Постановление от 8 сентября 2025 г. по делу № А68-11039/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

«

Дело № А68-11039/2024
г.Калуга
09» сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «08» сентября 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено «09» сентября 2025 года

Арбитражный суд Центрального округа в составе: председательствующего Егоровой Т.В. судей Коровушкиной Е.В. ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Тульской области от 04.03.2025 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 по делу № А68-11039/2024,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее – ФИО3, истец) обратилась в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО4 (далее – ФИО4) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании в солидарном порядке денежных средств в размере 1165590 руб. по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Идеал-Строй» (далее – ООО «Идеал-Строй»).

Решением Арбитражного суда Тульской области от 04.03.2025, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 исковые требования удовлетворены в полном объеме, распределены судебные расходы.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование своей жалобы заявитель указывает, что факта ликвидации юридического лица для привлечения к субсидиарной

ответственности бывшего руководителя должника недостаточно. Истец должен доказать, что невозможность погашения перед ним задолженности возникла по вине ответчика и в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

До начала судебного заседания от заявителя поступило письменное ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Истец в отзыве на кассационную жалобу просит обжалуемые судебные оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Рассмотрев кассационную жалобу, проверив в порядке статей 286, 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального права, соблюдение норм процессуального права, при принятии обжалуемых решения и постановления, а также соответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, судебная коллегия не находит правовых оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

При этом в силу пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» как следует из частей 1 и 3 статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции при проверке законности судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливает правильность применения норм материального права и норм процессуального права, а также проверяет соответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО3 (заказчик) и ООО «Идеал-Строй» (исполнитель) заключен договор от 25.12.2019 № 23, по условиям которого исполнитель в соответствии с утвержденными заказчиком эскизами, чертежами и иной технической документацией (п. 1.4 договора) изготавливает, поставляет и осуществляет сборку мебели (стол рабочий, тумба под телевизор, полка с задней стенкой, кровать, шкаф, тумба). Исполнитель берет на себя обязательства по исполнению заказа в течение 42 рабочих дней с момента внесения

предоплаты в 70% (485000 руб.). Заказчиком 27.12.2019 указанные денежные средства перечислены ООО «Идеал-Строй».

В связи с неисполнением ООО «Идеал-Строй» своих обязательств по договору в части изготовления, поставки и осуществления сборки мебели ФИО3 обратилась в суд.

Решением Ленинского районного суда г. Тамбова от 06.11.2020 в рамках дела № 2-2494/2020 с ООО «Идеал-Строй» в пользу ФИО3 взыскана задолженность на общую сумму 1038940 руб., из которых: 485000 руб. - оплата по договору на изготовление мебели; 203700 руб. - неустойка; 344850 руб. - штраф; 1000 рублей - моральный вред; 4390 руб. - судебные расходы.

Определением Тамбовского областного суда от 31.05.2022 решение Ленинского районного суда г. Тамбова от 06.11.2020 изменено в части размера взысканных сумм неустойки и штрафа: с ООО «Идеал-Строй» в пользу ФИО3 взыскана неустойка в размере 291060 руб. и 388530 руб. штрафа.

Решение Ленинского районного суда от 06.11.2020 вступило в законную силу 25.05.2022, 15.07.2022 выдан исполнительный лист ФС № 042145673 на взыскание с ООО «Идеал – Строй» в пользу ФИО3 задолженности на общую сумму 1165590 руб., который направлен в Пролетарский районный отдел судебных приставов г. Тулы для исполнения.

Однако взыскание по исполнительному документу не производилось, исполнительное производство № 131864/22/71027-ИП окончено постановлением ОСП Пролетарского района Управления Федеральной службы судебных приставов по Тульской области от 23.03.2023 в соответствии с частью 1 пункта 3 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», исполнительный лист возвращен взыскателю.

Согласно сведениям из выписки Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 26.06.2023 Управлением Федеральной налоговой службы по Тульской области внесена запись о прекращении деятельности ООО «Идеал – Строй» в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Лицами, уполномоченными выступать от имени общества и имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, являлись: ФИО2 – генеральный директор и ФИО4 – учредитель и единственный участник общества.

Полагая, что в результате недобросовестных действий ответчиков, истец понес убытки и утратил возможность удовлетворения своего требования за счет имущества ликвидированного юридического лица, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из следующего.

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (часть 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО)), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об ООО исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица,

указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума № 53).

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления Пленума № 53).

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020 следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (ст. 1064 ГК РФ).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками

оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц. Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, по смыслу названного положения статьи 3 Закона об ООО, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П, если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности,

утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Из разъяснений, сформулированных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), следует, что судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Ответственность контролирующих лиц перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно

спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Судебной практикой выработан единообразный подход, заключающийся в оценке субсидиарной ответственности как экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества и директора следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Как установлено судами, недобросовестность ответчиков заключалась в том, что, зная о задолженности общества перед истцом, они не предпринимали действий по погашению суммы долга, в результате исключения общества из ЕГРЮЛ взыскание суммы задолженности оказалось невозможным.

Кроме того, по итогам 2022 года сведения о предоставлении должником налоговой и бухгалтерской отчетности отсутствуют, общество также не обращалось в суд в качестве истца по взысканию задолженности с контрагентов, имеющейся в бухгалтерской отчетности.

Судами установлено, что сумма удовлетворенных исковых требований по взысканию с ООО «Идеал-Строй» за период 2019-2021 годов составила 8500 руб., что несоизмеримо с данными кредиторской задолженности, отраженными в бухгалтерских балансах общества за 2019-2021 годы, что может свидетельствовать о фиктивном характере сделок с взаимосвязанными компаниями.

Из материалов дела следует и судами учтено, что согласно данных информационного ресурса Прима-Информ и Актион, ФИО2 и ФИО4 в период с 2016 по 2023 годы являлись лицами, осуществлявшими функции по управлению текущей деятельностью различных подконтрольных им и аффилированных между собой обществ (ООО «Идеал», ООО «Каскад», ООО «Трио», ООО «Прайм», ООО «Премиум», ИП ФИО2), которые создавались ФИО2 и ФИО4, а впоследствии, в короткие сроки ликвидировались либо

по причине недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, либо по причине завершения процедуры конкурсного производства в соответствии с положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд округа соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что все перечисленные организации работали приблизительно в одно время и имели схожие коды видов экономической деятельности, а также неоднократное (системное) воспроизведение одних и тех же результатов хозяйственной деятельности у сменяющих друг друга обществ с конкретным схожим функционалом в виде накопления значительной долговой нагрузки перед независимыми кредиторами (в случае с ООО «Идеал-Строй» - перед ФИО3) с периодическими ликвидациями и направлением обществ в процедуру банкротства для списания долгов и созданием нового, не обремененного долгами - указывает на цикличность бизнес процессов с заведомым разделением предпринимательской деятельности на убыточные (ООО «Идеал-Строй», ООО «Идеал», ООО «Каскад», ООО «Трио», ООО «Премиум») и прибыльные центры.

Между тем, такую деятельность нельзя признать добросовестной, поскольку она причиняет вред независимым кредиторам и создает для конечных бенефициаров необоснованные преимущества, которые ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы. В данном случае преимущества выразились в отсутствие необходимости уплаты задолженности, установленной решением суда.

Обществом за последние периоды бухгалтерская и налоговая отчетность не сдавалась, налоги не уплачивались, в результате чего с 21.05.2021 по 06.06.2023 УФНС России по Тульской области принято 23 решения о приостановлении операций налогоплательщика-организации по его счетам по причине непредставления налоговой декларации в налоговый орган в течение 10 дней по истечении установленного срока ее предоставления в соответствии с пунктом 3 статьи 76 Налогового кодекса Российской Федерации, а также в рамках обеспечения исполнения решения о взыскании налога, сбора, пеней и (или) штрафа в соответствии со статьей 46 Налогового кодекса Российской Федерации (учредители и руководители в указанный период - ФИО2 и ФИО4).

Таким образом, с учетом отсутствия информации о предоставлении ООО «Идеал-Строй» налоговой и бухгалтерской отчетности, неуплаты налогов, принимая во внимание размещение регистрирующим органом 27.02.2023 в ЕГРЮЛ сведений о принятии решения об исключении общества из ЕГРЮЛ (в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности), необеспечение руководителем фактического нахождения общества по адресу, указанному в ЕГРЮЛ, непринятие им мер по устранению недостоверности сведений, судами первой и апелляционной инстанций сделан обоснованный вывод об отсутствии

заинтересованности со стороны руководителей ООО «Идеал-Строй» в осуществлении организацией дальнейшей финансово-хозяйственной деятельности.

Бездействие ФИО2 и ФИО4 противоречит добросовестности и разумности, поскольку добросовестный и разумный руководитель в условиях обстоятельств, свидетельствующих о невозможности погашения долга организации перед кредиторами, обязан обратиться в суд с заявлением о признании организации несостоятельным (банкротом) (пункт 9 постановления Пленума № 53).

Между тем, контролирующие должника лица, действуя разумно и в интересах общества и кредиторов, имея неисполненные обязательства перед истцом, должны были направить денежные средства на погашение требований кредитора, задолженность перед которым взыскана судебным актом. При этом объективных причин, препятствующих погашению задолженности перед истцом, ответчиками не представлено.

С учетом отсутствия объяснений о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности, нераскрытии доказательств, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольном хозяйственном обществе, формального характера представленных возражений, принимая во внимание правовую позицию Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 04.10.2023 № 305-ЭС23-11842 о распределении бремени доказывания по данной категории споров, в полной мере исследовав представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о доказанности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Идеал-Строй» перед истцом.

Фактические обстоятельства дела судами установлены и исследованы в полном объеме, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах дела.

Суд округа считает выводы судов правильными и обоснованными, судами верно распределено бремя доказывания в данном деле, дана оценка всем представленным доказательствам и доводам сторон в порядке части 1 статьи 71 АПК РФ, оснований для их переоценки не имеется (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Убедительных доводов, основанных на доказательной базе, и позволяющих отменить или изменить оспариваемые судебные акты, кассационная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что нарушений норм материального и процессуального права, допущенных при вынесении обжалуемых судебных актов и влекущих их отмену, судебной коллегией не

установлено, а обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом исследования и надлежащей оценки соответствующих судов, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тульской области от 04.03.2025 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 по делу № А68-11039/2024 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев.

Председательствующий Т.В. Егорова

Судьи Е.В. Коровушкина

ФИО1