Решение от 13 марта 2023 г. по делу № А59-5085/2022

Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, дом 28, Южно-Сахалинск, 693024,

www.sakhalin.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А59-5085/2022
13 марта 2023 года
город Южно-Сахалинск


Резолютивная часть объявлена 07 марта 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 13 марта 2023 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Портновой О. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Федерального агентства по рыболовству (ОГРН 1087746846274, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Гранис» (ОГРН <***> ИНН <***>) о досрочном расторжении договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов № ДВ-М-1925 от 30.08.2018 года,

при участии представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности от 23.08.2022, личность удостоверена по паспорту, копия диплома представлена,

от ответчика – ФИО3 по доверенности о 17.01.2018, личность удостоверена по паспорту, копия диплома представлена,

У С Т А Н О В И Л :

Федеральное агентство по рыболовству (далее – истец, Агентство) обратилось в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью «Гранис» (далее – ответчик, Общество) с иском о досрочном расторжении договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов № ДВ-М-1925 от 30.08.2018 года.

Требование заявлено со ссылками на статьи 450, 452 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статью 13 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Закон о рыболовстве) и мотивировано тем, что добыча (вылов) водных биологических ресурсов в течение двух лет (2020, 2021 годы) осуществлена ответчиком в объеме менее 70% выделенных квот.

В судебном заседании представитель истца поддержала иск.

Представитель ответчика иск не признал, указав на то, что не освоение выделенного объема не является безусловным основанием для расторжение договора, фактически у ответчика имели место объективные препятствия для освоение выделенных ему квот, обусловленные снижением уровня запасов ВБР, а также тем, что основной лов осуществляется ответчиком в районе промысла, отличном от района, в котором имеет место наибольшее скопление спорного ВБР, в настоящее время ответчиком принимаются меры к освоению выделенных ему квот, в связи с чем расторжение с ним спорного договора считает нецелесообразным.

Из материалов дела судом установлено следующее.

30.08.2018 года сторонами заключен договор № ДВ-М-1925 о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации, на континентальном шельфе Российской Федерации, в исключительной экономической зоне Российской Федерации, Каспийском море для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства, в рамках которого пользователю выделены квоты на вылов терпуга в Северо-Курильской зоне в объеме 0,209%.

Договор заключен сроком с 01.01.2019 по 31.12.2033 (пункт 7 договора).

Протоколом от 22.07.2022 года № 12 заседания Комиссии по принудительному прекращению права на добычу (вылов) ВБР в случаях, предусмотренных пунктами 2 - 5, 8 - 12 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, предложено рекомендовать истцу принять решение о принудительном прекращении права на добычу (вылов) ВБР путем досрочного расторжения с ответчиком договора № ДВ-М-1925 от 30.08.2018 года.

В связи с нарушением ответчиком условий договора в части освоения квот в 2020-2021 годах, истцом в адрес ответчика направлено требование от 10.08.2022 № 05-11/10540 о расторжении указанного договора.

Поскольку ответчик не предпринял меры к расторжению договоров в добровольном порядке, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, выслушав в судебных заседаниях представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором.

В силу пункта 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда в случаях, предусмотренных законами.

Согласно части 1 статьи 33.5 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Закон о рыболовстве) договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, договор о предоставлении рыбопромыслового участка и договор пользования водными биоресурсами, отнесенными к объектам рыболовства, могут быть досрочно расторгнуты по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством, настоящим Федеральным законом.

Частью 2 статьи 33.5 Закона о рыболовстве установлено, что на основании требования органа государственной власти, заключившего договоры, указанные в статьях 33.1, 33.3 и 33.4 настоящего Федерального закона, допускается их досрочное расторжение в случаях, предусмотренных частью 2 статьи 13 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, осуществляется в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее семидесяти процентов промышленных квот и прибрежных квот.

Следовательно, Законом о рыболовстве и условиями оспариваемого договора предусмотрено основание для его расторжения в судебном порядке по требованию одной из сторон, что соответствует положениям подпункта 2 пункта 2 статьи 450 ГК РФ.

Согласно информации ФГБУ «Центр системы мониторинга рыболовства и связи» (ФГБУ ЦСМС) об освоении квот добычи (вылова) водных биоресурсов по состоянию на 31.12.2020 и 31.21.2021, ответчиком освоено выделенной квоты терпуга в Северо-Курильской зоне:

-в 2020 году 0,221 тн, при выделенной квоте 31,896 тн,

-в 2021 году – 0 тн, при выделенной квоте 32,144 тн.

Таким образом, ответчиком по договору № ДВ-М-1425 освоено в 2020 году - 0,69%, в 2021 году - 0 %, то есть в течение двух лет подряд по договору №ДВ-М-1425 ответчиком произведено освоение квот в объеме менее 70 %.

Вместе с тем в силу пункта 1 статьи 2 Закона о рыболовстве одним из принципов законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов является принцип рационального использования водных биоресурсов.

Предоставление соответствующему государственному органу статьей 33.5 Закона о рыболовстве права на досрочное расторжение договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) ВБР является исключительной мерой, направленной, прежде всего, на рациональное использование биоресурсов, исключение экономически невыгодного неиспользования рыбопромысловых участков, предоставление другим лицам права добычи (вылова) биоресурсов на неосвоенных участках в целях их рационального освоения.

Сам же по себе только факт наличия формального нарушения условий договора, в силу статьи 450 ГК РФ не может служить основанием для его расторжения.

Указанный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях № от 03.04.2001 г. и № 5-В11-27 от 07.11.2011.

Судом установлено, что по условиям спорного договору ответчику выделена квота на вылов в 2020 и 2021 году терпуга в Северо-Курильской зоне.

По данным, поступившим по запросу суда 14.12.2022 года от Камчатского филиала ФГБНУ «ВНИРО» промысловым видом семейства Т-вых на акватории Северо-Курильской зоны является северный одноперый терпуг Pleurogrammus monopterygius (далее в тексте — терпуг).

По современным представлениям северный однопёрый терпуг в водах Восточной Камчатки и Курильских островов представлен единой популяцией — Курило-Камчатской — с центром воспроизводства у средних и северных Курильских островов [ФИО4, ФИО5, 2009; ФИО4, 2013; ФИО4 и др., 2015].

В связи с вышеизложенным, запас терпуга оценивается для всей Курило- Камчатской популяции, а рекомендованный вылов, исходя из сведений о распределении рыб и особенностей промысла, разделяется на 4 части: ОДУ в Карагинской (до 168° в.д.) и Петропавловско-Командорской подзонах, а также в Северо- и Южно-Курильской зонах.

По модельным оценкам общий (TSB) запас северного однопёрого терпуга Курило-Камчатской популяции в возрасте 3-13 лет на начало 2021 г. составил 245,7, а нерестовый (SSB) — 164,2 тыс. т (рис. 1).

Длительный период роста биомассы, как общего, так и нерестового запаса в 2010 г. сменился снижением. По последним данным, численность поколений 2013-2014 гг. оценивается выше среднемноголетней, поколений 2012 и 2015 гг. — ниже среднемноголетней (рис. 2). Численность поколений 2016-2018 гг., согласно последним модельным расчётам, пока оценивается на среднемноголетнем уровне.

После минимума в 2015 г., в последующие 5 лет нерестовый запас терпуга увеличивался, главным образом, из-за вступления в него рыб поколения 2014 г.

Кратковременный рост биомассы общего запаса после 2020 г. сменился снижением из-за появления неурожайного поколения 2015 г.

В 2021 г. биомасса нерестового запаса была ниже целевого ориентира (Btr), равного 165,3 тыс. т.

За последнее десятилетие, по данным судовых суточных донесений (ССД) из отраслевой системы мониторинга Росрыболовства (ОСМ), максимальный вылов терпуга в Северо-Курильской зоне отмечен в 2012 г., а минимальный — в 2016 г. (табл. 1). В 2020-2021 гг. вылов данного вида был относительно стабильным и колебался в пределах 14,2-14,5 тыс. тонн.

В Северо-Курильской зоне в 2020-2022 г. основной промысел терпуга был приурочен к марту-маю и октябрю-ноябрю.

Основные участки промысла указанного вида приурочены либо к далеко выступающим мысам у восточного побережья Камчатки, либо к многочисленным проливам Курильской островной дуги.

Например, в 2021 г. наиболее высокие уловы за судосутки у побережья восточной Камчатки были отмечены только у м. Африка. В районе Курильской островной дуги наиболее результативный лов терпуга осуществляли напротив Четвертого Курильского пролива, на траверзе о. Шиашкотан.

Также в 2021 г. во всех рыбопромысловых районах, как и в прошлые годы, был развит только траловый промысел, в основном донный.

Это объясняется как описанными выше особенностями биологии терпуга, так и отсутствием близкорасположенных пунктов сдачи и переработки уловов.

В результате, промысел ведут преимущественно среднетоннажные суда различной автономности.

В последнее десятилетие одними из основных добытчиков при ведении ; специализированного донно-тралового промысла терпуга в Северо-Курильской зоне были суда японской постройки типа «Хокутэн-сэн», которые согласно ОСМ классифицируются как СРТМ несерийные.

Указанная информация также подтверждает, что исходя из особенностей указанного вида ВБР, его лов наиболее благоприятен в 2020-2021 году в марте-мае и в октябре-ноябре посредством тралового способа с использованием среднетоннажных судов типа СТРМ.

Оценив указанную информацию, суд приходит к выводу о том, что фактически она подтверждает наличие объективных обстоятельств неосвоения ответчиком в 2021 году выделенных ему квот вследствие снижения запасов ВБР в соответствующем районе промысла, как указано выше, в 2021 г. биомасса нерестового запаса была ниже целевого ориентира.

Судом также установлено, что согласно данным ФГБУ «Центр системы мониторинга рыболовства и связи» (ФГБУ ЦСМС) об освоении квот добычи (вылова) водных биоресурсов по состоянию на 31.12.2020 , выделенные ответчику квоты на вылов терпуга составили в общем объеме вылова ответчика в 2020 году около 0,01 %.

Изложенное подтверждает доводы ответчика о том, что вылов указанного вида не относится к основному виду промысла ответчика.

Кроме того, согласно выданным ответчику разрешениям на вылов ВБР, освоение ответчиком выделенных квот осуществлялось посредством судов:

в 2019 году - маломерное рыболовное Нереида

в 2020 году –рыболовного судна Светлый,

в 2021 году – маломерного рыболовного судна СИНСЭИ-МАРУ,

в 2022 году - рыболовного судна Светлый.

В 2023 году разрешение на вылов выдано ответчику в отношении судна Ясный, приобретенного ответчиком по договору от 29.10.2021 года, тип судна СТРМ.

Также, приказом ответчика от 07.02.203 года утверждено рейсовое задание судну «Ясный», согласно которому с 02.04.2023 по 30.12.2023 года определен район промыла судна – Северо-Курильская зона, а также подлежащий вылову вид ВБР – терпуги.

Изложенное подтверждает доводы ответчика о том, что в настоящее время им предприняты меры, свидетельствующие о намерении ответчика сохранить спорный договор, то есть приобретено судно соответствующего типа, способное осуществлять вылов в выделенном районе промысла, при этом, имевшиеся ранее в распоряжении ответчика суда, посредством которых ответчик осуществлял в период с 2020 года по настоящее время основной вид промысла, по-прежнему находятся в распоряжении ответчика, о чем свидетельствует приказ ответчика о выводе их с 01.03.2023 года с межрейсового отстоя.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что фактически невозможность освоения ответчиком в 2020 и 2021 году выделенных ему квот была обусловлена независящими от ответчика обстоятельствами, а именно: в 2020 году – незначительным процентом вылова спорного ВБР в объем вылова ответчика по причине того, что спорный ВБР не относится к основному виду промысла ответчика, а в 2021 году – в связи со снижением ВБР.

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 N 307-ЭС17-7469 по делу N А52-2120/2016, расторжение договоров, влекущее для сторон такие серьезные последствия, как прекращение правоотношений, является крайней мерой, применяемой к недобросовестному контрагенту в случае, когда все другие средства воздействия исчерпаны, а сохранение договорных отношений становится нецелесообразным и невыгодным для другой стороны.

В соответствии со статьей 2 Закона о рыболовстве, законодательство о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов основывается, в том числе на принципах приоритета сохранения водных биоресурсов и их рационального использования перед использованием водных биоресурсов в качестве объекта права собственности и иных прав, согласно которому владение, пользование и распоряжение водными биоресурсами осуществляются собственниками свободно, если это не наносит ущерб окружающей среде и состоянию водных биоресурсов; определение объема добычи (вылова) водных биоресурсов с учетом экологических, социальных и экономических факторов, в том числе информации о производстве и реализации рыбной и иной продукции из водных биоресурсов.

Расторжение договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов является исключительной мерой, которая может быть применена судом к лицу, уклоняющемуся от исполнения договорных обязательств после получения соответствующего предупреждения о недопустимости такого нарушения, чего в данном случае не установлено.

Статьей 33.5 Закона о рыболовстве управлению предоставлено право, а не безусловная обязанность в судебном порядке требовать расторжения договора при установлении факта не освоения квот за два года в период действия договора. И, кроме того, Управление, заключая договор, вступает в гражданские, а не публичные правоотношения.

В то же время, с удом установлено, что в марта 2023 года, который, как указано выше, является начальным периодом промысла спорного ВБР, ответчиком приняты меры к надлежащему освоению выделенных ему квот, в частности, приобретено соответствующее для ведения промыла судно (СТРМ), которое выведено из отстоя для освоения выделенных ответчику спорных квот без отвлечения от промыла иных имеющихся в распоряжении ответчика судов, посредством которых необходимый объем освоения спорных квот не был достигнут ответчиком.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что расторжение договора в судебном порядке носит исключительный характер, является по своей правовой природе санкцией, применяемой судом к злостному нарушителю договорных обязательств, каковым ответчик с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела признан быть не может, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования истца о расторжении спорного договора.

В связи с тем, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина при подаче иска им уплачена не была, вопрос о возвращении либо взыскании государственной пошлины судом не рассматривается.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Сахалинской области.

Решение сторонам не направлять.

Судья

О. А. Портнова