Постановление от 17 августа 2025 г. по делу № А79-1334/2022

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, <...>

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-1334/2022
г. Владимир
18 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 августа 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Полушкиной К.В., судей Волгиной О.А., Евсеевой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 21.04.2025 по делу № А79-1334/2022,

принятое по вопросу об утверждении финансового управляющего в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...> Чувашской АССР, зарегистрированного по адресу: <...> Победы, д. 18, ИНН <***>, СНИЛС <***>),

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

ФИО3 (далее – ФИО3, должник), со ссылкой на пункт 1 статьи 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.02.2022 возбуждено производство по делу

№ А79-1334/2022 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением арбитражного суда от 04.04.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии

от 21.04.2025 процедура реализации имущества ФИО3 завершена; должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе,

требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) обратилась в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, и принять новый судебный акт о неприменении в отношении ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, ссылаясь на недобросовестное поведение должника, выразившееся в выводе актива с целью необращения на него взыскания.

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2025 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.9 Закона о банкротстве участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.9 Закона о банкротстве арбитражный суд утверждает финансового управляющего в порядке, установленном статьей 45 данного Закона, с учетом положений статьи 213.4 Закона о банкротстве и настоящей статьи.

Пунктом 9 статьи 45 Закона о банкротстве установлено, что в случае, если кандидатура арбитражного управляющего не представлена в течение трех месяцев с даты, когда арбитражный управляющий в соответствии с Законом о банкротстве должен быть утвержден, арбитражный суд прекращает производство по делу.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, положения пункта 9 статьи 45 Закона о банкротстве о таком основании прекращения производства по делу о несостоятельности, как непредставление суду кандидатуры арбитражного управляющего в течение трех месяцев, не подлежат применению к отношениям, вытекающим из банкротства граждан.

Норма пункта 9 статьи 45 Закона о банкротстве не устанавливает императивное правило о прекращении производства по делу при наличии формального признака (непредставление суду кандидатуры арбитражного управляющего в течение трех месяцев), а содержит организационный срок, истечение которого является одним из условий для рассмотрения судом вопроса о прекращения производства по делу.

При наличии интереса у участвующих в деле лиц к дальнейшему ведению дела о банкротстве и непредставлении саморегулируемой организацией кандидатуры арбитражного управляющего для ведения дела о банкротстве должника, суд должен принимать исчерпывающие меры для предоставления кредиторам возможности реализовать свое право выбрать и предоставить саморегулируемую организацию арбитражных управляющих, из числа членов которой мог быть утвержден финансовый управляющий.

На основании пункта 2 статьи 12 Закона о банкротстве принятие решения о выборе арбитражного управляющего относится к исключительной компетенции собрания кредиторов. Приоритет в разрешении названных вопросов законодатель предоставил кредиторам, волеизъявление которых должно иметь решающее значение.

Положения статьи 45 Закона о банкротстве не исключают дискреционных полномочий арбитражного суда и возможности при наличии к тому оснований определить саморегулируемую организацию посредством случайной выборки в соответствии с пунктом 5 статьи 37 данного Федерального закона.

Реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих ведет Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (статья 29 Закона о банкротстве, постановление Правительства Российской Федерации Российской Федерации от 03.02.2005 № 52 «О регулирующем органе, осуществляющем контроль за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих»). Содержащиеся в упомянутом реестре сведения, в частности о месте нахождения саморегулируемых организаций, размещаются на официальном сайте службы в сети «Интернет», доступны для всеобщего ознакомления без взимания платы и иных ограничений (приложения № 1 и № 4 к приказу Минэкономразвития России от 08.07.2010 № 284). Как видно из

общедоступного реестра саморегулируемых организаций (https://rosreestr.ru), на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции соответствующим статусом обладают порядка шестидесяти организаций.

В силу положений Закона о банкротстве, процедуры несостоятельности в отношении гражданина осуществляются под контролем суда, который последовательно принимает решения по всем ключевым вопросам, в том числе касающимся возбуждения дела, введения той или иной процедуры, утверждения арбитражного управляющего, установления требований кредиторов, разрешения возникающих в ходе процедур банкротства разногласий, освобождения гражданина от долговых обязательств и т.д.

Как установлено судом апелляционной инстанции, решением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 04.04.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4

Определением суда от 26.11.2024 (в виде резолютивной части) ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО3, назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении финансового управляющего. Должнику и кредиторам предложено представить решение собрания кредиторов о выборе арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих, из числа членов которой будет избран финансовый управляющий.

Судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении финансового управляющего должника арбитражным судом неоднократно откладывалось в связи с отсутствием согласия членов саморегулируемых организаций арбитражных управляющих быть утвержденными в настоящем деле. При этом арбитражный суд неоднократно предлагал должнику, кредиторам, включенным в реестр требований кредиторов должника, представить наименование саморегулируемой организации арбитражных управляющих, из числа членов которой может быть утвержден финансовый управляющий (определения арбитражного суда от 26.11.2024, от 18.12.2024, от 27.01.2025, от 17.02.2025, от 10.03.2025).

Лица, участвующие в деле, ходатайств с указанием наименования и адреса иной саморегулируемой организации, из числа членов которой должен быть утвержден финансовый управляющий, не представили.

Собрание кредиторов должника не проводилось; протокол собрания кредиторов о выборе иного арбитражного управляющего или смене саморегулируемой организации, либо сведения о наименовании и адресе другой саморегулируемой организации, из числа членов которой должен быть утвержден финансовый управляющий должника, в материалы дела не поступили.

От кредитора ФИО2 поступило ходатайство (вх. от 16.12.2024) об утверждении арбитражного управляющего из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих «Евразия», однако предложенная кредитором саморегулируемая организация сообщила о невозможности представления кандидатуры арбитражного управляющего в связи с отсутствием арбитражных управляющих, изъявивших согласие быть утвержденными арбитражным судом в деле о банкротстве ФИО3 (вх. от 06.03.2025).

Арбитражный суд по собственной инициативе направил запросы в действующие саморегулируемые организации арбитражных управляющих о предоставлении сведений о кандидатуре арбитражного управляющего.

От саморегулируемых организаций, в которые направлены судебные запросы (порядка 53 организаций), поступили письма о невозможности представления кандидатуры арбитражного управляющего в связи с отсутствием арбитражных управляющих, изъявивших согласие быть утвержденными арбитражным судом в данном деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции приняты исчерпывающие меры для обеспечения возможности представления кандидатуры финансового управляющего либо саморегулируемой организации, из числа членов которой должен быть утвержден управляющий.

Вместе с тем, сведения о кандидатуре арбитражного управляющего или наименовании саморегулируемой организации арбитражных управляющих в материалы дела не поступили.

Как указывал Верховный Суд Российской Федерации в определениях от 28.01.2019 № 301-ЭС18-13818, от 29.04.2019 № 305-ЭС18-22504, коль скоро право на потребительское банкротство закреплено в законе и оно не может быть осуществлено гражданином без участия финансового управляющего, суд обязан обеспечить условия для реализации названного права. Это означает активную позицию суда в решении вопроса об утверждении арбитражного управляющего, в частности, с согласия гражданина, при сохранении у него интереса к дальнейшему ведению дела о банкротстве, одновременно направить запросы в несколько саморегулируемых организаций, а в случае необходимости – в каждую из их числа.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, если дело о банкротстве гражданина возбуждено по его заявлению, но кандидатура финансового управляющего не представлена, то арбитражный суд может завершить процедуры банкротства должника.

Если предусмотренный Законом о банкротстве способ предложения кандидатуры арбитражного управляющего (статья 45 и пункт 4 статьи 213.4 Закона о банкротстве) не дал результата, то суд должен направить запросы в прочие саморегулируемые организации с их максимальным охватом.

При получении от саморегулируемых организаций отрицательных ответов арбитражный суд рассматривает заявление о банкротстве. Признав его обоснованным, суд вводит процедуру реструктуризации долгов гражданина (пункты 1, 2, 4 статьи 213.6 Закона о банкротстве), назначает дату судебного заседания по рассмотрению дела о банкротстве гражданина и извещает об этом его кредиторов с уведомлением о том, что производство по делу подлежит завершению с освобождением должника от исполнения обязательств, если не будет представлена кандидатура арбитражного управляющего.

Кредиторы вправе предложить суду варианты решения вопроса по поиску кандидатуры финансового управляющего, например, посредством увеличения суммы фиксированного вознаграждения.

Если предложений от кредиторов не поступило или они не позволили решить вопрос о представлении кандидатуры финансового управляющего, то суд может принять решение о признании гражданина банкротом и завершении реструктуризации долгов гражданина и реализации его имущества с наступлением последствий, указанных в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве (освобождение гражданина от обязательств).

Таким образом, в случае невозможности утверждения кандидатуры финансового управляющего в процедуре реализации имущества гражданина на обсуждение участников дела о банкротстве выносится вопрос о завершении процедуры и возможном освобождении должника от исполнения обязательств.

В данном деле арбитражный суд определением от 24.03.2025 отложил рассмотрение вопроса об утверждении финансового управляющего должником на 21.04.2025; суд уведомил кредиторов о том, что производство по делу подлежит завершению с освобождением должника от исполнения обязательств, если не будет представлена кандидатура арбитражного управляющего. Кроме того, суд указал, что кредиторы вправе предложить суду варианты решения вопроса по поиску кандидатуры финансового управляющего, например, посредством увеличения суммы фиксированного вознаграждения.

Однако конкурсные кредиторы не проявили какого-либо интереса к решению указанного вопроса, к дате судебного заседания (21.04.2025) предложений о дальнейшем финансировании процедуры банкротства должника не представили; возражений по вопросу завершения процедуры реализации имущества, доводов о наличии оснований для не освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств не заявляли.

ФИО2 представила возражения в отношении применения к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, указав на отсутствие обстоятельств, позволяющих признать действия ФИО3 добросовестными.

Суд первой инстанции, установив, что должником интерес в продолжении процедуры банкротства не утрачен, пришел к выводу, что оснований для прекращения производства по делу о банкротстве гражданина ФИО3 применительно к пункту 9 статьи 45 Закона о банкротстве не имеется, и, принимая во внимания вышеизложенные разъяснения высшей судебной инстанции, конкретные обстоятельства дела, учитывая пассивное процессуальное поведение кредиторов должника, рассмотрел вопрос о завершении процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника.

Учитывая, что на момент рассмотрения вопроса о завершении процедуры банкротства кандидатура арбитражного управляющего, сведения об увеличении суммы вознаграждения арбитражного управляющего не представлены, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для применения положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Коллегия судей при этом отмечает, что процедура банкротства в отношении ФИО3 длится более трех лет при нормативном сроке реализации имущества гражданина шесть месяцев, отсутствие перспективы удовлетворения требований кредиторов корреспондирует отсутствию волеизъявления кредиторов на финансирование процедуры банкротства.

Выводы суда первой инстанции в части завершения процедуры реализации имущества в отношении ФИО3 лицами, участвующими в деле, не оспариваются. Доводов в этой части апелляционная жалоба не содержит.

Заявитель апелляционной жалобы выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для применения к должнику правил об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Указанное позволяет гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам.

Обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств, как последствия признания его несостоятельным, является добросовестность должника.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, институт банкротства – этой крайний экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывающих на получение причитающегося им. Названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (пункт 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина. По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая

тем самым защиту интересов кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2017 № 308-ЭС17-15938).

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685 по делу № А40-129309/2021).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как разъяснено в абзацах 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Названные в Законе о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

В частности, пунктом 4 указанной нормы предусмотрены исключения из общего правила, когда освобождение гражданина от обязательств не допускается. Перечень случаев, исключающих освобождение должника от обязательств, является исчерпывающим. Освобождение не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при

банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от исполнения обязательств не допускается, в частности, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Злостное уклонение от погашения долга выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, которое обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

При этом по смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, неудовлетворение требования кредитора, даже длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения долгов.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств также не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе

таким препятствием не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию и управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств, и, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать действия должника недобросовестными.

Как следует из материалов банкротного дела, в ходе процедуры реализации имущества должника финансовый управляющий ФИО4 представила в арбитражный суд, в том числе, реестр требований кредиторов должника, отчет о своей деятельности, ответы регистрирующих органов.

Из представленных документов следует, что ФИО3 состоит в официально зарегистрированном браке, на иждивении несовершеннолетних детей не имеет.

В настоящее время должник не трудоустроен, является получателем пенсии.

Финансовым управляющим предприняты меры по выявлению имущества, формированию конкурсной массы. Управляющим направлены запросы в компетентные органы с целью получения информации о правах и обязательствах должника и его супруги.

По сведениям регистрирующих органов, имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, за должником не зарегистрировано.

Установлено, что на имя должника зарегистрировано следующее имущество: земельный участок, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18, общей площадью 3405+/- кв.м.; жилое здание, расположенное по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18, общей площадью 152,1 кв.м.; указанное имущество является единственным пригодным для постоянного проживания должника помещением.

Финансовым управляющим также выявлена дебиторская задолженность в общем размере 234 835,25 руб. (задолженность ФИО2 и ФИО5, действующего за себя и от имени несовершеннолетней ФИО6).

Согласно сведениям регистрирующих органов, движимое и недвижимое имущество за супругой должника не зарегистрировано, информация о совершении сделок по отчуждению имущества супругой должника отсутствует.

Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства финансовым управляющим ФИО4 не представлено.

Заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок гражданина финансовым управляющим не подготовлено.

Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 2 265 810,38 руб. Погашение требований кредиторов не производилось.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов банкротного дела, требования ФИО2 к ФИО3 основаны на апелляционных определениях судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Чувашской Республики от 29.05.2017 по делу № 33-2332/2017, от 18.11.2019 по делу № 33-17/2019, от 17.02.2021 по делу № 33-28/2021 и определении Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 13.12.2021 по делу № 2-239/2020, и мотивированы ненадлежащим исполнением должником обязательств по возврату денежных средств в части расходов по постройке жилого дома.

Так, решением Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 21.02.2017 по делу № 2-17/2017 за ФИО3 признано право

собственности на жилой кирпичный дом, общей площадью 81 кв.м., кадастровый номер 21:21:060401:419, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18; истребован из чужого незаконного владения ФИО2 принадлежащий ему указанный жилой дом, признано отсутствующим право собственности ФИО2 на него, и признан недействительным договор от 10.03.2015 купли-продажи земельного участка площадью 3380 кв.м. с кадастровым номером 21:21:060401:9, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, дом 18, заключенный между сторонами.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Чувашской Республики от 29.05.2017 по апелляционному делу № 33-2332/17 решение Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 21.02.2017 в части признания права собственности на жилой дом и истребовании жилого дома из чужого незаконного владения отменено. ФИО3 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО2 В собственность ФИО3 возвращен земельный участок, площадью 3380 кв.м., с кадастровым номером 21:21:060401:9, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18. С ФИО3 в пользу ФИО2 взыскано 500 000 руб.

Решением Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 17.09.2018 по делу № 2-647/2018 признано право собственности ФИО3 на жилой дом, общей площадью 152,10 кв.м., с кадастровым номером 21:21:060401:419, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18. С ФИО2 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в пользу ФИО3 в размере 5963 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Чувашской Республики от 18.11.2019 по апелляционному делу № 33-17/2019 решение Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 17.09.2018 изменено в части признания права собственности ФИО3 на жилой дом, и признано право собственности ФИО3 на незавершенный реконструкцией жилой дом, общей площадью 152,10 кв.м., с кадастровым номером 21:21:060401:419, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18.

Решением Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 20.07.2020 по делу № 2-239/2020 ФИО2 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО3 о взыскании расходов на постройку и стоимости отдельных улучшений незавершенного реконструкцией жилого дома общей площадью 152,10 кв.м., расположенного по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, Чебоксарский р-н, с/пос. Атлашевское, <...> Победы, д. 18, в сумме 2 101 900 руб., судебных расходов на получение заключения специалиста в размере 16 000 руб. и по оплате государственной пошлины в размере 18 710 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Чувашской Республики от 17.02.2021 по делу № 2-239/2020 решение Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 20.07.2020

отменено, с ФИО3 в пользу ФИО2 взысканы расходы по постройке жилого дома в размере 1 687 875 руб., расходы по определению стоимости работ по улучшению жилого дома в размере 12 848 руб., расходы по проведению экспертизы в размере 57 816 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 15 024,13 руб.

Определением Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 13.12.2021 по делу № 2-239/2020 с ФИО3 в пользу ФИО2 в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя взыскано 10 000 руб.

Апелляционным определением Верховного суда Чувашской Республики от 14.02.2022 по делу № 33-683/2022 определение Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 13.12.2021 отменено, с ФИО3 в пользу ФИО2 в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя взыскано 54 000 руб.

Определением арбитражного суда от 06.10.2022 по настоящему делу требования ФИО2 в размере 1 982 641,06 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

ФИО2, как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе, указывала на недобросовестное поведение и злоупотребление правом со стороны должника, выразившиеся в совершении ФИО3 действий по безвозмездному отчуждению ликвидного имущества (дебиторской задолженности). В подтверждение заявленного довода кредитор сослалась на вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 06.10.2023 по делу № А79-1334/2022.

Действительно, определением арбитражного суда от 06.10.2023 признан недействительным договор цессии от 16.01.2023 № 1, заключенный между должником и ФИО7, согласно которому, ФИО3 уступил ФИО7 права требования в солидарном порядке к ФИО2 и ФИО5 в размере 209 941,95 руб., а также к ФИО2 в размере 24 896 руб. Сделка оспорена на основании пункта 2 статьи 61.3, пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, как совершенная с предпочтением, в ходе процедуры реализации имущества гражданина, без согласия финансового управляющего.

Вместе с тем, сам факт совершения сделки, признанной впоследствии недействительной, не является основанием для неприменения в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Имущественные интересы кредиторов должника в конечном итоге не пострадали, указанное имущество (дебиторская задолженность) было включено финансовым управляющим в конкурсную массу должника.

Иных сделок должника, совершенных им в период подозрительности, финансовым управляющим не установлено.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы, из материалов дела не следует.

В апелляционной жалобе ФИО2 заявила довод том, что ФИО3 не представлены сведения в отношении его совершеннолетних

детей в целях выявления имущества, оформленного на детей должника, и сделок, подлежащих оспариванию.

Между тем, кредитор не обосновал необходимость получения сведений об имуществе детей должника. Доказательства того, что должник осуществлял вывод имущества на своих детей, в материалах дела не имеется. Какие-либо доказательства того, что имущество должника могло или было оформлено на детей, кредитор не представил.

Доказательства, подтверждающие наличие у должника какого-либо имущества и его реализацию в пользу родственников или иных лиц в преддверии своего банкротства, в материалах дела отсутствуют.

Сомнений в добросовестности должника, предоставившего сведения о собственном имущественном и финансовом положении, у суда не имеется. Оснований считать, что в рамках процедуры банкротства должник не раскрыл сведения о своем имущественном положении, об обязательствах и иных документах, имеющих существенное значение для проведения процедуры банкротства, суд апелляционной инстанции не усматривает. Информация, необходимая для ведения процедуры банкротства, должником предоставлялась своевременно.

В данном случае из имеющихся в материалах дела документов не установлено нежелание должника исполнять принятые на себя обязательства, напротив, усматривается непогашение долга вследствие отсутствия таковой возможности ввиду стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения от погашения задолженности судом апелляционной инстанции не установлены.

Вопреки позиции заявителя жалобы, неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке, даже длительное, не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, суд апелляционной инстанции установил, что длительное невыполнение должником обязательств перед кредиторами не связано с умышленным уклонением от погашения долгов, и доказательств иного, указывающих на неправомерность действий должника, не имеется, а само по себе отсутствие достаточного дохода для погашения обязательств не говорит о недобросовестности должника.

Кредитор, настаивая на не освобождении ФИО3 от исполнения обязательств, недобросовестность действий должника в указанной части документально не подтвердил.

Доказательств недобросовестного поведения должника в отношении иных кредиторов в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций также не представлено.

В рассматриваемом случае факт недобросовестного поведения должника, как в преддверии процедуры банкротства, так и в период процедуры банкротства, судом апелляционной инстанции не установлен.

Обращение гражданина в суд с целью освобождения от обязательств само по себе не является безусловным основанием считать действия должника недобросовестными (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в данном конкретном случае недобросовестное поведение должника с учетом фактических обстоятельств спора из материалов рассматриваемого дела явно не следует и, принимая во внимание цель института потребительского банкротства, – социальную реабилитацию гражданина, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции и полагает возможным освободить должника от исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе, перед ФИО2

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в случае выявления фактов сокрытия гражданином имущества или незаконной передачи гражданином имущества третьим лицам конкурсные кредиторы, требования которых не были удовлетворены в ходе реализации имущества гражданина, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения о завершении процедуры реализации имущества гражданина и предъявить требование об обращении взыскания на указанное имущество (пункт 1 статьи 213.29 Закона о банкротстве).

Обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены верно, представленные в дело доказательства исследованы полно и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; выводы суда основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определение Верховного суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебного акта, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 21.04.2025 по делу № А79-1334/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья К.В. Полушкина

Судьи О.А. Волгина

Н.В. Евсеева