Решение от 29 января 2020 г. по делу № А29-11320/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А29-11320/2019
29 января 2020 года
г. Сыктывкар



Резолютивная часть решения объявлена 27 января 2020 года, полный текст решения изготовлен 29 января 2020 года.


Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Кокошиной Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании 21 и 27 января 2020 года дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>)

к публичному акционерному обществу «Ростелеком» (ИНН: <***>; ОГРН: <***>)

о взыскании ущерба и упущенной выгоды

при участии в судебном заседании:

от истца - ИП ФИО2 (до перерыва), ФИО3 (до и после перерыва)

от ответчика - ФИО4 по доверенности (до и после перерыва)

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Ростелеком» (далее – ПАО «Ростелеком») о взыскании материального ущерба в сумме 281 485 руб. 16 коп., причинённого в результате протечки кровли здания, расположенного по адресу: г. Ухта, Комсомольская площадь, д. 3, упущенной выгоды за период с 13.03.2019 по 21.03.2019 в сумме 207 210 руб. 96 коп., расходов на проведение экспертизы в сумме 15 000 руб., расходов на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб.

Истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлением от 25.09.2019 уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика материальный ущерб в сумме 281 485 руб. 16 коп., упущенную выгоду за период с 13.03.2019 по 21.03.2019 в сумме 190 583 руб. 16 коп., расходы на проведение экспертизы в сумме 15 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб.

Данные уточненные исковые требования были приняты судом к рассмотрению.

Ответчик представил в материалы дела отзыв на исковое заявление от 13.09.2019, в котором указал, что истцом не доказан факт причинения ущерба; расчёт упущенной выгоды осуществлён произвольно; непонятно, какие помещения осматривались оценщиком; в материалы дела не представлены доказательства невозможности эксплуатации имущества и его принадлежности истцу (л.д. 102-104, т.д. 1).

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 19.12.2019 судебное разбирательство отложено на 21.01.2020.

Стороны, надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Согласно выписке из ЕГРН ПАО «Ростелеком» является собственником здания, расположенного по адресу: <...> (л.д. 121-129, т.д. 1).

Между ПАО «Ростелеком» (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) был заключён договор аренды недвижимого имущества от 22.11.2017 № ОУН(а)-850/17, по условиям которого истцу переданы помещения №№ 7,8 на 1 этаже здания общей площадью 44, 9 кв.м (л.д. 11-25, т.д. 1).

Дополнительным соглашением от 01.08.2018 изменён состав и площадь арендуемого имущества, истцу переданы помещения №№ 2-7 общей площадью 61, 24 кв.м (л.д. 26-30, т.д. 1).

Согласно акту от 13.03.2019, подписанному управляющим кафе и специалистом ОСЭГО (подразделение арендодателя), утром было обнаружено, что с потолка поступает вода, на полу образовались лужи высотой 1-2 сантиметра, вода поступала преимущественно над рабочей зоной (барной стойкой) и стекала по стенам, примерная площадь составила 10 кв.м (л.д. 31, т.д. 1). в связи с обнаружением протечки была организована работа по расчистке крыши от снега.

В подписанном в двустороннем порядке акте от 19.03.2019 указано, что в период с 13.03.2019 по 19.03.2019 продолжалось протекание кровли, вследствие чего арендованное имущество не могло использоваться по назначению (л.д. 32, т.д. 1).

Как следует из содержания подписанного арендодателем и арендатором акта от 22.03.2019, кровля текла с 13.03.2019 по 21.03.2019, на момент осмотра 22.03.2019 протечка закончилась и арендатор может использовать помещения по назначению (л.д. 33, т.д. 1).

В подтверждение размера реального ущерба истцом представлено заключение эксперта ФИО5 от 25.03.2019 № Э-61/19, выполненное по результатам осмотра помещений 14.03.2019 (л.д. 40-85, т.д. 1), согласно которому эксперт поименовала указанные помещения под №№1,2,3. К заключению приложена схема расположения таких помещений, из которой следует, что обозначенные экспертом помещения являются по сути переданными ответчиком в аренду истцу.

Эксперт выявила следующие повреждения в данных помещениях: к навесному потолку над прилавком прикреплено на рейках полотно, на котором нарисован фирменный знак кафе, - указанное полотно частично деформировано, рейки частично разрушены; деревянный прилавок разбух и имеет расслоение конструкции; наличники деревянной стойки стола с двух сторон двери частично деформированы; потолок (оштукатурен) имеет темно-желтые пятна; гипсокартон на стенах деформирован. Стоимость ремонтно-восстановительных работ указанных повреждений составляет 74 979 руб. 89 коп., стоимость необходимых для ремонта материалов, без учёта износа – 39 608 руб. 27 коп.

Также эксперту предъявлена к осмотру следующая техника: Мини-POS Pipo RU-X10 (2 шт.), накопитель фискальный (1 шт.), терминал POS (1 шт.), тостер конвейерный (1 шт.), три телевизора Led 32 (81 см) dexp h32d 32в8000Q и светодиодная панель, стоимость техники без учёта износа составляет 166 897 руб. (л.д. 40-85, т.д. 1). Эксперт указала, что техника непригодна для эксплуатации, поскольку залита водой с крыши.

ИП ФИО2 направил ПАО «Ростелеком» претензию с требованием возместить материальный ущерб, упущенную выгоду и расходы на оплату услуг эксперта (л.д. 37-39, т.д. 1).

Наличие разногласий с ответчиком по вопросу о возмещении убытков в результате залива послужило основанием для обращения ИП ФИО2 в арбитражный суд.

В силу пункта 1 статьи 612 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору:

- потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества;

- непосредственно удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя;

- потребовать досрочного расторжения договора.

Если удовлетворение требований арендатора или удержание им расходов на устранение недостатков из арендной платы не покрывает причиненных арендатору убытков, он вправе потребовать возмещения непокрытой части убытков (пункт 1 статьи 612 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 пункта 13 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом положений ст.ст. 15, 393 и 612 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеуказанных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации при наличии установленного и неоспоренного ответчиком факта залива помещений переданных ответчиком истцу в аренду, его имущества, требования последнего о возмещении ему причиненных убытков заявлены правомерно.

Арбитражный суд признаёт необоснованными доводы ответчика о недоказанности размера ущерба, поскольку исходя из содержания актов от 13.03.2019, 19.03.2019, 22.03.2019 арендованное помещение было затоплено. При этом ПАО «Ростелеком», действуя разумно и осмотрительно, должно было произвести фото- и/или видеофиксацию помещений, а также инициировать осмотр с целью установления перечня повреждений. Сведений о том, что арендатор препятствовал такому осмотру со стороны арендодателя не имеется.

Как следует из материалов дела, в период с 01.02.2018 по 15.05.2018 в спорных помещениях были произведены ремонтно-строительные работы на общую сумму 2 201 636,92 руб. (акт КС-2 и справка КС-3 от 15.05.2018 (л.д. 29-42 т.2). Данные работы были выполнены ООО "Ростехконтроль" на основании заключенного с ИП А.В. Квачантирадзе договора подряда № 20/02-2018 от 01.02.2018 (л.д. 19-24 т. 2). Факт согласования перепланировки в помещениях арендодателем подтверждается письмом ПАО "Ростелеком" от 19.07.2018 и электронной перепиской (л.д. 44-45, 49-50 т.2).

Пунктом 3.1.9 договора предусмотрено, что арендатор обязан проводить текущий ремонт объекта и поддерживать его в том состоянии, в котором он был получен от арендодателя, если текущий ремонт не проводился арендатор возмещает арендодателю стоимость текущего ремонта согласно смете.

Вместе с тем данный пункт не может быть истолкован как исключающий возмещение расходов арендатора на восстановление помещения от повреждений, возникших по причинам, зависящим от арендодателя (ненадлежащего содержания кровли).

Учитывая, что ПАО «Ростелеком» не представило доказательств проведения ремонта в принадлежащих ему помещениях после залива, возражения, касающиеся отсутствия у истца права собственности на строительные конструкции, не могут быть приняты судом. Данные помещения находятся в законном владении истца по договору аренды (срок аренды не истек), арендатор произвел ремонт в указанных помещениях и вправе рассчитывать на их использование в надлежащем виде.

В обоснование размера материального ущерба истцом кроме заключения эксперта ФИО5 от 25.03.2019 № Э-61/19 представлены копии товарных накладных и квитанций о приобретении техники (л.д. 75-76 т.1, л.д. 14-17 т.д. 2), акты о проведении диагностики техники (л.д. 65-71, т.д. 2), дополнительные пояснения ИП ФИО6 (Центрсервис (ремонт) от 02.12.2019 о том, что ремонт переданной ему на диагностику истцом техники нецелесообразен по причине высокой стоимости ремонта, превышающей стоимость нового оборудования (л.д. 109 т.2).

Ответчик ходатайство о проведении судебной экспертизы на предмет проверки состояния спорной техники, размера причиненного ущерба не заявил.

С учетом вышеизложенного исковые требования в указанной части подлежат удовлетворению в заявленном размере.

Истец также просит взыскать с ответчика 190 583 руб. упущенной выгоды, вызванной простоем работы кафе в период с 13.03.2019 по 21.03.2019 (за 9 дней).

В подтверждение заявленных требований о взыскании упущенной выгоды истец представил: справку ПАО Сбербанк об оборотах за период с 01.12.2018 по 28.02.2019 (л.д. 58-59, т.д. 2), выписку о движении денежных средств по расчётному счёту за период с 01.12.2018 по 28.02.2019 (л.д. 94-108, т.д. 2), сведения о показаниях контрольно-кассовой техники (л.д. 60-64, т.д. 2), акты исследования бухгалтерских документов, подготовленные аудиторской фирмой «Лавиос» (л.д. 91-93, т.д. 2).

Из расчета упущенной выгоды следует, что аудитор принял во внимание полученные истцом доходы за предшествующие дню залива три календарных месяца (с декабря 2018 по февраль 2019 года), а именно общий размер поступивших на расчетный счет предпринимателя денежных средств (1 554 072, 09 руб.) и в кассу (866 665,40 руб.). При этом сведения по карточке счета 50.01 за декабрь 2018 года не соответствуют данным такого расчета, поскольку свидетельствуют о получении в кассу не 448 698 руб., а только 248 698 руб., по другим месяцам данные отражены соответственно данным карточкам. Представитель не смог дать пояснения по таким расхождениям. Также представитель истца не мог пояснить, почему согласно выписке по контрольно-кассовой машине, установленной в спорных помещениях, за три указанных месяца поступило в кассу 1 148 284 руб. (возвращено 1 415 руб.) (л.д. 60-62 т.2), а согласно карточкам счета 50.01 меньше - 666 665,40 руб.

Кроме того, суд с сомнением относится к выводам аудитора о размере среднедневного дохода истца, поскольку в расчете использован однобокий подход к применению сведений о поступлении денежных средств (выручке) на расчетный счет и кассу в полном объеме (без каких-либо исключений), а при применений сведений по расчетному счету о списании денежных средств такой подход уже не применяется. Согласно расчету в состав расходов включены: оплата труда и налоги с ФОТ, приобретение сырья, аренда помещения, налоги ИП, прочие расходы, итого на сумму 663 135,03 руб. за три месяца (декабрь 2018 - февраль 2019). Представитель истца в судебном заседании пояснил, что при расчете упущенной выгоды учитывались расходы по оплате текущей задолженности предпринимателя перед кредиторами, оплата просроченных долгов не учитывалась. Вместе с тем, суд не принимает указанные доводы истца, поскольку не представлены доказательства того, что в составе выручки за указанные месяцы были платежи в пользу предпринимателя со стороны его дебиторов только по текущим платежам. Таким образом, суд считает необходимым применить при расчете упущенной выгоды единый подход к учету выручки и расходов истца в целях определения его среднедневного дохода.

Кроме того суд признает некорректным расчет истца упущенной выгоды и в части количества рабочих дней за три месяца, предшествующих заливу, используемых в таком расчете (83 дня). Согласно выписке сведений по ККМ за период с декабря 2018 по февраль 2019 года выручка в кассу поступала в течение 86 дней.

В силу изложенного суд с учетом представленных истцом документов, в отсутствие ходатайства ответчика о проведении судебной экспертизы на предмет величины упущенной выгоды, произвел расчет таковой, который составил 120 026,43 руб. (1 146 869 руб. (выручка по кассе) + 1 554 072,09 руб. (поступление на расчетный счет) - 1 554 021, 93 руб. (списание со счета) = 1 146 919,16 руб. доход за три месяца: 86 дней = 13 336,27 руб. x 9 дней = 120 026,43 руб.).

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, изложенным выше, расчет размера убытков, произведенный истцом может быть неточным. Однако суд не вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании таких убытков со ссылкой только на это обстоятельство.

Согласно статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

ПАО «Ростелеком», не оспаривая факт залива помещений, а также период невозможности использования арендованного имущества, контррасчёт взыскиваемой суммы не произвело, ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявило.

Истцом также заявлены требования о взыскании 15 000 руб. расходов на проведение экспертизы стоимости причиненного ущерба. Оплата услуг ИП ФИО5 подтверждается квитанцией от 14.03.2019 № 000014 на сумму 15 000 руб. (л.д. 90, т.д. 1). Данные расходы относятся к убыткам истца, поскольку он их понес в связи с необходимостью получения независимой оценки ущерба, причиненного заливом арендованных помещений и принадлежащей истцу мебели и техники.

При таких обстоятельствах, суд с учетом произведенного самостоятельно расчета упущенной выгоды, пришел к выводу, что исковые требования ИП ФИО2 к ПАО «Ростелеком» о взыскании убытков подлежат удовлетворению частично: в размере материального ущерба в сумме 281 485 руб. 16 коп., упущенной выгоды за период с 13.03.2019 по 21.03.2019 в размере 120 026 руб. 43 коп., 15 000 руб. расходов на проведение независимой оценки суммы ущерба (итого 416 511 руб. 59 коп.)

Истец просит суд взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб.

Частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

С целью получения юридической помощи истцом с Адвокатским бюро «Эгида» был заключён договор от 10.03.2019 № 10/03, по условиям которого в обязанности бюро входили консультации, составление расчётов, подача искового заявления.

Согласно акту от 06.08.2019 Адвокатским бюро «Эгида» были оказаны услуги на общую сумму 50 000 руб., в том числе по консультированию – 2 000 руб., по составлению актов осмотра от 19.03.2019, от 22.03.2019 и участию в осмотрах – 10 000 руб., составлению уведомления (претензии) от 19.03.2019 – 3 000 руб., составлению претензии от 14.06.2019 – 5 000 руб., составлению искового заявления, проведению расчётов, направлению иска – 30 000 руб. (л.д. 89, т.д. 1). Оплата услуг юриста в размере 50 000 рублей подтверждена квитанцией от 06.08.2019 (л.д. 91 т.1).

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.03.2011 № 13923/10 по делу № А29-11137/2009 разъяснено, что осуществление предпринимательской деятельности предполагает необходимость оценки субъектами данной деятельности соответствия требованиям закона как принимаемых ими решений, так и требований, предъявляемых субъектами гражданского оборота и государственными органами. Урегулирование спорных правовых вопросов, возникающих в ходе осуществления предпринимательской деятельности, следует рассматривать как элемент обычной хозяйственной деятельности независимо от того, осуществляется оно силами работников самой организации или с привлечением третьих лиц, специализирующихся в определенной области, по гражданско-правовому договору оказания услуг.

Расходы по консультированию и составлению уведомления от 19.03.2019 не являются судебными, поскольку не связаны с рассмотрением настоящего дела. Стоимость ведения претензионно-исковой работы должна учитывать необходимость изучения представителем обстоятельств спора, расходы на подготовку и отправку соответствующих документов.

Вознаграждение за составление актов осмотра от 19.03.2019, от 22.03.2019 также не подлежит взысканию за счёт ответчика по причине того, что фиксация факта затопления помещений не требует специальных познаний. В состав судебных издержек не подлежат включению стоимость консультаций и затраты на оплату услуг третьих лиц, совершивших действия, которые могли быть выполнены истцом самостоятельно либо с привлечением собственных работников.

Таким образом, в состав судебных расходов на оплату услуг представителя подлежат включению лишь юридические услуги по составлению искового заявления (30 000 руб.) и претензии (5 000 рублей), итого 35 000 рублей. С учетом частичного удовлетворения исковых требований размер подлежащих взысканию судебных расходов на представителя составляет 29 932 руб.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины также возлагаются на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 10 895 руб. подлежат возмещению ответчиком, а излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 33 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Ростелеком» (ИНН: <***>; ОГРН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) 416 511 руб. 59 коп. убытков, 29 932 руб. расходов на оплату услуг представителя и 10 895 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 33 руб.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г.Киров) с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.


Судья Н.В. Кокошина