Решение от 20 августа 2019 г. по делу № А23-286/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248000, г. Калуга, ул. Ленина, 90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 505-957, 599-457; http://kaluga.arbitr.ru; e-mail: kaluga.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



Дело № А23-286/2019
20 августа 2019 года
г. Калуга
Резолютивная часть решения объявлена 13 августа 2019 года.

В полном объеме решение изготовлено 20 августа 2019 года.

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Акимовой М.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Стем Рус Теи" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 249033, <...>

к обществу с ограниченной ответственностью "Пик-Запад" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 249034, <...>

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, Калужская область, г. Обнинск

о взыскании 332 026 руб. 30 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца – представителя ФИО3 по доверенности от 09.01.2019,

от ответчика – представителя ФИО4 по доверенности от 09.01.2019 № 630,

третьего лица - ФИО2 по паспорту,



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Стем Рус Теи" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Пик-Запад" (далее – ответчик) о взыскании неустойки в размере 221 350 руб. 87 коп., штрафа в размере 110 675 руб. 43 коп., всего 332 026 руб. 30 коп. по договору участия в долевом строительстве № Обн-55-1п-2Г/4/2/3(1) от 24.07.2017 и судебных издержек в размере 21 607 руб..

Определением суда от 18.02.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2.

В судебном заседании 06.08.2019 на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 13.08.2019

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, против доводов ответчика возражал, поддержал доводы, изложенные в возражениях от 02.04.2019, от 09.07.2019 (т. 1, л.д. 131-134, т. 2, л.д. 7), указал на необоснованность ходатайства о снижении неустойки.

Представитель ответчика в судебном заседании против требований истца возражал, поддержал доводы, изложенные в отзыве от 13.03.2019, от 18.06.2019 (т. 1, л.д. 103-108, т. 2, л.д. 6-9), поддержал ходатайство о снижении неустойки.

Третье лицо в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в отзыве от 11.03.2019, от 12.05.2019, в пояснениях от 10.07.2019 (т. 1, л.д. 101, 129, 145, т. 2, л.д. 5).

Рассмотрев фактические и иные обстоятельства дела, исследовав представленные в материалы дела доказательства и заслушав приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 24.07.2017 между ответчиком и третьим лицом заключен договор участия в долевом строительстве № Обн-55-1п-2Г/4/2/3(1) по условиям которого ответчик принял на себя обязательства в предусмотренный договором срок построить (создать) объект недвижимости (многоквартирный жилой дом) и передать третьему лицу объект долевого строительства (жилое помещение), а последний уплатить за него обусловленную настоящим договором цену (т. 1, л.д. 12-25).

По соглашению от 05.09.2017 были прекращены взаимные обязательства ответчика и третьего лица (т. 1, л.д. 26).

Дополнительным соглашением от 26.03.2018 стороны внесли изменения в договор от 24.07.2017 в части уточнения площади объекта недвижимости (квартиры) и цены договора (т. 1, л.д. 46-47).

Согласно передаточному акту от 13.06.2018 объект долевого строительства передан третьему лицу (т. 1, л.д. 48-49).

Впоследствии, 29.10.2018 третье лицо заключило с истцом договор уступки прав (требования) от 29.10.2018 № 1 по условиям которого истцу передано право (требование) неустойки в размере 221 350 руб. 87 коп. в соответствии с пунктом 2 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости" и штрафной санкции, предусмотренной пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 "О защите прав потребителей", в размере 59 244 руб. 23 коп., возникшее в связи с нарушением ответчиком срока передачи объекта долевого строительства (квартиры) по договору от 24.07.2017 (т. 1, л.д. 52).

Ввиду того, что претензия от 02.11.2018 оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился с настоящим иском в суд.

Заявляя возражения против требований истца, ответчик ссылается на надлежащее исполнение им своих обязательств по передаче объекта долевого строительства (квартиры) третьему лицу, поскольку у последнего была возможность принять объект после уведомления о его готовности, указанные недостатки не являлись значительными, и третье лицо своими действиями затягивало принятие объекта; требования истца неправомерны ввиду отсутствия государственной регистрации договора уступки между истцом и третьим лицом; неверный срок исчисления периода просрочки; неправомерность предъявления к взысканию истцом штрафа по Закону Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 "О защите прав потребителей".

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон № 214-ФЗ) по договору участия в долевом строительстве (далее также - договор) одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В соответствии с частью 1 статьи 6 Закона № 214-ФЗ застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

В случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере. В случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства вследствие уклонения участника долевого строительства от подписания передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства застройщик освобождается от уплаты участнику долевого строительства неустойки (пени) при условии надлежащего исполнения застройщиком своих обязательств по такому договору (часть 2 статьи 6 Закона № 214-ФЗ).

Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (пункт 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Применительно к договору участия в долевом строительстве его участник вправе уступить новому кредитору принадлежащие ему права требования к застройщику о передаче объекта долевого строительства в соответствии с требованиями статьи 11 Закона № 214-ФЗ и в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что уступка требования об уплате неустойки, начисляемой в связи с нарушением обязательства, в том числе подлежащей выплате в будущем, допускается как одновременно с уступкой основного требования, так и отдельно от него.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, если законом или договором не предусмотрено иное, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая право на неустойку с момента нарушения должником срока исполнения обязательства, и в том случае, если оно имело место до перехода права к новому кредитору.

Таким образом, в случае нарушения застройщиком срока передачи объекта инвестирования, обусловленного договором участия в долевом строительстве, его участник вправе требовать от должника уплаты неустойки, которая в соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть им передана наряду с правами в отношении объекта долевого строительства новому кредитору.

В соответствии с договором участия в долевом строительстве от 24.07.2017 Застройщик (ответчик) обязан передать Участнику (третьему лицу) объект долевого строительства в срок не позднее 31.12.2017 по окончании строительства посредством подписания сторонами передаточного акта (пункт 5.1. договора).

Исходя из буквального толкования условий договора, на Участника долевого строительства возложена обязанность по внесению денежных средств (цены договора) на счет застройщика и обязанность принять объект после получения уведомления о его готовности (раздел 4, пункт 5.4. договора).

Письмом, направленным третьему лицу 04.12.2017, ответчик уведомил третье лицо о готовности объекта долевого строительства к передаче, пригласил приступить к его принятию в срок не позднее 7 (семи) рабочих дней с момента получения настоящего уведомления (т. 1, л.д. 114-116).

Согласно части 1 статьи 7 Закона № 214-ФЗ застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства, качество которого соответствует условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительных регламентов, а также иным обязательным требованиям.

По условиям договора участия в долевом строительстве от 24.07.2017 Застройщик (ответчик) обязан передать Участнику (третьему лицу) жилое помещение (квартиру) с выполненными отделочными работами, перечень которых указан в приложении № 2 (пункт 3.2. договора) (т. 1, л.д. 24).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что 27.10.2017 и 12.02.2018 были произведены осмотры квартиры, в результате которого третье лицо указало на наличие недостатков, которые указаны в листах осмотра (т. 1, л.д. 28-29, т. 2, л.д. 14-21).

В связи с наличием недостатков на объекте, третьим лицом была направлена ответчику претензия от 20.02.2018 № 1/179 (т. 1, л.д. 30).

Претензия третьего лица зарегистрирована ответчиком (т. 2, л.д. 30-34).

Согласно акту от 06.03.2018 № 28, комиссией с участием представителя ответчика произведено обследование жилого дома, осмотр квартиры № 179, в результате осмотра установлено, что все замечания устранены (т. 1, л.д. 40).

При этом в акте указано, что устранены обоснованные замечания.

Письмом от 07.03.2018 ответчик сообщил третьему лицу об устранении всех замечаний (т. 1, л.д. 38).

Впоследствии 15.03.2018 был произведен осмотр объекта, установлено отсутствие натяжных потолков (т. 1, л.д. 34, т. 2, л.д. 22).

Ответчику направлена претензия от 20.03.2018 (т. 1, л.д. 35-37).

На основании претензии третьего лица от 20.03.2018 сторонами был произведен осмотра объекта 09.06.2018, о чем составлен акт об устранении недостатков, указано, что установлен натяжной потолок, помещение № 179 соответствует всем требованиям, акт подписан третьим лицом и представителем застройщика (т. 1, л.д. 149).

При этом указанный акт не содержит каких-либо отметок представителя застройщика о том, когда был смонтирован натяжной потолок, тогда как доказательства его устройства ранее чем составлен акт от 09.06.2018, не представлено.

После проведения осмотра квартиры и устранения всех замечаний сторонами был подписан передаточный акт от 13.06.2018.

Следует также отметить, что и дополнительное соглашение к договору от 24.07.2017 с уточнением площади передаваемой квартиры также было подписано 26.03.2018, тогда как доказательства направления данного соглашения ответчиком ранее не представлены (при его доводах о готовности передать объект еще в декабре 2017 года).

По условиям пункта 5.5 договора при уклонении Участника от подписания передаточного акта или при отказе от его подписания, при условии полного и надлежащего исполнения Застройщиком своих обязательств, последний вправе составить односторонний акт о передаче объекта

Между тем, при вышеуказанных обстоятельствах, принимая во внимание наличие у Участника долевого строительства замечаний по качеству отделки на объекте и с учетом принятия квартиры по акту сразу же после устранения Застройщиком этих замечаний, доказательства уклонения третьего лица от принятия объекта отсутствуют.

Односторонний акт ответчиком также не составлялся.

Довод ответчика о том, что к истцу не перешло право требование, поскольку договор цессии не зарегистрирован в установленном законом порядке судом отклоняется на основании следующего.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление Пленума № 54) разъяснено, что договор, на основании которого производится уступка по сделке, требующей государственной регистрации, должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом. Такой договор, по общему правилу, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (пункт 2 статьи 389, пункт 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации). В отсутствие регистрации указанный договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении.

Несоблюдение цедентом и цессионарием указанного требования о государственной регистрации, а равно и формы уступки не влечет негативных последствий для должника, предоставившего исполнение цессионарию на основании полученного от цедента надлежащего письменного уведомления о соответствующей уступке (статья 312 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума № 54 если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу, считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка.

По смыслу разъяснений, приведенных в пунктах 2, 20 постановления Пленума № 54, недействительность уступки требования не влияет на правовое положение должника, который при отсутствии спора между цедентом и цессионарием не вправе отказать в исполнении лицу, которое указал ему кредитор, на основании статьи 312 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 190 Гражданского кодекса Российской Федерации установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

Статьей 193 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

В данном случае по условиям договора долевого участия в строительстве, передача объекта должна состояться не позднее 31.12.2017. Так как днем окончания срока передачи объекта является нерабочий день, с учетом статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, днем окончания срока передачи квартиры следует считать первый рабочий день соответствующего года - 09.01.2018, соответственно, начисление неустойки следует производить с 10.01.2018.

Исходя из установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что ответчик на основании части 2 статьи 6 Закона N 214-ФЗ обязан уплатить неустойку в размере 207 771 руб. 07 коп.

Также истцом предъявлен к взысканию штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 "О защите прав потребителей".

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, закрепленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как следует из пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, данный штраф присуждается судом вне зависимости от того, предъявлял ли истец такое требование или нет.

Таким образом, указанный штраф является судебной неустойкой, присуждаемой только по результатам рассмотрения спора о защите прав потребителей. Спор о защите прав потребителей имеет специальный субъектный состав. Истцом в таком споре выступает потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Между тем в рамках настоящего дела рассматривается экономический спор и субъектный состав, характер спора не позволяют квалифицировать его как спор о защите прав потребителей.

Указанная правовая позиция содержится в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", относительно возможности уступки прав потребителей и ограничению их оборотоспособности, а также соответствует положениям действующего законодательства - абзацам 1 и 3 преамбулы к Закону о защите прав потребителей, предусматривающим, что указанный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, а потребителем признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, исходя из особой общественной значимости защиты прав потребителей в сфере торговли и оказания услуг, законодатель предусмотрел в пункте 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей самостоятельный вид ответственности в виде штрафа за нарушение установленного законом добровольного порядка удовлетворения требований гражданина-потребителя как наименее защищенной стороны договора, и он направлен на стимулирование добровольного исполнения требований потребителя со стороны изготовителя (исполнителя, продавца) как профессионального участника рынка (определения от 15.01.2019 N 3-О, от 24.04.2018 N 1024-О, 27.02.2018 N 470-О, 21.11.2013 N 1836-О, 17.10.2006 N 460-О).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 28.05.2019 № 5-КГ19-52 и от 11.07.2019 № 308-ЭС19-6945, право на предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штраф может перейти по договору цессии после его присуждения цеденту-потребителю либо в том случае, когда в результате цессии цессионарий сам становится потребителем оказываемой должником услуги или выполняемой им работы.

С учетом фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, а также установленного законодателем специального правового регулирования спорных правоотношений, которое направлено на обеспечение особой защиты прав граждан-потребителей, и необходимости соблюдения баланса интересов участников гражданских правоотношений, а также учитывая, что в данном случае спорный договор уступки был заключен ООО "Стем Рус Теи", обратившимся в арбитражный суд, в рамках осуществления им экономической деятельности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования о взыскании штрафа на основании пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Доказательств явной несоразмерности величины неустойки последствиям нарушения обязательства ответчик, в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил.

Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия, в том числе неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Принимая во внимание положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума № 7, при отсутствии доказательств которые бы подтверждали явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства и получение кредитором необоснованной выгоды, соответствии неустойки обычно применяемой за нарушение обязательства перед гражданином-потребителем по договору долевого участия ставке, её установление Законом об участии в долевом строительстве, принимая во внимание что, снижение неустойки не должно вести к необоснованному освобождению должника от ответственности за просрочку исполнения обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.02.2016 № 80-КГ15-29), суд не усматривает оснований для ее уменьшения.

Учитывая вышеизложенное, на основании указанных норм права суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о взыскании с ответчика неустойки в размере 207 771 руб. 07 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований следует отказать.

Одновременно истцом предъявлены к взысканию судебные издержки на оплату услуг представителя в размере 21 607 руб., из которых 14 790 руб. оплата услуг по договору, 2 210 руб. уплата НДФЛ за юридического представителя по договору, 4 607 руб. страховые взносы за юридического представителя по договору.

В подтверждение заявленных судебных издержек истцом представлены договор на оказание юридических услуг от 09.01.2019 № 1, расходный кассовый ордер от 11.01.2019 № 2, платежные поручения об уплате НДФЛ, страховых взносов, акт об оказании услуг (т. 1, л.д. 67-73, 125).

Заявляя возражения против предъявленных к взысканию судебных издержек, ответчик указывает на неправомерность требований о компенсации суммы уплаченных НДФЛ и страховых взносов.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 10 - 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Согласно пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей. Указанные лица именуются в настоящей главе налоговыми агентами.

При этом пунктом 2 статьи 226 Налогового кодекса предусмотрено, что исчисление сумм и уплата налога в соответствии с настоящей статьей производятся в отношении всех доходов налогоплательщика, источником которых является налоговый агент, с зачетом ранее удержанных сумм налога (за исключением доходов, в отношении которых исчисление сумм налога производится в соответствии со статьей 214.7 настоящего Кодекса), а в случаях и порядке, предусмотренных статьей 227.1 настоящего Кодекса, также с учетом уменьшения на суммы фиксированных авансовых платежей, уплаченных налогоплательщиком. Особенности исчисления и (или) уплаты налога по отдельным видам доходов устанавливаются статьями 214.3, 214.4, 214.5, 214.6, 214.7, 226.1, 227 и 228 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 4 статьи 226 Налогового кодекса налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате с учетом особенностей, установленных настоящим пунктом.

Уплата налога за счет средств налоговых агентов не допускается. При заключении договоров и иных сделок запрещается включение в них налоговых оговорок, в соответствии с которыми выплачивающие доход налоговые агенты принимают на себя обязательства нести расходы, связанные с уплатой налога за физических лиц (пункт 9 статьи 226 Налогового кодекса).

Из совокупности вышеприведенных положений статьи 226 Налогового кодекса следует, что организация - заказчик по договору возмездного оказания услуг, заключенному с физическим лицом, являясь налоговым агентом, обязана исчислить, удержать и уплатить в бюджет сумму НДФЛ в отношении вознаграждения (дохода), уплаченного привлеченному представителю по данному договору.

Таким образом, выплата представителю вознаграждения (дохода) невозможна без осуществления обязательных отчислений в бюджет. При этом произведенные истцом как налоговым агентом исполнителя (ФИО3) обязательные отчисления в бюджет не изменяют правовую природу суммы НДФЛ как части стоимости услуг исполнителя.

Обоснованность отнесения спорной суммы к судебным издержкам также следует из договора об оказании юридических услуг, которым предусмотрено, что клиент (общество) выступает налоговым агентом по отношению к исполнителю и перечисляет сумму НДФЛ в налоговый орган по месту регистрации последнего. Данное условие договора позволяет сделать вывод, что общество наряду с выплатой вознаграждения непосредственно исполнителю за оказанные им услуги обязалось удержать и перечислить за исполнителя в бюджет НДФЛ с суммы вознаграждения.

Включение суммы НДФЛ и страховых взносов в сумму договора не противоречит действующему законодательству, поскольку обязанность истца как налогового агента уплатить НДФЛ и страховые взносы предусмотрена Налоговым кодексом Российской Федерации.

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2018 № 310-КГ16-13086.

Принципиальная возможность одновременного взыскания с обязанной стороны как сумм, израсходованных непосредственно на выплату заработной платы персонала, так и взаимосвязанных расходов на уплату страховых взносов следует, в частности, из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.10.2009 N 7349/09.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об обоснованности суммы судебных издержек в размере 21 607 руб. и подлежащими их отнесению на ответчика.

В силу норм части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В связи с чем, размер подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца судебных издержек составляет 13 521 руб. 66 коп.

На основании статей 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований в сумме 6 033 руб.

Руководствуясь статьями 106, 110, 112, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Пик-Запад" г. Обнинск Калужской области в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стем Рус Теи" г. Обнинск Калужской области денежные средства в размере 207 771 руб. 07 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 033 руб. и судебные издержки в размере 13 521 руб. 66 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья подпись М.М. Акимова