Решение от 5 мая 2026 г. АС города Москвы

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ


115225, <...>

http://www.msk.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е


г.Москва А40-257216/25-113-1924 6 мая 2026 г.

Резолютивная часть решения объявлена 29 апреля 2026 г.

Полный текст решения изготовлен 6 мая 2026 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева


при ведении протокола судебного заседания секретарём Шелепиным Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску АО ВТБ лизинг (ОГРН <***>)

к ООО «СК «Согласие» (ОГРН <***>),

о взыскании 1 365 200 рублей,

при участии:


от истца – ФИО1 по доверенности от 1 марта 2026 г. № 87-26; от ответчика – ФИО2 по доверенности от 2 февраля 2026 г. № 254/Д;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца с учётом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) страхового возмещения в размере 1 044 378 рублей договору страхования КАСКО от 26 апреля 2017 г. сери 0095020 № 201254745/17-ТЮЛ (далее – Договор страхования, Полис), заключённому между истцам (страхователь) и ответчиком (страховщик).

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.


Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление в котором заявил об истечении сроков исковой давности.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришёл следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, до заключения Договора страхования между АО ВТБ Лизинг (страхователь) и ООО «СК «Согласие» (страховщик) был заключён договор страхования транспортного средства КАСКО от 20 апреля 2015 г. серия 0095020 № 200487302/15-ТЮЛ в отношении того же имущества.

Договор страхования заключён в соответствии с генеральным договором страхования транспортных средств от 26 декабря 2012 г. № 0010300-0047947/12ТЮ (далее – Генеральный договор), Правилами страхования от 30 сентября 2014 г. (далее – Правила страхования).


Застрахованным имуществом являлось транспортное средство Mazda 6 VIN <***>, 2015 года выпуска, принадлежащее страхователю на праве собственности и переданное ООО «Вариант энерго» (ИНН <***>) (лизингополучатель) на основании договора лизинга от 13 марта 2015 г. № АЛ 37039/01-15 ПРМ (далее – Договор лизинга).

По условиям Договора страхования, выгодоприобретателем в случае хищения ТС и при конструктивной гибели является страхователь, в остальных случаях выгодоприобретателем является лизингополучатель.

В соответствии с п. 4.1.2 Генерального договора, страховым риском «Хищение» охватывается утрата застрахованного ТС в результате события, квалифицируемого в соответствии с Уголовным кодексом Российской Федерации как угон, кража, грабёж или разбой.

Согласно доводам истца, постановлением о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21 октября 2022 г., а также постановлением о переквалификации уголовного дела от 10 марта 2025 г., справкой СО ОМВД России «Пермский» по уголовному делу № 12201570016001132 установлено, что в период с 23 марта 2015 г. по 4 сентября 2017 г. спорное ТС было похищено неустановленным лицом.

Возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК, по факту заявления о хищении, зарегистрированного в КУСП 22 июля 2015 г.

Страхователь 26 марта 2025 г. (то есть спустя 10 лет после принятия заявления о хищении) уведомил страховщика о наступлении страхового случая.

Письмом от 6 мая 2025 г. № 265417-06/УБ страховщик уведомил страхователя о проведении дополнительной проверки.

В силу п. 7.6.2 Правил страхования страховщик обязан осуществить выплату страхового возмещения в течение 30-ти рабочих дней, считая со дня получения всех необходимых документов, предусмотренных Правилами страхования.

Согласно п. 10.1.5, 10.1.5.2 Правил страхования при возникновении необходимости в проведении дополнительной проверки документов страховщик праве увеличить сроки рассмотрения документов, при этом срок такой проверки не может превышать 45-ти дней, не считая нерабочих праздничных дней.

По мнению истца, поскольку хищение застрахованного ТС произошло по вине третьего лица, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела, постановлением о переквалификации уголовного дела, справкой СО ОМВД России «Пермский» по уголовному делу № 12201570016001132 и иными документами, при отсутствии умысла страхователя и выгодоприобретателя, страховщик не может быть освобождён от исполнения обязательства по договору страхования при наступлении страхового случая.

В соответствии с Договором страхования страховая сумма за 1-й год страхования составляет 1 044 378 рублей.

Как указывает истец, страховое возмещение не выплачено.


В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключён договор (выгодоприобретателю), причинённые вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определённой договором суммы (страховой суммы).

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового


случая) (п.1 ст. 929 Гражданского кодекса и п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»). Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам. Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечёт обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путём указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла указанных норм закона следует, что страховой случай - это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

В п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса приведены основания, по которым страховщик может быть освобождён от выплаты страхового возмещения или страховой суммы при наступлении страхового случая.

Согласно ст. 927 Гражданского кодекса страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии со ст. 929 Гражданского кодекса по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключён договор (выгодоприобретателю), причинённые вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определённой договором суммы (страховой суммы).

В силу пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. № 19 на страхователя (выгодоприобретателя) возлагается обязанность по уведомлению страховщика либо его представителя о наступлении страхового случая определённым способом и в определённые сроки. Обязанность по представлению одновременно с этим уведомлением всех необходимых документов на страхователя (выгодоприобретателя) законом не возлагается.

Страховщик не вправе отказать в выплате страхового возмещения, если он своевременно узнал о наступлении страхового случая либо если отсутствие у страховщика сведений об этом не повлияло на его возможность определить, действительно ли имел место страховой случай и какова сумма причинённого ущерба (пункт 3 статьи 307, пункт 2 статьи 961 Гражданского кодекса). При возникновении спора обязанность доказать факт своевременного уведомления страховщика о наступлении страхового случая лежит на страхователе.

В соответствии с п.1 ст. 962 Гражданского кодекса при наступлении страхового случая, предусмотренного договором имущественного страхования, страхователь


обязан принять разумные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры, чтобы уменьшить возможные убытки.

Как установлено судом, уголовное дело возбуждено от 21 октября 2022 г. по факту заявления о хищении, зарегистрированного в КУСП 22 июля 2015 г.

При этом по уголовному делу № 12201570016001132 установлено, что в период с 23 марта 2015 г. по 4 сентября 2017 г. спорное ТС было похищено неустановленным лицом.

Однако, спустя год после «хищения» предмета лизинга 19 января 2016 г. к Договору страхования между истцом и ответчиком было подписано дополнительное соглашение № 1, согласно которому выгодоприобретателем по всем рискам следует считать АО «ВТБ Лизинг» в связи с расторжением Договора лизинга и изъятием спорного застрахованного ТС.

Каким образом лизингодатель «изымал» похищенный предмет лизинга, а также как ответчик застраховал «похищенный» предмет лизинга, стороны пояснить не смогли.

Суд также отмечает, что период «хищения» охватывает два года, что указывает на полное отсутствие контроля как со стороны лизингодателя, так и со стороны страховщика.

В любом случае, о факте хищения стало известно в момент регистрации КУСП 22 июля 2015 г.

Страхователь 26 марта 2025 г. (то есть спустя 10 лет после принятия заявления о хищении) уведомил страховщика о наступлении страхового случая.

При этом истец в рамках договора страхования 2015 года к страховщику не обращался.

Страхователем не исполнена обязанность но незамедлительному уведомлению страховой компании о наступлении страхового случая (ст. 961 Гражданского кодекса).

К заявлению о наступлении события, имеющего признаки страхового случая, истцом были приложены следующие документы:

- постановление следователя СО Отдела МВД России по Пермскому району ФИО3 о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21 октября 2022 г.;

постановление о признании потерпевшим от 11 ноября 2022 г.; постановление о переквалификации уголовного дела от 10 марта 2025 г.;

постановление об установлении фактических данных от 10 марта 2025 г.; справка от 14 марта 2025 г. СО ОМВД России «Пермский».

Из текста постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21 октября 2022 г. следует, что вышеуказанное постановление было вынесено по результатам рассмотрения материала проверки КУСП от 3 октября 2017 г. № 17670.

Согласно постановлению о переквалификации уголовного дела от 10 марта 2025 г. было принято решение о переквалификации действий неустановленного лица с ч.3 ст. 159 Уголовного кодекса на п. «Б» ч.4 ст. 158 Уголовного кодекса. Поводом для переквалификации стала информация, полученная органами следствия в ходе допроса в качестве свидетелей директора ООО «Вариант энерго» ФИО4 и бывшего директора ООО «Вариант энерго» ФИО5, которые отрицали свою причастность к совершению мошеннических действий. Более того, ФИО4 в процессе допроса в качестве свидетеля пояснил, что 22 июля 2015 г. им было подано заявление о хищении спорного застрахованного ТС в ОРПОТ Кировского района г. Перми.

Из текста постановления об установлении фактических данных от 10 марта 2025 г. следует, что АО «ВТБ Лизинг» 4 сентября 2017 г. обращался в органы следствия с заявлением но факту хищения застрахованного транспортного средства (КУСП № 4345). В связи с вышеуказанным обстоятельством, органы следствия пришли


к выводу о том, что периодом совершения хищения застрахованного транспортного средства следует считать период времени с 23 марта 2015 г. по 4 сентября 2017 г.

Согласно абз.4 п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» если по обстоятельствам дела момент возникновения ущерба не может быть с разумной степенью достоверности определён, страховой случай считается наступившим в момент выявления.

Как указывалось выше из показаний свидетеля ФИО4 (генеральный директор ООО «Вариант Энерго») следует, что им 22 июля 2015 г. было подано заявление в правоохранительные органы по факту хищения транспортного средства.

В соответствии с имеющимися процессуальными документами органов следствия в период с 23 марта 2015 г. по 4 сентября 2017 г. произошло хищение ТС. Лизингополучатель обращался в органы следствия с заявлением о хищении застрахованного транспортного средства 22 июля 2015 г. Таким образом, по меньшей мере с 22 июля 2015 г. истец узнал о наступлении события.

С настоящим иском истец обратился в суд 22 октября 2025 г., то есть через 10 лет.

Негативные последствия нарушения сроков уведомления о страховом случае выражаются в существенном снижении шансов страховщика на суброгацию (в рассматриваемом случае право требовать передачи транспортного средства страховщику после его нахождения). Так, утрачивается возможность страховщика на расследование преступления «по горячим следам» как департаментом безопасности страховщика, так и возможность на содействие органам уголовного расследования (в виде подачи ходатайств, предоставлении дополнительных материалов, полученных самостоятельно), содействие в возбуждении уголовного дела (которое по настоящему делу было возбуждено спустя 5 лет после наступления события), верной квалификации преступления и т.д., с целью нахождения утраченною транспортного средства.

Из материалов настоящего дела следует, что 10 марта 2025 г. было вынесено постановление о переквалификации уголовного дела № 12201570016001132 на ст.1584.4 п. «б» УК.

На вышеуказанное службы безопасности ООО «СК «Согласие» была подана жалоба, по результатам рассмотрения которой в ООО «СК «Согласие» поступил ответ от 12 марта 2026 г. № 3/267703604366 за подписью ВрИО заместителя начальника отдела Следственного департамента МВД РФ ФИО6, что по результатам рассмотрения обращения в рамках уголовного дела № 12201570016001132, расследуемого СО ОМВД России «Пермский», было принято 25 февраля 2026 г. решение об отмене приостановления предварительного следствия в рамках вышеуказанного дела и о возобновлении расследования. Также, руководством главного следственного управления ГУ МВД России по Пермскому краю было отменено обжалуемое представителем страховщика постановление от 10 марта 2025 г. о переквалификации совершенного деяния, организовано выполнение следственных и иных процессуальных действий, направленных на полное и всестороннее исследование обстоятельств произошедшего.

Таким образом, в настоящее время ранее данная органами предварительного следствия уголовно-правовая квалификация по ч.3 ст.159 УК в рамках возбуждённого уголовного дела № 12201570016001132 сохраняется.

Согласно п.3.1.2. Правил страхования, под риском «Угон» понимается утрата застрахованного ТС в результате события, квалифицируемого в соответствии с Уголовным кодексом как угон, кража, грабёж или разбой, если Договором страхования не предусмотрено иное.

В соответствии с правовой позицией, приведённой в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11 октября 2017 г. № 309-ЭС17-9038, предварительная квалификация преступления, данная следователем при возбуждении уголовного дела,


создаёт в гражданском деле о взыскании страхового возмещения презумпцию по вопросу о юридической квалификации деяния, в результате которого возникли убытки. Учитывая, что даваемая следователем юридическая оценка деянию не является окончательной и его суждение носит вероятностный характер как по поводу квалификации, так и по поводу самого факта совершения преступления, названная презумпция может быть опровергнута лицом, против которого она установлена, путём представления в суд доказательств, свидетельствующих, например, об иной форме утраты имущества.

Квалификация преступления по ч.3 ст. 159 Уголовного кодекса не оспорена, доказательства её изменения следственными органами истец не представил.

Доказательства, свидетельствующие об иной форме хищения застрахованного имущества, в деле отсутствуют.

Вышеуказанная позиция подтверждается сложившейся судебной практикой в том числе по делам А40-185405/24, А40-185405/24.

При рассмотрении доводов ответчика о пропуске сроков исковой давности суд пришёл к следующим выводам.

Как установлено пунктом 1 статьи 966 Гражданского кодекса, срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет два года.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса). Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 Гражданского кодекса).

Ввиду того, что ответчиком заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности (статья 199 Гражданского кодекса), отсутствия ходатайства истца о восстановлении пропущенного срока, суд пришёл к выводу об отказе в удовлетворении требований по встречному иску на основании истечения срока исковой давности.

В соответствии с пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса общий срок исковой давности составляет три года со дня.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31 января 2006 г. № 9316/05 указано, что отсутствие причин к восстановлению срока является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43, срок не восстанавливается вне зависимости от причины пропуска, если: требование связано с предпринимательской деятельностью, заявитель – юридическое лицо или индивидуальный предприниматель

По обязательствам, срок исполнения которых не определён либо определён моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования, исчисление исковой давности начинается по окончании указанного срока.

Статьёй 201 Гражданского кодекса предусмотрено, что перемена лиц в обязательстве не влечёт изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.


Аналогичная позиция содержится в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20, согласно которому перемена лиц в обязательстве по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещённые в результате страхования, не влечёт изменение общего (трёхгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. При этом срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.

Перечень оснований перерыва течения срока исковой давности, установленный в статье 203 Гражданского кодекса и иных федеральных законах (в части второй статьи 198 Гражданского кодекса), не может быть изменён или дополнен по усмотрению сторон и не подлежит расширительному толкованию.

Статьёй 203 Гражданского кодекса установлено, что течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43, к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии, изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (об отсрочке или о рассрочке платежа), акт сверки взаимных расчётов, подписанный уполномоченным лицом. Признание части долга, в том числе путём уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

С истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (статья 207 Гражданского кодекса).

Как указано в постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», при истечении срока исковой давности по требованию о возврате или уплате денежных средств истекает срок исковой давности по требованию об уплате процентов, начисляемых в соответствии со статьёй 395 Гражданского кодекса; при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения (статьи 1104, 1105 Гражданского кодекса) истекает срок исковой давности по требованию о возмещении неполученных доходов (пункт 1 статьи 1107 Гражданского кодекса).

Как следует из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43, бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Из содержания определения Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2014 г. № 589-О следует, что возможность обратиться за защитой нарушенных имущественных прав лишь в пределах установленного законом срока исковой давности должна стимулировать участников гражданского оборота, права которых нарушены, своевременно осуществлять их защиту. Применение судом исковой давности по заявлению стороны в споре направлено на сохранение стабильности гражданского оборота, защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Пунктом 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. № 19 разъяснено, что двухгодичный срок исковой давности по спорам, вытекающим из правоотношений по страхованию имущества (пункт 1 статьи 966 Гражданского кодекса), исчисляется с момента, когда страхователь узнал или должен


был узнать об отказе страховщика в осуществлении страхового возмещения или об осуществлении его страховщиком не в полном объёме, а также с момента истечения срока для осуществления страхового возмещения, предусмотренного законом или договором.

В соответствии с в соответствии с постановлением начальника отделения СО отдела МВД России «Пермский» от 10 марта 2025 г. о переквалификации уголовного дела, с первоначальным заявлением о хищении застрахованного транспортного средства в правоохранительные органы обратился 22 июля 2015 г. действующий на тот момент генеральный директор ООО «Вариант Энерго». Отсюда следует вывод, что по меньшей мере с 22 июля 2015 г. истец узнал о наступлении события.

Истец направил исковое заявление в суд 22 октября 2025 г. Таким образом, на момент обращения истца в суд срок исковой давности истёк, о чём и заявлено ответчиком.

Выводы суда основаны на сформированной правоприменительной практике, в том числе по делам А40-222125/22-14-1678, А40-113870/23-96-801, А40-189915/23-96-1375, А40-234870/2023, А40-234870/23-151-1877, А40-58471/25, а также подтверждённой Определением Верховного суда Российской Федерации от 21 сентября 2020 г по делу А40-132682/19.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

С учётом изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 65, 101, 102, 106, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1. В удовлетворении исковых требований отказать полностью.


2. Возвратить ВТБ лизинг (акционерного общество) (ОГРН <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 625 (девять тысяч шестьсот двадцать пять) рублей, уплаченную по платёжному поручению от 30 сентября 2025 г. № 9997407537.

3. Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья А.Г.Алексеев