Постановление от 16 ноября 2022 г. по делу № А20-410/2021

909/2022-60905(1)



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-410/2021
г. Краснодар
16 ноября 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2022 года. Постановление в полном объеме изготовлено 16 ноября 2022 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Денека И.М. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Кабардино-Балкарского отделения № 8631 – ФИО1 (доверенность от 18.03.2022), ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 02.07.2021), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Кабардино-Балкарского отделения № 8631 на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 22.03.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2022 по делу № А20-410/2021 (Ф08-11047/2022), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО5 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил: признать недействительным договор об отступном от 02.06.2020, заключенный должником, ФИО6 и ФИО2; применить последствия недействительности сделки в виде истребования у ФИО7 следующего недвижимого имущества: земельный участок площадью 497 кв. м с кадастровым номером 07:09:0104013:25, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – под жилую застройку индивидуальную, расположенный по адресу: <...>; жилой дом общей площадью 434,5 кв. м с кадастровым номером 07:09:0104013:118, назначение – жилое, этажность – 2, в том числе


подземных 1, расположенный по адресу: <...>; земельный участок площадью 519 кв. м с кадастровым номером 07:09:0104013:78, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – под жилую застройку индивидуальную, расположенный по адресу: <...>.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО2 и ФИО7

Определением суда от 22.03.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 29.07.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ПАО «Сбербанк России» (далее – банк) просит отменить определение и апелляционное постановление, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований финансового управляющего. Податель жалобы указывает, что спорная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку должник в преддверии банкротства целенаправленно осуществлял вывод принадлежащего ему имущества в пользу третьих лиц. На момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности. Суды не проверили наличие у ФИО2 денежных средств в размере 17 млн рублей, которые переданы в качестве займа должнику и ФИО6; не дали оценку действиям сторон спорной сделки с на предмет их добросовестности; не проверили фактическую передачу денежных средств по договору займа и финансовое положение кредитора.

В отзыве финансовый управляющий и ФИО8 поддержали доводы кассационной жалобы, просили отменить принятые по обособленному спору судебные акты, удовлетворить требования финансового управляющего в полном объеме.

В отзыве ФИО2 и ФИО7 просили отказать банку в удовлетворении жалобы, оставить судебные акты без изменения.

В судебном заседании представитель банка настаивал на доводах кассационной жалобы.

Представитель ФИО2 возражал против ее удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, в рамках осуществления полномочий финансовый управляющий установил, что в собственности у должника имелись следующие объекты недвижимого имущества: земельный участок площадью 497 кв. м с кадастровым номером


07:09:0104013:25, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – под жилую застройку индивидуальную, расположенный по адресу: <...>; жилой дом общей площадью 434,5 кв. м с кадастровым номером 07:09:0104013:118, назначение – жилое, этажность – 2, в том числе подземных 1, расположенный по адресу: <...>; земельный участок площадью 519 кв. м с кадастровым номером 07:09:0104013:78, категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – под жилую застройку индивидуальную, расположенный по адресу: <...>.

Согласно договору займа денег с залоговым обеспечением от 01.08.2019 (далее – договор займа) ФИО2 (заимодавец, залогодержатель) предоставил ФИО6 и должнику (заемщики, залогодатели) заем на сумму 17 млн рублей сроком до 01.08.2020.

Договор составлен и удостоверен ФИО9, нотариусом Нальчикского нотариального округа Кабардино-Балкарской Республики, зарегистрирован в реестре № 07/85-н/07-2019-2-856.

В целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по договору займа заемщики предоставили в залог принадлежащее им на праве собственности указанное имущество.

В пункте 1 договора займа указано, что 17 млн рублей переданы до подписания договора займа с залоговым обеспечением (вне нотариальной конторы).

02 июня 2020 года стороны заключили дополнительное соглашение к договору займа, согласно которому срок возврата займа, установленный по договору займа, сокращается до 02.06.2020. В качестве обоснования причин сокращения срока возврата займа указано: «в связи с невозможностью выплаты денежных средств, по указанному договору займа».

02 июня 2020 года стороны также заключили договор об отступном от 02.06.2020 (далее – договор об отступном), по условиям которого должник и ФИО6 передали в виде отступного в собственность ФИО2 земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: <...>, а также земельный участок, находящийся по адресу: <...>. Передача в виде


отступного производится с целью погашения долга в сумме 17 млн рублей, согласно договору займа.

23 июня 2020 года ФИО2 на основании договора купли-продажи произвел отчуждение спорных земельных участков с жилым домом в пользу ФИО7 за 20 млн рублей.

Полагая, что договор об отступном заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из недоказанности совокупности условий, позволяющих признать спорный договор об отступном недействительной сделкой. Суды исходили из доказанности реальности исполнения заключенных сторонами сделок, а также указали на отсутствие у сторон каких-либо целей, направленных на лишение кредиторов возможности исполнения должником взятых на себя перед ними обязательств.

Вместе с тем суды не учли следующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63), в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 названного Закона может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).


В пункте 1 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что по правилам главы III.1 данного Закона могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В пункте 6 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено: согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При определении наличия признаков


неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер. Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – Гражданский кодекс).

Как следует из материалов дела, спорная сделка совершена 02.06.2020, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (заявление о признании должника банкротом принято судом 04.02.2021).

Суды, проанализировав договор займа, дополнительное соглашение к нему и соглашение об отступном, пришли к выводу об отсутствие совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной. Вместе с тем указанные выводы судов не соответствуют материалам дела, сделаны при неполном исследовании обстоятельств.


Так, делая вывод о реальности договора займа, со ссылкой на представленную сторонами расписку, судами не обоснованно не приняты во внимание разъяснения, изложенные в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которым расписка не является достаточным доказательством исполнения денежных обязательств.

Судами при оценке доводов о наличии у ФИО2 финансовой возможности для предоставления должнику и ФИО6 заемных средств в размере 17 млн рублей принято во внимание получение ФИО2 от ФИО10 денежных средств в размере 25 млн рублей по договору займа от 27.07.2019.

При этом судами не дана оценка целесообразности действий ФИО2 при заключении с должником договора займа на 17 млн рублей в отсутствие у него личных сбережений для передачи их должнику, не исследованы обстоятельства наличия (отсутствие) финансовой возможности у ФИО10 для передачи ФИО2 25 млн рублей; не направлены запросы в налоговый орган в целях подтверждения дохода указанных лиц за период предшествующий заключению договоров займа, в кредитные учреждения для получения выписок по расчетным счетам.

Вывод судов об отсутствие у сторон сделки признаков аффилированности также сделан при неполном исследовании обстоятельств, принимая во внимание не раскрытие ФИО2 мотивов и обстоятельств, побудивших его предоставить займ в размере 17 млн рублей лицу, с которым, как указал апелляционный суд, его не связывают ни родственные, не профессиональные отношения, учитывая также то обстоятельство, что для предоставления должнику заемных средств ФИО2 необходимо было получить заем у ФИО10 Судами также не исследованы обстоятельства возврата ФИО2 денежных средств по договору займа от 27.07.2019.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии между должником и ответчиком правоотношений, возникших из договора займа, не представлены доказательства реальности заемных отношений и фактической передачи ФИО2 должнику денежных средств в размере 17 млн рублей, вывод судов о реальности договора займа от 01.08.2019, является преждевременным, сделан при неполном исследовании фактических обстоятельств.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника ссылался на то, что заключение должником, ФИО6 и ФИО2 дополнительного соглашения к договору займа и договора об отступном в один день свидетельствует не о воле сторон к возврату полученного займа, а о направленности


действий данных лиц на переоформление имущества должника на третьих лиц с целью лишения кредиторов исполнения должником взятых на себя перед ними обязательств.

Из содержания обжалуемых судебных актов в рамках обособленного спора видно, что суды не исследовали целесообразность отчуждения всего принадлежащего должнику имущества (активов) на основании спорного договора об отступном, а также не дали оценку доводам финансового управляющего о наличии в действиях указанных лиц умысла к выводу имущества должника. При этом доказательства фактической неплатежеспособности второго заемщика по договору займа – ФИО6 на момент заключения спорного договора об отступном в материалы дела не представлены. Кроме того, суды необоснованно уклонились от исследования вопроса добросовестности поведения сторон при заключении оспариваемого договора об отступном от 02.06.2020 в условиях признания должником своей неплатежеспособности в дополнительном соглашении от 02.06.2020 к договору займа (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), а также при наличии у должника на дату совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств.

В нарушение требований статей 71, 168 и 170 Кодекса суды уклонились от проверки доводов финансового управляющего о мнимости (притворности) договора займа, не исследовали и не оценили в совокупности и взаимосвязи представленные управляющим документы и пояснения сторон, ограничившись общей ссылкой на отсутствие совокупности обстоятельств для признания соглашения об отступном, заключенного во исполнение договора займа, недействительной сделкой.

Более того, судами не учтено, что помимо сделки, оспариваемой в рамках настоящего обособленного спора, должником в указанный период произведено отчуждение большей части, принадлежащего ему ликвидного имущества:

- 01.08.2019 на основании договора купли-продажи ФИО4 и ФИО6 передали ФИО2 недвижимое имущество – квартиру общей площадью 119,8 кв.м,;

- 19.03.2020 на основании договора купли-продажи ФИО4 передал ФИО11 недвижимое имущество – земельный участок общей площадью 2110 кв.м, жилой дом, общей площадью 363,4 кв.м;

- 01.08.2019 на основании договора купли-продажи ФИО4 и ФИО6 передали ФИО12, от имени которого действовал ФИО2 недвижимое имущество – квартиру общей площадью 129,7 кв.м;


- 01.08.2019 на основании договора купли-продажи ФИО4 и ФИО6 передали ФИО12, от имени которого действовал ФИО2 недвижимое имущество в виде встроенного нежилого помещения Кафе-Бар;

- 01.08.2019 на основании договора купли-продажи ФИО4 и ФИО6 передали ФИО2 недвижимое имущество – квартиру общей площадью 73,3 кв.м;

- 02.06.2020 на основании договора купли-продажи ФИО4 передал ФИО13 транспортное средство марки Mercedes-Bens S 450, 2008 г.в.;

- 20.03.2018 на основании договора купли-продажи ФИО4 передал ФИО8 транспортное средство марки Mercedes-Bens GL500 4 Matic, 2014 г.в.;

- 22.06.2020 на основании договора купли-продажи ФИО4 передал ФИО14 транспортное средство марки Mercedes-Bens Е 200, 2019 г.в.;

- 28.06.2020 на основании договора купли-продажи ФИО4 и ФИО6 передали ФИО15 транспортное средство марки Mercedes-Bens S-320, 2008 г.в.

Все вышеуказанные сделки, в настоящее время, оспариваются в рамках дела о банкротстве ФИО4

С учетом изложенного, принимая во внимание, что доводы финансового управляющего надлежащим образом судами нижестоящих инстанций не оценены, обстоятельства жалобы не исследованы, суд кассационной инстанции полагает вывод судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований преждевременным.

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения жалобы суд кассационной инстанции вправе отменить решение (определение) и апелляционное постановление и направить дело на новое рассмотрение, если выводы, содержащиеся в обжалуемых актах, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Основаниями для отмены судебных актов в суде кассационной инстанции являются несоответствие выводов фактическим обстоятельствам, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 Кодекса).

Поскольку в силу требований части 2 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по установлению дополнительных обстоятельств и исследованию доказательств, дело следует направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики.


При новом рассмотрении суду необходимо учесть изложенное, установить все существенные для разрешения спора обстоятельства, исследовать представленные доказательства, дать оценку доводам (возражениям) лиц, участвующих в деле. Спор следует разрешить при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 22.03.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2022 по делу № А20-410/2021 отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.О. Резник Судьи И.М. Денека С.М. Илюшников