Решение от 20 августа 2019 г. по делу № А40-132900/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-132900/19
21 августа 2019 г.
г. Москва


97-956

Резолютивная часть решения объявлена 06 августа 2019 года

Полный текст решения изготовлен 21 августа 2019 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Китовой А.Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Седых А.Д.

рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 26.02.2014)

к ответчику ЗАКРЫТОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "МОНЕТЧИК" (123242 МОСКВА ГОРОД УЛИЦА БАРРИКАДНАЯ 19 СТР. 1 , ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.01.1997, ИНН: <***>)

третье лицо: ФИО2

о взыскании 1 146 914 руб. 31 коп. по договору участия в долевом строительстве № Руб101-105(кв)-3/3/3(2) (АК) от 06.02.2018 г.

при участии: от истца – ФИО3 - по дов. № 22 от 10.07.2019 г.,

от ответчика – ФИО4 – по дов. № б/н от 03.06.2019 г.,

от третьего лица – не явился.

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с иском в суд к ответчику о взыскании денежных средств в размере 1 202 667 руб. 09 коп., из которых: 801 778 руб. 06 коп. – неустойка, 400 889 руб. 03 коп. – штраф (с учетом изменения размера исковых требований, в порядке ст. 49 АПК РФ), основанный на положениях ст. 307, 309, 330, 382, 384 ГК РФ.

Третье лицо, извещенное о времени и месте проведения судебного заседания в порядке ст.ст. 121-123 АПК РФ, в судебное заседание не явилось, судебное заседание проводено в отсутствие третьего лица в порядке ст. 136 АПК РФ.

От третьего лица поступило ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствии представителя третьего лицо.

Ответчик представил отзыв на иск, в котором возражает против удовлетворения штрафа. Указывает, что в связи с необходимостью корректировки проектной документации внутриквартальных проездов, застройщиком принято решение об изменении сроков передачи объектов долевого строительства участникам долевого строительства. Также указывает, что истец и третье лицо злоупотребляют своими правами. Ходатайствует о применении ст. 333 ГК РФ.

Истец возражал против применения ст. 333 ГК РФ.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав доводы и возражения сторон, оценив представленные доказательства в их совокупности, считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 06.02.2018 г. между ФИО2 (далее также участник долевого строительства, третье лицо) и ответчиком (далее также застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № Руб101-105(кв)-3/33(2) (АК), в соответствии с которым, застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами или с привлечением других лиц построить (создать) объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию объекта недвижимости передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а участник долевого строительства обязуется уплатить обусловленную договором цену и при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию объекта недвижимости принять объект долевого строительства – жилое помещение, условный номер: 236, назначение: квартира, этаж расположения: 3, номер подъезда: 3, площадь:51 кв.м., количество комнат: 2.

Согласно п. 5.1. договора, передача объекта долевого строительства осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту по окончании строительства в срок не позднее 30.12.2018 г.

Согласно п. 4.1. договора, «доля участия» участника долевого строительства составляет 10 277 010 руб. 00 коп.

Факт оплаты «доли участия» участником долевого строительства ответчиком подтверждается.

Согласно п. 1 ст. 6 ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ» № 214ФЗ от 30.12.2004 (далее - ФЗ № 214) застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором и должен быть единым для участников долевого строительства, которым застройщик обязан передать объекты долевого строительства, входящие в состав многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости или в состав блок-секции многоквартирного дома, имеющей отдельный подъезд с выходом на территорию общего пользования.

В соответствии со ст. 8 ФЗ № 214 передача объекта долевого строительства застройщиком и принятие его участником долевого строительства осуществляются по подписываемым сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

Вопреки принятых на себя ответчиком обязательств перед третьим лицом, объект строительства не передан третьему лицу по акту приема-передачи в предусмотренный договором срок (не позднее 30.12.2018 г.), что подтверждается отсутствием подписанного сторонами двухстороннего акта приема-передачи в заявленный исковой период.

В связи с нарушением ответчиком своих обязательств по передаче объекта долевого строительства третьему лицу, последним (третьим лицом) в качестве досудебного, мирного разрешения спора с застройщиком, 22.04.2019 г. направлена претензия от 10.04.2019 г., в которой третье лицо просило в добровольном, досудебном порядке оплатить имеющуюся перед третьим лицом задолженность по неустойке за период с 31.12.2018 г. по 10.04.2019 г. в размере 536 288 руб. 64 коп.

Требования по указанной претензии ответчиком не исполнены.

06.05.2019 г. между третьим лицом (цедент) и истцом (цессионарий) заключен договор уступки права (требования) № 436/1004, согласно которому, цедент уступает, а цессионарий принимает право (требование, в том числе будущее требование) неустойки, возникшее у цедента в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ответчика по договору участия в долевом строительстве № Руб101-105(кв)-3/33(2) (АК); 50 % штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований участника долевого строительства о выплате неустойки в соответствии с Законом РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Согласно п. 1.11. договора, договор вступает в силу со дня подписания.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

В пункте 2 статьи 11 ФЗ № 214 указано, что уступка участником долевого строительства прав требований по договору допускается с момента государственной регистрации договора до момента подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства.

Договор долевого участия или уступка прав требований по договору подлежат государственной регистрации в порядке, предусмотренном Законом о государственной регистрации (статья 17 указанного Закона).

В силу ч. 3 ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что договор, на основании которого производится уступка по сделке, требующей государственной регистрации, должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Такой договор, по общему правилу, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (пункт 2 статьи 389, пункт 3 статьи 433 ГК РФ).

В отсутствие регистрации указанный договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении. Несоблюдение цедентом и цессионарием указанного требования о государственной регистрации, а равно как и формы уступки не влечет негативных последствий для должника, предоставившего исполнение цессионарию на основании полученного от цедента надлежащего письменного уведомления о соответствующей уступке (статья 312 ГК РФ).

В пункте 20 того же постановления разъяснено, что если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 ГК РФ исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должна производиться уступка.

Если уведомление об уступке направлено должнику новым кредитором, то должник согласно абзацу второму пункта 1 статьи 385 ГК РФ вправе не исполнять ему обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора. По смыслу разъяснений, приведенных в пунктах 2, 20 Постановления № 54, недействительность уступки требования не влияет на правовое положение должника, который при отсутствии спора между цедентом и цессионарием не вправе отказать в исполнении лицу, которое ему указал кредитор, на основании статьи 312 ГК РФ.

07.05.2019г. третье лицо направило в адрес застройщика уведомление об уступке прав (требований) истцу в части взыскания неустойки и 50 % штрафа за несоблюдение должником, в добровольном порядке, удовлетворения требования потребителей.

Ответчик, получивший от третьего лица надлежащее письменное уведомление о состоявшейся уступке прав на взыскание неустойки на основании части 2 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве и штрафа, предусмотренного частью 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, а также претензии, как от цедента, так и от цессионария о перечислении денежных средств, не предоставил исполнение ни первоначальному, ни новому кредитору. При указанных обстоятельствах отсутствие государственной регистрации договора уступки неустойки и штрафа, которые он должен уплатить в силу действующего законодательства, не влечет для ответчика возможности не исполнять предусмотренные законом штрафные санкции.

В соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно ст. 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором (пункт 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

На основании статьи 10 ФЗ № 214, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору сторона, не исполнившая своих обязательств или ненадлежащее исполнившая свои обязательства, обязана уплатить другой стороне неустойки (штрафы, пени) и возместить в полном объеме причиненные убытки сверх неустойки.

Как следует из материалов дела, объект долевого строительства третьему лицу передан 30.05.2019 г.

Таким образом, согласно расчету истца, проверенного судом и не оспоренного ответчиком, размер неустойки за период с 31.12.2018 г. по 30.05.2018 г. составляет 801 778 руб. 06 коп.

Вместе с тем, суд не может согласиться с расчетом, составленным из расчета 2/300 ставки рефинансирования за день просрочки исполнения обязательств, при этом исходит из следующего.

Суд приходит к выводу, что у истца отсутствует право на взыскание повышенных процентов, поскольку оно неразрывно связано с личностью потребителя и реализацией последним своего конституционного права на жилище.

Степень ответственности застройщика за исполнение обязательств по передаче объекта недвижимости разграничена применительно к субъекту правоотношений по договору долевого участия в строительстве.

В соответствии с ч. 2 ст. 6 Федерального Закона № 214 «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», повышенные проценты (2/300 ставки рефинансирования) выплачиваются исключительно гражданину, размер процентов для предпринимателя иной - 1/300 ставки рефинансирования.

Как следует из материалов судебной практики, по искам о взыскании неустойки с застройщика применимая ставка (2/300 или 1/300) определяется исходя из субъектного состава правоотношений. В случае, если договор долевого участия заключали предприниматели, но впоследствии права по договору были переданы потребителю, в пользу потребителя подлежит взысканию двойная неустойка (апелляционное определение Тамбовского областного суда от 03.07.2013 по делу № 33-1822, Апелляционное определение Владимирского областного суда от 14.08.2014 по делу № 2-2896/2014).

Таким образом, при обратном изменении субъектного состава участников, а именно при выбытии потребителя из отношений по договору долевого участия, повышенные гарантии прав не применяются.

Назначение повышенных штрафных санкций - защита и компенсация нарушенного права непосредственно потребителя - слабой стороны договора. Соответственно, требование о взыскании процентов в двойном размере неразрывно связано с личностью потребителя ввиду наличия у него конституционного права на жилище и не может быть объектом уступки, что исключает приобретение прав на двойную неустойку в порядке цессии лицом, не являющимся потребителем по смыслу закона.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости применения при расчете неустойки (пени) 1/300 ставки рефинансирования, правильно примененной применительно к субъекту правоотношений – юридическому лицу.

Сумма неустойки (пени) из расчета 1/300 ставки рефинансирования является законной и обоснованной, в связи с чем, требование истца о взыскании неустойки (пени) подлежат частичному удовлетворению в размере 400 889 руб. 03 коп.

Оценивая доводы отзыва ответчика на исковое заявление, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из отзыва на исковое заявление, ответчик признает факт нарушения сроков передачи объектов долевого строительства, однако указывает, что в связи с необходимостью корректировки проектной документации внутриквартальных проездов, им принято решение об изменении сроков передачи объектов долевого строительства участникам долевого строительства.

В соответствии с п. 3 ст. 6 Федерального закона № 214-ФЗ от 30.12.2004 «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» (далее - Закон № 214-ФЗ) ответчиком опубликованы сведения о переносе сроков передачи объекта долевого строительства.

Указанные изменения отражены в проектной декларации, опубликованной на сайте застройщика.

Объект введен в эксплуатацию 09.01.2019, что подтверждается представленным в материалы дела разрешением на ввод объекта в эксплуатацию № 77-145000-008794- 2019.

Вместе с тем, опубликование ответчиком сведений о переносе сроков передачи долевого строительства не может являться основанием для освобождения ответчика от обязанности по его соблюдению.

Сведений о заключении дополнительного соглашения, либо изменении условий договора в судебном порядке суду не представлено.

Довод ответчика о злоупотреблении истцом и участником долевого строительства процессуальными правами отклонен судом по следующим основаниям.

Согласно п. п. 1, 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Исходя из совокупности представленных доказательств, учитывая положения ст. 421 ГК РФ, согласно которой граждане и юридические лица свободны в заключении договора, суд не усматривает оснований для признания довода ответчика о злоупотребления истцом и участником долевого строительства правом обоснованным и применения положений ст. 10 ГК РФ.

Суд, рассмотрев требования истца о взыскании штрафа, отказывает в удовлетворении заиленного требования по следующим основаниям.

Пунктом 6 статьи 13 Закона N 2300-1 установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Указанной нормой определен субъектный состав лиц, которые вправе обратиться в суд с требованием о взыскании с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Согласно абзацу первому преамбулы к Закону о защите прав потребителей, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами.

Потребителем, согласно абзацу третьему преамбулы, признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При удовлетворении в судебном порядке требования истца о взыскании неустойки на основании части 2 статьи 6 Федерального закона 214-ФЗ, суд приходит к выводу о том, что у истца, не могло возникнуть предусмотренное пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей право на присуждение ему штрафа, поскольку истец, в силу буквального прочтения и толкования абзаца третьего преамбулы к указанному Закону, не является и не может являться потребителем.

Переход отдельных субъективных прав на основании соглашений об уступке права требования не привело к тому, что ФИО2 выбыла из договора долевого участия в строительстве и утратил статус потребителя, а истец получил статус участника договора и соответственно статус потребителя.

В Определении Конституционного Суда РФ от 15.01.2019 № 3-О «По запросу Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей» указано дословно следующее:

«В силу статей 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников. Возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм. Сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, а именно основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Оспариваемая в запросе статья 383 ГК Российской Федерации, запрещающая переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, направлена на конкретизацию статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 38 (часть 2) и 64 Конституции Российской Федерации и сама по себе, как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не может рассматриваться как нарушающая какие-либо конституционные права граждан (определения от 26 января 2010 года N 142-О-О, от 20 декабря 2016 года N 2622-О и др.).

Что касается пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей", то Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что предусмотренное им правовое регулирование, устанавливающее самостоятельный вид ответственности в виде штрафа за нарушение установленного законом добровольного порядка удовлетворения требований потребителя как менее защищенной стороны договора, направлено на стимулирование добровольного исполнения требований потребителя изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) как профессиональным участником рынка (определения от 17 октября 2006 года N 460- О, от 16 декабря 2010 года N 1721-О-О, от 21 ноября 2013 года N 1836-О, от 22 апреля 2014 года N 981-О, от 23 апреля 2015 года N 996-О и др.) и с учетом разъяснений, содержащихся, в частности, в пунктах 1, 2, 10 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", пункте 1.4 Обзора судебной практики разрешения дел по спорам, возникающим в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2017 года, не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что обеспечение применения абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" с учетом разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, относится к полномочиям судов общей юрисдикции и, следовательно, возникающие случаи отступления от смысла данного законоположения, придаваемого ему сложившейся правоприменительной практикой, подлежат исправлению в рамках системы судов общей юрисдикции (определения от 16 июля 2015 года N 1804-О и N 1805-О), равно как и арбитражных судов».

Таким образом, Конституционный Суд прямо указал на возможность присуждения соответствующего штрафа только судом общей юрисдикции при рассмотрении спора с участием потребителя.

Кроме того, в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено: «Права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ).

Присужденные судом суммы компенсации морального вреда и предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа могут быть переданы по договору уступки права требования любому лицу»

Хотя указанное постановление и посвящено в основном иным вопросам правового регулирования, принципиальным является указание Верховного Суда о недопустимости уступки права требования штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей до принятия судебного акта по иску потребителя. Только после определения судом по иску потребителя соответствующего штрафа указанный штраф (равно как и сумма компенсации морального вреда) может быть передан в порядке цессии.

Следовательно, требование истца- индивидуального предпринимателя к обществу- ответчику о взыскании штрафа не тождественно требованию потребителя и его невозможно передать субъекту предпринимательской деятельности до момента вынесения судом решения о его удовлетворении. Закон N 2300-1, закрепляя возможность взыскания с указанных лиц штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований гражданина-потребителя, исходя из необходимости защиты интересов определенной стороны в правоотношениях в связи с ее особым экономическим положением устанавливает как конкретный состав лиц, которые вправе обратиться в суд, также момент возникновения указанного права требования.

Предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штраф за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя по своей правовой природе является правом гражданина-потребителя на безусловную компенсацию предполагаемых убытков, связанных с нарушением имущественных и личных неимущественных прав, составляющих в своей совокупности единый комплекс прав гражданина-потребителя, неразрывно связанных с его личностью. Учитывая, что переход права путем его уступки по договору является идеальным (не овеществлённым), переход указанного права, неразрывно связанного с личностью гражданина - потребителя, на основании ст. 383 Гражданского кодекса Российской Федерации следует считать несостоявшимся.

Суд отмечает, что указанное разъяснение подлежит применению не только к договорам ОСАГО. Норма пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей не может быть истолкована по-разному применительно к разным видам договоров, если указанные договоры регулируются Законом о защите прав потребителей и если самим законом не предусмотрено исключения

Существом законодательного регулирования Закона о защите прав потребителей является принцип повышенной защищенности граждан, вступающих в гражданские правоотношения с профессиональными участниками, являющимися экономически и организационно более сильными участниками данных отношений.

В свою очередь передача таких прав граждан-потребителей в пользу других профессиональных участников гражданских правоотношений, в том числе для их реализации в ином процессуальном порядке (по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а не Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), может создать для них не обусловленные их статусом преимущества.

Поскольку по своей правовой природе уступка права требования оплаты штрафа за добровольное неисполнение требования потребителя является уступкой будущего требования, которое возникает после вынесения решения суда о взыскании соответствующего штрафа в пользу потребителя, доказательства присуждения в пользу дольщика спорной суммы штрафа не представлены, оснований для удовлетворения исковых требований истца в части взыскания штрафа на основании части 6 статьи 13 Закона N 2300-1 не имеется.

Таким образом, ввиду отсутствия у истца по настоящему делу права требовать взыскания штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований в соответствии с Федерального закона «О защите прав потребителей», данное требование является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Кроме того, данная позиция подтверждена Определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 г. № 308-ЭС19-6945, в котором указано, что: «…Поскольку передача участником права требования штрафа возможна только после его присуждения судом, принимая во внимание положения Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2019 № 3-О, пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания суммы штрафа. Выводы суда соответствуют также правовой позиции Определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.05. 2019 № 5-КГ19-52, согласно которой право на предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штраф может перейти по договору цессии после его присуждения цеденту-потребителю либо в том случае, когда в результате цессии цессионарий сам становится потребителем оказываемой должником услуги или выполняемой им работы…»

Судебные издержки, которые подтверждены материалами дела, возлагаются на ответчика, в порядке ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, на основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 164, 165, 307, 309, 314, 329, 330, 333, 382, 384, 421 ГК РФ, ст. ст. 6, 11, 17, Федеральным законом от 30.12.2004г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» и руководствуясь ст. ст. 9, 65, 71, 102, 106, 110, 167-171 АПК РФ суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ЗАКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОНЕТЧИК" в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 неустойку в размере 400 889 руб. 03 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ЗАКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОНЕТЧИК" в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 16 312 руб. 67 коп., почтовые расходы в размере 358 руб. 67 коп.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

А.Г. Китова