Постановление от 9 декабря 2020 г. по делу № А63-1974/2010

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-1974/2010
г. Краснодар
09 декабря 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 декабря 2020 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сидоровой И.В., судей Епифанова В.Е. и Мазуровой Н.С., при участии в судебном заседании представителей истца – индивидуального предпринимателя Волкова Виталия Жоресовича (ИНН 26340017911, ОГРНИП 304263530800602) – Колпиковой Г.Н. (доверенность от 16.07.2020), Тагиевой Ж.Н. (доверенность от 16.07.2020), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Медчеста-М» (ИНН 2634047098, ОГРН 1022601957113) – Сысоева А.С. (доверенность от 16.09.2020), рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Волкова Виталия Жоресовича на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 22.06.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по делу № А63-1974/2010, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель Волков В.Ж. (далее – предприниматель) обратился в арбитражный суд с иском к ООО «Медчеста-плюс» о признании договора хранения 20.12.2007 незаключенным.

Общество предъявило встречный иск о взыскании с предпринимателя 4800 тыс. рублей стоимости невозвращенного с хранения имущества и 36 576 тыс. рублей неустойки с 02.03.2008 по 02.04.2010.

Решением от 02.02.2011, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 12.04.2011 и кассационной инстанции от 28.06.2011, в удовлетворении требований предпринимателя отказано, встречный иск ООО «Медчеста-плюс» удовлетворен в части взыскания 4800 тыс. рублей убытков, в остальной части встречного иска отказано. С общества в доход федерального бюджета взыскано 197 679 рублей 82 копейки государственной пошлины по встречному иску.

3 мая 2011 года выдан исполнительный лист серии АС № 002220382.

Согласно постановлениям судебного пристава-исполнителя о возбуждении, окончании исполнительного производства № 29805/17/26041-ИП в период с 25.05.2011 по 05.02.2019 в отношении должника осуществлялись действия по исполнению требований исполнительного листа, который возвращался взыскателю ввиду невозможности установления местонахождения должника, имущества последнего либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях; отсутствия имущества, на которое может быть обращено взыскание; безрезультатности всех предпринятых судебным приставом-исполнителем допустимых законом мер.

16 марта 2020 года ООО «Медчеста-М» (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве и замене ООО «Медчеста-плюс» (цедент) на основании договора об уступке права требования от 07.10.2013, согласно которому цедент обязался уступить, а цессионарий принять право требования по исполнительному листу от 03.05.2011 серии АС № 002220382, выданному на основании решения от 02.02.2011, вступившего в законную силу 12.04.2011.

Определением от 22.06.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.08.2020, произведена замена взыскателя ООО «Медчеста-плюс» на ООО «Медчеста-М». Судебные акты мотивированы тем, что срок для предъявления исполнительного листа к исполнению в период с 25.05.2011 прерывался и возобновлен с 05.02.2019, соответственно, возможность принудительного исполнения решения от 02.02.2011 не утрачена. Договор цессии от 07.10.2013 сторонами исполнен, о чем свидетельствует выписка банка. Информация о наличии запрета на уступку прав без согласия должника отсутствует. Доказательства тому, что цессия создала должнику более обременительное исполнение его обязательств, материалы дела не содержат. Сведения об аффилированности между цедентом и цессионарием не свидетельствуют о том, что договор цессии прикрывает безвозмездную передачу права требования к лицу, которое не является стороной данного договора. Доводы должника о ничтожности договора цессии от 07.10.2013 основаны на неправильном толковании норм материального права.

В кассационной жалобе предприниматель просит определение от 22.06.2020 и апелляционное постановление от 26.08.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт, указав, что последний раз исполнительное производство возбуждено 05.07.2017 отделом судебных приставов по Ленинскому району города Ставрополя Управления Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю. Решением от 07.10.2020 по делу № А63-9139/2020 признано незаконным постановление от 05.07.2017 о возбуждении исполнительного производства № 29805/17/26041-ИП, следовательно, перерыв течения срока для предъявления исполнительного документа к исполнению сократился, ООО «Медчеста-М» обратилось с заявлением о процессуальном правопреемстве взыскателя за пределами установленного законом срока. При этом исполнительное производство возбуждено неправомерно, так как непосредственный взыскатель (ООО «Медчеста-плюс») не обращался с соответствующим заявлением. Договор уступки права требования от 07.10.2013 следует признать незаключенным ввиду отсутствия доказательств фактической оплаты. Представленная «выписка банка» является выпиской из лицевого счета ООО «Медчеста-М», распечатанной из программы «1С», заверенной главным бухгалтером организации. Суд вынес судебный акт до получения и исследования материалов исполнительного производства.

В отзыве ООО «Медчеста-М» поясняет, что договор цессии от 07.03.2013 является заключенным и действительным. Доводы кассационной жалобы должника противоречат материалам дела, направлены на уклонение от исполнения судебного акта.

Представители предпринимателя заявили ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебных актов по делу № А63-9193/2020.

Ходатайство рассмотрено и отклонено, поскольку приведенное обстоятельство не является основанием для приостановления производства по делу на стадии кассационного рассмотрения (статьи 143, 144 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).

Также представителями предпринимателя заявлено ходатайство об отложении рассмотрения дела, в удовлетворении которого отказано ввиду отсутствия оснований (статья 158 Кодекса).

Изучив материалы дела, доводы, приведенные в кассационной жалобе, выслушав участников процесса, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении кассационной жалобы надлежит отказать с учетом следующего.

В соответствии со статьей 48 Кодекса в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

На основании части 1 статьи 52 Федерального закона от 2.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником.

В силу приведенных правовых норм в случае выбытия взыскателя или должника в исполнительном производстве, возбужденном на основании выданного судом исполнительного документа, вопрос о правопреемстве подлежит разрешению судом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен. Если истек срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, суд производит замену только в случае восстановления срока на предъявление исполнительного листа к исполнению (статьи 23 и 52 Закона № 229-ФЗ).

Таким образом, вопрос о возможности процессуальной замены стороны (взыскателя) по делу ее правопреемником в целях дальнейшего принудительного исполнения решения суда зависит от наличия или утраты возможности такого принудительного исполнения.

Из приведенных норм материального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что при разрешении требования о правопреемстве суду следует установить: состоялась ли уступка, ее объем, предъявлен ли исполнительный лист к взысканию, возбуждено ли исполнительное производство (окончено, прекращено), не истек ли срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, наличие долга (его размер).

В силу части 1 статьи 321 Кодекса исполнительный лист может быть предъявлен к исполнению в следующие сроки: 1) в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу, или со следующего дня после дня принятия судебного акта, подлежащего немедленному исполнению, или со дня окончания срока, установленного при отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта; 2) в течение трех месяцев со дня вынесения определения о восстановлении пропущенного срока для предъявления исполнительного листа к исполнению в соответствии со статьей 322 Кодекса.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Кодекса, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что исполнительное производство вновь возбуждено на основании постановления судебного пристава-исполнителя от 05.07.2017, следовательно, срок предъявления исполнительного листа от 03.05.2011 серии АС № 002220382 к исполнению не истек. Ссылка подателя кассационной жалобы на решение от 07.10.2020 по делу № А63-9193/2020 не может иметь решающего значения, поскольку указанный судебный акт не вступил в законную силу, а на момент вынесения обжалуемых судебных актов не существовал.

На основании пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В силу норм статьи 390 Гражданского кодекса, первоначальный кредитор, уступивший требование, отвечает перед новым кредитором за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, кроме случая, когда первоначальный кредитор принял на себя поручительство за должника перед новым кредитором.

Суды обеих инстанций на основании исследования представленных доказательств признали договор цессии соответствующим требованиям статей 382 – 389 Гражданского кодекса, отметив, что он содержит все существенные условия, предусмотренные для данного вида договоров, объем уступленного права требования сторонами согласован, разногласий по исполнению договора цессии не имеется, перемена лиц в материальном правоотношении произведена по правилам главы 24 Гражданского кодекса; основания для признания договора цессии недействительным (ничтожным) отсутствуют.

Заявителем жалобы не представлены доказательства тому, что уступка права требования совершена по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Предприниматель не выступает участником сделки (договора цессии), а имеет статус должника, для которого не является существенным вопрос о том, кому выплачивать задолженность, первоначальному либо новому кредитору.

Довод заявителя о недействительности (ничтожности) названного договора по изложенным в кассационной жалобе основаниям, не принимается судом кассационной инстанции, поскольку носит предположительный характер, был предметом оценки судов обеих инстанций и обоснованно отклонен.

Следует отметить, что процессуальной заменой права взыскателя не нарушены, так как доказательства погашения долга не представлены. Замена взыскателя не влечет автоматическое взыскание с должника присужденных сумм, что свидетельствует о недоказанности заявителем нарушения его прав.

Основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 22.06.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по делу № А63-1974/2010 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Ходатайства индивидуального предпринимателя Волкова В.Ж. об отложении судебного заседания и приостановлении производства по делу оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


04 декабря 2020 года

Председательствующий

И.В. Сидорова



Судьи

В.Е. Епифанов

Н.С. Мазурова