Решение от 26 ноября 2017 г. по делу № А50-34282/2017

Арбитражный суд Пермского края Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

город Пермь 27.11.2017 года Дело № А50-34282/17

Резолютивная часть решения объявлена 27.11.2017 года.

Полный текст решения изготовлен 27.11.2017 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Герасименко Т.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью Производственно- коммерческая фирма «НефтеГазКомплект» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Пермскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным решения от 10.03.2017 № 264 при участии:

от заявителя: ФИО2, по доверенности от 14.07.2017, предъявлен паспорт; ФИО3, по доверенности от 14.07.2017, предъявлен паспорт;

от заинтересованного лица: ФИО4, по доверенности от 11.07.2017, предъявлено удостоверение;

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью Производственно- коммерческая фирма «НефтеГазКомплект» (далее – заявитель, Общество, налогоплательщик, ООО «ПКФ «НефтеГазКомплект») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения от 10.03.2017 № 264, вынесенного Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 16 по Пермскому краю (далее – заинтересованное лицо, Инспекция, налоговый орган).

В обоснование требований заявитель указывает на отсутствие оснований для отказа в предоставлении вычета по НДС, поскольку сделки со спорным контрагентом ООО «Корпорация Мегаполис Групп» являются реальными, что налоговым органом не опровергнуто. Заявитель полагает, что требования, установленные главой 21 НК РФ, для принятия к вычету

НДС им выполнены, взаимоотношения со спорным контрагентом документально подтверждены. При этом отмечает, что налоговым органом не доказано наличие в его действиях признаков недобросовестности, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, а также ссылается на проявление им должной осмотрительности.

В судебном заседании представители Общества поддержали доводы заявления и письменных пояснений, настаивают на неправомерности отказа в предоставлении вычета в связи с отсутствием соответствующих оснований, поскольку факт поставки товара силами спорного контрагента и его дальнейшее использование подтверждены представленными в дело доказательствами.

Налоговый орган с требованиями не согласен по мотивам, изложенным в письменном отзыве, решение считает законным, оснований для его отмены не усматривает, ссылаясь на создание заявителем по взаимоотношениям со спорным контрагентом формального документооборота с целью получения налоговой выгоды без осуществления реальных хозяйственных операций.

Представитель Инспекции, участвующий в судебном заседании, поддержал доводы отзыва, просит отказать в удовлетворении заявленных требований, настаивает на том, что спорный контрагент не мог поставить товар Обществу, проявление заявителем должной степени осмотрительности материалам дела не подтверждено.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив в порядке статей 71, 162 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена камеральная налоговая проверка представленной Обществом декларации по НДС за 1 квартал 2016 года, оформленная актом проверки от 26.10.2016 № 1564, в ходе которой сделаны выводы о неправомерном применении заявителем налоговых вычетов по НДС по документам с ООО «Корпорация Мегаполис Групп», содержащим недостоверные сведения относительно субъекта, совершившего хозяйственные операции по реализации в адрес Общества работ, при наличии признаков получения необоснованной налоговой выгоды и непроявлении должной степени осмотрительности при выборе контрагентов.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки налоговым органом вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.03.2017 № 264, которым заявителю доначислены налог на добавленную стоимость в общей сумме 1 362 547,8 руб., пени -126 079,1 руб. Заявитель привлечен к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в виде взыскания штрафа в размере 68 127,39 руб. (с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность, размер штрафа снижен в 4 раза).

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением, заявитель

обжаловал его в вышестоящий налоговый орган - Управление Федеральной налоговой службы по Пермскому краю.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 21.07.2017 № 18-18/296 апелляционная жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение налогового органа от 10.03.2017 № 264 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения является незаконным, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании.

Суд с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, исследованных согласно требованиям, предусмотренным статьями 9, 65, 71, 162 АПК РФ приходит к следующему.

В силу статьи 57 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 3, подпункту 1 пункта 1 статьи 23 и статье 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

Согласно положениями ст. 87 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налоговые органы проводят следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов и налоговых агентов: камеральные налоговые проверки и выездные налоговые проверки, целью которых является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 173 НК РФ сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных ст. 171 НК РФ (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных п. 3 ст. 172 НК РФ), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со ст. 166 НК РФ и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

В соответствии с п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в

таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных <...> ст. 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено указанной статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Основанием для применения налоговых вычетов в силу ст. 169 НК РФ являются счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) и оформленные в установленном порядке.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 15.02.2005 N 93-О, буквальный смысл абз. 2 п. 1 ст. 172 НК РФ позволяет сделать однозначный вывод о том, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Каждый первичный учетный документ должен содержать реквизиты, установленные ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

По правилам ст. 313 Кодекса для целей налогообложения принимаются те же первичные учетные документы, которые используются для целей бухгалтерского учета.

Пунктом 5 ст. 169 НК РФ определен перечень сведений, которые должны быть указаны в счете-фактуре, в том числе цена (тариф) за единицу товара, стоимость товара за все количество отгруженных по счету-фактуре товаров, сумма налога, предъявленная покупателю товаров исходя из примененных налоговых ставок.

В силу п. 6 ст. 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

В соответствии с п. 2 ст. 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5, 6 ст. 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Из изложенных правовых норм следует, что для налогоплательщиков налога на добавленную стоимость право на применение налогового вычета по налогу возникает при соблюдении следующих условий: товары, работы и услуги должны быть приобретены для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации и поставлены на учет; у налогоплательщика имеются счета-фактуры, соответствующие требованиям статьи 169 Налогового кодекса, и первичные документы с выделенной в них отдельной строкой суммой налога на добавленную стоимость, оформленные в соответствии со статьей 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете».

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственных операций.

Согласно пунктам 3 и 4 Постановления N 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), а также, если налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Из постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09 следует, что, делая вывод об обоснованности заявленных вычетов по НДС, необходимо исходить не только из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но и устанавливать реальность финансово-хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента. Иными словами, при проверке обоснованности заявленных налоговых вычетов необходимо учитывать как достоверность, полноту и непротиворечивость сведений, содержащихся в первичных документах, представленных налогоплательщиком, так и реальность совершения хозяйственных операций.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09 разъяснено, что при недоказанности факта отсутствия реальности исполнения по сделке в применении налогового вычета по НДС может быть отказано при условии, если налоговым органом будет доказано, что общество действовало без должной осмотрительности и исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки оно знало или должно было знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что в качестве

контрагента по договору было указано лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности в связи со сделками, оформляемыми от ее имени.

При этом налогоплательщик в опровержение указанных утверждений вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что, по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но также деловая репутация и платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Налогоплательщик также вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из условий заключения и исполнения договора, он не мог знать о том, что соответствующая сделка заключается от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей в связи со сделками, оформляемыми от его имени.

Таким образом, применительно к НДС налоговая выгода может быть признана необоснованной либо при доказанности отсутствия реальности спорной хозяйственной операцией, либо неосмотрительности налогоплательщика в выборе проблемного контрагента, указывающего в подтверждающих документах недостоверные сведения и не осуществляющего реальной предпринимательской деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 05.03.2009 N 468-О-О указал на то, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в документах, на основании которых он претендует на получение налоговых вычетов, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к вычету соответствующих сумм налога.

Согласно пункту 2 постановления Пленума № 53 в соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям ст. 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом

положений ст. 71 АПК РФ.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в проверяемом периоде Общество осуществляло деятельность, связанную с оптовой торговлей трубопроводной арматурой.

Для обеспечения указанной деятельности общество (покупатель) заключило с ООО «Корпорация Мегаполис Групп» (поставщик) договор от 11.06.2015, согласно которому поставщик принял на себя обязательства по поставке покупателю товара (труба 1111 D20 (4 м.), клапан запорный, клапан обратный, клапан дренажный, кольцо клапана, пружина клапана, блок предохранительный клапанов, задвижки, заглушки, отводы, тройники и др.). Условиями названного договора установлена отгрузка продукции со склада поставщика, вывоз и доставка осуществляется силами и средствами покупателя.

Общая стоимость трубопроводной арматуры ООО «Корпорация Мегаполис Групп» составила 8 932 257,8 руб. Налог, предъявленный по счетам-фактурам организации-поставщика (страница 5 решения от 10.03.2017 № 264) в сумме 1 362 547,8 руб., отражен налогоплательщиком в составе налоговых вычетов в налоговых декларациях по НДС за 1-й квартал 2016 года.

Основанием для отказа принять спорные налоговые вычеты послужили выводы инспекции о том, что представленные ООО «ПКФ «НефтеГазКомплект» документы не отвечают требованиям достоверности относительно субъекта (ООО «Корпорация Мегаполис Групп»), осуществившего хозяйственные операции по реализации в адрес общества товара. По мнению налогового органа, исключительной целевой направленностью участия ООО «Корпорация Мегаполис Групп» в договорных отношениях посредством фиктивного документооборота являлось извлечение налогоплательщиком налоговой выгоды (создание формальных условий для применения налоговых вычетов), в связи с чем по результатам камеральной налоговой проверки в обоснованности ее получения отказано; ООО «ПКФ «НефтеГазКомплект» не представлено сведений, позволяющих признать проявление налогоплательщиком должной степени осмотрительности при выборе организации-поставщика в качестве контрагента, а негативные последствия привлечения недобросовестного контрагента не могут быть переложены на бюджет.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает указанные выводы Инспекции необоснованными, при этом исходит из следующего.

Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, с учетом разъяснений, адресованных налоговым органам, приведенных в письме Федеральной налоговой службы России от 23.03.2017 г. № ЕД-5-9/547 «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком

необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены соответствующие доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагентов и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Данный вывод следует также из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Законодательство о налогах и сборах не возлагает на налогоплательщика

осуществление контрольных функций по уплате НДС за его контрагентами и субконтрагентами, поскольку эти действия относятся к деятельности налогового органа (аналогичные выводы изложены в определениях Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, от 6 февраля 2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40-120736/2015).

Все эти обстоятельства также нашли отражение во введенной в Налоговый кодекс Российской Федерации статье 54.1, которая устанавливает, что в случае реальности хозяйственной операции и отсутствии у налогоплательщика цели неуплаты (неполной уплаты) и (или) зачета (возврата) суммы налога выявленные налоговым органом нарушения налогового законодательства у контрагента налогоплательщика не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с ч. 2 ст. 54 Конституции Российской Федерации указанная норма подлежит применению в настоящем деле, поскольку она трактует в пользу налогоплательщика обстоятельства, связанные с выявлением и установлением необоснованной налоговой выгоды.

Материалами дела подтверждено и налоговым органом не опровергнуто, что фактически сделка по поставке товара между заявителем и спорным контрагентом заключены в установленном порядке, обязательства по сделке сторонами исполнены, что подтверждено соответствующими первичными документами, требования главы 21 НК РФ для реализации права на вычет НДС соблюдены. Договор, счета-фактуры, акты подписаны со стороны указанных контрагентов уполномоченными лицами и содержат все сведения, предусмотренные действующим законодательством для применения вычета.

Материалами проверки подтвержден факт государственной регистрации ООО «Корпорация Мегаполис Групп», а также правоспособность данной организации.

Инспекцией не опровергнуто, что у налогоплательщика имелась деловая цель и необходимость привлечения контрагента для поставки товара.

Анализ движения денежных средств на расчетных счетах спорного контрагента вопреки доводам налогового органа также о формальности взаимоотношений не свидетельствует.

Суд отмечает также, что отсутствие у контрагентов собственного имущества и работников вопреки выводам Инспекции не свидетельствует о не ведении данной организацией деятельности, поскольку действующим законодательством РФ не запрещено использовать арендованную технику и имущество, а необходимых работников привлекать по гражданско-правовому договору. То обстоятельство, что привлечение спорным контрагентом третьих лиц для выполнения обязательств не установлено налоговым органом, не свидетельствует о том, что такие лица им не привлекались.

Кроме того, суд считает, что доводы налогового органа об отсутствии у спорных контрагентов необходимых условий для осуществления предпринимательской деятельности, а именно: офисных и складских помещений, управленческого и технического персонала, транспортных средств, не имеют правового значения с учетом установленных Инспекцией обстоятельств выполнения обязательств.

Факт реальности сделки также подтверждается свидетельскими показаниями, полученными налоговым органом в ходе проведения мероприятий налогового контроля, в том числе протоколом допроса ФИО5, перевозившего товар от спорного контрагента на автомобиле ГАЗ 33 0232, гос.номер А 415 СН 159, который в протоколе допроса от 20.01.2017г. подтвердил, что осуществлял перевозку грузов для нужд ООО «НефтеГазКомплект» на указанном автомобиле и получал за это оплату. Факт перевозки трубопроводной арматуры от спорного контрагента этим водителем подтвержден и документально (соответствующие транспортные накладные).

То обстоятельство, что ФИО5 не мог вспомнить ООО «Корпорация Мегаполис Групп», от которой перевозил для налогоплательщика товар, само по себе о нереальности по поставки не свидетельствует, с учетом пояснений представителей налогоплательщика от ом, что указанный водитель осуществлял ежедневные перевозки товара от разных контрагентов.

Протоколом допроса директора ООО «Корпорация Мегаполис Групп» ФИО6, по мнению суда, также подтверждается факт реальности сделки. При этом суд учитывает, что из протокола допроса ФИО6 № 15 от 30.01.2017г. следует, что он подтверждает свое руководство ООО «Корпорация Мегаполис Групп» с 2014г по лето 2016г. (вопрос 6, 46), подтверждает совершение им регистрационных действий в отношении ООО «Корпорация Мегаполис Групп», в том числе и всех нотариальных действий, а также других действий по выданной им доверенности, сам заказывал печать (вопрос 7, 8, 9, 14, 15, 16, 17, 23, 26). Кроме того, поясняет, что решение о создании организации принято им лично без участия каких-либо третьих лиц (вопрос 10, 39, 40, 41), называет адрес регистрации (вопрос 18, 19), численность организации (вопрос 20). Отвечая на вопрос 21, сообщает, что исполнял обязанности главного бухгалтера и подписывал всю отчетность сам. Также, ФИО6 называет величину уставного капитала, который он сам вносил на открытый им расчетный счет организации (вопрос 31), называет применяемую контрагентом систему налогообложения (вопрос 30). Относительно взаимоотношений с налогоплательщиком, ФИО6 сообщил, что с ООО «НефтеГазКомплект» был заключен договор на поставку арматуры, задвижки, заглушки и пр. (вопрос 60), которые и поставлялись в 1 квартале 2016г налогоплательщику (вопрос 69), оплата по поставкам получена, претензий по договору не имеет (вопрос 72). Решение о сотрудничестве было принято руководителями обеих сторон (вопрос 61), что,

как уже отмечено, подтверждено протоколом встречи руководителей. Кроме того, Голдырев М.В. называет имя директора налогоплательщика - Сергей (вопрос 62), с которым он контактировал лично (вопрос 68), а также проводил встречи (вопрос 67), что подтверждает личное знакомство руководителей. Руководитель ООО «Корпорация Мегаполис Групп» подтвердил выставление всех счетов-фактур в адрес налогоплательщика за 1 квартал 2016г. (вопрос 73), а также подтвердил свою подпись на представленных ему на обозрение договоре поставки, счетах-фактурах и товарных накладных, выставленных в адрес налогоплательщика в течении 1 квартала 2016г. (вопрос 74).

На вопрос о визуальном несоответствии подписей выполненных ФИО6, на заявлении о государственной регистрации, с подписями на документах, предоставленных налогоплательщиком в качестве обоснования заявленного вычета (договор, товарные накладные, счета- фактуры), пояснил, что подпись может отличаться поскольку им была получена травма при игре в хоккей.

Таким образом, ссылки налогового органа на создание формального документооборота опровергаются фактами реальной поставки товаров, неопровергнутыми Инспекцией.

Суд учитывает также, что значительная доля вычетов у контрагента сама по себе не доказывает отсутствие хозяйственной деятельности между налогоплательщиком и данными лицами.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в Постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Постановлении Президиума от 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных

ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305- КГ16-4155).

Напротив, как установлено ранее, в настоящем деле Инспекция факт оплаты товара, получения заявителем соответствующих товаров надлежащими доказательствами не опровергла.

В материалах дела не представлены доказательства согласованности действий заявителя и спорных контрагентов, направленных на совершение сделок с целью неуплаты (неполной уплаты) и (или) зачета (возврата) суммы налога, отсутствует доказательства подконтрольности контрагента, иные факты имитации хозяйственных связей и/или доказательства аффилированности сторон сделки.

Материалами дела подтверждается, что налогоплательщик учитывал хозяйственные операции со спорным контрагентом, реальность исполнения которых подтверждена первичными документами, тогда как налоговым органом не представлено в порядке статьи 65 АПК РФ доказательств совершения заявителем и его контрагентом согласованных действий, направленных на искусственное создание условий для неправомерного получения налоговых вычетов, и отсутствия сделок по поставке товара. Обстоятельства, на которые ссылается Инспекция, не свидетельствуют о фиктивности представленных Обществом документов, и не могут быть признаны безусловными доказательствами недобросовестности заявителя, как налогоплательщика.

Следовательно, эти обстоятельства не могут влиять на возникновение у заявителя права на применение налоговых вычетов при условии соблюдения требований вышеприведенных норм Налогового кодекса РФ.

Что касается проявления должной осмотрительности при выборе контрагентов, суд отмечает, что Общество предоставило полный пакет документов, подтверждающих проявление организацией должной осмотрительности в отношении всех спорных контрагентов.

Указания налогового органа на непроявление должной степени осмотрительности опровергается документами, представленными налогоплательщиком, из содержания которых следует, что им всеми доступными способами осуществлена проверка контрагента, получены документы, подтверждающие правоспособность и полномочия руководителей, а также осуществлена встреча с директором.

Более того, материалами дела подтверждено, что налогоплательщик предпринял все меры по получению необходимой информации относительно

правоспособности юридического лица на момент заключения договорных отношений, чем проявил должную осмотрительность при выборе контрагента.

Так, в отношении ООО «Корпорация Мегаполис Групп» были запрошены и получены следующие документы:

Копия свидетельства о постановке на учет в налоговом органе от 16.09.2014 г.;

Копия свидетельства о государственной регистрации юридического лица от 16.09.2014г.;

Копия устава; Копия решения № 1 единственного учредителя от 08.09.2014г.;

Копия приказа № 1 о назначении директора и главного бухгалтера от 16.09.2014г.

Кроме этого, суд учитывает пояснения заявителя о том, что на предприятии разработана программа мероприятий, согласно которым контрагент не только проверяется с позиции его юридической чистоты, но и фиксируется факт начала переговоров и встреч с руководством контрагента. С руководителями контрагентов протокольно фиксируется факт переговоров перед заключением договора, где контрагент дает не только гарантии исполнения взятых на себя обязательств по договору, но и то, что он не является фирмой однодневкой, не будет использовать денежные средства, полученные от нашего предприятия в каких либо незаконных схемах, в том числе, и в обналичивании.

Как указывает заявитель, такие мероприятия были проведены и в отношении ООО «Корпорация Мегаполис Групп» перед заключением договора поставки была назначена встреча с директором ФИО6, по результатам которой был оформлен протокол результатов переговоров о взаимовыгодном сотрудничестве. Как следует из протокола, в ходе этой встречи стороны пришли к намерению заключить договор поставки в рамках деятельности по поставке трубопроводной арматуры (задвижки, клапана, фланцы). Кроме того, в ходе встречи и оформления протокола переговоров, контрагент дает налогоплательщику гарантии, что он работает без применения каких либо «серых» схем, в т.ч. посредством обналичивания денежных средств, а также гарантирует, что все полученные от налогоплательщика денежные средства будут использованы для оплаты товара, поставляемого налогоплательщику.

То обстоятельство, что подписавший протокол со стороны налогоплательщика технический директор указал на то, что ему не знаком руководитель спорного контрагента, не опровергает факт проявления должной степени осмотрительности с учетом того, что фактически встреча проводилась не с техническим директором, а с исполнительным органом.

Более того, Инспекцией, с учетом незначительности доли вычетов спорных контрагентов в общем объеме заявленных вычетов, не доказана необходимость проявления налогоплательщиком повышенных мер

осторожности при вступлении во взаимоотношения со спорными контрагентами, в том числе необходимость личных встреч с руководителями до момента заключения договора.

Суд учитывает также, что при подтверждении факта реальности совершения хозяйственной операции тот факт, что первичные бухгалтерские документы подписаны или поставка товаров выполнена неустановленными лицами, при условии, что налоговым органом не будет доказано, что о данных фактах налогоплательщик был осведомлен либо проявил грубую неосмотрительность при заключении и исполнении договоров, не может служить основанием для отказа в принятии расходов и налоговых вычетов.

Представление спорным контрагентом налоговой отчетности с минимальными суммами налогов к уплате не является основанием для отказа в предоставлении налоговых вычетов, поскольку момент определения налоговых обязательств и кассового исполнения сделки, как правило, не совпадает.

Кроме того, факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды (пункт 10 Постановления N 53).

Также суд отмечает, что поставка товаров, которые являлись предметом заключенного со спорным контрагентом договора, в ходе проверки под сомнение не ставилась, надлежащих доказательств того, что данные товары фактически были поставлены иным лицом, в материалах проверки не содержится. Также не установлена взаимозависимость (какая- либо взаимосвязь) между сторонами сделки.

При этом доводы налогового органа о невозможности поставки товара силам спорного контрагента противоречат представленным в материалы дела доказательствам, в том числе свидетельским показаниям, анализу движения денежных средств на расчетных счетах.

Исходя из вышеизложенного, в условиях отсутствия сведений о том, что Общество располагало информацией (либо должно было знать) о том, что спорный ко6нтрагент допускает нарушения при исполнении обязанностей налогоплательщика, суд считает обоснованными доводы Общества о том, что у налогового органа не имелось законных оснований для отказа Обществу в предоставлении вычета по счетам-фактурам и документам спорного контрагента.

В целом из обстоятельств дела усматривается, что передача и использование Обществом в предпринимательской деятельности указанных товаров налоговым органом не оспаривается.

Спорные товары отражены на соответствующих бухгалтерских счетах на основании представленных счетов-фактур. Каких либо претензий к оформлению счетов фактур, представленных в обоснование права на вычет, Инспекцией не предъявлено, в решении соответствующих оснований отказа в предоставлении вычета не отражено.

При таких обстоятельствах материалами дела подтверждается, что Обществом выполнены все условия для применения налоговых вычетов, соответственно, заявитель вправе претендовать на получение налоговой выгоды, посредством включения предъявленного налога на добавленную стоимость в состав налоговых вычетов.

Доводы Инспекция о том, что представленные налогоплательщиком документы по сделке со спорными контрагентами содержат неполные, недостоверные, противоречивые сведения, что является основанием для исключения предъявленного налога на добавленную стоимость из налоговых вычетов, судом рассмотрены и отклонены, как документально не подтвержденные.

Поскольку Инспекцией не установлено обстоятельств, бесспорно свидетельствующих о недобросовестности действий налогоплательщика, об отсутствии реальных хозяйственных операций между налогоплательщиком и его контрагентом, а также с учетом надлежащего отражения налогоплательщиком операций по указанным сделкам в бухгалтерском и налоговом учете, суд, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установил соблюдение налогоплательщиком требований, установленных ст. 172, 252 Кодекса, в отношении документов, оформленных от спорного контрагента, что свидетельствует о несоответствии оспариваемого решения требованиям налогового законодательства и нарушении прав и законных интересов заявителя, в связи с чем у суда имеются основания для признания решения Инспекции недействительным по правилам, предусмотренным ч.2 ст. 201 АПК РФ.

Все иные доводы лиц, участвующих в деле, в том числе ссылки Инспекции на документы, свидетельствующие по ее мнению о номинальности спорного контрагента, судом исследованы и признаны не имеющими самостоятельного правового значения для рассмотрения настоящего спора.

При изложенных обстоятельствах оспариваемое решение подлежит признанию недействительным как несоответствующее требованиям НК РФ и нарушающее права и законные интересы заявителя. Обязанность по их устранению возлагается на Инспекцию.

Заявленные требования подлежат удовлетворению.

Так как требования Общества судом удовлетворены, расходы по уплате госпошлины в сумме 3000 рублей согласно ч.1 ст. 110 АПК РФ относятся на Инспекцию.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

Требования общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «НефтеГазКомплект» удовлетворить.

Признать недействительным как несоответствующее Налоговому кодексу РФ вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 16 по Пермскому краю решение № 264 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.03.2017.

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 16 по Пермскому краю устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью Производственно- коммерческая фирма «НефтеГазКомплект».

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Пермскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «НефтеГазКомплект» (ОГРН <***>, ИНН <***>) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 (Три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Т.С. Герасименко