Решение от 20 августа 2020 г. по делу № А24-782/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-782/2020
г. Петропавловск-Камчатский
20 августа 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 августа 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 20 августа 2020 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску федерального казенного предприятия «Аэропорты Камчатки» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к федеральному государственному унитарному предприятию «Управление ведомственной охраны Министерства транспорта Российской Федерации» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 1 556 101,11 руб.,

при участии:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности от 11.02.2020 №юр/1135 (сроком до 31.12.2020), диплом 137724 1867916 выдан 24.01.2016 (рег.номер 0816/3), ФИО3 – представитель по доверенности от 13.08.2020 № юр/1166 (сроком по 14.08.2020 включительно),

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности от 21.11.2019 № 88 (сроком по 31.12.2022), диплом серии ВСГ 1539732 выдан 28.09.2007 (рег.номер 500),

установил:

федеральное казенное предприятие «Аэропорты Камчатки» (далее – ФКП «Аэропорты Камчатки», истец; адрес: 684005, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к федеральному государственному унитарному предприятию «Управление ведомственной охраны Министерства транспорта Российской Федерации» (далее – ФГУП «УВО Минтранса России», ответчик; адрес: 119071, <...>) о взыскании 1 556 101,11 руб. штрафа.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статью 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору об оказании охранных услуг от 21.03.2019 № 14/19.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции, изложенные в исковом заявлении, отзыве и дополнительных пояснениях и возражениях.

По ходатайству ответчика в качестве свидетеля опрошен ФИО5 – начальник отделения «Камчатка» в п. Палана (по месту охраны) Приморского филиала ответчика.

Представитель истца ранее направленное ходатайство о допросе в качестве свидетеля ФИО3 не поддержала.

Заслушав пояснения сторон, опросив свидетеля, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 21.03.2019 между ФКП «Аэропорты Камчатки» (заказчик) и ФГУП «УВО Минтранса России» (исполнитель) в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) заключен договор № 14/19 об оказании охранных услуг с протоколом разногласий от 20.02.2019 (далее – договор № 14/19), по условиям которого исполнитель принял на себя обязательства по оказанию услуг по защите и охране объектов аэропорта Палана (далее – аэропорт), находящегося по адресу: Камчатский край, Тигильский район, пгт. Палана, аэропорт, от актов незаконного вмешательства (АНВ) методом реализации комплекса мер по пресечению противоправных действий в отношении аэропорта, в том числе предотвращением несанкционированного доступа (прохода, проезда) через границу (периметр) на территорию аэропорта и обеспечением пропускного и внутриобъектового режима. Инструкция по пропускному режиму разрабатывается и утверждается заказчиком по согласованию с исполнителем (пункт 2.4).

Перечень объектов, принятых исполнителем под охрану, приведен в приложении № 1 к договору и включает границы территории (периметр) аэропорта, воздушные суда, объекты аэропорта согласно акта приема-передачи, караульное помещение, совмещенное с КПП аэропорта.

Охрана предполагает наличие двух подвижных круглосуточных постов (№№ 1, 2 – защита и охрана объектов аэропорта, воздушных судов от АНВ методом реализации комплекса мер по пресечению противоправных действий в отношении аэропорта, в том числе предотвращением несанкционированного доступа (прохода, проезда) через границу территории (периметр) аэропорта и обеспечением пропускного и внутриобъектового режима) и один стационарный (№ 3 – обеспечение пропускного и внутриобъектового режима, досмотр транспортных средств на КПП аэропорта) с режимом работы с 08.00 до 20.00 (приложение № 2).

По акту приема-передачи исполнитель принял под охрану перечисленные в акте объекты ФКП «Аэропорты Камчатки» с 00 часов 00 минут 01.02.2019.

Основные обязанности исполнителя в рамках оказания услуг по договору № 14/19 перечислены в разделе 4 договора и включают, среди прочего, обязанность обеспечивать функционирование контрольно-пропускного пункта аэропорта (пункт 4.1.3), организовать и осуществлять защиту и охрану аэропорта в соответствии с действующими нормативными правовыми актами Российской Федерации, положениями настоящего договора и служебной документацией, разработанной исполнителем и согласованной с заказчиком, включая табель постов, схему их расположения с указанием маршрутов патрулирования, план взаимодействия, инструкции стрелкам (пункты 4.1.4, 4.1.5), обеспечивать в границах периметра аэропорта надлежащий пропускной и внутриобъектовый режим в порядке, установленном заказчиком, и отвечающем требованиям Инструкции по пропускному и внутриобъектовому режиму (далее – Инструкция ПВР) (пункт 4.1.6), требовать от работников заказчика и посетителей соблюдение Инструкции ПВР (пункт 4.1.7), проверять документы, дающие право на вход (выход), въезд (выезд) физических лиц и транспортных средств, внос (вынос), ввоз (вывоз) имущества в контролируемую зону аэропорта в период нахождения стрелка на КПП (пункт 4.1.17), исполнять иные обязательства, предусмотренные договором и приложениями к нему (пункт 4.1.19).

Заказчик имеет право осуществлять контроль за ходом оказания услуг по защите и охране объектов аэропорта Палана от АНВ, в том числе за полнотой и качеством исполнения договорных обязательств, с оформлением акта проверки. По фактам неисполнения исполнителем договорных обязательств заказчик оформляет претензию и действует в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 3.2.1).

Согласно пункту 6.1 договора стоимость услуг составляет 10 374 007,40 руб., а стоимость услуг в месяц – 1 037 400,74 руб.

Пунктом 7.1 договора установлено, что стороны несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств по настоящему договору в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. В частности, за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных договором, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных договором, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы в размере 5% цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей включительно (пункт 7.9 договора в редакции протокола разногласий от 20.02.2019).

Договор заключен на срок с 01.02.2019 по 30.11.2019 (пункт 12.1).

15.06.2016 истцом утверждена Инструкция ПВР в аэропорту Палана, согласованная с начальником команды «Камчатка» Приморского филиала ФГУП «УВО Минтранса России» 15.06.2016.

Ответчиком, в свою очередь, утверждены План организации охраны объекта (далее – План охраны), Инструкция стрелку поста № 1 КПП отделения Палана по обеспечению пропускного режима на охраняемом объекте (далее – Инструкция стрелку поста № 1), Инструкция стрелку поста № 2 отделения «Палана» по охране границ территории аэропорта Палана, охране воздушных судов и объектов инфраструктуры аэропорта Палана (далее – Инструкция стрелку поста № 2) и Инструкция стрелку поста № 3 отделения «Палана» по охране склада ГСП и обеспечению пропускного и внутриобъектового режима (далее – Инструкция стрелку поста № 3). Все перечисленные документы согласованы с представителем заказчика.

Как указывает истец, реализуя право, предоставленное заказчику пунктом 3.2.1 договора, ФКП «Аэропорты Камчатки» организовало и провело проверку качества оказания услуг по защите и охране объекта, по результатам которой выявлен ряд нарушений ответчиком договорных обязательств, служебной документации, нормативно-правовых актов Российской Федерации, а именно:

1) 01.10.2019 и 02.10.2019 не обеспечивалось оказание услуг по защите и охране объектов аэропорта в объеме, предусмотренном условиями договора, что повлекло нарушение пунктов 1.1.1, 4.1.3, 4.1.4, 4.1.6 договора № 14/19, режима работы поста № 3 согласно приложению 2, положений Инструкции ПВР (пункты 1.5, 2.3, 2.6), Плана охраны (пункты 3, 4), Инструкции стрелку поста № 1 (пункты 1.4, 2.1, раздел 4).

В частности, 01.10.2019 на КПП № 1 в течение всего дня находился только один стрелок ФИО6 (стрелок поста № 3), а второй стрелок ФИО7 (стрелок поста № 1) на дневном дежурстве не присутствовал. 02.10.2019 стрелок поста № 1 ФИО8 покинул пост в 14 час. 40 мин., вернулся за телефоном в 14 час. 41 мин., снова покинул пост и более не возвращался;

2) нарушение пунктов 1.1.1, 4.1.3, 4.1.4, 4.1.6, 4.1.7, 4.1.17 договора № 14/19, положений Инструкции ПВР (пункты 1.3, 1.5, 2.3, 2.6, 2.12, 3.2, 3.4, 6.1, 7.1), Плана охраны, Инструкции стрелку поста № 3 (пункт 2.1, раздел 4), а также Федерального закона от 14.04.1999 № 77-ФЗ «О ведомственной охране» (далее – Закон № 77-ФЗ) (статья 12), Положения о ведомственной охране (пунктов 3, 11), Федеральных авиационных правил «Требования авиационной безопасности к аэропортам» (раздел 3 пункты 11, 14).

В частности, стрелок ФИО6 01.10.2019, покидая в 15 часов 38 минут КПП № 1, не запер проходную дверь согласно Инструкции ПВР (пункт 3.4), вследствие чего два физических лица, пытаясь пройти в контролируемую зону, беспрепятственно зашли в КПП, один из них зашел в караульное помещение на рабочее место стрелка, нажал на пульт управления турникета, после чего физические лица прошли на территорию аэропорта без проверки документов и вносимого имущества.

3) не осуществлялась охрана объектов в период ночного дежурства с 1 на 2 октября 2019 года, а также не осуществлялось патрулирование в течение 25 часов (в период между завершением патрулирования 01.10.2019 в 07 час. 00 мин. до следующего патрулирования в 08 час. 00 минут 02.10.2019), что является нарушением пунктов 1.1.1, 4.1.4, 4.1.6 договора № 14/19, Инструкции по ПВР (пункты 1.3, 1.5, 2.6, 2.12, 3.2), Плана охраны, Инструкции стрелку поста № 2 (раздел 4), Инструкции стрелку поста № 3 (раздел 4), Закона № 77-ФЗ (статья 12), Положения о ведомственной охране (пункты 3, 11), Федеральных авиационных правил «Требования авиационной безопасности к аэропортам» (пункты 11, 14 раздел 3).

Таким образом, истцом определены три группы выявленных нарушений, за каждое из которых предъявлено требование на основании пункта 7.9 договора № 14/19 об уплате штрафа в сумме по 518 700,37 руб. за каждый из трех фактов нарушений (5 % от цены договора), а всего – 1 556 101,11 руб.

Несогласие ответчика с выставленными претензиями от 14.10.2019 № 3440 и от 29.10.2019 № 3591 и отказ в оплате предъявленного штрафа послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Заключенный сторонами договор, в связи с ненадлежащим исполнением которого истец начислил спорные штрафы, относится к договору возмездного оказания услуг, правоотношения по которому регулируются главой 39 ГК РФ, положениями Закона № 44-ФЗ, а также общими положениями ГК РФ об обязательствах и договоре.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила главы 39 ГК РФ применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 названного Кодекса.

В силу положений статьи 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702-729) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779-782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ).

Предметом договора № 14/19 являются услуги по защите и охране объектов аэропорта от актов незаконного вмешательства.

Объем услуг по охране объектов, порядок контроля, организация охраны объектов определяются согласно пункту 2.1 договора нормативно-правовыми актами, действующими в сфере гражданской авиации, и нормативно-правовыми актами, регламентирующими деятельность ведомственной охраны Минтранса России.

Кроме того, в силу пункта 4.1.4 договора исполнитель обязан организовать и осуществлять защиту и охрану аэропорта в соответствии с действующими нормативными правовыми актами Российской Федерации, положениями договора, служебной документацией, разработанной исполнителем и согласованной заказчиком.

В силу статьи 12 Закона № 77-ФЗ работники ведомственной охраны обязаны: обеспечивать защиту охраняемых объектов от противоправных посягательств; осуществлять мероприятия по предупреждению нарушений пропускного и внутриобъектового режимов; пресекать преступления и административные правонарушения на охраняемых объектах; осуществлять поиск и задержание лиц, незаконно проникших на охраняемые объекты.

Порядок охраны аэропортов и объектов их инфраструктуры в целях обеспечения авиационной безопасности определены в Правилах охраны аэропортов и объектов их инфраструктуры, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 01.02.2011 № 42 (далее – Правила № 42), для целей применения которых под охраной аэропортов и объектов их инфраструктуры понимается комплекс мероприятий, обеспечивающих защиту аэропортов и объектов их инфраструктуры от актов незаконного вмешательства в деятельность гражданской авиации (пункт 1). Задачей в области охраны аэропортов и объектов их инфраструктуры является предотвращение несанкционированного прохода (проезда) лиц и транспортных средств, проноса оружия, взрывчатых веществ и других опасных устройств, предметов, веществ на территорию аэропортов (пункт 2). Охрана границ территории (далее – периметр) аэропорта осуществляется подразделениями ведомственной охраны Министерства транспорта Российской Федерации (пункт 4).

В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 11.10.2001 № 743 «Об утверждении Положения о ведомственной охране Министерства транспорта Российской Федерации» (далее – Положение № 743) основными задачами ведомственной охраны являются: 1) защита охраняемых объектов от противоправных посягательств; 2) обеспечение на охраняемых объектах пропускного и внутриобъектового режимов; 3) предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений на охраняемых объектах (пункт 3).

Согласно пункту 12 Положения № 743 планы охраны объектов, инструкции о пропускном и внутриобъектовом режимах, порядок приема и сдачи под охрану помещений (мест хранения материальных ценностей), наложения печатей и пломб на служебные помещения, сейфы, шкафы и другие хранилища разрабатываются и утверждаются руководителями охраняемых объектов по согласованию с руководителями обособленных подразделений ведомственной охраны.

По условиям договора № 14/19 (раздел 4) на ответчика возложена обязанность обеспечить в границах периметра аэропорта надлежащий пропускной и внутриобъектовый режим.

Понятие пропускного и внутриобъектового режима установлено в утвержденной истцом 15.06.2016 Инструкции ПВР, согласованной с ответчиком, согласно пункту 2 которой пропускной режим – совокупность правил и процедур допуска лиц и транспортных средств в контролируемую зону аэропорта и объекты предприятия. Пропускной режим обеспечивается путем: исключения возможности несанкционированного доступа физических лиц и транспортных средств на объекты и в контролируемую зону аэропорта; определения порядка допуска работников и транспорта аэропорта, пассажиров и членов экипажей, лиц сторонних организаций и их транспортных средств на объекты и в контролируемую зону аэропорта к воздушным судам и объектам; организации и осуществления досмотра работников авиапредприятия и всех лиц при допуске их в контролируемую зону аэропорта.

Согласно пункту 2.3 Инструкции ПВР для организации допуска в контролируемую зону физических лиц и автотранспорта в аэропорту имеются КПП № 1 и № 2, которые предназначены для допуска в контролируемую зону по разработанным в предприятии пропускам сотрудников аэропорта (предприятие), членов экипажа ВС, а также других лиц сторонних организаций и транспортных средств (с проведением процедур досмотра силами личного состава караула отделения Приморского филиала ФГУП «УВО Минтранса России» и сотрудниками службы авиационной безопасности).

В помещениях КПП оборудованы стенды с перечнем документов, удостоверяющих личность (приложение № 1), образцами действующих в аэропорту пропусков и удостоверений, а также образцами подписей руководящего состава, имеющего право подписи установленных пропусков (пункт 2.4).

Согласно пунктам 2.6, 7.1 Инструкции ПВР в целях обеспечения пропускного режима на КПП Приморского филиала ФГУП «УВО Минтранса России» организовано дежурство: ежедневно по регламенту аэропорта (дежурство в караульном помещении и посту охраны круглосуточно). Допуск сотрудников аэропорта осуществляется по постоянным пропускам. Допуск других лиц – по временным или разовым пропускам. Допуск по разовым пропускам осуществляется в сопровождении сотрудника службы, в которую прибыл посетитель. Допуск осуществляется с обязательной процедурой досмотра. Допуск в контролируемую зону через КПП осуществляется в соответствии с регламентом аэропорта с записью в журнале фактов прохода посетителей в зону транспортной безопасности и на критические элементы ОТИ (далее – журнал фактов прохода). Вне регламента работники аэропорта, лица сторонних организаций допускаются в контролируемую зону аэропорта с разрешения начальника аэропорта.

Согласно пункту 3.1 Инструкции ПВР внутриобъектовый режим – совокупность организационно-технических мероприятий и правил, направленных на обеспечение порядка передвижения лиц и транспортных средств в контролируемой зоне аэропорта, который устанавливается в целях исключения несанкционированного доступа на объекты и в контролируемые зоны аэропорта.

Для достижения целей внутриобъектового режима в аэропорту организовано патрулирование территории аэропорта по установленным маршрутам, периодичность обходов по установленным маршрутам устанавливается начальником подразделения вневедомственной охраны (пункт 3.3).

Согласно пункту 3 утвержденного ответчиком Плана охраны охрана объекта осуществляется круглосуточно силами отделения «Палана» команды «Камчатка» по 24-часовому сменному графику и 12-часовому сменному графику в количестве трех стрелков. Состав караула: 2 стрелка круглосуточно (24 часа), 1 стрелок на 12 часов в день.

Стрелок поста № 1 (в соответствии с пунктами 1.4, 2.1, 3.1, 4 Инструкции стрелку поста № 1, пунктом 4 Плана охраны) несет службу на КПП № 1 ежедневно с 08.00 до 20.00 и обеспечивает пропускной режим транспортных средств на территорию объекта, поддержание постоянной и устойчивой связи со стрелками второго и третьего поста и с персоналом аэропорта, отвечает за допуск в караульное помещение (КПП), работу технических средств охраны, при допуске персонала аэропорта, членов экипажа, посетителей и транспортных средств действует в строгом соответствии с Инструкцией ПВР, ведет регистрацию фактов прохода физических лиц сторонних организаций (проезда транспортных средств) через КПП в журнале фактов прохода и в журнале учета въезда (выезда) транспортных средств, осуществляет непрерывное наблюдение за охраняемым объектом и прилегающей территорией, исключает допуск посторонних, при допуске посетителей проверяет соответствие пропусков с имеющимися на КПП образцами, проверяет документы, удостоверяющие личность (допуск в контролируемую зону физических лиц осуществляется после проведенного досмотра сотрудником ГОАБ). Стрелку запрещается отлучаться из караульного помещения (КПП аэропорта) или помещения поста охраны (КПП № 2), кроме как в случае какого-либо происшествия или стихийного бедствия или патрулирования охраняемого объекта. При убытии из караульного помещения или поста охраны стрелок докладывает начальнику отделения (старшему смены), а старший смены производит запись в постовой ведомости с указанием времени убытия.

Стрелок поста № 2 (в соответствии с пунктом 4 Плана охраны, пунктами 1.5, 2.1, 4 Инструкции стрелку № 2) – стрелок подвижного поста, круглосуточный, когда не находится на маршруте патрулирования, дислоцируется в служебном помещении (КПП № 2), осуществляет патрулирование границ территории (периметр) аэропорта. При нахождении на КПП отвечает за допуск в помещение, работу технических средств охраны. В ходе патрулирования проводит осмотр объектов, принятых под охрану (периодичность обходов не менее 2 раз в сутки, время и результаты осмотра объектов записываются в постовую ведомость). Стрелку запрещается отлучаться из караульного помещения (КПП аэропорта), кроме как для патрулирования территории поста или в случае какого-либо происшествия или стихийного бедствия на охраняемых объектах. При убытии из караульного помещения или поста охраны для патрулирования стрелок производит запись в постовой ведомости с указанием времени убытия.

Стрелок поста № 3 (в соответствии с пунктом 4 Плана охраны, пунктами 1.4, 2.1, 4 Инструкции стрелку № 3) – круглосуточный, дислоцируется в служебном помещении КПП № 1, обеспечивает охрану склада ГСМ. При допуске персонала аэропорта, членов экипажа, посетителей и транспортных средств действует в строгом соответствии с Инструкцией ПВР. Осуществляет непрерывное наблюдение за охраняемым объектом и прилегающей территорией, исключает допуск посторонних. При осуществлении патрулирования территории склада ГСМ вносит соответствующие записи в журнал учета. Стрелку запрещается отлучаться из караульного помещения (КПП аэропорта), кроме как в случае какого-либо происшествия или стихийного бедствия на охраняемых объектах. При убытии из караульного помещения или поста охраны стрелок докладывает начальнику отделения (старшему смены), а старший смены производит запись в постовой ведомости с указанием времени убытия.

Проверяя обоснованность вменяемых истцом ответчику нарушений в части первого эпизода (необеспечение защиты и охраны объектов в объеме, предусмотренном условиями договора), суд установил следующее.

Истец утверждает, что 01.10.2019 на КПП № 1 в течение всего дня находился только один стрелок ФИО6 (стрелок круглосуточного поста № 3), а второй стрелок, ФИО7, (стрелок дневного поста № 1) на дневном дежурстве не присутствовал. Аналогичным образом 02.10.2019 не обеспечено присутствие в течение установленной дневной смены стрелка дневного поста № 1 ФИО8, который покинул пост в 14 час. 40 мин., вернулся за телефоном в 14 час. 41 мин. и снова покинул пост и дежурство и более не возвращался.

Исходя из вышеперечисленных требований Плана охраны, Инструкции ПВР и Инструкции стрелку поста № 1 стрелок дневного поста № 1 обязан осуществлять непрерывное дневное дежурство с 08.00 до 20.00. Данные обстоятельства ответчиком не оспаривались.

В подтверждение факта нарушения стрелками установленного режима дежурства истец ссылается лишь на записи с видеокамеры, установленной на КПП, которые обозревались с участием представителей сторон и свидетеля в судебном заседании.

Вместе с тем суд признает данные записи недостаточными и не являющимися безусловным доказательством отсутствия на посту стрелка ФИО7 в течение всего дежурства 01.10.2019, а стрелка ФИО8 – во второй половине дежурства 02.10.2019, поскольку суду (как и ответчику) представлены лишь короткие фрагментарные нарезки за различные периоды времени (а не непрерывная запись всего дня). При этом на записи видно только одно основное помещение, в то время как согласно пояснениям ответчика, которые не оспаривал истец, рядом имеется еще помещение серверной и помещение для приема пищи, которые не охватываются обзором видеокамеры.

Опрошенный в судебном заседании свидетель подтвердил факт нахождения ФИО7 и ФИО9 рабочем месте, пояснив, что в те периоды времени, за которые представлены фрагменты видеозаписи, стрелок мог находиться, в том числе, в помещении для приема пищи, откуда видны мониторы видеонаблюдения, или осуществлять патрулирование, что оговорено Инструкцией стрелку поста № 1. Факт прибытия стрелков на дежурство подтверждается отметкой в журнале о выдаче спецсредств, записи и подписи в котором истцом не оспорены. График несения службы отражен в постовых ведомостях за 01.10.2019 и 02.10.2019, на основании которых, как пояснил свидетель, осуществляется учет рабочего времени для начисления заработной платы.

С учетом приведенных обстоятельств и пояснений свидетеля представленные в качестве доказательства видеофрагменты не выдерживают критики и не могут служить безусловным и достаточным основанием для утверждения об отсутствии на посту стрелка ФИО7 в течение всего дежурства 01.10.2019, а стрелка ФИО8 – во второй половине дежурства 02.10.2019.

К представленным в материалы дела объяснительным сотрудников истца с учетом их одностороннего характера и во взаимосвязи с вышеприведенными обстоятельствами суд относится критически, и поскольку истец достаточными, относимыми и допустимым доказательствами не опроверг пояснения свидетеля и представленные ответчиком документы, фиксирующие прибытие и присутствие ФИО7 и ФИО8 на рабочем месте, а короткие фрагментарные записи не являются безусловным доказательством отсутствия на рабочем месте в течение всего дежурства, суд признает данное нарушение, вменяемое ответчику, недоказанным.

В то же время представленными в дело доказательствами, в том числе фрагментом записи видеокамеры и пояснениями свидетеля ФИО5 подтверждается убытие стрелка ФИО8 из караульного помещения с целью приема пищи за пределами охраняемого объекта на период времени не менее часа.

Как пояснил свидетель, он отпустил ФИО8 на обед за пределы охраняемого объекта, поскольку на КПП в помещении серверной проводились ремонтные работы, что препятствовало доступу в помещение для приема пищи.

Вместе с тем пунктом 4 Инструкции стрелку поста № 1 установлен запрет отлучаться из караульного помещения кроме как в случае какого-либо происшествия или стихийного бедствия или патрулирования охраняемого объекта. Данная Инструкция (как и Инструкции иным стрелкам, и Инструкция ПВР) не дает стрелку права покидать охраняемый объект по иным причинам, в том числе и для приема пищи, исходя из специфики охраняемого объекта и объема функциональных обязанностей стрелков, а также согласованных сторонами условий о том, что в период времени с 08.00 до 20.00 охрана объекта будет осуществляться тремя стрелками, в том числе 2 – круглосуточных и 1 – дневной.

Данные требования предусмотрены не только условиями договора, но и непосредственно документацией разработанной самим ответчиком (План охраны, Инструкции стрелкам).

При изложенных обстоятельствах суд признает установленным факт необеспечения ответчиком оказания услуг по защите и охране объектов аэропорта 02.10.2019 в объеме, предусмотренном условиями договора и требованиями разработанными для выполнения договора инструкций и Плана охраны.

Проверяя обоснованность вменяемых истцом ответчику нарушений в части второго эпизода (пропуск лиц без надлежащей проверки полномочий), суд установил следующее.

На представленной суду видеозаписи видно, как стрелок ФИО6 01.10.2019 покидает в 15 часов 38 минут КПП № 1 и затем в помещение входят два физических лица, один из которых зашел в караульное помещение на рабочее место стрелка, нажал на пульт управления турникета, после чего оба прошли на территорию аэропорта.

Свидетель ФИО5 относительно данного видеофрагмента пояснил, что на территорию прошли сотрудники «Аэронавигации» с оформленными пропусками, которые стрелок проверил не в самом КПП, а стоя на улице возле КПП. Суду представлены постоянные пропуска на имя ФИО10 и ФИО11, которые, как утверждает ответчик, и есть те двое человек, прошедшие через КПП.

Вместе с тем, изучив журнал фактов прохода, суд установил, что в исследуемую дату согласно записи в журнале отмечен проход только ФИО10 (время прибытия 7.30, время убытия 18.00). Учитывая, что фрагмент записи фиксирует проход в 15 часов 38 минут, следует вывод, что стрелком ненадлежащим образом выполнялся учет пропуска лиц на охраняемую территорию, поскольку из отраженного времени видно, что ФИО10 покидал территорию аэропорта и снова возвращался, однако данные обстоятельства не нашли отражения в журнале. Кроме того, факт прохода на территорию ФИО12 вообще не отражен в журнале, что является явным нарушением Инструкции ПВР и Инструкции стрелку поста № 3, а также Правил № 42.

То обстоятельство, что согласно фрагменту записи с видеокамеры, который ответчик не оспаривал, проход указанными лицами осуществлен путем самостоятельного нажатия пульта управления турникета, а также что в нарушение инструкций стрелок не сличил пропуска и личности с пропусками, размещенными внутри помещения КПП, суд также признает нарушением установленного порядка охраны.

Доводы ответчика о том, что пропуска были проверены на улице, суд находит безосновательными, поскольку требуемый порядок устанавливает обязательное сличение пропусков с образцами, размещенными на стенде в КПП, а также необходимость досмотра (при том, что в руках у прошедших лиц были объемные предметы).

Суд отклоняет доводы ответчика, что досмотр вправе осуществлять только уполномоченные на то сотрудники истца, однако обязанность присутствовать на посту для досмотра ими не выполнялась. Доказательств тому, что стрелки принимали меры к вызову на КПП указанных сотрудников для целей досмотра, суду не представлено.

Более того, в материалах дела имеется письмо от 11.11.2019, адресованное начальником команды «Камчатка» директору Приморского филиала ответчика, в котором указывается, что по факту прохода физических лиц 01.10.2019 со стрелками проведен дополнительный инструктаж, что также подтверждает признание ответчиком данного нарушения. Представитель ответчика в судебном заседании на вопрос суда относительно неполной фиксации фактов прохода также подтвердил, что данное обстоятельство явилось упущением стрелка.

При изложенных обстоятельствах суд признает установленным факт невыполнения ответчиком условий договора и ранее перечисленных требований инструкций, Плана охраны, Правил № 42, устанавливающих порядок организации прохода на охраняемую территорию лиц сторонних организаций.

Относительно третьего вменяемого ответчику эпизода, включающего в себя два нарушения (не осуществлялась охрана объектов в период ночного дежурства с 1 на 2 октября 2019 года, а также не осуществлялось патрулирование в течение 25 часов), суд приходит к следующему выводу.

По факту отсутствия охраны в ночное время суд признает доводы истца недоказанными, поскольку, как и в случае с первым эпизодом, в подтверждение данного обстоятельства суду представлены лишь короткие фрагментарные нарезки по 1-2 минуты каждый час, что в совокупности с пояснениями свидетеля, доказанным фактом неполного обзора видеокамерой всех помещений КПП и в отсутствие иных относимых и допустимых доказательств не подтверждает отсутствие ФИО6 на ночном дежурстве.

Вместе с тем изучив журнал учета результатов патрулирования, суд находит обоснованным утверждение истца о том, что в период с 07 час. 00 мин. 01.10.2019 до 08 час. 00 минут 02.10.2019 (то есть 25 часов) патрулирование не осуществлялось, что является нарушением Инструкции стрелку поста № 2 (круглосуточный), устанавливающей обязательный обход не менее 2 раз в сутки.

Ответчик факта невнесения записи не оспаривал, однако утверждает, что факт осуществления обхода подтверждается суточной оперативной сводкой. Вместе с тем изучив данный документ, суд не усмотрел, а представитель ответчика не смог пояснить, каким образом данная сводка подтверждает обстоятельства осуществления обхода и что означают отраженные в сводке сведения. Указание в сводке в графе «проверки, выявленные недостатки, нарушения, происшествия, задержания» времени «08.00, 13.00» не является безусловным доказательством, что данным образом в журнале зафиксирован именно факт обхода. При этом обязанностью стрелка является осуществление обхода с занесением данного факта в постовую ведомость, однако данный документ суду не представлен, а журнал учета патрулирования содержит иные сведения.

При изложенных обстоятельствах суд признает доказанным неисполнение ответчиком обязанности по осуществлению патрулирования не менее 2 раз в сутки в указанную дату.

Таким образом, по совокупности представленных доказательств, пояснений сторон, показаний свидетеля, суд приходит к выводу о том, что доказанными и установленными являются три нарушения, допущенные ответчиком в октябре 2019 года при исполнении договора № 14/19, а именно:

1) необеспечение оказания услуг по защите и охране объектов аэропорта 02.10.2019 в объеме, предусмотренном условиями договора и требованиями разработанных инструкций и Плана охраны (ввиду оставления стрелком ФИО8 охраняемого объекта на период не менее одного часа);

2) нарушение порядка организации прохода на охраняемую территорию лиц сторонних организаций;

3) невыполнение обязанности по обходу охраняемой территории не менее двух раз в сутки (зафиксированное отсутствие обхода в течение 25 часов).

В остальной части доводы истца по фактам выявленных нарушений суд в порядке статьи 65 АПК РФ признает недоказанными.

Представленный истцом акт контроля оказания услуг от 04.10.2019 не является доказательством выявленных нарушений, поскольку исходя из его содержания, он фиксирует проверку, имевшую место с 3 по 4 октября 2019 года, в то время как ответчику вменяются нарушения, допущенные в иные даты. Также суд не принимает приложенные служебные записки специалиста САБ, поскольку, как уже отмечалось ранее, они носят односторонний характер, ответчику не направлялись, представлены спустя значительное время после начала судебного разбирательства по настоящему делу и при этом в совокупности с служебными записками, представленными ответчиком, содержат противоречащую друг другу информацию по одним и тем же обстоятельствам. К служебным запискам, представленным ответчиком, суд также относится критически ввиду их одностороннего характера и идентичности по содержанию отдельных изложенных фрагментов в пояснениях различных лиц, вплоть до пунктуационных ошибок и лексических оборотов.

При этом суд отклоняет доводы ответчика о недопустимости применения к правоотношениям сторон Инструкции ПВР вследствие ее согласования со стороны ответчика неуполномоченным лицом, поскольку, как верно отметил представитель истца, ранее применение этой Инструкции со стороны ответчика возражений не вызывало, в том числе при рассмотрении дела № А24-5629/2018 по аналогичному договору, где судами давалась оценка действиям ответчика на предмет их соответствия данной инструкции, однако ответчик возражений этому при обжаловании судебных актов не заявлял.

При этом суд полагает необходимым отметить, что заявление возражений о применении Инструкции ПВР в рассматриваемом случае свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика (статья 10 ГК РФ), поскольку инструкция утверждена и согласована с ответчиком в июне 2016 года, причем согласована с лицом, полномочия которого явствовали из обстановки (статья 182 ГК РФ), применялась к моменту судебного разбирательства длительный период времени, ранее обоснованность ее применения не подвергалась сомнениям и не оспаривалась, в том числе при рассмотрении другого дела. В свою очередь, пункт 5 статьи 166 ГК РФ устанавливает, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. В рассматриваемом случае длительное применение Инструкции ПВР, согласованной с лицом, полномочия которого явствовали из обстановки, отсутствие возражений на ее применение со стороны ответчика, который владел информацией о согласованной инструкции, давали основания истцу полагаться на действительность данного документа и его согласование с уполномоченным на то лицом.

Более того, текст Инструкции ПВР в части основных обязанностей нашел свое отражение в инструкциях, разработанных самим ответчиком для стрелков постов №№ 1-3. Требования инструкции согласуются с Правилами № 42 и иными нормативными актами в области осуществления вневедомственной охраны.

Доводы ответчика о нарушении истцом порядка фиксации нарушений, в том числе несоставление акта проверки, который должен быть предъявлен ответчику, уклонение от допуска сотрудников ответчика к просмотру полной видеозаписи, уничтожение полной видеозаписи до момента предоставления ее ответчику, суд находит заслуживающими внимания, однако с учетом установленных обстоятельств не влияющими на выводы суда. В частности, в качестве доказательства судом признан только тот видеофрагмент, который признан ответчиком (факт убытия ФИО8 на обед). Остальные фрагменты видеозаписей суд в качестве доказательства не принял. То обстоятельство, что ответчику не вручен акт проверки, также не влияет на выводы суда об установленных нарушениях, часть из которых ответчиком не оспаривалась, и, исходя из отсутствия в договоре условия об обязательном направлении ответчику акта проверки (пункт 3.2.1 указывает на необходимость направления претензии, а не акта), не свидетельствует о неправомерности требований истца в установленной и доказанной части.

Довод ответчика о том, что истцом подписан без возражений акт от 31.10.2019 № 1145 за услуги охраны, оказанные в октябре 2019 года, суд также находит безосновательным, поскольку подписание акта не лишает заказчика права при наличии нарушений условий соглашения со стороны исполнителя требовать уплаты предусмотренного договором штрафа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно части 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

Как указано в части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (в частности, Правилами № 1042).

Пунктом 7.9 договора № 14/19 в редакции протокола разногласий от 20.02.2019 установлено, что за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных договором, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных договором, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы в размере 5% цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей включительно.

Таким образом, в договоре штраф определен как процент цены контракта (этапа), и ответчик считает, что договором предусмотрены этапы его исполнения, а потому штраф не может превышать процента этапа исполнения договора, как это предусмотрено в подпункте «а» пункта 3 Правил № 1042.

Истец, в свою очередь, считает, что договором не предусмотрены этапы его исполнения. Ежемесячная оплата оказанных услуг об обратном не свидетельствует.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 94 Закона № 44-ФЗ исполнение контракта включает в себя комплекс мер, реализуемых после заключения контракта и направленных на достижение целей осуществления закупки путем взаимодействия заказчика с поставщиком (подрядчиком, исполнителем) в соответствии с гражданским законодательством и Законом № 44-ФЗ, в том числе оплату отдельных этапов исполнения контракта, приемку отдельных этапов выполнения работы, предусмотренных контрактом.

Закон № 44-ФЗ не содержит исчерпывающего содержания понятия этапа исполнения контракта, а потому во избежание возникновения спорных ситуаций в правоприменении Министерство финансов Российской Федерации в письмах от 06.06.2017 № 09-04-04/35157 и от 05.03.2018 № 24-03-07/14504, а также Федеральное казначейство в письме от 30.05.2014 № 42-5.7-09/5 в пределах своей компетенции дали разъяснение понятию «этап исполнения контракта», которым по длящимся договорам является период времени, завершающийся приемкой заказчиком исполнения, произведенного исполнителем (в том числе ежемесячная, ежеквартальная или иная этапность оплаты).

Письмом Минэкономразвития России от 23.01.2017 № Д28и-339 также разъяснено, что в случае если в соответствии с условиями заключенного контракта осуществляется поставка товаров, выполнение работ, оказание услуг длящегося характера, если условиями контракта этапы его исполнения не предусмотрены, но приемка и оплата производится в определенные промежутки времени (например, ежемесячно или ежеквартально), то в данном случае приемка, оплата также являются отдельными этапами исполнения контракта.

Проанализировав содержание договора № 14/19, суд установил, что согласно пунктам 6.3, 6.6 договора оплата услуг производится заказчиком ежемесячно в безналичном порядке путем перечисления сумм, указанных в приложении № 7, по фактическому предоставлению услуги до 18 числа месяца, следующего за месяцем фактического оказания услуг.

При этом основанием для проведения расчетов является акт оказанных услуг, подписанный сторонами договора (пункт 6.4).

Пунктом 6.5 договора установлена обязанность исполнителя ежемесячно до последнего числа текущего месяца предоставлять заказчику акт оказанных услуг и счет-фактуру. Последним днем оказания охранных услуг Исполнителем за месяц считается последнее число текущего месяца.

Заказчик при получении от исполнителя акта оказанных услуг обязан его рассмотреть и подписать не позднее трех дней с момента получения. В случае неполучения от заказчика подписанного акта оказанных услуг и мотивированного отказа в течение 10 дней после получения акта оказанных услуг заказчиком, услуги считаются выполненными в полном объеме (пункт 6.7).

Таким образом, договор № 14/19 предусматривает этапы его исполнения с требованием обязательного фиксирования завершения отдельного его этапа (окончания очередного месяца) актом оказания услуг. В связи с чем суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что размер штрафа должен исчисляться не от всей цены договора, а от стоимости услуг в месяц, то есть от суммы 1 037 400,74 руб.

Вместе с тем, как видно из формулировки пункта 7.9 договора № 14/19 в редакции протокола разногласий от 20.02.2019, стороны согласовали, что размер штрафа устанавливается в размере 5% цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей включительно.

По смыслу статьи 332 ГК РФ кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон. Размер законной неустойки может быть увеличен соглашением сторон, если закон этого не запрещает.

В пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что если размер неустойки установлен законом, то в силу пункта 2 статьи 332 ГК РФ он не может быть по заранее заключенному соглашению уменьшен, но может быть увеличен, если такое увеличение законом не запрещено.

В соответствии с пунктом 2 Правил № 1042, если контрактом предусмотрены этапы исполнения контракта, то размер штрафа устанавливается как процент этапа исполнения контракта, что во взаимосвязи с пунктом 3 Правил № 1042 позволяет прийти к выводу, что при цене этапа до 3 млн. руб., размер штрафа устанавливается в размере 10 процентов от цены этапа.

В данной связи суд признает установленный пунктом 7.9 договора № 14/19 размер штрафа 5 % применительно к стоимости этапа противоречащим императивным требованиям Закона № 44-ФЗ и Правил № 1042, поскольку такой размер применим лишь при стоимости этапа от 3 до 50 млн. руб., в то время как ежемесячная стоимость услуг по договору № 14/19 составляет менее 3 млн. руб., а стороны не вправе устанавливать размер неустойки меньше, чем это предусмотрено законом.

Произведя самостоятельный расчет, суд установил, что размер штрафа за одно нарушение применительно к спорным правоотношениям составляет 103 740,074 руб. (1 037 400,74 руб. х 10%).

Поскольку судом признаны установленными три нарушения ответчика, допущенные в октябре 2019 года при исполнении договорных обязательств, размер обоснованного штрафа по совокупности доказанных нарушений составляет 311 220,22 руб. (103 740,074 руб. х 3), в связи с чем требования истца подлежат удовлетворению в указанном размере.

Доводы ответчика о необходимости применения при определении порядка исчисления штрафа пункта 6 Правил № 1042 суд находит необоснованными, поскольку в рассматриваемом случае предметом исполнения контракта являются охранные услуги, которые имеют стоимостное выражение (цена за услуги в месяц), а следовательно, при установлении факта их ненадлежащего оказания штраф исчисляется по правилам пунктов 2, 3 Правил № 1042. В рассматриваемом случае судом установлено три факта ненадлежащего исполнения ответчиком в октябре 2019 года обязательств по оказанию услуг охраны, выразившихся в различных действиях (бездействии), и за каждый из выявленных фактов в соответствии с условиями договора и положениями Правил № 1042 подлежит уплате штраф, исходя из стоимости охранных услуг за месяц.

Рассмотрев заявление ответчика о снижении размера штрафа в порядке статьи 333 ГК РФ, суд не находит оснований для применения данной правовой нормы и удовлетворения заявления ответчика ввиду недоказанности факта несоразмерности установленного штрафа последствиям нарушения обязательства.

В обоснование довода о чрезмерности неустойки ответчик указывает на отсутствие потерь кредитора, что свидетельствует об отсутствие субъективного права, подлежащего защите. Вместе с тем по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (статья 330 ГК РФ).

Доводы ответчика о злоупотреблении истцом правом (статья 10 ГК РФ) также не нашли своего подтверждения по материалам дела.

С учетом изложенных обстоятельств суд признает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика 311 220,22 руб. штрафа, а в удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

Понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению ему за счет ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований, то есть в сумме 5 712 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Управление ведомственной охраны Министерства транспорта Российской Федерации» в пользу федерального казенного предприятия «Аэропорты Камчатки» 311 220,22 руб. неустойки и 5 712 руб. расходов по оплате государственной пошлины, а всего – 316 932,22 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.


Судья О.А. Душенкина