Постановление от 2 июля 2020 г. по делу № А32-37625/2012



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-37625/2012
г. Краснодар
02 июля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 2 июля 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 2 июля 2020 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» – Боровик А.П. (доверенность от 12.10.2019), арбитражного управляющего Гладкова Игоря Владимировича (паспорт) и его представителя Тогубицкой С.В. (доверенность от 17.12.2019), от Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю – Афанасенко О.А. (доверенность от 26.02.2020), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» и арбитражного управляющего Гладкова Игоря Владимировича на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2020 по делу № А32-37625/2012, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЛВЗ «Георгиевское» (ЗАО) (далее – должник) Управление Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю (далее – уполномоченный орган) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего Гладкова И.В. (далее – управляющий) убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве должника.

Определением суда от 27.11.2019 в удовлетворении заявления отказано. Определение мотивировано тем, что управляющим избран наиболее очевидный и отвечающий интересам должника способ защиты права, в связи с чем отсутствует состав гражданского правонарушения. При этом, уполномоченный орган, являясь кредитором, вправе самостоятельно оспорить сделку должника с заинтересованным лицом.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 27.02.2020 определение суда от 27.11.2019 отменено, с Гладкова И.В. в конкурсную массу должника взысканы убытки в сумме 8630 тыс. рублей. Апелляционный суд пришел к выводу о доказанности совокупности условий привлечения управляющего к ответственности и своевременностью обращения в суд.

В кассационных жалобах ПАО СК «Росгосстрах» (далее – общество) и управляющий просят отменить постановление апелляционного суда от 27.02.2020, оставить в силе определение суда от 27.11.2019. По мнению заявителей, обжалуемый судебный акт принят при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушении и неправильном применении норм материального и процессуального права; выводы апелляционного суда противоречат фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Управляющий указывает, что апелляционный суд в нарушение пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не дал оценку тому, что спорная сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника. Заявители полагают, что сделка по предоставлению займа не может квалифицироваться в качестве сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении в силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ввиду отсутствия существенного занижения цены сделки; вывод о неплатежеспособности должника безоснователен; цель причинения вреда кредитором не подтверждается; вывод апелляционного суда о недействительности сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) является несостоятельным. По мнению подателей жалоб, уполномоченный орган не доказал, что оспаривание договора займа безусловно привело бы к признанию его недействительным, кроме того, не доказал противоправность действий управляющего. Податели жалоб указывают, что суд апелляционной инстанции необоснованно отнес Певнева А.В. к заинтересованным лицами по отношению к должнику; в материалах дела отсутствуют доказательства принятия собранием кредиторов решений о возложении на конкурсного управляющего обязанности оспорить сделки должника; уполномоченный орган в рамках дела о банкротстве не воспользовался своим правом по включению в повестку дня собрания кредиторов вопроса об оспаривании сделок должника. Управляющий считает, что апелляционным судом необоснованно отклонено ходатайство о применении срока исковой давности; выводы суда о критической оценке судебной перспективы в удовлетворении требований об оспаривании сделки основываются на вероятностных предположениях суда, а не на фактических обстоятельствах дела. Общество также указывает, что апелляционный суд не учел его доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу уполномоченного органа. Не доказано, что стоимость имущества Певнева А.В. покрывает сумму взыскания по договору займа. Управляющим реализована обязанность по взысканию дебиторской задолженности, в его действиях отсутствует противоправность.

В отзыве на кассационные жалобы уполномоченный орган просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы жалоб и отзыва.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб и отзыва, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемый судебный акт надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 06.12.2013 в отношении должника по заявлению уполномоченного органа введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден Гладков И.В.

Решением суда от 11.11.2014 должник признан несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Гладков И.В.

12 сентября 2018 года уполномоченный орган обратился арбитражный суд с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве должника.

Отменяя определение суда от 27.11.2019 и удовлетворяя заявление уполномоченного органа, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 2, 19, 20.3, 20.4, 32, 61.1, 61.2, 61.9, 129 Закона о банкротстве, статьями 15, 199, 401, 1064 Гражданского кодекса, разъяснениями постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», пункта 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих».

Суды установили, что между должником в лице исполнительного директора Вихарева В.М. и Певневым А.В. (заместитель генерального директора по экономической и промышленной безопасности) заключен договор беспроцентного займа от 20.02.2012 б/н на сумму 8630 тыс. рублей. Во исполнение договора должник предоставил Певневу А.В. обусловленную договором сумму в полном объеме, что подтверждается расходными кассовыми ордерами от 22.02.2012 № 418, от 24.02.2012 № 430, от 02.03.2012 № 513, подписанными финансовым директором Ребизовой Т.А. (член инвентаризованной в комиссии в конкурсном производстве). В свою очередь, заемщик взял на себя обязательство вернуть сумму займа до 19.03.2012. Однако обязательство Певнев А.В. не исполнил.

В целях урегулирования спора в досудебном порядке управляющий в адрес Певнева А.В. направил претензию от 18.11.2016 № 161118-01 с требованием о погашении задолженности. Претензия оставлена без ответа, задолженность не погашена, в связи с чем управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании. Решением Советского районного суда г. Краснодара от 06.06.2017 по делу № 2-3182/2017 управляющему отказано в удовлетворении иска к Певневу А. В. о взыскании 8630 тыс. рублей задолженности по причине пропуска срока исковой давности. В указанном судебном акте отражено, что течение срока исковой давности началось 19.03.2012 и закончилось 19.03.2015, т. е. в процедуре конкурсного производства.

Таким образом, перспективы взыскания дебиторской задолженности с Певнева А.В. в сумме 8630 тыс. рублей утрачены в связи с пропуском срока исковой давности. Данная дебиторская задолженность управляющим списана.

Между тем, согласно пункту 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. Целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве). При этом удовлетворение требований кредиторов производится за счет конкурсной массы, которая формируется из выявленного конкурсным управляющим имущества должника.

Положениями статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Законом о банкротстве не раскрывается его значение понятия «формирование конкурсной массы», что не препятствует суду применять данное понятие исходя из смысла, придаваемого ему нормами Закона о банкротстве

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 раздела I. Практика применения законодательства о банкротстве Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (далее – Обзор № 4), по смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (пункты 2 и 3 статьи 129, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Таким образом, способ защиты интересов должника и кредиторов по возврату денежных средств, предоставленных заместителю генерального директора по экономической и промышленной безопасности Певневу А.В. по договору займа от 20.02.2012 б/н, может быть выбран конкурсным управляющим как взыскание задолженности с дебитора, так и оспаривание сделки, исходя из принципа добросовестности и разумности, с учетом конкретных обстоятельств дела.

Согласно мотивировочной части постановления суда округа от 23.10.2018 по делу № А32-37625/2012 спорная дебиторская задолженность в рассматриваемом случае установлена арбитражным управляющим после окончания инвентаризации – 31.03.2015. Гладков И.В. направил в адрес Певнева А.В. претензию от 18.11.2016 № 161118-01 с требованием о погашении задолженности по истечении 20 месяцев с момента установления права требования. В связи с тем, что указанная претензия оставлена без ответа, управляющий обратился с соответствующим заявлением в судебном порядке. Решением Советского районного суда г. Краснодара от 06.06.2017 по делу № 2-3182/2017 управляющему отказано в удовлетворении иска к Певневу А.В. по причине пропуска срока исковой давности; при этом суд указал, что течение срока исковой давности началось 19.03.2012 и закончилось 19.03.2015; т. е. до даты осведомленности конкурсного управляющего.

Таким образом, как правильно указал апелляционный суд, управляющий в отсутствие документов, прерывающих срок исковой давности, принял меры ко взысканию дебиторской задолженности, не имевшие положительного результата ввиду истечения установленного законом срока давности, послужившего основанием для отказа в иске. Вместе с тем, управляющий должника имел в распоряжении другой альтернативный способ защиты интересов должника и его кредиторов посредством оспаривания договора займа. Оценивая перспективы обжалования договора займа от 20.02.2012, апелляционный суд установил, что указанный договор беспроцентного займа заключен в течение одного года до даты принятия судом заявления о признании должника банкротом (10.12.2012). На дату предоставления займа согласно Указанию Банка России от 23.12.2011 № 2758-У «О размере ставки рефинансирования Банка России», начиная с 26.12.2011 по 13.09.2012, ставка рефинансирования Банка России действовала в размере 8% годовых. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что заместителю генерального директора по экономической и промышленной безопасности представлены денежные средства на условиях, не отвечающим рыночным, что говорит об отсутствии экономической целесообразности и неравноценности встречного предоставления по сделке. Также материалами дела подтверждается, что на момент заключения рассматриваемого беспроцентного договора займа должник обладал признаками неплатежеспособности (размер требований, включенных в реестр требований кредиторов, срок уплаты по которым наступил до 01.02.2012, составил более 300 000 тыс. рублей (50% РТК)). То обстоятельство, что должник частично погашал задолженность перед контрагентами, не опровергает вывод о неплатежеспособности должника, поскольку платежеспособность должника не восстановлена. Доказательств того, что прекращение должником исполнения обязательств вызвано иными обстоятельствами, в деле отсутствуют. Таким образом, уже на момент заключения оспариваемого договора (20.02.2012) финансовое состояние должника являлось неудовлетворительным, должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Апелляционный суд учел правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3). Материалами уголовного дела № 15037157, возбужденного в отношении исполнительного директора Вихарева В.М. по признакам уголовного преступления, предусмотренного частью 1 статьи 176 Уголовного кодекса Российской Федерации (незаконное получение кредита ОАО «Россельхозбанка» в первом квартале 2011 года), установлено искажение Вихаревым В.М. сведений, отражающих финансово-хозяйственную деятельность.

Апелляционный суд также учел правовую позицию, изложенную в пункте 10 постановления Пленума от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"». Действия исполнительного директора Вихарева В.М. и заместителя генерального директора Певнева А.В. по заключению беспроцентного договора займа совершены в ущерб должнику и кредиторам, что негативно повлияло на формирование конкурсной массы и возможности удовлетворения требований кредиторов.

Кроме того, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса.

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По смыслу постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010 для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке.

Как верно указал апелляционный суд, Певнев А.В., являясь заместителем генерального директора по экономической и промышленной безопасности, относится к заинтересованным лицами по отношению к должнику.

Согласно финансовому анализу должника с конца 2011 года у предприятия отсутствует резервный капитал, это говорит об отсутствии у предприятия источника пополнения собственных средств для осуществления хозяйственной деятельности и расчетов с кредиторами. Данная ситуация характеризует должника как финансово зависимое от внешних источников заимствования, при полном отсутствии собственных средств.

При установленных обстоятельствах: наличия просроченной кредиторской задолженности в значительных сумма и отсутствия собственных средств – выдача займа на нерыночных условиях представляется экономически нецелесообразной, фактически направлена на вывод имущества должника, без осуществления мер по возврату либо взысканию заемных средств.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396, к сделкам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, то есть о его осведомленности о факте неплатежеспособности (недостаточности средств) должника.

Следовательно, сделки по предоставлению займов на условиях беспроцентности направлены на необоснованное изъятие денежных средств из оборота должника без соразмерной платы и причинение убытков должнику.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно признал обоснованным довод уполномоченного органа о совершении спорной сделки вне рамок обычной хозяйственной деятельности. В силу доказанности необычного характера рассматриваемой сделки и заключении ее в отношении заинтересованного лица, вопрос о выходе ее размера за пороговое значение в один процент в рассматриваемом случае решающего значения не имеет.

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Кодекса представленные в дело доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц, с учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемый договор займа имеет объективные признаки недействительной сделки как совершенной с неравноценным встречным исполнением, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также со злоупотреблением правом. На момент совершения сделки у должника (заимодавца) имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, заем выдан заместителю генерального директора по экономической и промышленной безопасности в отсутствие экономической целесообразности на нерыночных условиях (отсутствие процентной ставки), без встречного обеспечения с целью вывода денежных средств для уклонения от расчетов с кредиторами.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности, с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства. Данная правовая позиция отражена в Обзоре № 4 за 2016, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837, от 24.11.2017 № 301-ЭС17-17318.

Апелляционный суд указал, что отсутствие судебного акта о недействительности сделки не препятствует суду оценить доводы сторон о судебной перспективе оспаривания сделок при соблюдении сроков исковой давности. При этом суду достаточно вывода о высокой степени вероятности признания сделок недействительными, поскольку заявление об оспаривании сделки по специальным основаниям, предусмотренным Закона о банкротстве, рассматривается тем же судом и судебным составом, что и жалоба на действия арбитражного управляющего. Данная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу № А40-154653/2015.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о несостоятельности возражений арбитражного управляющего о том, что им предприняты все возможные меры ко взысканию задолженности с Певнева А.В. по договору займа, поскольку доказано наличие достаточных оснований полагать о недействительности подозрительной сделки, установлена высокая вероятность признания заявленной сделки недействительной и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу, а также не установлены объективные препятствия, возникшие у конкурсного управляющего, для оспаривания спорной сделки в пределах годичного срока.

Суд апелляционной инстанции сделал правильный вывод о том, что управляющий избрал неверный способ защиты права, который не мог изначально привести к положительному для должника результату. Так, Гладковым И.В. по результатам проведенной инвентаризации имущества 31.03.2015 установлен факт, что заместителем генерального директора Певневым А.В не возращены денежные средства в сумме 8630 тыс. рублей по договору займа от 20.02.2012 б/н, срок возврата в соответствии с условиями договора (раздел 2) – 19.03.2012, соответственно, на момент установления права требования (31.03.2015) срок исковой давности должником пропущен. Конкурсный управляющий, как профессиональный участник, знающий и понимающий положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности по взысканию права требования, в отсутствие документов, подтверждавших прерывание срока исковой давности, на 20 месяц после своей осведомленности о рисках пропуска срока исковой давности направляет соответствующее заявление о взыскании в суд, в удовлетворении которого отказывают по причине срока исковой давности, при наличии альтернативного способа защиты интересов должника и кредиторов посредством обжалования договора займа, на составление заявления которого конкурсный управляющий имел в распоряжении более 7 месяцев (01.04.2015 по 11.11.2015).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности совокупности условий для взыскания с управляющего убытков в размере 8630 тыс. рублей.

Суд апелляционной инстанции также учел, что в материалы дела представлены сведения о доходах Певнева А.В., представленные в налоговый орган, из содержания которых следует, что совокупный доход Певнева А.В. за период с 2015 по 2017 год составил 24 865 878 рублей 55 копеек. Соответственно, имелись необходимые предпосылки для удовлетворения требований должника в виде возврата полученных денежных средств в конкурсную массу.

При этом, суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил возражения управляющего о пропуске уполномоченным органом срока исковой давности, поскольку ходатайство о пропуске срока исковой давности не заявлено в суде первой инстанции, что препятствует его рассмотрению в силу статьи 268 Кодекса в суде апелляционной инстанции. Представитель управляющего, ссылаясь на его устное заявление, не смог указать конкретное судебное заседание с целью установления данного факта. Управляющий указывает, что о наличии сделки уполномоченному органу должно быть известно с момента ознакомления с отчетом конкурсного управляющего от 09.07.2015, в то время как заявление подано 12.09.2018. Между тем, при определении срока исковой давности по иску о взыскании убытков с арбитражного управляющего необходимо учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок следует исчислять с даты завершения реализации имущества и окончательным формированием конкурсной массы. Следовательно, течение срока исковой давности в данном случае не может начаться ранее продажи имущества должника, после чего станет известно о (не) достаточности имущества для удовлетворения требований кредиторов (в том числе по текущим требованиям). Установлено, что мероприятия по формированию конкурсной массы не завершены, в связи с чем срок исковой давности для обращения в суд с требованием о взыскании убытков с арбитражного управляющего не истек. При этом суд также учел, что о представлении денежных средств в заем Певневу А.В. управляющему стало известно после завершения инвентаризации – 31.03.2015. При таких обстоятельствах суд критически оценил судебную перспективу удовлетворении требований об оспаривании сделки по истечении 4 лет после получении сведений о таковой.

Суд апелляционной инстанции с учетом доказанности совокупности условий привлечения к ответственности и своевременностью обращения в суд пришел к обоснованному выводу об удовлетворения заявленных требований, в связи с чем правомерно взыскал с Гладкова И.В. в конкурсную массу должника 8630 тыс. рублей убытков.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Доводы кассационных жалоб не опровергают правильности вывода суда апелляционной инстанции, по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, что в силу статей 286 и 287 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы права применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2020 по делу № А32-37625/2012 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина



Судьи

Е.В. Андреева


И.М. Денека