Постановление от 26 января 2023 г. по делу № А53-33630/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-33630/2019
г. Краснодар
26 января 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 января 2023 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Илюшникова С.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.09.2021), ФИО3, в отсутствие финансового управляющего должника – ФИО4 (ИНН <***>) – ФИО5, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы ФИО3 и ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.08.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 по делу № А53-33630/2019, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ФИО4 (далее – должник) финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительными заключенного должником и ФИО1 договора купли-продажи от 26.04.2018 земельного участка, площадью 551 кв. м с кадастровым номером 61:48:0040232:554 и находящегося на нем жилого дома общей площадью 164,1 кв. м с кадастровым номером 61:48:0040232:525, расположенных по адресу: <...> (далее – недвижимое имущество), заключенного ФИО1 и ФИО3 договора купли-продажи недвижимого имущества от 25.05.2020, и применении последствий недействительности сделок (уточненные требования).

Определением от 13.08.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.10.2022, признаны недействительными договоры купли-продажи от 26.04.2018 и 25.05.2020, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника 4 млн рублей.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить судебные акты, ссылаясь на отсутствие предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) оснований для признания сделок недействительными. Суды не приняли во внимание расторжение брака между должником и ФИО6 и фактическое прекращение брачных отношений; отсутствие у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых сделок. Суды пришли к неверных выводам о заинтересованности сторон сделок; не учли представленные доказательства, подтверждающие наличие финансовой возможности у ФИО3 уплатить указанную в договоре купли-продажи цену; ФИО1 и ФИО3 осуществляли действия по изменению характеристик приобретенного объекта недвижимости, представив доказательства несения соответствующих расходов.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты, ссылаясь на отсутствие оснований для признания сделок недействительными; неверные выводы судов о заинтересованности сторон сделок; представление доказательств, подтверждающих наличие финансовой возможности приобрести недвижимое имущество; отсутствие оснований для вывода о причинении вреда кредиторам в результате совершения оспариваемых сделок.

В судебном заседании ФИО3 и представитель ФИО1 повторили доводы, изложенные в жалобах.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением от 23.09.2019 принято заявление о признании должника банкротом, решением от 26.12.2019 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества.

Должник (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключили договор от 26.04.2018 купли-продажи недвижимого имущества по цене 4 млн рублей. ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили договор от 25.05.2020 купли-продажи названного недвижимого имущества по цене 4 050 тыс. рублей.

Финансовый управляющий обратился с заявлением об оспаривании названных договоров, как цепочки сделок, ссылаясь на их совершение с целью причинения вреда кредиторам должника.

Суды пришли к выводу о том, что оспариваемые сделки, совершенные в период, предшествующий банкротству должника и после возбуждения дела о банкротстве, являются цепочкой сделок, представляющей собой единую сделку по выводу имущества должника без равноценного предоставления, совершенную с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, о чем участники сделок не могли не знать.

Как установили суды и не оспаривают участвующие в деде лица, 11.03.2016 ФИО6 и ФИО4 заключили договор раздела имущества между супругами, по условиям которого совместно нажитое имущество супругами разделено, в собственность должника выделено в составе иного имущество и недвижимое имущество, являющееся предметом оспариваемых сделок.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 16.08.2017 по делу № А53-13573/2017 в отношении супруга должника ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина; решением от 21.06.2018 он признан банкротом.

Суды установили, что финансовым управляющим ФИО6 23.08.2017 запрошена информация о составе его имущества, 14.11.2017 такая информация запрошена у ФИО4; в связи с отсутствием ответов финансовый управляющий ФИО6 обратился в суд с заявлением об истребовании указанных сведений; определением от 18.03.2018 заявление удовлетворено, 17.04.2018 исполнительный лист направлен в подразделение судебных приставов-исполнителей.

При этом должник 26.04.2018 заключает договор купли-продажи недвижимого имущества с ФИО1

Кроме того, суды установили, что в период отчуждения спорного имущества у должника имелись неисполненные обязательства перед ФИО7 по договору займа от 05.02.2015; решением Волгодонского районного суда Ростовской области от 15.03.2019 с должника в пользу ФИО7 взыскано 5 500 тыс. рублей; требования данного кредитора включены в реестр требований кредиторов должника.

В договоре купли-продажи от 26.04.2018 стороны указали, что цена уплачена покупателем полностью до подписания договора. Доказательства перечисления денежных средств должнику в безналичном порядке отсутствуют, доказательства, подтверждающие факт передачи названной в договоре суммы наличными не представлены.

Суды исследовали вопрос о наличии у ФИО1 финансовой возможности уплатить 4 млн рублей и пришли к выводу об отсутствии в материалах дела относимых и допустимых доказательств, подтверждающих наличие у нее возможности уплатить указанную в договоре цену. В качестве доказательств наличия финансовой возможности уплатить должнику 4 млн рублей ФИО1 сослалась на продажу квартиры в 2013 году по цене 800 тыс. рублей, возврат долга ФИО8 в сумме 1 670 тыс. рублей, продажу земельного участка по договору от 25.09.2017 по цене 1 450 тыс. рублей, заем, предоставленный ФИО9, в размере 1 млн рублей, внесение средств на счет в сумме 1 500 тыс. рублей.

Суды пришли к выводу, что указанные доказательства не подтверждают факт наличия у ФИО1 денежных средств сумме 4 млн рублей на дату заключения оспариваемого договора, принимая во внимание, что квартира продана более чем за 5 лет до совершения сделки; передача ФИО8 заемных средств и их возврат не подтверждены надлежащими доказательствами, по счету ФИО8 произведены только безналичные операции, которые не подтверждают факт возврата ФИО1 заемных средств, соответствующие безналичные операции по счету ФИО1 отсутствуют; взнос наличных денежных средств на счет и получение денежных средств от продажи земельного участка совпадают по сумме и по времени; иной источник денежных средств, внесенных на банковский счет, не подтвержден; письменные пояснения ФИО9 о предоставлении займа ФИО1 в сумме 1 млн рублей не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами. Основания для иной оценки доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Кроме того, суды установили, что ФИО4 иное имущество, полученное на основании договора раздела имущества от 11.03.2016, безвозмездно передала сыну, впоследствии право собственности на имущество перешло к ФИО10; при этом место регистрации ФИО10 совпадает с местом регистрации ФИО8, на наличие заемных отношений с которым ссылалась ФИО1; согласно ответу ЗАГСа, ФИО10 и ФИО8 являются матерью и сыном.

Суды установили, что в рамках дела о банкротстве ФИО6 интересы последнего с 2017 по 2020 годы представлял ФИО3 на основании доверенности от 03.11.2017, выданной на три года, в том числе, при рассмотрении заявлений о признании сделок недействительными сделок с ФИО4; сведения о наличии у ФИО6 доходов, за счет он мог оплачивать услуги представителя ФИО3, отсутствуют. При этом спорное недвижимое имущество отчуждается ФИО1 в пользу ФИО3 после подачи в деле о банкротстве ФИО6 заявления об оспаривании договора раздела имущества между супругами от 11.03.2016, о чем ФИО3 не мог не знать.

Согласно пункту 2.2 договора от 25.05.2020 указанная договорная цена 4 050 тыс. рублей уплачена покупателем полностью до подписания договора. Доказательства, подтверждающие перечисление названной суммы ФИО1 либо факт передачи ей наличных денежных средств, отсутствуют. Суды исследовали вопрос о наличии у ФИО3 финансовой возможности уплатить 4 050 тыс. рублей и пришли к выводу об отсутствии в материалах дела относимых и допустимых доказательств, подтверждающих наличие у него возможности уплатить названную сумму. Как установили суды, из представленных доказательств следует, что денежные средства предоставлялись не лично ФИО3, а также после даты подписания оспариваемого договора. Кроме того установлено, что ФИО3 указал на получение части суммы ФИО11, которая является конкурсным кредитором ФИО6 и в лице представителя ФИО3 обжаловала действия финансового управляющего супруга должника. Суды также приняли во внимание тот факт, что в рамках дела о банкротстве ФИО6 установлено наличие у ФИО6 задолженности перед кредитором ФИО12 в размере 7 200 тыс. рублей по договору займа от 04.03.2013 на момент заключения договора относительно имущества между ФИО4 и ФИО6 С учетом длительного представления интересов ФИО6 в деле о его банкротстве, ФИО3 не мог не знать обстоятельства отчуждения спорного имущества.

С учетом изложенного суды пришли к выводу об осведомленности ответчиков об обстоятельствах и целях отчуждения спорного имущества должником.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Суды с учетом установленных ими обстоятельств обособленного спора пришли к выводу о том, что оспариваемые договоры купли-продажи недвижимого имущества заключены с целью вывода ликвидного имущества должника во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов как должника, так и ее супруга, чем причинен вред имущественным правам кредиторов; признали оспариваемую цепочку сделок недействительной и применили последствия недействительности в виде взыскания с ФИО3 стоимости имущества ввиду невозможности применения последствий недействительности в виде возврата полученного по сделке имущества.

Основания для отмены судебных актов по доводам, изложенным в кассационных жалобах, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.08.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 по делу № А53-33630/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

М.Г. Калашникова


Судьи

С.М. Илюшников

Ю.В. Мацко