Постановление от 25 февраля 2026 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-38195/2022
г. Краснодар
26 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 14.12.2024), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 15.09.2025), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего ФИО5 – ФИО6 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.10.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2025 по делу № А53-38195/2022, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО6 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи от 28.07.2021 заключенного должником и ФИО3, и договора купли-продажи от 21.12.2021 заключенного ФИО3 и ФИО1, применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу земельного участка, с кадастровым номером 61:44:0020502:5160, расположенного по адресу: <...>.

Определением суда от 03.10.2025, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 05.12.2025, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит обжалуемые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Податель жалобы указывает, что по сведениям, представленным ППК «Роскадастр» от 30.11.2023, на основании решения о сносе от 22.06.2021, акта обследования кадастрового инженера, выписки из ЕГРН от 09.06.2021 и заявления от 30.06.2021 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области 06.07.2021 осуществлено снятие с учета принадлежавшего должнику двухэтажного жилого здания к/н 61:44:0020502:4301, площадью 273,2 кв.м., расположенного по адресу г. Ростов-на-Дону, СНТ «Виноградарь» 442, год завершения строительства указанного объекта недвижимости: 2015, кадастровая стоимость по состоянию на 2015 год: 12 200 724 рубля 06 копеек; решение собственника о сносе жилого здания с кадастровым номером 61:44:0020502:4301 подписано 22.06.2021 представителем должника по доверенности ФИО7, которому, согласно доверенности от 16.06.2021 № 61АА8078698, предоставлены права на представление интересов во всех учреждениях и организациях г. Ростова-на-Дону и Ростовской области по вопросу сбора всех документов, необходимых для оформления договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 61:44:0020502:331 и жилого дома с кадастровым номером 61:44:0020502:4301, расположенных по адресу: г. Ростов-на-Дону, СНТ «Виноградарь» 442, права на осуществление сноса жилого дома ФИО7 указанной доверенностью не предусмотрены; содержание доверенности от 16.06.2021 № 61АА8078698 свидетельствует о существовании на дату ее оформления жилого дома с кадастровым номером 61:44:0020502:4301; в материалах дела отсутствуют доказательства отсутствия на спорных земельных участках двухэтажного жилого дома на дату совершения первой сделки из цепочки оспариваемых сделок; сторонами не представлены относимые, допустимые и достаточные доказательства осуществления ФИО1 строительства имеющегося на участке жилого дома, такие как несение расходов на приобретение строительных материалов в соразмерном для строительства двухэтажного жилого дома в размере и в период с 2021 по 2024 годы, оплату строительных бригад для осуществления строительства объекта недвижимости; ретроспективные панорамы улиц на электронных сервисах Яндекс Карты и Гугл Карты не могут быть признаны относимыми и допустимыми доказательствами отсутствия строений на спорном земельном участке на дату его приобретения ФИО1

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражал против доводов финансового управляющего.

В судебном заседании представители ФИО3, ФИО1 возражали против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просили судебные акты оставить без изменения.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие ее заявителя, иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, ПАО Сбербанк обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом). Определением от 11.10.2022 заявление принято к производству суда, возбуждено дело банкротстве.

Определением суда от 07.06.2023 указанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО6 Сведения о введении процедуры опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 17.06.2023 № 107 (7552).

Решением суда от 02.11.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим утвержден ФИО6 Сведения о введении процедуры опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.11.2023 № 215 (7660).

28 июля 2021 года должник (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили договор купли-продажи, согласно которому продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 686 кв. м с кадастровым номером 61:44:0020502:331, расположенный по адресу: г. Ростов-на-Дону, Первомайский район, СНТ «Виноградарь», 442. Согласно пункту 3 договора стоимость земельного участка составила 1 900 тыс. рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

21 декабря 2021 года указанный земельный участок отчужден ФИО3 по договору купли-продажи в пользу ФИО1, стоимость участка определена сторонами в размере 2 050 тыс. рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (пункт 3 договора).

Полагая, что заключение спорных договоров купли-продажи является цепочкой притворных сделок, прикрывающих сделку по безвозмездному выводу активов должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление Пленума № 63), и исходили из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделок недействительными.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств), совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение, предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах. При этом не требуется доказывать факты, указывающие на недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9 постановления Пленума № 63).

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления Пленума № 63).

Поскольку предметом сделок являлось недвижимое имущество (земельный участок), переход права собственности на которое подлежит государственной регистрации, установив, что государственная регистрация совершена с 19.11.2021 по 29.12.2021, в то время как дело о банкротстве должника возбуждено 11.11.2022, т.е. оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса (пункт 4 постановления Пленума № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"»). Однако в данных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса. Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 63 – требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях – вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее – бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование заявления, финансовый управляющий указал, что на земельном участке с кадастровым номером 61:44:0020502:5160, располагался принадлежащий должнику двухэтажный жилой дом с кадастровым номером 61:44:0020502:4301, площадью 273,2 кв.м, который снят с регистрационного учета 06.07.2021, на основании решения собственника о сносе от 22.06.2021 и заявления от 30.06.2021. Финансовый управляющий полагает, что с вышеуказанным земельным участком должник осуществил отчуждение расположенного на нем жилого дома. Управляющий также отметил, что денежные средства в счет оплаты по договору на счета должника не поступали.

Проверив обоснованность позиции финансового управляющего о совершении оспариваемых сделок по отчуждению имущества должника в отсутствие равноценного встречного исполнения суды установили, что стоимость земельного участка согласно условиям договора купли-продажи от 28.07.2021 составила 1 900 тыс. рублей; по договору купли-продажи от 21.12.2021 – 2 050 тыс. рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договоров (пункт 3 договоров).

Применяя повышенный стандарт доказывания, оценив финансовое состояние ответчиков, суды установили, что общая сумма дохода ФИО3 за 2020 и 2021 годы составила 133 274 710 рублей 74 копейки, согласно представленным справкам о доходах и суммах налога физического лица, что позволяло ему приобрести спорный земельный участок по цене 1 900 тыс. рублей.

Суды также установили, что после приобретения земельного участка по договору купли-продажи от 21.12.2021 ФИО1 на основании межевого плана от 20.02.2023 осуществила раздел земельного участка с кадастровым номером 61:44:0020502:331 на два самостоятельных земельных участка: с кадастровым номером 61:44:0020502:5159, площадью 281 кв. м и с кадастровым номером 61:44:0020502:5160, площадью 405 кв. м. После раздела участка Департаментом архитектуры и градостроительства г. Ростова-на-Дону издано распоряжение о присвоении адреса указанным земельным участкам – Игровая, 48 и Игровая, 48а, соответственно. На вновь образованных земельных участках возведены два жилых дома, один из которых вместе с земельным участком отчужден ФИО1 в пользу третьего лица.

В обоснование финансовой возможности произвести оплату ФИО1 указала, что с 20.05.2017 состоит в зарегистрированном браке с ФИО8, из справок о доходах и суммах налога которого следует, что у супруга ответчика имелся постоянный доход за 2019 – 2021 годы общая сумма которого составила 1 432 620 рублей 73 копейки, общая сумма денежных средств, поступивших на банковский счет указанного лица за тот же период – 9 407 993 рубля 03 копейки. Кроме того, 31.07.2020 супругом ответчика продан жилой дом и земельный участок по цене 2 655 тыс. рублей, 16.03.2021 – жилой дом и земельный участок по цене 1 520 тыс. рублей. За продажу недвижимого имущества уплачен налог на доходы физического лица, что подтверждается декларациями по форме З-НДФЛ за 2020 и 2021 годы.

При указанных обстоятельствах суды заключили о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 располагала достаточными денежными средствами как для приобретения спорного земельного участка, так и возведения жилых домов на вновь образованных земельных участках, в обоснование чего в материалы дела представлены документы (кассовые и товарные чеки, товарные накладные о приобретении строительных материалов, акты доставки и т.д.).

Учитывая изложенное суды пришли к выводу, что передача имущества по договорам купли-продажи от 28.07.2021 и 21.12.2021 носила возмездный характер, принимая во внимание условия как самих договоров, так и финансовую состоятельность ФИО3 и ФИО1, о несоответствии цены по спорным договорам рыночной стоимости земельного участка лицами, участвующими в деле не заявлено. Доказательств того, что ответчики являются заинтересованным по отношению к должнику лицами, равно как и того обстоятельства, что они действовали недобросовестно, в ущерб интересам должника и его кредиторам, предпринимали действия, направленные на создание искусственной задолженности, в материалах дела отсутствуют и судами не установлено.

В отсутствие доказательств неравноценности, и как следствие причинения вреда имущественным правам кредиторов, иные обстоятельства, совокупность которых является основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеют правового значения, в связи с чем суды обоснованно отказали в удовлетворении заявленных требований по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Поскольку аффилированность кого-либо из ответчиков-покупателей и должника, притворность сделок по выводу актива должника в пользу ФИО1 финансовым управляющим не доказаны, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания недействительными заключенных должником и ФИО3, ФИО3 и ФИО1 сделок как цепочки взаимосвязанных сделок.

Вопреки утверждению финансового управляющего, доказательства того, что один из жилых домов, расположенных на вновь образованных земельных участках, является жилым домом, ранее возведенным должником, в материалах дела отсутствуют. Напротив, как установили суды строительство велось силами покупателя ФИО1, согласно имеющихся в материалах дела технических паспортов площадь жилых домов расположенных на вновь образованных земельных участках – 111,4 кв. м и 148,6 кв. м, год постройки – 2023, 2024, в то время как площадь жилого дома, в отношении которого имеется запись о снятии с учета в связи со сносом составляла 273,2 кв. м, год завершения строительства – 2015.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов суда первой и апелляционной инстанции не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанции и получившим надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Согласно статье 110 Кодекса и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по кассационной жалобе для физического лица составляет двадцать тысяч рублей и относится на заявителя. Поскольку финансовым управляющим при подаче кассационной жалобы в арбитражный суд государственная пошлина уплачена не была, судом округа была предоставлена отсрочка в ее уплате, она подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.10.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2025 по делу

№ А53-38195/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 20000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,

не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Н.А. Сороколетова

Ю.О. Резник

Е.Г. Соловьев