Решение от 2 ноября 2018 г. по делу № А31-12872/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТИ

156961, г. Кострома, ул. Долматова, д. 2

http://kostroma.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е



Дело № А31-12872/2017
г. Кострома
02 ноября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 18 октября 2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено 02 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Костромской области в составе судьи Серобабы Ильи Александровича, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Сфера», г. Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>) к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», г. Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании недействительным одностороннего отказа от договора аренды № 2 от 15.08.2016,

при участии:

от истца: ФИО2, протокол № 5 от 01.12.2014, директор, паспорт, ФИО3, доверенность от 08.12.2017, удостоверение адвоката №226 от 02.04.2004,

от ответчика: ФИО4, доверенность от 02.02.2018, паспорт,

от третьих лиц:

- от прокуратуры КО: ФИО5, доверенность от 19.01.2018 № 8-4-18, удостоверение,

- от Управления Роспотребнадзора: ФИО6, доверенность от 16.01.2018 № 8, удостоверение,

иные участники – не явились;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Сфера» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» о признании недействительным одностороннего отказа от договора аренды № 2 от 15.08.2016.

Определением суда от 15 декабря 2017 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований привлечены - прокуратура Костромской области, Департамент имущественных и земельных отношений Костромской области, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Костромской области.

Определением суда от 19 февраля 2018 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Роспотребнадзора по Костромской области.

Ранее от третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Костромской области поступил отзыв, в котором он оставляет разрешение заявленных требований на усмотрение суда, просит рассмотреть дело без участия его представителя.

Судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты к рассмотрению уточненные требования истца, в которых он просил признать недействительным односторонний отказ Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от договора № 2 от 15.08.2016 о передаче в аренду недвижимого имущества Костромской области, выраженный в уведомлении от 03.11.2017 №03-23/969.

Определением суда от 11 мая 2018 года производство по делу приостановлено до даты вступления в законную силу итогового судебного акта Свердловского районного суда г. Костромы по жалобе ООО «Сфера», г. Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>) на постановление главного государственного санитарного врача по Костромской области от 12.04.2018 №328 об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ООО «Сфера».

Определением суда от 09 июля 2018 производство по делу возобновлено.

Определением суда от 31 августа 2018 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Департамент здравоохранения Костромской области.

Представитель истца требования поддержал, представил дополнительные доказательства.

Дополнительные доказательства приобщены к материалам дела.

Представитель ответчика требования не признал.

Представитель третьего лица – прокуратуры Костромской области – возражал по существу заявленных требований.

Представитель третьего лица Управления Роспотребнадзора по Костромской области оставил разрешение заявленных требований на усмотрение суда.

В ходе судебного заседания был проведен допрос свидетеля ФИО7, о чем составлен протокол допроса свидетеля от 18.10.2018 (приложение №1 к протоколу судебного заседания от 18.10.2018).

Иные третьи лица, извещенные о месте и времени судебного заседания, в суд не явились.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд установил следующие обстоятельства.

15.08.2016 между ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (арендодатель) и ООО «Сфера» (арендатор) заключен договор № 2 о передаче в аренду недвижимого имущества Костромской области.

В соответствии с пунктом 1.1 Договора Арендатор (ООО «Сфера») принял во временное пользование часть нежилого помещения №1: часть №19 (прощальная) площадью 12,3 кв.м., литера Б, на 1-ом этаже здания патологоанатомического корпуса, расположенного по адресу: <...> (государственное имущество).

В соответствии с пунктом 1.3. Договора срок действия договора установлен с 15 августа 2016 года по 14 августа 2019 года.

В соответствии с пунктом 1.4. Договора имущество предоставляется для осуществления ритуальных услуг по подготовке трупов к погребению в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Вышеуказанная сделка совершена в отношении имущества Костромской области с согласия уполномоченного органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации – Департамента имущественных и земельных отношений Костромской области, а также при согласовании с учредителем ответчика – Департаментом здравоохранения Костромской области.

Договор в установленном законом порядке зарегистрирован Управлением Росреестра по Костромской области.

03.11.2017 ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» направило в адрес истца уведомление №03-23/969 от 03.11.2017 о расторжении Договора в одностороннем порядке в целях устранения нарушений санитарно-эпидемиологического законодательства и исполнения представления прокуратуры города Костромы. В уведомлении указано, что в соответствии с поступившим ответчику представлением в результате заключения Договора нарушен Федеральный закон от 30.03.1999 №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность», утвержденного постановлением Главного санитарного врача Российской Федерации от 18.05.2010 №58. В качестве дополнительного основания для досрочного расторжения договора, арендодателем указывается на нарушение истцом пункта 1.4 Договора, поскольку арендатором осуществляется хранение трупов после подготовки к погребению в помещениях учреждения, не принадлежащих ООО «Сфера».

По мнению истца, ООО «Сфера» не допущено нарушений санитарно-эпидемиологического законодательства, указанного в представлении прокуратуры, а само представление в силу материального закона и условий договора не является основанием для расторжения Договора, Обществом не допущено нарушений условий Договора, которые могут являться основанием для одностороннего отказа ответчика от его исполнения. Кроме того, истец полагает, что прокурорская проверка деятельности ООО «Сфера» проведена с нарушением Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», поскольку при ее проведении должностные лица органа прокуратуры вышли за пределы проверяемых вопросов задания прокуратуры Костромской области исх.№7-12-2017 от 18.09.2017 о проведении проверки исполнения законодательства о погребении и похоронном деле, указанного в качестве основания проведения проверки в решениях прокурора города Костромы о проведении проверки Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 12.10.2017 №303, и в решении о проведении проверки ООО «Сфера» от 12.10.2017 №б/н. Односторонний отказ ответчика от исполнения договора №2 от 15.08.2016 о передаче в аренду недвижимого имущества Костромской области, выраженный в уведомлении от 03.11.2017 №03-23/969, квалифицирован истцом как сделка с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», данную сделку на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации истец просит признать недействительной. В обоснование доводов о злоупотреблении ответчиком правом сторона указывает на отсутствие каких-либо претензий относительно совершения сделки и ее исполнения длительное время со стороны ответчика, его учредителя и уполномоченного представителя собственника имущества, согласовавших сделку без каких-либо возражений, а также на предшествующее обжалуемому отказу от исполнения сделки поведение ответчика, предпринимавшего попытки расторгнуть договор по иным основаниям, которые были пресечены после вмешательства вышестоящих должностных лиц исполнительной власти субъекта Российской Федерации, а сами действия ответчика, по мнению представителей истца, обусловлены намерениями создать преимущественные условия хозяйствования иному субъекту, оказывающему тождественные ООО «Сфера» ритуальные услуги, связанные с подготовкой тел умерших к захоронению по более высоким ценам, расторжение договора с ООО «Сфера» позволит конкуренту монополизировать рынок.

Ответчик возражает по существу заявленных требований, ссылаясь на представление прокуратуры города Костромы от 16.10.2017 за исх. № 7-523 пр-2017, на нарушения санитарно-эпидемиологических требований установленные в ходе надзорных мероприятий в деятельности истца и ответчика. Кроме того, в ходе судебного разбирательства представителями ответчика неоднократно заявлялось о наличии иных нарушений закона (статьи 57, 161 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, статья 310 Уголовного кодекса Российской Федерации, СП 3.1.1295-03 «Профилактика туберкулеза», СанПиН 2.1.3.1375-03 «Гигиенические требования к размещению, устройству, оборудованию и эксплуатации больниц, родильных домов и других лечебных стационаров», Правил по устройству и эксплуатации моргов лечебно-профилактических и судебно-медицинских учреждений, институтов и учреждений, утвержденных постановлением Минздрава СССР 20.03.1964 №468-64) в результате заключения и исполнения договора, не поименованных в уведомлении №03-23/969 от 03.11.2017, которые, по мнению представителя ответчика, подтверждают законность оспариваемого одностороннего отказа от сделки, заявлено о ничтожности основной сделки по основанию, предусмотренному 169 Гражданского кодекса Российской Федерации как противной основам правопорядка и нравственности.

Согласно отзыва третьего лица – прокуратуры Костромской области – в оспариваемом уведомлении ответчика об одностороннем отказе от исполнения договора аренды указаны допущенные нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства, а также имеется ссылка на пункт 1.4 Договора, что в соответствии с условием пункта 2.2.5 Договора, обязывающего арендатора соблюдать, кроме прочего, санитарные нормы и правила, установленные для видов деятельности арендатора или связанные с назначением арендуемого помещения, в системной связи с абзацем седьмым подпункта «б» пункта 6.3 Договора является основанием для расторжения Договора в одностороннем порядке по инициативе ответчика.

Департамент имущественных и земельных отношений Костромской области, не оспаривая фактические основания согласования договора аренды между истцом и ответчиком, поддерживает позицию ответчика, указывая в отзыве на исковое заявление на необходимость принятия Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» во исполнение представления прокуратуры исчерпывающих мер для устранения нарушений, а именно расторгнуть договор с ООО «Сфера».

Оценив представленные в дело доказательства на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (пункт 2 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно положениям статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

С учетом обстоятельств настоящего дела суд признает за истцом право на обращение в суд с иском об оспаривании одностороннего отказа от исполнения договора аренды, квалифицированного стороной как самостоятельная сделка, поскольку удовлетворение такого иска в полной мере влечет восстановление заявленного нарушения вещного права ООО «Сфера».

Таким образом, с учетом правового обоснования заявленных требований в предмет судебной оценки входит законность совершения ответчиком одностороннего отказа от исполнения сделки, наличия у ответчика предусмотренных материальным законом и условиями Договора, а также проверка соответствия поведения сторон на предмет добросовестного осуществления прав.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (пункт 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1, 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором. В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается расторгнутым или измененным.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» следует, что в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с требованиями статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В соответствии с пунктом 6.3 договора №2 от 15.08.2016 договор может быть расторгнут:

А) по соглашению сторон, оформляется соглашением о расторжении договора, которое должно быть совершено в письменной форме, подписанное уполномоченными на то представителями обеих сторон и скреплено печатями,

Б) в случае одностороннего отказа арендодателя от исполнения договора. В данном случае арендодатель направляет арендатору по адресу, указанному в договоре, уведомление об отказе от исполнения договора с указанием срока не позднее, чем сорок пять дней до его расторжения.

Односторонний отказ арендодателя от исполнения договора допускается в случаях:

- при использовании арендатором имущества не по его прямому назначению, указанному в п. 1.4 договора.

- в случае сдачи имущества в субаренду либо представлении третьим лицам права владения и пользования арендуемым имуществом без согласия арендодателя.

- при ухудшении в результате действий арендатора технического и санитарного состояния переданного имущества.

- в случае однократного невнесения арендной платы в установленный договором срок.

- в других случаях нарушения арендатором условий настоящего договора.

- в случае несогласия арендатора с изменением арендной платы, произведенного в соответствии с положениями п. 3.4 настоящего договора, выраженного в виде письменного отказа в двухнедельный срок с момента получения уведомления о перерасчете арендной платы либо внесения арендной платы в новом размере.

- в случае необходимости использования арендованного имущества для собственных нужд, для размещения исполнительных органов государственной власти Костромской области, областных государственных учреждений и государственных предприятий Костромской области.

Применяя к спорным правоотношениям положения статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что стороны согласовали перечень оснований одностороннего отказа арендодателя от исполнения договора, оговорив процедуру уведомления арендатора о принятом решении.

Использованная сторонами формулировка «в других случаях нарушения арендатором условий настоящего договора», позволяет ответчику расширительно толковать свое субъективное право на одностороннее расторжение договора, но данное субъективное право должно корреспондировать конкретному условию Договора, закрепляющему конкретные обязанности арендатора.

Пунктом 2.2.6 Договора арендатор принял обязанности соблюдать, в том числе, санитарные нормы и правила, установленные для видов деятельности истца или связанные с назначением арендуемого помещения.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, судом поставлен на обсуждение сторон вопрос о фактических обстоятельствах нарушения истцом требований санитарно-эпидемиологического законодательства, указанных в представлении прокуратуры и оспариваемом уведомлении об одностороннем отказе от исполнения Договора.

Ответчик и участвовавшие в судебном заседании представители третьего лица – Управления Роспотребнадзора по Костромской области – неоднократно меняли позицию относительно обстоятельств нарушения истцом и ответчиком санитарно-эпидемиологического законодательства, окончательно с учетом пояснений непосредственно участвовавшего в проведении проверки в качестве привлеченного прокурором специалиста представителя третьего лица ФИО8, указали, что поименнованные в уведомлении нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства обусловлены передачей в аренду истцу участка медицинской организации и нахождением (осуществлением деятельности) на участке медицинской организации истца в момент проведения проверки, и использование работниками ООО «Сфера» санитарного узла (мытье рук) ответчика, в результате чего пересекаются потоки с различной степенью эпидемиологической опасности.

Оценивая доводы сторон относительно наличия (отсутствия) в действиях истца нарушений санитарно-эпидемиологического законодательства, суд принимает во внимание, что результаты прокурорской проверки нашли отражение не только в представлениях, внесенных в адрес истца и ответчика, но и в материалах, направленных прокуратурой города Костромы в Управление Роспотребнадзора по Костромской области для решения вопроса о привлечении ООО «Сфера» и ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» к административной ответственности.

Выявленные прокуратурой города Костромы нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства, указанные в представлении и оспариваемом истцом уведомлении об одностороннем отказе от исполнения Договора послужили основанием для составления в отношении истца и ответчика уполномоченными должностными лицами Управления Роспотребнадзора по Костромской области протоколов об административных правонарушениях по статье 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по признаку нарушения юридическими лицами законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий с привлечением их к административной ответственности в виде предупреждения в отношении ответчика и виде штрафа в размере 30 000 рублей в отношении ООО «Сфера».

Не согласившись с принятым органом административной юрисдикции решением, ООО «Сфера» обжаловало постановление о привлечении к административной ответственности, решением судьи Свердловского районного суда города Костромы от 11.05.2018 постановление о назначении административного наказания ООО «Сфера» отменено, дело направлено на новое рассмотрение должностному лицу Управления Роспотребнадзора по Костромской области.

Основанием для принятия данного решения послужило отсутствие правовой оценки допустимости предъявления требований СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность», утвержденного постановлением Главного санитарного врача Российской Федерации от 18.05.2010 №58 (далее по тексту – СанПиН 2.1.3.2630-10), к деятельности истца, который не является медицинской организацией.

Постановлением главного государственного санитарного врача по Костромской области Управления Роспотребнадзора по Костромской области №537 от 13.06.2018 при повторном рассмотрении дело об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.3 КоАП РФ, в отношении ООО «Сфера» прекращено, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Отказ в привлечении ООО «Сфера» к административной ответственности по фактам нарушения требований пунктов 2.3, 3.3 СанПиН 2.1.3.2630-10 по мотиву отсутствия в действиях состава вмененного административного правонарушения обусловлен тем обстоятельством, что в силу пункта 1.2 СанПиН 2.1.3.2630-10 данные санитарные правила предназначены для индивидуальных предпринимателей и юридических лиц независимо от их организационно-правовой формы и формы собственности, осуществляющих медицинскую деятельность, тогда как ООО «Сфера» медицинскую деятельность не осуществляет, следовательно, нарушение пунктов 2.3, 3.3 СанПиН 2.1.3.2630-10 было вменено неправомерно.

Постановление главного государственного санитарного врача по Костромской области Управления Роспотребнадзора по Костромской области №537 от 13.06.2018 о прекращении производства по делу об административном правонарушении вступило в законную силу, заинтересованными лицами, в т.ч. прокурором, не обжаловано.

Ответчик, выражая несогласие с принятым постановлением, указывает, что данное обстоятельство не имеет правового значения для разрешения спора.

Суд, принимая во внимание буквальное содержание слов и выражений в Договоре (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения пункта 1.2 СанПиН 2.1.3.2630-10, приходит к выводу, что основанием для расторжения договора аренды в одностороннем порядке являются не любые нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства, а только те нарушения санитарных норм и правил, которые установлены для видов деятельности истца или связаны с назначением арендуемого помещения.

ООО «Сфера» осуществляет деятельность по организации похорон и представление связанных с ними услуг, в арендованном помещение осуществляет деятельность по подготовке тел умерших к погребению, медицинскую деятельность не осуществляет, в связи с чем, требования СанПиН 2.1.3.2630-10 не отнесены к видам деятельности истца (пункт 1.2).

Назначение арендованного помещение согласовано сторонами в пункте 1.4 Договора – «для осуществления ритуальных услуг по подготовке трупов к погребению», что также исключает применение к арендованному помещению требований СанПиН 2.1.3.2630-10, поскольку по условиям договора осуществление медицинской деятельности в арендованном помещении не предусмотрено.

Оценивая доводы сторон относительно применения к спорным правоотношениям СанПиН 2.1.3.2630-10, суд признает необходимым отметить следующее.

Действительно, в соответствии с пунктом 2.3 СанПиН 2.1.3.2630-10 на участке МО не должны располагаться здания организаций, функционально не связанных с ней. На территории МО или в непосредственной близости от нее целесообразно предусматривать гостиницы или пансионаты для проживания пациентов, прибывших на амбулаторное обследование, и/или сопровождающих лиц.

Используемая в тексте СанПиН 2.1.3.2630-10 аббревиатура «МО» подразумевает под собой понятие «медицинская организация», под которой следует понимать «все виды организаций, независимо от организационно-правовой формы и формы собственности, основным видом деятельности которых является амбулаторно-поликлиническая и/или стационарная медицинская помощь» (Приложение №16 к СанПиН 2.1.3.2630-10).

Сторонами не оспаривается, что ответчиком амбулаторно-поликлиническая и/или стационарная медицинская помощь не оказывается, в связи с чем, на отделение судебно-медицинской экспертизы требования пункта 2.3 СанПиН 2.1.3.2630-10 не распространяются, иное истолкование означало бы необходимость размещения на территории ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» гостиницы или пансионатов для проживания пациентов, и/или сопровождающих лиц.

Из системного толкования раздела 10 параграфа I СанПиН 2.1.3.2630-10 следует, что паталогоанатомические отделения и отделения судебно-медицинской экспертизы выделены в отдельную группу объектов – «подразделения различного профиля» наряду с фельдшерско-акушерскими пунктами, здравпунктами предприятий и учреждений.

Для данных категорий учреждений СанПиН 2.1.3.2630-10 предусматривает особые требования, в частности, для паталогоанатомических отделений и отделений судебно-медицинской экспертизы (пункт 10.16.2) предусмотрено выделение ритуальной зоны, а приложением №1 к СанПиН 2.1.3.2630-10 предусмотрено выделение в ритуальной зоне траурного зала, помещения священнослужителя, кладовой похоронных принадлежностей и др., при этом не содержится каких-либо запретов на нахождение в ритуальной зоне организаций, осуществляющих ритуальную деятельность.

Из пояснений представителей ответчика и представленных в материалы дела доказательств следует, что арендованное ООО «Сфера» помещение находится в обособленной ритуальной зоне, где осуществляется передача тел умерших родственникам.

Из пояснений истца и представленных им документов следует, что ООО «Сфера» принимает в ритуальной зоне наряду с родственниками тела умерших на основании выданных родственниками доверенностей, перемещает трупы в арендованное на территории ритуальной зоны обособленное помещение, где осуществляет подготовку тела к захоронению. При этом трупы выдаются родственникам и ООО «Сфера» (по доверенности от родственников) только при наличии заключения о причинах смерти и отсутствии инфекционного заражения (о чем делается отметка в заключении).

Таким образом, суд приходит к выводу, что в ритуальной зоне ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» медицинская деятельность не осуществляется, в данную зону имеют доступ посторонние лица, при этом СанПиН 2.1.3.2630-10 не устанавливает каких-либо ограничительных мер для использования ритуальной зоны третьими лицами, в т.ч. для целей осуществления предпринимательской деятельности.

В соответствии с положениями пункта 10.16.2 СанПиН 2.1.3.2630-10 в паталогоанатомических отделениях и отделениях судебно-медицинской экспертизы предусматривается не менее трех входов (доставка трупов, вход персонала и посетителей, вход в траурный зал). Помещения для вскрытия инфицированных трупов должны быть изолированными и иметь отдельный вход снаружи.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса, приходит к выводу, что ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» имеет изолированное помещение с отдельным входов для работы с инфицированными трупами, данное помещение не используется ООО «Сфера», истец, по его утверждению, не опровергнутого заинтересованными сторонами спора, с инфицированными трупами не работает, что указывает на отсутствие пересечений инфекционных потоков.

При этом из пояснений непосредственно принимавшей участие в проведении проверки специалиста Управления Роспотребнадзора по Костромской области ФИО8 (участвовала в судебном заседании как представитель третьего лица) на иные участки патологоанатомического отделения ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», за исключением ритуальной зоны, она допущена не была сотрудниками учреждения, в ходе проверки визуально обследовала ритуальную зону, где размещено обособленное помещение ООО «Сфера», устно опросила находившуюся в ритуальной зоне женщину, данные которой не устанавливала, полагая, что объяснение данной женщины будет получено участвовавшей в проведении проверки помощником прокурора г. Костромы. Со слов данной неустановленной женщины, ФИО8 стало известно, что она осуществляет деятельность в ООО «Сфера» при этом ходит мыть руки в помещения ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», в связи с чем, ей (ФИО8) был сделан вывод о возможном нарушении пункта 3.3. СанПиН 2.1.3.2630-10, о чем было указано в справке, направленной в прокуратуру г.Костромы.

Участвовавший в судебном заседании законный представитель (директор) ООО «Сфера» возражал по существу пояснений, указал, что к моменту проведения проверки лично прибыл в ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», где ему помощником прокурора г. Костромы ФИО7 было предъявлено решение о проведении проверки, при этом работники ООО «Сфера» в арендованном помещении не находились, не исключает, что подобные объяснения могли быть даны работниками ответчика с целью искусственного создания предпосылок для дальнейшего расторжения договора. При этом указал, что работники ООО «Сфера» прибывают в арендованное помещение при поступлении выданного ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» трупа, перемещают его в обособленное арендованное помещение, используют при работе с трупом резиновые перчатки, после работы обрабатывают руки специальным дезинфицирующим раствором, не используя при этом санитарный узел ответчика, доступ в который для посторонних лиц закрыт.

Суд, принимая во внимание пояснения сторон и оценивая их по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в совокупности с иными материалами дела, приходит к выводу о недоказанности обстоятельств фактического использования санитарного узла ответчика работниками ООО «Сфера», кроме того, суд считает недоказанным, что использование санитарного узла ответчика создает предпосылки для пересечения потоков с различной степенью эпидемиологической опасности (пункт 3.3 СанПиН 2.1.3.2630-10), поскольку в соответствии с пунктом 10.16.2 СанПиН 2.1.3.2630-10 и представленными в материалы дела доказательства, помещение для вскрытия инфицированных трупов в ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» изолировано и имеет отдельный вход.

Заявленный истцом алгоритм гигиенической обработки рук работниками ООО «Сфера» при работе с телами умерших не противоречит требованиям пункта 12.4.2 СанПиН 2.1.3.2630-10, поскольку нормативный документ допускает гигиеническую обработку как гигиеническим мытьем рук мылом и водой, так и обработкой рук кожным антисептиком для снижения количества микроорганизмов до безопасного уровня, поэтому само по себе отсутствие в арендованном ООО «Сфера» помещении, где работники пребывают непродолжительное время, отдельного санитарного узла не является безусловным основанием для вывода о нарушении истцом требований санитарно-эпидемиологического законодательства.

Суд находит убедительными доводы представителей истца, что поводом к решению об одностороннем отказе от исполнения Договора и направления ответчиком оспариваемого уведомления, послужили результаты проверки прокуратуры города Костромы, проведенной с нарушением закона, что влечет недопустимость принятого по его результатам акта реагирования и указывает на незаконность решения ответчика об одностороннем отказе от исполнения Договора по заявленным материально-правовым основаниям.

Из представленных в дело материалов прокурорской проверки следует, что основанием для принятия прокурором города Костромы решений о проведении проверки ООО «Сфера» и ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» являлось задание прокуратуры Костромской области исх.№7-12-2017 от 18.09.2017 о проведении проверки исполнения законодательства о погребении и похоронном деле, текст которого представлен в материалы дела, ссылка на данное задание имеется в решениях о проведении проверок в графах «основание проверки», в графах «цель проверки» поименовано «выявление фактов нарушения законодательства о погребении и похоронном деле», в графах «предмет проверки» указано на «исполнение законодательства о погребении и похоронном деле».

Из текста задания следует, что оно обусловлено исполнением пункта 3 Перечня поручений Президента Российской Федерации от 09.07.2017, из преамбулы задания следует о наличии нарушений законодательства в деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и хозяйствующих субъектов, оказывающих услуги по погребению в соответствии с Федеральным законом от 12.01.1996 №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Задание структурировано по субъектам проверки и определяет для каждого из проверяемых субъектов исчерпывающий предмет надзорных мероприятий.

Так, в учреждениях здравоохранения, к которым относится ответчик, в соответствии с п.п. «б» п. 1.1 раздела 1 задания подлежали проверке следующие вопросы:

обеспечение возможности безвозмездного нахождения тел умерших в морге в порядке и сроки, установленные пунктом 2 статьи 8 Закона №8-ФЗ;

соблюдение предусмотренных статьей 8 Закона №8-ФЗ сроков оформления (выдачи) документов, необходимых для погребения умерших.

В деятельности юридических лиц, в том числе специализированных служб по вопросам похоронного дела предмет проверки составляли вопросы:

оказания содействия лицам, взявшим на себя обязанность по погребению умершего, в получении справки о смерти, разрешения на перевозку тела (останков) умершего, а также проездных документов, включая документы на пересечение государственных границ, в случае его смерти в ином населенном пункте или на территории иностранного государства;

соблюдения предусмотренных статьей 8 Закона №8-ФЗ сроков оформления (выдачи) документов, необходимых для погребения умерших;

выполнения предусмотренных статьей 9 Закона №8-ФЗ гарантий, а также установленных органами местного самоуправления требований к качеству предоставляемых услуг по погребению;

выявления фактов отказа специализированных служб в предоставлении услуг по погребению, в связи с отсутствием у них необходимых средств и по другим основаниям;

соблюдения гарантий погребения умерших (погибших), не имеющих супруга, близких и других родственников или законного представителя умершего.

Из содержания определенного заданием предмета проверки объективно следует отсутствие вопросов, связанных с соблюдением учреждениями здравоохранения и хозяйствующими субъектами, оказывающими ритуальные услуги населению, требований санитарно-эпидемиологического законодательства, положения статей 8-9 Федерального закона от 12.01.1996 №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» также не регулируют вопросы исполнения санитарно-эпидемиологического законодательства.

Более того, пункт 3 перечня поручений Президента Российской Федерации от 09.07.2017 №Пр-1330 акцентирован на мероприятия, направленные на ликвидацию теневого рынка ритуальных услуг.

Оценивая при таких обстоятельствах законность вынесенных прокурором города решений о фактическом проведении проверок санитарно-эпидемиологического законодательства в деятельности ООО «Сфера» и ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», суд принимает во внимание следующее.

Пунктом 2 статьи 21 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» определены пределы осуществления полномочий в сфере надзора за исполнением законов и законностью правовых актов, а именно при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы, проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки.

Обеспечение прав проверяемых субъектов, в т.ч. субъектов предпринимательской деятельности, осуществляется посредством правовых механизмов принятия уполномоченным прокурором решений о проведении проверок, которые доводятся до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня начала проверки, в решении о проведении проверки в обязательном порядке указываются цели, основания и предмет проверки (пункт 3 статьи 21 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации»), а также путем принятия уполномоченным прокурором мотивированного решения о расширении предмета проверки или решения о проведении новой проверки, и доведения таких решений до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня его принятия (пункт 4 статьи 21 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации»).

Данные механизмы обеспечения прав проверяемых субъектов от необоснованного и незаконного вмешательства в их оперативно-хозяйственную деятельности корреспондируют правовым подходам Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 17.02.2015 №2-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 6, пункта 2 статьи 21 и пункта 1 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с жалобами межрегиональной ассоциации правозащитных общественных объединений «Агора» и др.», указавшего что основания прокурорской проверки обусловливают предмет и пределы ее проведения, в связи с чем реализация прокурором предоставленных ему в рамках функции надзора полномочий вне оснований конкретной проверки исполнения законов по общему правилу, недопустима, за исключением случаев, когда в ходе ее проведения выявляются признаки иных нарушений законов, оценка которых также не может быть дана вне мероприятий собственно прокурорского надзора.

С целью установления фактических обстоятельств проверки в судебном заседании в качестве свидетеля допрошена помощник прокурора города Костромы ФИО7, которая указала на личное участие в проведении проверки деятельности ООО «Сфера» и ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» по заданию прокуратуры Костромской области от 18.09.2017 №7-12-2017, личное участие в осмотре с участием специалиста помещений проверяемых субъектов, настаивает на наличии в действиях истца и ответчика нарушений санитарно-эпидемиологического законодательства, выявленных ею с участием специалиста Управления Роспотребнанзора по Костромской области, а также на соответствии предмета проверки заданию прокуратуры Костромской области. После заявленных возражений законного представителя ООО «Сфера» о том, что проверочные действия ФИО7 были ограничены исключительно вручением решений о проведении проверки, фактическом проведении проверки специалистом Управления Роспотребнадзора по Костромской области ФИО8, исследования в судебном заседании задания прокуратуры Костромской области и оглашения пояснений ФИО9, ФИО7 показала, что не настаивает на показаниях относительно личного осмотра помещений ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», поскольку в последнее время часто проводит проверки в данной организации, допускает, что задание не содержит прямого указания на необходимость проверки вопросов исполнения истцом и ответчиком санитарно-эпидемиологического законодательства, однако считает проведенные в данной части надзорные мероприятия законными, поскольку при подготовке проектов решений о проведении проверок она располагала информацией о нарушениях данного законодательства.

Суд критически относится к показаниям свидетеля, поскольку они являются противоречивыми, не соответствуют представленным в материалы дела доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам.

Решения о проведении проверок ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и ООО «Сфера» приняты в одно и тоже время, по одному и тому же основанию – задание прокуратуры Костромской области исх.№7-12-2017 от 18.09.2017 о проведении проверки исполнения законодательства о погребении и похоронном деле, по одному и тому же предмету – исполнение законодательства о погребении и похоронном деле, нетождественному предмету фактически проведенной проверки (исполнение санитарно-эпидемиологического законодательства).

Таким образом, доводы свидетеля о том, что проведение проверки ООО «Сфера» было обусловлено результатами проверки ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» недостоверны, в решении о проведении проверки ООО «Сфера» в графе «основание» отсутствуют какие-либо данные относительно источников информации о нарушении закона в деятельности данного хозяйствующего субъекта.

Поскольку предмет фактически проведенной проверки как в отношении ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» так и ООО «Сфера» объективно выходит за пределы надзорных мероприятий, поименованных в задании прокуратуры Костромской области исх.№7-12-2017 от 18.09.2017 о проведении проверки исполнения законодательства о погребении и похоронном деле, допустимость проверки вопросов соблюдения данными субъектами законодательства о санитарно-эпидемиологическом законодательства, т.е. иных нарушений в понятии пункта 3 статьи 21 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», может быть обусловлена исключительно принятием уполномоченным прокурором мотивированного решения о расширении предмета проверки, форма которого предусмотрена приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 17.03.2017 №172 «О некоторых вопросах организации прокурорского надзора в связи с принятием Федерального закона от 07.03.2017 №27-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации».

Вместе с тем, в материалы проверки мотивированные решения о расширении предмета проверки ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и ООО «Сфера» не представлены, согласно показаниям свидетеля ФИО7 такие решения уполномоченным органом не принимались.

Более того, из представленных материалов прокурорской проверки следует, что привлечение специалистов Управления Роспотребнадзора по Костромской области было обусловлено необходимостью проверить соответствие мест погребения санитарным правилам, о чем указано в соответствующем письме заместителя прокурора Костромской области от 05.10.2017 №7-34-2017.

При таких обстоятельствах проверки исполнения законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения в деятельности ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и ООО «Сфера» проведены с нарушением требований статьи 21 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» и приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 17.03.2017 №172 «О некоторых вопросах организации прокурорского надзора в связи с принятием Федерального закона от 07.03.2017 №27-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации».

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Процессуальный закон не допускает использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (часть 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В этой связи, суд не принимает в качестве допустимых доказательств результаты проведенных прокуратурой города Костромы проверок исполнения санитарно-эпидемиологического законодательства в деятельности ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и ООО «Сфера», в том числе, внесенные по их результатам представления в адрес сторон.

Само по себе согласие ответчика с результатами прокурорской проверки по смыслу положений статьи 21 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» и приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 17.03.2017 №172 «О некоторых вопросах организации прокурорского надзора в связи с принятием Федерального закона от 07.03.2017 №27-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» не легализует результаты незаконно проведенных надзорных мероприятий.

Суд отклоняет доводы ответчика о наличии в действиях истца иных нарушений закона, не указанных в оспариваемом уведомлении об одностороннем отказе от исполнения договора аренды.

Заявленные в качестве дополнительных нарушения закона в деятельности арендатора, в т.ч. уголовно-правового характера, в судебном заседании не нашли объективного подтверждения (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не поименованы в оспариваемом уведомлении.

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации) подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истцом заявлено о наличии в действиях ответчика признаков злоупотребление правом, поскольку после назначения нового руководителя ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ответчиком последовательно предпринимаются меры, направленные на прекращение арендных отношений, искусственно создаются предпосылки для нарушения условий договора арендатором. При этом причину такого поведения ответчика истец усматривает в намерениях создать благоприятные условия хозяйствования иному юридическому лицу, указывает, что ранее продолжительное время никаких претензий в связи с осуществлением ООО «Сфере» деятельности в ритуальной зоне помещений ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» не высказывалось ни со стороны ответчика, ни со стороны третьих лиц. В обоснование позиции в данной части истец представил доказательства.

Из представленных в материалы дела документов следует, что со стороны третьего лица – Департамента имущественных и земельных отношений Костромской области – осуществлялся контроль за целевым использованием арендованного имущества и его техническим состоянием, каких-либо претензий от уполномоченного представителя собственника имущества истцу не поступало, актом от 27.04.2017 должностными лицами третьего лица констатировано использование помещения по целевому назначению, техническое состояние помещения – удовлетворительное.

Ответчик уведомлением от 01.06.2017 расторгает в одностороннем порядке договора аренды с Истцом, мотивируя принятое решение абзацем 9 подпункта «б» пункта 6.3 Договора, в связи с необходимостью использования арендованного ООО «Сфера» имущества для собственных нужд.

Истцом во внесудебном порядке принимаются меры к оспариванию данного одностороннего отказа, письмом заместителя губернатора Костромской области от 05.09.2017 исх.№ОЕ-5798/9 ООО «Сфера» информируется, что ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» отзывает уведомление об одностороннем отказе от Договора.

Ответчик письмом от 04.10.2017 исх. №03-23/833, т.е. до проведения проверки прокуратурой города Костромы, просит Департамент имущественных и земельных отношений Костромской области подтвердить факт согласования договора аренды с истцом, а также обоснованность передачи имущества в аренду ООО «Сфера».

В ходе рассмотрения настоящего дела при исследовании вопросов относительно обстоятельств нарушения ООО «Сфера» санитарно-эпидемиологического законодательства ответчик указывал, что нарушение пункта 3.3 СанПиН 2.1.3.2630-10 в виде создания предпосылок для пересечения потоков с различной степенью эпидемиологической опасности, в связи с необходимостью доставки тел умерших, подлежащих вскрытию, через арендованное ООО «Сфера» помещения и отсутствие у ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» иной возможностью доставки тел для последующего вскрытия.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в период рассмотрения настоящего спора в январе 2018 ответчик изменил порядок использования своих помещений, вызвал необходимость доставки тел умерших через арендованное ООО «Сфера» помещение, в обоснование принятого решения указывая другим участникам рынка ритуальных услуг не наличие судебного разбирательства.

Данные обстоятельства подтверждены ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12 не имеющими прямой заинтересованности в исходе настоящего дела.

Указанные действия ответчика в своей совокупности указывают на последовательные действия по расторжению Договора и, по убеждению суда, свидетельствуют об отклонении от стандартов разумного и добросовестного поведения участников арендных отношений.

Однако данное обстоятельство не имеет ключевого правового значения, поскольку суд пришел к выводу, что решение об одностороннем отказе принято в отсутствие предусмотренных законом и Договором оснований.

Суд при этом отмечает, что объективного подтверждения доводы истца относительно реальных мотивов ответчика по расторжению Договора, обусловленных созданием преимущественных условий хозяйствования прямому конкуренту истца и монополизации последним рынка оказываемых ООО «Сфера» услуг, подтверждения в судебном заседании не нашли (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), доводы об обеспечении представителем ответчика интересов конкурента в иных судебных разбирательствах не оспорены, однако прямым доказательством заявленных обстоятельств не являются.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству истца к материалам дела приобщены фотоснимки помещений ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» и видеозаписи процессов доставки тел умерших в помещения ответчика, исследованные в судебном заседании.

Указанные доказательства, по мнению истца, в совокупности с приобщенными в материалы дела письмами иных хозяйствующих субъектов, занятых на рынке ритуальных услуг об обстоятельствах закрытия специального отдельного входа для доставки трупов в соответствии с планировкой здания и необходимостью доставки трупов в холодильные камеры через вход в ритуальной зоне, указывают, что в ходе рассмотрения дела ответчик искусственно создавал условия для возможного пересечения потоков с различной степенью инфекционной опасности с учетом заявленного истолкования нарушений санитарно-эпидемиологического законодательства.

Ответчиком заявлено ходатайство о признании таких доказательств недопустимыми.

Оценив заявленное ходатайство, суд отмечает, что зафиксированные на фотоматериалах и видеозаписях помещения ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» являются общественным местом, в связи с чем, согласования видеосъемки не требуется (статья 52 Конституции Российской Федерации). Суд не усматривает и нарушений статьи 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку имеющиеся на фотоматериалах и видеозаписях изображения умерших получены при съемке, которая проводилась в местах, открытых для свободного посещения. По этим же мотивам суд не находит оснований для применения к спорным правоотношениям положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Суд также признает необходимым отметить, что заявляя о фальсификации по заявленным мотивам, ответчик ранее в судебных заседаниях также ходатайствовал о приобщении аналогичных по содержанию фотоснимков (ходатайство удовлетворено), а при исследовании видеозаписей ставил под сомнение относимость видеосюжетов помещениям ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Ходатайство о признании доказательств недопустимыми отклонено судом.

Вместе с тем, суд отмечает, что вмененное истцу нарушение санитарно-эпидемиологических правил в виде возможного пересечения потоков различной степени инфекционной опасности (пункт 3.3. СанПиН 2.1.3.2630-10) было обусловлено иными обстоятельствами, а именно мытьем рук работников ООО «Сфера» в санитарном узле ОГБУЗ «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» на чем настаивал в судебном заседании представитель Управления Роспотребнадзора по Костромской области.

Суд не находит оснований для признания договора аренды недействительной (ничтожной) сделкой, о чем заявлено ответчиком.

В соответствии со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Суд находит неубедительными доводы ответчика относительно возможности заключения договора аренды и его согласования только в результате совершения коррупционных деяний, соответствующих допустимых доказательств в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), ответчик и третьи лица не располагают информацией о привлечении к уголовной ответственности должностных лиц в результате заключения Договора.

Указанные в уведомлении обстоятельства использования ООО «Сфера» не принадлежащих помещений также не нашли своего объективного подтверждения.

Поскольку со стороны ООО «Сфера» нарушений действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнения санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий не установлено, односторонний отказ от договора аренды со стороны арендодателя не соответствует требованиям закона, нарушает права истца (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и является недействительной сделкой, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины суд относит на ответчика.

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить.

Признать недействительным односторонний отказ Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», г. Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>) от договора №2 от 15.08.2016 о передаче в аренду недвижимого имущества Костромской области, выраженный в уведомлении от 03.11.2017 №03-23/969.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Костромское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», г. Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Сфера», г.Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>) 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия, а со дня вступления решения в законную силу – в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Костромской области.

Судья И.А. Серобаба