Постановление от 19 февраля 2019 г. по делу № А19-24011/2018

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 672000, Чита, ул. Ленина 100б, http://4aas.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-24011/2018
19 февраля 2019 года
г. Чита


Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2019 года. Полный текст постановления изготовлен 19 февраля 2019 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Ячменёва Г.Г., судей Басаева Д.В., Желтоухова Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 декабря 2018 года по делу № А19-24011/2018 по заявлению Межрегионального управления Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Сибирскому федеральному округу (ОГРН <***>, ИНН <***>; место нахождения: <...>) к индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ОГРНИП 313385005000146, ИНН <***>) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

(суд первой инстанции: Дмитриенко Е.В.) в отсутствие в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

и установил:

Межрегиональное управление Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Сибирскому федеральному округу (далее – МРУ Росалкогольрегулирования, административный орган) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель ФИО3о) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18 декабря 2018 года (т. 2, л.д. 40-46) в удовлетворении заявленного административным органом требования отказано по мотиву истечения срока давности привлечения к административной ответственности. При этом спиртосодержащая продукция «Дезинфицирующее средство «Антисептин-Марат», арестованная на основании протокола ареста товаров и иных вещей № 6-04-29/84ИП-2018 от 27 апреля 2018 года (в количестве 1144 единиц), направлена на уничтожение в порядке, установленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.09.2015 № 1027 «О реализации мер по пресечению незаконных производства и (или) оборота

этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции».

Не согласившись с решением суда первой инстанции в части направления на уничтожение арестованной спиртосодержащей продукции «Дезинфицирующее средство «Антисептин-Марат» в количестве 1144 единиц, ФИО3 обжаловал его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене обжалуемого судебного акта в названной части, считает его незаконным и необоснованным. Не оспаривая по существу выводы суда первой инстанции о доказанности факта совершения административного правонарушения, ФИО3 указывает на то, что вступившим в законную силу приговором суда от 21 ноября 2017 года определено возвратить ему спорную спиртосодержащую продукцию.

Кроме того, ФИО3 считает, что суд первой инстанции неверно распределил бремя доказывания между сторонами. В частности, в решении суда указано, что в ходе судебного разбирательства сопроводительные документы на спорную спиртосодержащую продукцию предпринимателем не представлены, однако суд ни в одном из определений по делу не указал на необходимость представления таких документов и не возложил соответствующей обязанности на ФИО3

Заявитель апелляционной жалобы считает неосновательной ссылку на пункт 13 Обзора практики рассмотрения судами дел об административных правонарушениях, связанных с назначением административного наказания в виде конфискации, а также с осуществлением изъятия из незаконного владения лица, совершившего административное правонарушение, вещей и иного имущества в сфере оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, явившихся орудием совершения или предметом административного правонарушения, утверждённого Президиумом Верховного суда Российской Федерации 19 сентября 2018 года (далее – Обзор Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2018 года), поскольку в рассматриваемой ситуации приговором Иркутского районного суда в отношении ФИО3 спорная спиртосодержащая продукция ему возвращена.

5 февраля 2019 года в суд апелляционной инстанции поступили дополнительные пояснения относительно доводов апелляционной жалобы, в которых ФИО3 обращает внимание на то, что истечение срока давности является безусловным основанием, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу МРУ Росалкогольрегулирования выражает согласие с решением суда первой инстанции.

О времени и месте судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК Российской Федерации, что подтверждается телефонограммой от 22 января 2019 года и отчетом о публикации 19 января 2019 года на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу. При этом управлением заявлено ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствии.

Апелляционная жалоба предпринимателя рассматривается с учетом требований части 5 статьи 268 АПК Российской Федерации, согласно которой в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 АПК Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение

присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК Российской Федерации.

На основании пункта 4 части 2 статьи 260 АПК Российской Федерации в апелляционной жалобе, среди прочего, должны быть указаны требования лица, подающего жалобу, и основания, по которым лицо, подающее жалобу, обжалует решение, со ссылкой на законы, иные нормативные правовые акты, обстоятельства дела и имеющиеся в деле доказательства.

Из содержания апелляционной жалобы и ее предмета следует, что решение суда первой инстанции обжалуется предпринимателем только в части направления на уничтожение арестованной спиртосодержащей продукции.

Административным органом возражений относительно проверки законности и обоснованности решения суда первой инстанции только в обжалованной ФИО3 части не высказано; напротив, в отзыве на апелляционную жалобу МРУ Росалкогольрегулирования выражает согласие с обжалуемым судебным актом.

На основании изложенного законность и обоснованность решения арбитражного суда первой инстанции проверяется только в части направления на уничтожение арестованной спиртосодержащей продукции.

В частности, судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО3 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 19 февраля 2013 года, ему присвоен основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя 313385005000146, однако в октябре 2018 года его деятельность в качестве предпринимателя прекращена.

Вместе с тем, учитывая, что данный факт (прекращение деятельности в качестве предпринимателя) имел место уже после обращения административного органа в арбитражный суд и принятия заявления о привлечении к административной ответственности к производству, то в соответствии с положениями части 4 статьи 27 АПК Российской Федерации и правовой позицией, выраженной в абзаце пятом пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», данное обстоятельство не препятствует рассмотрению настоящего дела арбитражным судом.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, не выходя за пределы обозначенного выше предмета апелляционного обжалования, считает необходимым отметить, что даже в случае прекращения производства по настоящему делу арбитражный суд обязан разрешить вопрос о судьбе алкогольной или спиртосодержащей продукции, находящейся в незаконном обороте (пункт 11 Обзора Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2018 года), что – в обжалованной предпринимателем части – и было сделано судом первой инстанции в решении от 18 декабря 2018 года.

Как следует из материалов настоящего дела, на основании письма Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Иркутской области от 10 апреля 2018 года № 3/38-3272 (т. 1, л.д. 14-15) должностным лицом МРУ Росалкогольрегулирования в отношении ФИО3 возбуждено дело об административном правонарушении и назначено проведение административного расследования, о чем 24 апреля 2018 года вынесено соответствующее определение № 604-29/84ИП-2018 (т. 1, л.д. 81-82).

В рамках производства по делу об административном правонарушении в

отношении спиртосодержащей продукции в количестве 1144 единиц применена мера обеспечения в виде ареста, которая процессуально оформлена путем составления протокола ареста товаров и иных вещей № 6-04-29/84ИП-2018 (т. 1, л.д. 87-89). Ответственным за сохранность спиртосодержащей продукции, на которую наложен арест, назначен представитель АО «Росспиртпром».

Федеральный закон от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ), как следует из пункта 2 его статьи 1, регулирует отношения, связанные с производством и оборотом этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, и отношения, связанные с потреблением (распитием) алкогольной продукции.

Исчерпывающий перечень исключений из сферы действия данного Закона приведен в пункте 3 статьи 1.

В частности, действие Закона № 171-ФЗ не распространяется на деятельность по обороту спиртосодержащих лекарственных средств, зарегистрированных уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и включенных в государственный реестр лекарственных средств, а также спиртосодержащей непищевой продукции, расфасованной в металлическую аэрозольную упаковку емкостью не более 450 миллилитров.

В этой связи 21 мая 2018 года в рамках административного расследования по делу об административном правонарушении № 6-04-29/84ИП-2018 должностным лицом МРУ Росалкогольрегулирования направлено определение об истребовании сведений в Министерство здравоохранения Российской Федерации (т. 1, л.д. 92-94).

В ответном письме от 29 мая 2018 года Министерство здравоохранения Российской Федерации указало, что дезинфицирующее средство «Антисептин-Марат» не зарегистрировано в Российской Федерации в качестве лекарственного препарата и не внесено в государственный реестр лекарственных средств (т. 1, л.д. 95-96).

В то же время полученным в рамках уголовного дела № 12353 экспертным заключением от 21 марта 2017 года № 1613 установлено, что дезинфицирующее средство «Антисептин-Марат» является спиртосодержащей жидкостью с объемной долей этилового спирта 89%.

В соответствии с пунктом 3 статьи 2 Закона № 171-ФЗ под спиртосодержащей продукцией понимается пищевая или непищевая продукция с содержанием этилового спирта более 0,5 процента объема готовой продукции.

В свою очередь, спиртосодержащей пищевой продукцией признается пищевая продукция, в том числе виноматериалы, любые растворы, эмульсии, суспензии, виноградное сусло, иное фруктовое сусло, пивное сусло (за исключением алкогольной продукции) с содержанием этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, более 0,5 процента объема готовой продукции (пункт 4 статьи 2 Закона № 171-ФЗ).

Спиртосодержащая непищевой продукцией является непищевая продукция (в том числе денатурированная спиртосодержащая продукция, спиртосодержащая парфюмерно- косметическая продукция, любые растворы, эмульсии, суспензии), произведенная с использованием этилового спирта, иной спиртосодержащей продукции или спиртосодержащих отходов производства этилового спирта, с содержанием этилового спирта более 0,5 процента объема готовой продукции (пункт 5 статьи 2 Закона № 171-ФЗ).

Таким образом, на спорную спиртосодержащую продукцию в полной мере распространяются требования Закона № 171-ФЗ.

Однако сопроводительные документы, предусмотренные пунктом 1 статьи 10.2 Закона № 171-ФЗ и удостоверяющие легальность производства и оборота указанной спиртосодержащей продукции, ФИО3о ни в ходе предварительного следствия по уголовному делу, ни при рассмотрении уголовного дела судом общей юрисдикции, ни

По окончании административного расследования в отношении предпринимателя составлен протокол об административном правонарушении от 20 августа 2018 года № 6- 04-29/84ИП-2018 (т. 1, л.д. 113-115).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации административный орган обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении предпринимателя ФИО3о к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции считает правильными вывод суда первой инстанции о наличии оснований для направления на уничтожение арестованной спиртосодержащей продукции «Дезинфицирующее средство «Антисептин-Марат» ввиду следующего.

На основании статьи 129 Гражданского кодекса Российской Федерации объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться, если они не ограничены в обороте (пункт 1). Законом или в установленном законом порядке могут быть введены ограничения оборотоспособности объектов гражданских прав, в частности могут быть предусмотрены виды объектов гражданских прав, которые могут принадлежать лишь определенным участникам оборота либо совершение сделок, с которыми допускается по специальному разрешению (пункт 2).

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2003 года № 17-П, от 23 мая 2013 года № 11-П и от 30 марта 2016 года № 9-П, государственное регулирование в области производства и оборота такой специфической продукции, относящейся к объектам, ограниченно оборотоспособным, как этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, обусловлено необходимостью защиты как жизни и здоровья граждан, так и экономических интересов Российской Федерации, обеспечения нужд потребителей в соответствующей продукции, повышения ее качества и проведения контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Аналогичные цели государственного регулирования производства и оборота алкогольной продукции закреплены в пункте 1 статьи 1 Закон № 171-ФЗ.

Учитывая это, действующее законодательство предъявляет повышенные требования к обороту алкогольной и спиртосодержащей продукции, включая ряд ограничений и запретов.

Одним из таких ограничений является установленный пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ запрет на оборот спиртосодержащей продукции без сопроводительных документов, установленных в соответствии с требованиями данного Закона.

В частности, пунктом 1 статьи 10.2 Закона № 171-ФЗ (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) предусмотрено, что оборот алкогольной и спиртсодержащей продукции осуществляется только при наличии сопроводительных документов, удостоверяющих легальность ее производства и оборота, в том числе: товарно-транспортной накладной; справки, прилагаемой к таможенной декларации (для импортированной алкогольной продукции, за исключением спиртосодержащей и алкогольной продукции, являющейся товаром Таможенного союза); справки, прилагаемой к товарно-транспортной накладной (для алкогольной продукции, производство которой осуществляется на территории Российской Федерации, а также для импортированной алкогольной и спиртосодержащей продукции, являющейся товаром Таможенного союза).

В развитие приведенной нормы Постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2005 № 864 «О справке к товарно-транспортной накладной на этиловый спирт, алкогольную и спиртосодержащую продукцию» утверждены форма справки к товарно-транспортной накладной на этиловый спирт, алкогольную и спиртосодержащую продукцию и Правила заполнения справки к товарно-транспортной накладной на этиловый спирт, алкогольную и спиртосодержащую продукцию.

В рассматриваемом случае арбитражный суд первой инстанции отказал в привлечении предпринимателя к административной ответственности по мотиву истечения годичного срока давности.

В пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что арбитражный суд, вынося решение об отказе в привлечении лица к административной ответственности, в том числе по мотиву пропуска установленного статьей 4.5 КоАП Российской Федерации срока давности привлечения к административной ответственности, не вправе применить административное наказание в виде конфискации орудия совершения или предмета административного правонарушения. Вместе с тем в резолютивной части соответствующего решения вопрос об изъятых вещах и документах, а также о вещах, на которые наложен арест, должен быть разрешен с учетом положений пунктов 1 - 4 части 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации.

Если в ходе судебного разбирательства с очевидностью установлено, что вещи, явившиеся орудием совершения или предметом административного правонарушения и изъятые в рамках принятия мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, изъяты из оборота или находились в незаконном обороте (этиловый спирт, алкогольная или спиртосодержащая продукция, о которых упоминает статья 25 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции», контрафактная продукция), то в резолютивной части решения суда указывается, что соответствующие вещи возврату не подлежат, а также определяются дальнейшие действия с такими вещами (например, в отношении этилового спирта, алкогольной или спиртосодержащей продукции - в соответствии с Федеральным законом «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции»).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пунктах 8 и 10 Обзора Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2018 года, отказ арбитражного суда в удовлетворении требования о привлечении индивидуального предпринимателя к административной ответственности (в том числе по мотиву истечения срока давности) не влечет возврата такому лицу изъятой у него спиртосодержащей продукции, находившейся в незаконном обороте.

Таким образом, суд первой инстанции, установив отсутствие на спорную спиртосодержащую продукцию документов, подтверждающих легальность ее производства и оборота, правомерно направил такую продукцию на уничтожение.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что вступившим в законную силу приговором Иркутского районного суда от 21 ноября 2017 года определено возвратить ему спорную спиртосодержащую продукцию и поэтому арбитражный суд в рамках дела об административном правонарушении иным образом решать судьбу такой продукции, является необоснованным.

Из содержания приговора от 21 ноября 2017 года следует, что суд общей юрисдикции в соответствии с пунктом 6 части 3 статьи 81 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации постановил по вступлении приговора в законную силу передать законным владельцам по принадлежности, в том числе 1998 бутылок с жидкостью «Дезинфицирующее средство «Антисептин-Марат».

То есть спорная спиртосодержащая продукция по приговору суда общей юрисдикции подлежит передаче только законным ее владельцам.

Между тем согласно пункту 2 статьи 10.2 Закона № 171-ФЗ спиртосодержащая продукция, оборот которой осуществляется при полном или частичном отсутствии сопроводительных документов, указанных в пункте 1 настоящей статьи, считается продукцией, находящейся в незаконном обороте.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконных производства и (или) оборота спиртосодержащей продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежит спиртосодержащая продукция, если ее оборот осуществляется без документов, подтверждающих легальность производства и (или) оборота такой продукции.

Следовательно, исходя из приведенных взаимосвязанных положений статей 10.2 и 25 Закона № 171-ФЗ, для признания спиртосодержащей продукции находящейся в незаконном обороте достаточно установления одного лишь обстоятельства полного или частичного отсутствия названных выше сопроводительных документов.

Иными словами, спорная спиртосодержащая продукция, в отсутствие предусмотренных статьей 10.2 Закона № 171-ФЗ сопроводительных документов, находится в незаконном обороте и, как следствие, не может иметь законных владельцев.

Поскольку ФИО3о не представил необходимые документы на такую продукцию не только административному органу, но и судам первой и апелляционной инстанции (несмотря на соответствующий довод в апелляционной жалобе), его правопритязания на спорную спиртосодержащую продукцию являются необоснованными.

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции не может не учитывать и то, что вступившим в законную силу приговором Иркутского районного суда от 21 ноября 2017 года было достоверно установлено использование предпринимателем спиртосодержащей продукции для осуществления незаконной деятельности, связанной с производством и оборотом нелегальной алкогольной продукции.

При изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании предусмотренных процессуальным законом оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, поданной на часть решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции выносит судебный акт, в резолютивной части которого указывает выводы относительно обжалованной части судебного акта. Выводы, касающиеся необжалованной части судебного акта, в резолютивной части судебного акта не указываются (пункт 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 36).

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 декабря 2018 года по делу № А19- 24011/2018, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 18 декабря 2018 года по делу № А19-24011/2018 в обжалованной ФИО2 части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Иркутской области.

Председательствующий: Г.Г. Ячменёв

Судьи: Д.В. Басаев

Е.В. Желтоухов