Решение от 15 сентября 2024 г. по делу № А71-879/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 879/2024
16 сентября 2024 года
г. Ижевск




Резолютивная часть решения объявлена 09 сентября 2024 года.

         Решение в полном объеме изготовлено 16 сентября 2024 года.


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Мелентьевой А.Р., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Владимировой К.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 300 000 рублей компенсации, о понуждении прекратить использовать товарный знак истца,


при участии представителей:

истца: ФИО3 – представитель (доверенность от 06.12.2023),

ответчика: ФИО4 – представитель (доверенность от 23.01.2024), 



установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП  ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о взыскании 300 000 рублей компенсации, о понуждении прекратить использовать товарный знак истца.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.01.2024 исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

19.03.2024 судом вынесено определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства и назначении предварительного судебного заседания.

В заседании суда 16.04.2024 в соответствии со статьей 49 АПК РФ судом рассмотрено и удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований: о взыскании компенсации в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 1515 ГК РФ, об отказе от неимущественного требования.

В заседании суда 21.08.2024 на основании статьи 49 АПК РФ судом рассмотрено и удовлетворено ходатайство истца об увеличении размера исковых требований до 2 870 615 руб. 42 коп. компенсации.

Представитель ИП ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, привел доводы, изложенные в иске.

Представитель ИП ФИО2 требования не признал по мотивам, изложенным в отзыве на иск.

Как следует из материалов дела, истцу принадлежит исключительное право использования товарного знака: № 487884 «NAILBOX» номер  заявки: 2012717753; приоритет: 27.05.2012;

В целях защиты своих исключительных прав на товарный знак истцом было выявлено, что в сети Интернет на странице ответчика сайта «В Контакте» https://vk.com/id763966608, а также в точке продаж, расположенной по адресу: <...>, размещены предложения о продаже косметических товаров, на котором присутствуют изображения до степени смешения схожие с товарным знаком № 487884 «NAILBOX».

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав истцом в порядке досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика была направлена претензия о прекращении правонарушения и выплате компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 1 000 000 руб.

После получения претензии информация с товарными знаками со спорного сайта, а также с вывески торговой точки была удалена. Требование о возмещении компенсации было оставлено без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящими требованиями.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд считает, что требования истца подлежат удовлетворению в силу следующего.

         В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к результатам интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), относятся, в том числе произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания. Правовая охрана предоставляется также персонажу произведению, в том случае если по своему характеру он может быть признан самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечает требованиям, установленным законом (статья 1259 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 названного Кодекса), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Как следует из представленного скриншота страниц сайта  «Вконтакте» - https://vk.com/id763966608, на сайте присутствуют обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 487884 «NAILBOX».  Обладателем исключительного права на названный товарный знак является истец – ИП  ФИО1, что подтверждается представленным свидетельством на товарный знак.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Таким образом, следует отметить, что истец как правообладатель имеет исключительное (приоритетное, преимущественное) право на использование своего товарного знака любым не противоречащим закону способом, в том числе, в сети Интернет.

В силу пункта 162 постановления № 10 установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В пункте 162 постановления № 10 также разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Возражения ответчика о том, что спорное наименование ИП ФИО2 использует посредством иного шрифта и раздельного написания, судом отклонены в силу следующего.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений на товарах истца и ответчика является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

В рассматриваемом случае при установлении сходства суд основывается на первом впечатлении, полученном при их сравнении за счет использования цветового сочетания и характерных деталей: написание английских слов «Nail» и «Box» совпадает с написанием в товарном знаке истца.

Указанные обстоятельства приводят к сходству до степени смешения приобретенного спорного товара с зарегистрированным товарным знаком, права на которые принадлежат истцу, с позиции рядового потребителя.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемым обозначением и товарным знаком следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом  характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

         Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о сходстве до степени смешения обозначения ответчика «Nail Box» с товарным знаком истца. При этом согласие правообладателя на использование его  результатов интеллектуальной деятельности ответчиком не получено.

Возражения ответчика о том, что классы МКТУ, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца, не относится к деятельности ответчика, судом отклонены как противоречащие материалам дела, так 03 класс МКТУ включает в себя, в том числе лаки для ногтей, наждак, наклейки для ногтей, полотно абразивное, полотно наждачное, препараты для удаления лаков, препараты для ухода за ногтями.

         Довод ответчика о том, что поскольку ИП ФИО2 покупает продукцию  непосредственно у истца, в связи с чем имеет право размещения  спорного товарного знака в качестве рекламы, отклонены судом в связи с неверным толкованием норм материального права, поскольку по смыслу статей 1484, 1487 ГК РФ любые действия по использованию товарного знака в отношении товаров (как оригинальных, так и контрафактных), вводимых в гражданский оборот на территории Российской Федерации не правообладателем и без его согласия, являются нарушением исключительных прав на товарный знак.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец, руководствуясь предоставленным подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правом на компенсацию, в обоснование расчета компенсации принял ответ УФНС по УР от 28.06.2024 № 10-27/038672, согласно которому  сумма выручки, полученной ИП ФИО2, с применением ККТ за период деятельности  с 16.11.2022 по 12.12.2023 составила 2 870 615 руб. 42 коп.

Таким образом сумма компенсации согласно расчету истца, взыскиваемой в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, должна составить 2870615,42*2 = 5741230,84. Вместе с тем истец добровольно уменьшил сумму исковых требований до однократной  стоимости товаров – 2 870 615 руб. 42 коп.

В соответствии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В соответствии с пунктом 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя, вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Требуя взыскание компенсации в заявленном размере, истец указывал, что данный размер является обоснованным, разумным и соразмерным последствиям  нарушения.

Ответчик, возражая против исковых требований, оспорил сумму предъявленной компенсации, считает справедливым размером компенсации 10 000 руб. в соответствии с подпунктом 1  пункта 4 статья 1515 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее – Обзор от 23.09.2015), при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 59 Постановления Пленума N 10.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Суд может лишь, опираясь на фактические обстоятельства дела, установить иную цену товара. Соответственно, дискреция суда в случае выбора истцом подобного способа расчета компенсации ограничена по сравнению с делами, в которых правообладатель при подаче иска выбрал компенсацию, определяемую на основе подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, и в которых возможно снижение судом компенсации по сравнению с заявленными требованиями до 10 тыс. руб. за одно нарушение.

Заявляя ходатайство о снижении размера неустойки ответчик, несмотря на предложение суда, не представил какие-либо допустимые и относимые доказательства об иной стоимости реализованных товаров, ходатайств о назначении экспертизы для определения размера компенсации не заявил (статьи 9, 65 АПК РФ).

Таким образом, ответчик распорядился своими процессуальными правами добровольно (часть 2 статьи 9 АПК РФ), не оспорив данные УФНС по УР.

Довод ответчика о снижении размера неустойки в связи с совершением правонарушения по неосторожности судом отклонен, поскольку истец добровольно снизил размер компенсации до однократной стоимости товаров.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд считает заявленные истцом исковые требования подлежащими удовлетворению в сумме 2 870 615 руб. 42 коп.

С учетом принятого решения на основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на  ответчика и подлежат возмещению истцу в сумме 15 000 руб., взысканию в доход федерального бюджета в сумме  22 353 руб.

Руководствуясь статьями 15, 49, 110, 167-171, 176, 181 АПК РФ, Арбитражный суд Удмуртской Республики 



решил:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>):

         в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) 2 870 615 рублей 42 копейки компенсации; а также 15 000 рублей в возмещение расходов по оплате государственной пошлины;

         в доход федерального бюджета 22 353 рубля государственной пошлины.

         Решение   может   быть   обжаловано   в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Судья                                                                        А.Р. Мелентьева