Решение от 21 октября 2024 г. по делу № А32-1713/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Краснодар Дело № А32-1713/2022


Резолютивная часть решения оглашена 07 октября 2024 года, полный текст решения изготовлен 21 октября 2024 года.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Николаева А.В., при ведении протокола судебного заседания и его аудиозаписи помощником судьи Першогуба Е.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью ТК «ПРУССИЯ» (ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «ХОМАРУСС» (ИНН <***>),

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «БАУЦЕНТР РУС», ИП ФИО1,

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, о запрете незаконного использования товарного знака

при участии: от истца – представитель по доверенности ФИО2, от иных лиц – не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

ООО ТК «ПРУССИЯ» обратилось в суд с иском к ООО «ХОМАРУСС» о взыскании 38 718 500 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, о запрете незаконного использования товарного знака.

Истец явился в судебное заседание.

Иные лица, будучи надлежащим образом извещенными о месте и времени судебного заседания, не обеспечили явку представителей по доверенности в судебное заседание.

Согласно ст.156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

При таких обстоятельствах дело рассматривается в соответствии со ст.156 АПК РФ.

Ответчиком в материалы дела представлен отзыв, в соответствии с которым общество с ограниченной ответственностью «ХОМАРУСС» возражает относительно удовлетворения заявленных требований.

Общество с ограниченной ответственностью «БАУЦЕНТР РУС» представило в материалы дела отзыв, согласно которому третье лицо просит принять законное и обоснованное решение с учетом представленных пояснений.

ИП ФИО1 представила в материалы дела отзыв, согласно которому третье лицо просит принять законное и обоснованное решение с учетом представленных пояснений.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

ООО «Пруссия» является правообладателем товарного знака «ECO VLIES» по классу МКТУ 24,27 (свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной собственности № 786996).

Истцом установлено, что ООО «ХОМАРУСС» ввезены в Россию и реализованы обои «ECO VLIES» (12 000 шт.) без согласия правообладателя на использование товарного знака.

Полагая, что действия ответчика повлекли нарушение прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью ТК «ПРУССИЯ», истец обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением о прекращении использования товарного знака, взыскании компенсации в размере 26 199 926,96 руб. в размере двукратной стоимости права использования спорного товарного знака.

В раках соблюдения досудебного порядка урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлено претензионное письмо с требованием прекратить нарушение исключительных прав истца, а также выплатить компенсацию.

Претензионное письмо оставлено адресатом без удовлетворения.

При решении вопроса об обоснованности исковых требований суд руководствуется следующим.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

В силу пункта 3 статьи 1484 Кодекса никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Кодекса), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданского кодекса Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 N 15 "О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах", при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком. Аналогичная правовая позиция применима по делам, связанным защитой исключительного права на товарный знак.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 1538 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, в частности, осуществляющие предпринимательскую деятельность, могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий (статья 132 ГК РФ) коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1539 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладателю принадлежит исключительное право использования коммерческого обозначения в качестве средства индивидуализации принадлежащего ему предприятия любым не противоречащим закону способом (исключительное право на коммерческое обозначение), в том числе путем указания коммерческого обозначения на вывесках, бланках, в счетах и на иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет", если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Таким образом, с учетом положений статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак, фирменное наименование и коммерческое обозначение являются самостоятельными результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

Согласно пункту 6 статьи 1252 Кодекса, если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее.

Обладатель такого исключительного права может в порядке, установленном ГК РФ, требовать признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку (знаку обслуживания) либо полного или частичного запрета на использование фирменного наименования или коммерческого обозначения.

Для целей названного пункта под частичным запретом на использование понимается в отношении фирменного наименования - запрет на его использование в определенных видах деятельности, в отношении коммерческого обозначения запрет его использования в пределах определенной территории и (или) в определенных видах деятельности.

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Угроза смешения зависит от сходства противопоставляемых товарного знака и спорного обозначения, а также оценки однородности обозначенных ими товаров и услуг.

Лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок (пункт 3 статьи 1515 Кодекса).

По смыслу нормы статьи 1515 Кодекса нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122).

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между использованным обозначением и товарным знаком следует исходить из Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482, а также Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009 N 197.

Согласно пункту 41 названных Правил обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 Правил, согласно которым словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы, при этом сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам (учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях), а комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы, при этом при определении сходства комбинированных обозначений используются вышеуказанные признаки, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В соответствии с пунктом 6.3.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство при восприятии потребителем комбинированного обозначения, состоящего из изобразительного и словесного элементов, его внимание, как правило, акцентируется на словесном элементе.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, изложена правовая позиция, согласно которой при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В обоснование исковых требований истец указывает на основное сходство товарного знака N 754924 и обозначения студии маникюра «Хочу такие», принадлежащей ответчику.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Из материалов дела следует, что ООО «Пруссия» является правообладателем товарного знака «ECO VLIES» по классу МКТУ 24,27 (свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной собственности № 786996).

Истец основывает свои требования на том, что ООО «ХОМАРУСС» ввезло на территорию Российской Федерации товары с нанесенным товарным знаком «ECOVLIES» на основании таможенных деклараций на товары № 10323010/290721/0128516, 10323010/260421/0069158, 10323010/280 121/0012466, 10323010/041220/0053786.

Данным товаром являются обои флизелиновые артикул 39110, 39130, 39131, 39150. Товар в адрес ООО «Хомарусс» по этим таможенным декларациям поступил в соответствии с контрактом №2 от 22.07.2020, заключенным между ООО «ХомаРусс» (покупатель) и фирмой, производителем данной продукции, компанией NeuKalissSpezialpapieIGmbH (продавец)

Возражая относительно заявленных исковых требований, ответчик указывает следующее.

Истцом представлен приобретенный им на территории Российской Федерации в ООО «БАУЦЕНТР РУС» образец спорной продукции с нанесенным на ее этикетку товарным знаком «ECOVLIES».

При этом истец утверждает, что именно ответчик поставил данную продукцию в адрес ООО «БАУЦЕНТР РУС».

Однако, ответчик указывает, что данная продукция ранее была поставлена самим истцом в адрес ответчика согласно эксклюзивного договора купли-продажи товара № 3 от 05.12.2018.

В рамках указанного договора истец (ООО ТК «Пруссия») является продавцом, а ответчик (ООО «Хомарусс») является покупателем.

Согласно п. 8.1. договора, срок действия договора установлен сторонами до 31.12.2023.

Кроме того между сторонами заключены договоры поставки товара от 09.01.2021, 19.07.2021.

Полагая исковые требования необоснованными, ответчик утверждает, что товарный знак на ввезенной партии нанесен не был. Кроме того, ответчик отрицает факт ввоза на территорию Российской Федерации обоев с маркировкой товарного знака истца.

ООО «Хомарусс» представило в материалы дела внесудебное экспертное заключение ООО «Многоотраслевой экспертный центр», проведенное с целью установления относится ли флизелин ремонтный (ЕСО) к товарам обои по МКТУ с кодом 270007.

ООО «Многоотраслевой экспертный центр» пришло к выводу, что флизелин ремонтный (ECO VLIES) по своим техническим характеристикам относится к непродовольственным товарам обои, с кодом по МКТУ 270007.

Однако, из заключения ООО «Многоотраслевой экспертный центр»№ 28 от 04.04.2022 следует, что предметом исследования являлось определение свойств флизелина как товара, в частности, его химического состава (стр. 4 заключения).

Между тем, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Вывод специалиста о том, что флизелин ремонтный «ECO VLIES» обладает определенными химическими свойствами, имеет определенный химический состав, относится к непродовольственным товарам «обои» с кодом МКТУ 27, не влияет на разрешение вопроса об однородности товаров с точки зрения рядового потребителя.

Соответственно, указанное заключение не устанавливает и не опровергает какие-либо обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему спору.

Истцом в материалы дела представлено заключение патентного поверенного ФИО3, в соответствии с которым предоставленные образцы изделий - «флизелин ремонтный для стен и потолков», маркированные обозначением «ECO VLIES», являются однородными товарам, в отношении которых зарегистрирован товарный знак Российской Федерации РФ по свидетельству № 786996, а именно товару «покрытия настенные текстильные».

Кроме того, с учетом вышеизложенного, патентный поверенный конкретизировал ответ на изначально поставленный на разрешение вопрос, путем уточнения характеристик предоставленных изделий, с точки зрения вероятных ассоциативных связей обычного рядового потребителя, в отношении товара «флизелин ремонтный для стен и потолков»: Предоставленные образцы изделий - «флизелин ремонтный для стен и потолков» (обои флизелиновые»), маркированные обозначением «ECO VLIES», являются однородными товарам, в отношении которых зарегистрирован товарный знак Российской Федерации РФ по свидетельству № 786996, а именно товару «покрытия настенные текстильные».

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что обозначение «ECO VLIES» сходно с товарным знаком истца по свидетельству № 786996.

Из материалов дела следует, что истец ранее поставлял ответчику спорные обои с нанесенным товарным знаком в период с января 2019 года по август 2020 года, что подтверждается следующими товарными накладными (УПД № 86 от 09.01.2019, № 102 от 27.03.2019, № 192 от 21.05.2019, № 239 от 19.06.2019, № 260 от 05.07.2019, № 262 от 06.07.2019, № № 288 от 18.07.2019, № 310 от 15.08.2019, № 382 от16.10.2019, № 338 от 09.09.2019, № 247 от 22.06.2020, № 343м от 13.08.2020, № 3365 от 03.08.2020).

В материалы дела также представлен отзыв ИП ФИО1, согласно которому ответчик поставлял в адрес третьего лица обои, маркированные товарным знаком истца 02.08.2021 на основании УПД № Р-2518.

Кроме того, в материалах дела есть декларация, указанная в накладной от 02.08.2021 УПД № Р-2518. Указанное обстоятельство также подтверждает позицию истца.

ООО «Бауцентр», представляя пояснения относительно заявленных исковых требований, не отрицает и не подтверждает факт маркировки обоев товарным знаком истца, ссылаясь на отсутствие такого учета.

Суд полагает необходимым отметить, что ответчик не представил доказательств того, что какая-либо партия спорных обоев, ввезенных по таможенным декларациям № 10323010/260421/0069158, 10323010/260421/0069158, 10323010/280121/0012466, 10323010/041220/0053786, не маркировалась товарным знаком истца.

Между тем, материалы дела подтверждают, что товар, содержащий маркировку товарным знаком истца, был ввезен по следующим таможенным декларациям, впоследствии продан ответчиком:

10323010/260421/0069158: 111 000 руб. (УПД от 04.06.021 № Р-1864), 14 800 руб. (УПД от 03.06.2021 № 1851), 12 600 руб. (УПД от 24.05.2021 № Р-982), 7 600 руб. (УПД от 26.03.2021 № Р-680), 5 000 руб. (УПД от 02.08.2021 № Р-2581), 6 300 руб. (УПД от 02.08.2021 № Р-2581).

10323010/260421/0069158: 22 509 руб. и 19 215 руб. (УПД от 17.08.2021 № Р-2675), 7 200 руб. (УПД от 02.08.2021 № Р-2581).

10323010/280121/0012466: 37 000 руб. (УПД от 29.03.2021 № Р-879), 33 300 руб. (УПД от 25.03.2021 №Р-830), 51 800 руб. (УПД от 23.03.2021 № Р-797), 22 200 руб. (УПД от 11.03.2021 № Р-668), 133 200 руб. (УПД от 10.03.2021 № Р-645), 13 800 руб., 7 400 руб. (УПД от 02.03.2021 № Р-571), 6 900 руб. (УПД от 01.03.2021 № Р-546), 11 700 руб. (УПД от 12.04.2021 № Р-697), 11 700 руб. (УПД от 01.03.2021 № Р-442), 45 600 руб. (УПД от 26.03.2021 № Р-680).

10323010/041220/0053786: 21 600 руб. (УПД от 12.04.2021 № Р-697),

Истцом также представлена видеозапись и фото спорного товара маркированного товарным знаком истца. Указанный довод подтверждает и ИП ФИО1 в своем отзыве.

Кроме того, в судебном заседании состоялся осмотр вещественных доказательств и представленных фото из сервиса WhatApp.

Помимо прочего, осуществлен допрос свидетеля ФИО4, являвшегося учредителем и коммерческим директором ООО «Хомарусс» в период с 2017 года по август 2021 года, который подтвердил позицию истца: согласно пояснениям ФИО4, спорные обои ответчик закупал сначала у истца, затем на заводе в Германии; обои были уже с этикетками «ECO VLIES», самостоятельно обществом ничего не наносилось.

Как указано в пункте 96 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), исчерпание исключительного права на произведение представляет собой один из случаев свободного использования произведения - исключение из общего правила о том, что любые действия по использованию произведения могут осуществляться только правообладателем или с его согласия (пункты 1 и 2 статьи 1270 ГК РФ), и применяется лишь в случаях, прямо установленных статьей 1272 ГК РФ.

Исчерпание права происходит только в отношении конкретного оригинала или конкретных экземпляров произведения, правомерно введенных в гражданский оборот на территории Российской Федерации. Распространение контрафактных экземпляров произведений статьей 1272 ГК РФ не охватывается и в любом случае образует нарушение исключительного права на произведение независимо от того, создан этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц.

Однако, в рассматриваемом споре отсутствует исчерпание права, поскольку истец не вводил в оборот спорный товар на территории Российской Федерации.

Материалами дела подтверждено, что нарушение исключительных прав имело место во время правовой охраны товарного знака.

Необходимо отметить, что ответчик, возражая на иск, не представил доказательства реализации аналогичного спорному товара, на котором бы отсутствовала маркировка товарным знаком истца.

На основании статьи 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на зарегистрированный товарный знак принадлежит его правообладателю и действует на всей территории Российской Федерации вне зависимости от использования этого товарного знака в границах той или иной географической территории или административного образования.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В рассматриваемом случае заявлено о взыскании компенсации, размер которой определен в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Кодекса.

ООО «ТК «Пруссия» уменьшило исковые требования до двукратной стоимости контрафактного товара с маркировкой "ECO VLIES", ввезенного ответчиком по таможенным декларациям на товары № 10323010/290721/0128516, 10323010/260421/0069158, 10323010/280121/0012466, 10323010/041220/0053786. Стоимость ввезенного товара составляет 13 099 963,48 руб.

Итого, общая сумма компенсации, подлежащая возмещению, составляет:

13 099 963,48 х 2 = 26 199 926,96 руб.

Истец полагает данную сумму соразмерной допущенному нарушению.

При определении размера подлежащей к взысканию компенсации, оценив надлежащим образом по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, учитывая характер допущенного нарушения, степень вины ответчика, вероятные убытки правообладателя, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд пришел к выводу о том, что требования истца о выплате компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак подлежат удовлетворению в части на основании следующего.

Суд полагает справедливым осуществить расчет компенсации, исходя из двукратной таможенной стоимости (строка 45 таможенных деклараций) с учетом правовой позиции Суда по интеллектуальным правам, изложенной в постановлении от 29.08.2023 N С01-1462/2023 по делу N А40-140571/2022:

декларация № 10323010/260421/0128516 – 3 113 108,24 руб.

декларация № 10323010/260421/0069158 – 4 221 623,51 руб.

декларация № 10323010/280121/0012466 – 2 590 205,05 руб.

декларация № 10323010/041220/0053786 – 1 984 120,91 руб.

Итого, стоимость деклараций составляет 11 909 057,71 руб., двукратная стоимость – 23 818 115,42 руб.

Необходимо отметить, что мотивированного ходатайства о снижении размера компенсации ниже нижнего предела ответчиком не заявлялось, оснований для применения Постановления № 40-П судом также не установлено.

Содержащиеся в ЕГРЮЛ виды деятельности ответчика, представленные в материалах дела договоры, заключенные ответчиком на поставку товара, свидетельствуют о том, что ответчик, используя в своем наименовании обозначение ECO VLIES» сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Федеральной службы по интеллектуальной собственности Российской Федерации № 786996, осуществляет деятельность, подпадающую в том числе под описание деятельности по 24 и 27 классу МКТУ.

Таким образом, суд пришел к выводу о незаконности использования ответчиком в своей деятельности при оказании услуг по 24 и 27 классам МКТУ словесного обозначения ECO VLIES» сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Федеральной службы по интеллектуальной собственности Российской Федерации № 786996 и удовлетворил требований истца об обязании ответчика прекратить такое использование.

При этом, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по иску относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворённых требований.

Согласно просительной части искового заявления, ООО «ТК «Пруссия» уменьшило исковые требования до 26 199 926,96 руб., государственная пошлина за рассмотрение которого составляет 154 000 руб.

Поскольку имущественное требование удовлетворено судом на 90,91 %, за рассмотрение которого истцом оплачена государственная пошлина, на ответчика подлежит отнесению в следующем порядке: 23 818 115,42 / 26 199 926,96 х 154 000 = 140 000 руб.

При этом за рассмотрение неимущественного требования истца, удовлетворенного судом, истец государственную пошлину в размере 6 000 руб. не оплатил.

Согласно п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 (с изм. от 30.06.2015) «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Руководствуясь гл. 20 АПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Запретить обществу с ограниченной ответственностью «ХОМАРУСС» (ИНН <***>) использование обозначения «ECO VLIES» сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Федеральной службы по интеллектуальной собственности Российской Федерации № 786996 в отношении товаров 24 и 27 класса МКТУ, для которых он зарегистрирован, в том числе осуществлять любые действия с использованием указанного товарного знака для производства, рекламы, хранения, предложения к продаже, ввоза на территорию Российской Федерации, ввода в гражданский оборот на территории Российской Федерации, товаров, маркированных указанным обозначением.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ХОМАРУСС» (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью ТК «ПРУССИЯ» (ИНН <***>) сумму компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 23 818 115,40 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 181 820 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ХОМАРУСС» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его изготовления в полном объеме, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Краснодарского края.


Судья А.В.Николаев