность от 14.10.2024), от ответчика –сельскохозяйственного потребительского кооператива перерабатывающего «3-й винодельческий кооператив» –  ФИО2 (доверенность от 20.01.2023), рассмотрев кассационную жалобу  Министерства сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 по делу № А32-61266/2022, установил следующее.

Министерство сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края (далее – министерство) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о взыскании с сельскохозяйственного потребительского  перерабатывающего кооператива «3-й виноградорско-винодельческий кооператив» (далее – кооператив)  69 868 906 рублей 85 копеек: 69 018 тыс. рублей гранта и 850 906 рублей 85 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на 69 018 тыс. рублей за период с седьмого по день фактического исполнения решения суда, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующий период.

Решением суда первой инстанции от 27.01.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 25.04.2025, в удовлетворении  требований отказано по мотиву приобретения кооперативом за счет средств гранта имущества в соответствии с Планом расходов на развитие материально-технической базы (приложением к бизнес-плану) (далее – бизнес-план), представленным при подаче заявки  на участии в конкурсном отборе. Суд отметил, что экспертным заключением по результатам  проведенной по поручению суда при рассмотрении дела  судебной экспертизы и представленными в материалы дела доказательствами подтверждено достижение целей предоставления гранта и соблюдение порядка при его выделении кооперативу.

В Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  с кассационной жалобой обратилось министерство, просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и удовлетворить  требования. Ссылается на представление кооперативом недостоверных данных о достижении значения целевого показателя – в данных отраслевой отчетности по форме № 1-спр «Информация о результатах деятельности сельскохозяйственных потребительских кооперативов (кроме кредитных)» (далее – отчетность) за 2019 год у кооператива отражено, что у кооператива отсутствуют доходы (выручка)  от реализации товаров (работ, услуг) сельскохозяйственной продукции (строка 222310), что  исключает увеличение объема сельхопродукции в 2019 году в сравнении с 2018 годом и, соответственно, – достижение получателем субсидии планового значения показателя.

В отзыве на кассационную жалобу  кооператив просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы и возражения, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность и полноту обжалуемых судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что  обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции,   по следующим основаниям.

При рассмотрении дела суд указал, что кооператив получил из краевого бюджета грант при реализации Краснодарским краем мероприятия подпрограммы «Развитие отраслей агропромышленного комплекса» государственной программы Краснодарского края «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия», утвержденной постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 05.10.2015 № 944 (далее – Программа). Порядок выделения субсидии по этой Программе регулируется Порядком предоставления грантов на развитие материально-технической базы сельскохозяйственных потребительских кооперативов в рамках мероприятия «Содействие развитию агропромышленного комплекса (с учетом достижения целевых показателей)» подпрограммы «Развитие отраслей агропромышленного комплекса» государственной программы Краснодарского края «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия», утвержденным  постановлением главы администрации (губернатором) Краснодарского края от 26.10.2012 № 1285 (далее – Порядок). Условия выделения кооперативу 69 018 тыс. рублей гранта на развитие материально-технической базы установлены в заключенном им и министерством соглашении от 02.08.2019 № 1205 (далее – соглашение), исполнение которого  министерство сочло невозможным проверить, вследствие чего обратилось с иском о взыскании с кооператива гранта в арбитражный суд. Основанием иска заявлена совокупность обстоятельств: при проведении контрольного мероприятия (выезд) выявлено отсутствие кооператива по юридическому адресу (Краснодарский кр. г. Анапа <...>) и нахождение по нему «металлобазы». По предположению министерства, оборудование, которое кооперативу следовало приобрести за счет гранта, может находиться по иному адресу – автодорога 24 км трассы Новороссийск – Керчь, земельный участок № 8. По последнему адресу представители министерства обнаружили огороженную территорию с вывеской на въезде «Звезда Семигорья», на территории находится недостроенное здание, принадлежность которого к кооперативу установить невозможно вследствие отсутствия правоустанавливающих документов. Расположенное на названном земельном участке оборудование невозможно идентифицировать как принадлежащее кооперативу, поскольку  на нем не имеется  заводских и инвентарных номеров. Документы о приобретении и учете оборудования,  кооператив не представил. При таких условиях  проверка  соблюдения кооперативом условий, целей и порядка предоставления субсидий (грантов), определение наличия оборудования и его приобретения за счет средств гранта, невозможны. Кооператив, в свою очередь, не доказал расходование субсидии на оборудование, для производства и развития материально-технической базы, направленной на выращивание и производство сельхозпродукции. В связи с этим министерство обратилось за взыскания гранта с кооператива в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении требований, суд указал, что кооператив приобрел за счет средств гранта имущество в соответствии с Планом расходов на развитие материально-технической базы (приложением к бизнес-плану) (далее – бизнес-план), представленным при подаче заявки  на участии в конкурсном отборе. Экспертным заключением по результатам  проведенной по поручению суда при рассмотрении дела  судебной экспертизы и представленными в материалы дела доказательствами подтверждено достижение целей предоставления гранта и соблюдение порядка при его выделении кооперативу.


При этом в судебных актах в нарушение статей 171, 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс)  отсутствуют какие-либо ссылки на доказательства и мотивы отклонения изложенных в представлении Счетной палатой Российской Федерации от 02.08.2022,  вынесенного по результатам проведения  в 2022 году аудита эффективности расходования бюджетных средств, направленных на развитие виноградарства и виноделия, научное сопровождение указанной деятельности, а также обеспечение отрасли техникой и оборудованием в2020, 2021 годах и истекшем периоде 2022 года» в министерстве.  В нарушение пункта 5.1 Порядка, пункта 2.1.2 соглашения,  министерство не проверяло соблюдение кооперативом  требований, целей и порядка предоставления гранта, что повлекло недостижение грантополучателем  результата (целевого показателя) «Прирост объема продукции, реализованной сельскохозяйственным потребительским кооперативом, по состоянию на 31 декабря года предоставления грантовой поддержки не менее 10 процентов от объема реализованной продукции в году, предшествующему году получения гранта». Так, в отчетности кооператив  13.01.2020, сообщая о выполнении пункта 2.2.7.2 соглашения, указал о достижении этого  показателя за 2019 год величиной 11,38% при плановом значении  10%.  Достоверность этих данных получателя субсидии о достижении значения целевого показателя суд не проверил, причины отсутствия в данных отраслевой отчетности по форме № 1-спр «Информация о результатах деятельности сельскохозяйственных потребительских кооперативов (кроме кредитных)» за 2019 год, исходя из которой  у кооператива отсутствуют доходы (выручка) кооператива за отчетный период от реализации товаров (работ, услуг) по сельскохозяйственной деятельности (строка 222310), что исключает прирост объема реализованной продукции в 2019 году в сравнении с 2018 годом и достижение получателем планового значения показателя, не установил. Неполно установив фактические обстоятельства дела, суд преждевременно  применил к ним и пункт 25 Порядка,  предусматривающий возврат в  бюджет Краснодарского края при нарушении получателем субсидии условий предоставления гранта.

В соответствии со статьей 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – Бюджетный кодекс) бюджетом является форма образования и расходования денежных средств, предназначенных для финансового обеспечения задач и функций государства и местного самоуправления.

В соответствии со статьей 34 Бюджетного кодекса принцип эффективности использования бюджетных средств означает, что при составлении и исполнении бюджетов участники бюджетного процесса в рамках установленных им бюджетных полномочий должны исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) и (или) достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).

Иск по настоящему делу, по сути,  направлен на устранение нарушения принципа эффективного использования бюджетных средств с целью защиты публичных интересов и судебную оценку фактов, содержащихся в том числе в акте контрольно-счетного органа, выявившего неосуществление министерством контроля за расходованием бюджетных средств кооперативом, а также материалов самого министерства, представленных суду в основание недостижения результата получения субсидии и нецелевого ее расходования кооперативом. Иск по настоящему делу требовал от суда   установления в рамках состязательного судебного разбирательства баланса интересов сторон спорных правоотношений.

Однако суд не рассмотрел доводы министерства в судебном разбирательстве в условиях состязательности. В судебных актах суд указал на отчетность и  непредставление министерством доказательств нецелевого, неэффективного и нерезультативного расходования гранта в числе обстоятельств, послуживших основанием для отказа в удовлетворении иска.

При этом суд  нарушил установленные статьями 65 – 71 Арбитражного процессуального кодекса  правила оценки доказательств, возлагая на истца  обязанность доказывания отрицательного, по сути, факта (отсутствие расходов на оборудование, перерабатывающее сельхозпродукцию, за счет гранта).  При этом суд не исследовал и не оценил представленные министерством документы об отсутствии такого оборудования по адресам, указанным самим кооперативом. В условиях отсутствия оборудования, указанного в бизнес-плане получателя гранта, последний при этом не сообщил ни министерству, ни суду,  о месте его нахождения по иным адресам, не объяснил также и причины наличия расхождений в отчетности о полученной вследствие переработки сельхозпродукции выручки.

Между тем Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что судебные акты, принятые без исследования всех существенных обстоятельств и доказательств, на которые ссылалась сторона спора, нарушают принципы законности, равноправия и состязательности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 305-ЭС15-1607, 29.02.2016 № 305-ЭС15-13037, 30.08.2018 № 305-ЭС17-18744 (2), 17.01.2022 № 302-ЭС21-17055)).

Последующий финансовый (бюджетный) контроль является важным элементом бюджетных отношений. Предъявляемые законодательством требования  известны участникам бюджетных  отношений  и формируют у добросовестных участников таких отношений определенные разумные ожидания, связанные с результатами такого контроля в публичных интересах.

Следовательно, факты, установленные в рамках последующего финансового (бюджетного) контроля и влияющие на отношения сторон по исполнению соглашений о выделении субсидий  подлежат судебной оценке на основе необходимых процессуальных средств, предусмотренных законодательством, в том числе, при необходимости может быть назначена судебная экспертиза.  Однако суд назначает экспертизу только  для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний (статья 82 Арбитражного процессуального  кодекса). Экспертиза проводится государственными судебными экспертами по поручению руководителя государственного судебно-экспертного учреждения и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями, в соответствии с федеральным законом (часть 1 статьи 83 Кодекса). Материалы и документы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью (пункт 9 части 2 статьи 86 Кодекса). Заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу (часть 3 статьи 86 Кодекса).

При этом, определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом. Исходя из смысла разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 8 по становления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не относятся к компетенции эксперта, а подлежат разрешению судом.  В силу статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса никакое заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований статьи 71 Кодекса. По результатам оценки каждого из доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает  их (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Кодекса).

В целях необходимости в получения компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению, исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела, суд назначил судебную экспертизу, производство которой поручил  НЧЭУ «Межрегиональный центр независимой экспертизы», поставив на разрешение эксперта такие вопросы, как: нахождение приобретенного по соглашению оборудования  в собственности и пользовании кооператива; установление местонахождения имущества, приобретенного за счет средств гранта и его сопоставление  с данными бухгалтерского учета;  определение соответствия имущества, приобретенного за счет средств гранта и документов, подтверждающих факт приобретения имущества по плану расходов (прилагается), техническим характеристикам и году изготовления;  установление целей  использования имущества  за счет средств гранта в хозяйственной деятельности. Представленное по итогам проведения экспертизы заключение признано судом надлежащим доказательством по делу.

При этом  суд в нарушение норм процессуального права не только уклонился от установления фактических обстоятельств заключения участниками соглашения, его исполнения, проверки целевого, эффективного и результативного  расходования средств гранта (установления имеющих значение для правильного рассмотрения дела фактов), но и не указал в судебных актах доказательства, на основании на которых он сделал вывод о наличии факта приобретения за счет субсидии оборудования.

Целый комплекс обстоятельств, имеющих существенное значение для  правильного рассмотрения спора, суд не только не проверял, но и не устанавливал, – например: имелись ли у кооператива основания для получения гранта и соответствовал ли он условиям, предъявляемым  к получателям гранта, и каким из них; на каких условиях  кооператив обязался  расходовать  грант, какие фактические условия его расходования установлены соглашением; как кооператив выполнил эти условия и чем это подтверждается; что вообще приобреталось на средства гранта и когда, как это учитывалось в бухгалтерском и налоговом учете кооператива, подтверждается ли это соответствующей налоговой и бухгалтерской отчетностью в налоговых органах; соответствует ли эта налоговая и бухгалтерская отчетность отчетности, представляемой в министерство и другие контролирующие деятельность сельхозтоваропроизводителей  органы; по каким признакам и виду деятельности  кооперативу вообще  выделялась субсидии (выращивание, производство, переработка сельхозпродукции или иные виды деятельности), и для каких конкретно целей, какие условия в бизнес-плане кооператив  обязался соблюдать и как, в какие сроки, он их выполнял, отчитывался ли при этом и достоверно ли в министерство; чем вызваны расхождения в его отчетности и полученной выручке от деятельности, связанной с  выпуском сельхозпродукции;  где находится  оборудование, из чего оно состоит, почему кооператив не сообщил  министерству о месте его нахождения, чем подтверждается его приобретение и когда, постановка на налоговый и бухгалтерский учет, как отражен факт его приобретения и учета в документах налоговой и бухгалтерской отчетности и когда; как изменилась выручка от производства и переработки сельхозпродукции в предшествующие выдаче гранта и последующие периоды,  указанные в соглашении;  достигнута ли эффективность от использования этого оборудования и в каких величинах; имеется ли техническая, товаросопроводительная иная  документация на оборудование; если  за счет гранта приобретено технологически сложное оборудование (например, линия по розливу вина), то имеется ли на него  техническая документация, зарегистрирована ли она в установленном  законодательством об обороте алкогольной и спиртосодержащей продукции порядке в ЕГАИС или иных  информационных ресурсах; в какие годы и достигнуты ли вообще цели расходования гранта и в каких величинах на конкретные отчетные периоды;  причины расхождений между официальной отчетностью кооператива и представляемых в министерство сведений о достижении целей субсидирования.

Поскольку последующий финансовый (бюджетный) контроль направлен на реализацию публично-значимых целей бюджетного законодательства, а именно на защиту общего публичного интереса в экономном и эффективном расходовании бюджетных средств при расходования бюджетных средств, действия сторон частноправового характера (подписание соответствующих актов приемок, соглашения и т.п.) сами по себе не могут нивелировать публично-значимые цели.

Установление их баланса в конкретном случае – задача суда, который в настоящем случае такой баланс не устанавливал, не анализировал соответствующие доказательства, отдав приоритет частным интересам. Однако нормы не только бюджетного законодательства, но и гражданского законодательства, а также судебная практика ориентируют суд на установление в подобных случаях баланса частных и публичных интересов. Таким образом, судом при рассмотрении настоящего дела также допущено существенное нарушение норм материального права, выразившееся в неверном толковании ряда положений действующего законодательства. Требование по настоящему делу преследовало законную цель – возврат незаконно/неэкономно (несоразмерно) затраченных средств.

Вынося судебные акты исключительно со ссылкой на экспертное заключение, суд, по сути, отказался рассматривать данное требование, предпринимать меры по формированию доказательственной базы исходя из характера требований, отказался анализировать доказательства по настоящему делу, доводы сторон. Полагаясь лишь на выводы эксперта об установленных им фактических обстоятельствах расходования гранта, фактически уклонившись от обязанности по исследованию и оценке имеющих значение для правильного рассмотрения дела доказательств и доводов участвующих в деле лиц, суд фактически единственным основанием отказа в иске указал это заключение.

Между тем, в силу статей 65 – 68 Арбитражного процессуального кодекса никакое доказательство (в том числе экспертное мнение) не имеет для суда заранее установленной силы. Вопросы установления факта, к тому же, относятся к исключительной компетенции суда, а не эксперта.

Вопросы установления фактов и соответствия доказательств принципам относимости и достоверности находится в компетенции судебных органов. Именно  арбитражный суд при рассмотрении дела должен непосредственно исследовать доказательства по делу: ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, заслушать объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации специалистов, а также огласить такие объяснения, показания, заключения, консультации, представленные в письменной форме (часть 1 статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса).

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса).

Арбитражный суд при принятии решения оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса).

 В результате фактического дублирования судом мнения эксперта  вопрос о том, имела ли место необоснованная растрата денежных средств при расходовании гранта, так и не получил окончательного судебного ответа, равно как и вопрос о необходимости возврата несоразмерно израсходованных средств в публичный бюджет государства, либо о признании таких расходов соразмерными и сохранении средств за кооперативом, добросовестно и в соответствии с требованиями закона исполнившего обязательства по соглашению.

При таких обстоятельствах принятые по делу судебные акты арбитражных судов подлежат отмене как принятые с существенными нарушениями норм материального права и норм процессуального права, повлиявшими на исход дела, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть правовую позицию, содержащуюся в приведенных правовых подходах Верховного Суда Российской Федерации, дать оценку доказательствам, представленным сторонами,  установить баланс интересов сторон спора, а также обсудить вопрос о лице, которому  на момент рассмотрения спора перешло оборудование, обозначенное кооперативом как приобретенное для  использования в собственной хозяйственной деятельности (в том числе с учетом выполнения на 11.07.2025 функций руководителя кооперативом и поставщиком его оборудования одним лицом и внесением в ЕГРЮЛ сведений о переименовании (переподчинении) спорных адресных объектов установить принадлежность (утрату или наличие) оборудования, приобретенного за счет гранта)).  

Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 по делу № А32-61266/2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловало в Верховный Суд Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке статьи 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                       Л.А. Черных

Судьи                                                                                                                     Л.Н. Воловик

                                                                                                                                А.В. Гиданкина