Решение от 30 марта 2026 г. АС Санкт-Петербурга и Ленинградской обл.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-71551/2025
31 марта 2026 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 05 марта 2026 года. Полный текст решения изготовлен 31 марта 2026 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

в составе: судьи Суворова М.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Азиковым А.М.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: ФИО2

ответчик: ФИО1; Ассоциация Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние»

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью "Международная страховая группа"

о солидарном взыскании убытков в виде упущенной выгоды в размере 1 499 000 рублей, убытков, причиненных в результате незаконных действий в размере 528 220 руб.


при участии

от сторон – согласно протоколу с/з от 05.03.2026

установил:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о солидарном взыскании с

ФИО1, СРО Ассоциации Ведущих Арбитражных управляющих «Достояние» убытков в виде упущенной выгоды в размере 1 499 000 рублей, убытков, причиненных в результате незаконных действий в размере 528 220 руб.

Ответчики представили отзывы, в которых выразили возражения против удовлетворения исковых требований, приведя свои доводы.

Определением суда от 02.10.2025 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - общество с ограниченной ответственностью "Международная страховая группа".

Как следует из материалов дела, Акционерное общество «Банк ДОМ.РФ» (далее - АО «Банк ДОМ.РФ») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом).

Решением от 09.09.2021 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №174(7136) от 25.09.2021.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2021 суд отменил решение от 09.09.2021, ввел в отношении должника процедуру реструктуризации долгов гражданина.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №62(7263) от 09.04.2022.

Решением от 01.06.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №103(7304) от 11.06.2022.

Определением от 11.08.2022 ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2.

Финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Должник заявил ходатайство о прекращении производства по делу в связи с удовлетворением требований, включенных в реестр требований кредиторов.

Погашение задолженности перед кредиторами подтверждается представленными в материалы дела справками о размере задолженности от 01.03.2024, 25.03.2024, 22.11.2024, а также пояснениями ФНС, в которых уполномоченный орган сообщает об отсутствии задолженности перед бюджетом Российской Федерации.

Определением суда от 21.03.2025 в соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» арбитражный суд производство по делу о банкротстве ФИО2 прекратил.

Исковое заявление о взыскании с ответчиков убытков на основании ст. 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и ст. 15, 1064 Гражданского кодекса РФ мотивировано неполучением дохода от реализации имущества: квартиры №70, расположенной по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, Аннинское сельское поселение, <...> в размере 1 499 000 руб., а также незаконной выплатой процентного вознаграждения арбитражному управляющему в размере 528 220 руб. по проведению торгов.

Выслушав представителей сторон, арбитражного управляющего, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а так же достаточности и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Статья 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусматривает возможность защиты прав и законных интересов кредиторов, а также иных лиц, участвующих в деле или арбитражном процессе по делу о банкротстве, путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в арбитражный суд, должно доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего, а также то, что эти действия (бездействие) нарушили права и законные интересы кредиторов и должника; арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Согласно п. 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Ответственность арбитражного управляющего за причинение убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать: наличие противоправных действий ответчика, факт причинения убытков и их размер, причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

По требованию ФИО2 о взыскании с ФИО1 убытков в виде упущенной выгоды в размере 1 499 000,00 руб. суд приходит к следующему выводу.

В обосновании заявленной позиции, ФИО2 ссылается на Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.10.2023 по делу А56-57484/2021, где рассматривалось заявление истца о признании торгов, проведенных 27.07.2022 ФИО1 в рамках дела о банкротстве ФИО2, недействительными.

Как следовало из доводов заявителя, ФИО2 полагает, что торги были проведены с нарушением действующего законодательства ввиду того, что ФИО1 при рассмотрении ходатайства о введении в отношении истца процедуры банкротства – реализация имущества, не были сообщены сведения о его дисквалификации.

Данный факт был установлен и признан судами как несоответствие действий Ответчика 1 требованиям действующего законодательства (Определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2023 по делу А56-57484/2021/ж.1).

Суд полагает, что истцом не доказана вся совокупность оснований для взыскания убытков, а именно отсутствуют доказательства факта причинения убытков и их размер, в том числе не установлена причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Факт причинения убытков — это документально подтвержденное возникновение у лица реального ущерба (расходы на восстановление права, утрата/повреждение имущества) или упущенной выгоды (неполученные доходы).

ФИО2 полагает, что ФИО1 причинены убытки в виде упущенной выгоды, а именно неполученный доход от реализации имущества: квартира № 70, расположенная по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, Аннинское сельское поселение, <...>, состоящая из 3 (трех) комнат, имеющая общую площадь 79,0 кв.м., жилую площадь 42,2 кв.м., кадастровый номер 47:14:0504001:989 (далее – жилое помещение), который мог бы поступить в условиях обычного гражданского оборота (п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств»).

Между тем, в отношении истца с 01.06.2022 была введена процедура реализации имущества.

В соответствии со ст. 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п.3 ст. 213.25 Закона о банкротстве.

Спорное жилое помещение на момент введения процедуры в отношении ФИО2 находилось в залоге перед АО "Банк ДОМ. РФ", в силу положений, изложенных в ст. 213.25 Закона о банкротстве, оно подлежало реализации с учетом особенностей, содержащихся в ст. 213.26 Закона о банкротстве.

Согласно положениям п.4 ст. 213.26 Закона о банкротстве начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества.

С 15.09.2021 в официальном источнике (ЕФРСБ) ФИО1 было опубликовано сообщение об определении начальной продажной цены залоговым кредитором (Сообщение №7336443), в котором начальная цена продажи составила - 5 390 000,00 руб.

Опубликование данного сообщения предусмотрено в первую очередь для подачи лицами, участвующими в деле о банкротстве, в случае несогласия с установленным порядком и ценой заявлений о разрешении разногласий. В свою очередь, предоставленным правом ФИО2 не воспользовалась, мотивированных доводов о не обращении в суд с данным заявлением перед участниками спора не раскрыто.

При этом, стоит отметить, что согласно материалам настоящего спора, отчет об оценке рыночной стоимости имущества проведен должником только лишь 06.08.2024, то есть через два года с момента проведения торгов (дата проведения 27.07.2022).

Истец рассчитал убытки в размере 1 499 000 руб., исходя из рыночной стоимости имущества (9 870 000,00 руб.) и ликвидационной (8 220 000,00 руб.), разделенная пополам.

Продажа имущества гражданина банкрота осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 ст. 110 и п. 3 ст. 111, ст. 138, ст. 231.26 Закона о банкротстве.

Иными словами, реализация имущества в банкротстве в большинстве случаев, включая дело о банкротстве ФИО2, производилась посредством проведения торгов в форме аукциона.

Суд обращает внимание на то, что определенная кредитором начальная цена продажи жилого помещения не является итоговой, поскольку торги были организованы на повышение цены (аукцион), при которой победителем торгов признается лицо, предложившее наибольшую цену, по итогам проведенного аукциона всем лицам, которые действительно имели намерение участвовать в торгах и приобрести имущество. Всем участникам была предоставлена реальная возможность подать заявки, предложив обоснованную, по их мнению, цену.

Устанавливая начальную продажную цену предмета залога, залоговый кредитор определяет лишь нижнюю границу стоимости реализуемого имущества, что не препятствует продаже имущества при наличии соответствующего предложения по более высокой цене. Действительная (рыночная) цена объекта может быть определена только в процессе его реализации на свободных торгах путем сопоставления спроса и предложения, то есть окончательная цена формируется по итогам торгов в результате конкуренции публичных предложений потенциальных покупателей.

Назначение более высокой начальной продажной цены при отсутствии покупательского спроса не способствовало бы его повышению, а привело бы лишь к необоснованному увеличению срока реализации имущества и соответствующих расходов, что может противоречить основанным положениям установленным Законом о банкротстве.

Таким образом, доводы ФИО2 о несогласии с рыночной стоимостью спорного имущества, установленная положением залогового кредитора, не опровергнута, ходатайств о назначении экспертизы с целью определения рыночной стоимости спорного имущества и о привлечении специализированных учреждений для проведения оценки имущества, в установленные сроки в деле о банкротстве не заявлялось.

Судом не установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО1 и наступившими у ФИО2 неблагоприятными последствиями.

Исходя из ранее изложенных обстоятельств, ФИО1 не отрицает тот факт, что в отношении последнего в рамках дела о банкротстве ФИО2 имеется вступивший в законную силу судебный акт, которым его действиями признаны несоответствующие законодательству, однако данное поведение не привело и не могло привести к причинению вреда истцу на основании следующего.

Начальная продажная цена имущества устанавливалась залоговым кредитором в рамках дела о банкротстве Истца и составила 5 390 000,00 руб.

Имущество ФИО2 было реализовано за 7 546 000,00 руб. в рамках проведения торгов в форме открытого аукциона, где цена повышалась.

Размер требований кредиторов, включенных в реестр требований ФИО2 составлял 3 914 804,61 руб., который был полностью погашен в рамках дела о банкротстве, в связи, с чем 21.03.2025 вынесено определение о прекращение производства по делу на основании абз.7 п.1 ст. 57 Закона о банкротстве.

Удовлетворение жалобы на действия ФИО1 само по себе не повлияло на результаты публичных торгов (в частности, на формирование стоимости реализованного имущества и на определение победителя торгов) и не привело к ущемлению прав и законных интересов, как кредиторов истца, так и его самого.

Требование истца о взыскании с ФИО1 убытков в размере 528 220 руб., в виде незаконной выплаты процентного вознаграждения, отклоняется судом на основании следующего.

Истец полагает, что действия ФИО1 по проведению торгов были признаны незаконными, следовательно, выплата процентного вознаграждения, утвержденная Постановлением Тринадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 11.07.2024, является незаконной.

Как следует из материалов дела о банкротстве ФИО2, последняя обращалась с заявлением о признании торгов от 27.07.2022 по продаже квартиры по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, Аннинское сельское поселение, <...>, кВ.70, кадастровый номер 47:14:0504001:989, недействительными.

Данному обособленному спору присвоен номер - А56-57484/2021/сд.1. Определением суда первой инстанции от 14.04.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 01.08.2023, в удовлетворении заявления отказано. Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.10.2023 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.04.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2023 по делу № А56-57484/2021/сд.1 оставлены без изменения, кассационная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

На основании ст. ст. 20.6 и 59 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, которое состоит из фиксированной суммы и суммы процентов, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 3 ст. 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных ст. 20.6 данного закона, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Согласно абз. 2 п. 17 ст. 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Стоит обратить внимание на то, что в отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные п.17 с. 20.6 и п. 3 ст. 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (п. 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

При этом, положения п.5 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" предусматривают возможность для снижения размера процентного вознаграждения арбитражному управляющему при наличии на то правовых оснований.

Между тем, как следует из материалов дела о банкротстве ФИО2, торги, проведённые 27.07.2022, признаны состоявшимися, каких-либо заявлений и ходатайств об уменьшении размера процентного вознаграждения ФИО1 ввиду ненадлежащего исполнения обязанностей не заявлялось.

При этом, судом не установлено оснований для взыскании в порядке солидарной ответственности с Ассоциации Ведущих Арбитражных управляющих «Достояние», поскольку данное лицо не является участником банкротного дела.

Требование к Ассоциации является преждевременным, у истца не возникло право на иск к Ассоциации.

В случае, если в рамках процедуры банкротства судом будут установлены нарушения в период действия договора страхования, и с арбитражного управляющего будут взысканы убытки, лица участвующие в деле о банкротстве, как и сам арбитражный управляющий, оставляют право обратиться с заявлением о признании случая страховым, которая не может превышать размер страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями арбитражного управляющего ФИО1 и возникшими убытками. Также не доказан сам факт возникновения и несения указанных убытков.

Расходы по уплате государственной пошлины по иску, судебные издержки распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ и остаются на истце ввиду отказа в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья Суворов М.Б.