Решение от 22 октября 2021 г. по делу № А32-54843/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

город Краснодар

«22» октября 2021 года

Дело № А32-54843/2020

Резолютивная часть решения объявлена 28 сентября 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 22 октября 2021 года.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Цатуряна Р.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Луговской Я.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания региональные сети», Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, город Ханты-Мансийск (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Магнитэнерго», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании неосновательного обогащения,

при участии представителей:

от истца: ФИО1 (доверенность от 11.01.2021 № 02/21, диплом от 21.06.2001 № 18);

от ответчика: ФИО2 (доверенность от 02.07.2021 № К/38-Д, диплом от

06.12.2007 № 920),

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Югорская территориальная энергетическая компания региональные сети» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Магнитэнерго» (далее – ответчик) о взыскании неосновательного обогащения за период с 06.03.2020 по 30.09.2020 в размере 387 106 рублей 52 копеек, а также расходов по уплате государственной пошлины.

Определением суда от 23.12.2020 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощённого производства без вызова сторон в соответствии со статьёй 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

24 февраля 2021 года суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В суд от истца поступило ходатайство об изменении исковых требований, а именно: о взыскании с ответчика неосновательного обогащения за период с марта по декабрь 2020 года в размере 611 017 рублей 29 копеек, а также расходов по уплате государственной пошлины.

В судебном заседании 21.09.2021 представители сторон изложили свои правовые позиции по существу спора.

В судебном заседании 21.09.2021 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 14 часов 40 минут 28 сентября 2021 года.

Лица, участвующие в деле, после перерыва явку своих представителей не обеспечили.

Названное ходатайство истца об изменении исковых требований судом рассмотрено и удовлетворено как соответствующее требованиям статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исследовав материалы дела, установил следующее.

Между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 13.12.2012 № 18601-1942-у/13, по условиям которого исполнитель обязуется оказывать заказчику услуги по передаче электрической энергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или ином установленном федеральном законом основании, а заказчик обязуется принять и оплатить услуги по передаче электроэнергии в порядке, установленном договором (пункт 2.1 договора).

06 марта 2020 года между истцом и администрацией городского поселения Талинка заключен договор по реализации инвестиционного проекта № 1, согласно которому администрация городского поселения Талинка передает акционерному обществу «Югорская территориальная энергетическая компания региональные сети» для проектирования и реконструкции объект, подстанцию 35/6 кВ «Талинка», расположенный по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, Октябрьский район, пгт. ФИО3, ЦПС «Южный».

На момент заключения договора по реализации инвестиционного проекта указанная подстанция находилась в пользовании у общества с ограниченной ответственностью «МинЭл» на основании договора аренды муниципального имущества от 01.11.2019 № 7.

Таким образом, как указывает истец, у него, как соинвестора, возникло право владения и пользования объектом – подстанция 35/6 кВ «Талинка» - с момента заключения договора на реализацию инвестиционного проекта. В этой связи истец принял на себя обязательство обеспечить надлежащее функционирование подстанции 35/6 кВ «Талинка», и ее использование для передачи электрической энергии.

14 октября 2020 года между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «МинЭл» заключен договор субаренды электросетевого имущества № 10560-ар/20, согласно пункту 9.1 которого, он распространяет свое действие на правоотношения сторон, возникшие с 23.05.2020.

06 марта 2020 года в рамках существующего технологического присоединения между обществом с ограниченной ответственностью «МинЭл» и истцом переоформлен акт об осуществлении технологического присоединения № 15 с максимальной мощностью 5 163 кВт и № 16 с максимальной мощностью 5 163 кВт.

В свою очередь энергопринимающие устройства, обеспечивающие подачу электроэнергии в магазины «Магнит», расположенные в пгт. Талинка, были присоединены к сетям общества с ограниченной ответственностью «МинЭл», что подтверждается актами об осуществлении технологического присоединения, составленными обществом с ограниченной ответственностью «МинЭл» и собственниками указанных энергопринимающих устройств:

- ММ «Майтон», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20, акт об осуществлении технологического присоединения от 14.03.2018 № 347;

- ММ «Рулай», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34, акт об осуществлении технологического присоединения от 04.06.2018 № 394;

- ММ «Шабина», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19, акт об осуществлении технологического присоединения от 16.01.2018 № 363.

Таким образом, у истца был изменен состав потребителей, появились новые точки поставки электроэнергии, в отношении которых акционерное общество «Югорская территориальная энергетическая компания региональные сети» начало оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием указанных объектов электросетевого хозяйства.

27 апреля 2020 года, после переоформления актов об осуществлении технологического присоединения от 06.03.2020 № 15 и № 16, в адрес ответчика было направлено дополнительное соглашение от 21.04.2020 № 48 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 13.12.2012 № 18601 с включением с 06.03.2020 точек поставки:

- ММ «Майтон», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20;

- ММ «Рулай», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34;

- ММ «Шабина», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19.

12 мая 2020 года от ответчика поступило письмо № К-3487/20 с уведомлением о том, что данные точки поставки включены в договор оказания услуг по передаче электроэнергии, заключенный с акционерным обществом «Россети Тюмень», дополнительное соглашение не подписано.

Полагая, что в результате невключения в договор от 13.12.2012 № 18601-1942-у/13 названных точек поставки и оказания истцом по данным точкам услуг по передаче электроэнергии, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Правовая природа договора оказания услуг по передаче электрической энергии от 13.12.2012 № 18601-1942-у/13 определяется с учетом норм гражданского законодательства, регулирующих положения о возмездном оказании услуг (глава 39 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме этого, отношения по передаче электрической энергии регулируются нормами специальных нормативных правовых актов, в частности, Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 «Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям».

В силу пункта 2 статьи 26 Федерального закона Российской Федерации от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основании договора возмездного оказания услуг. Договор оказания этих услуг является публичным.

Обязательным условием оказания услуг по передаче электрической энергии покупателю является его участие в оптовом рынке или наличие у такого покупателя заключенного с производителем или иным поставщиком электрической энергии договора купли-продажи электрической энергии, исполнение обязательств по которому осуществляется надлежащим образом.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с частью 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, по смыслу положений статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Нормы о кондикции носят универсальный характер, призваны обеспечить реализацию основных начал гражданского права, эквивалентно-возмездное начало гражданского правоотношения. Обязательство из неосновательного обогащения, относится к числу охранительных обязательств. Его содержание образуют требование о возврате неосновательного обогащения (кондикция) или притязанием из неосновательного обогащения, и корреспондирующая этому требованию обязанность возвратить неосновательное обогащение.

Таким образом, истец, обращаясь с настоящим иском должен доказать, что ответчик приобрел имущество истца без установленных сделкой или законом оснований.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик в представленном отзыве на исковое заявлении и дополнении к нему указал, что в отношении спорных точек поставки: ММ «Майтон», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20; ММ «Рулай», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34; ММ «Шабина», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19, между ответчиком и акционерным обществом «Россети Тюмень» заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1 (в редакции дополнительного соглашения от 17.02.2020 № 23). Таким образом, в спорный период по указанным объектам услуги по передаче электроэнергии оказывало акционерное общество «Россети Тюмень», которому, в свою очередь, был установлен соответствующий тариф. Оплата за оказанные услуги по передаче электроэнергии по спорным объектам в заявленный период была произведена в рамках договора от 10.10.2012 № МЭ-1.

Кроме того, на территории Тюменской области, начиная с 2019 года «котлодержателем» является акционерное общество «Россети Тюмень», что подтверждается распоряжением РЭК Тюменской области, ХМАО-Югры, ЯНАО от 27.12.2019 № 35, а также письмом РЭК Тюменской области, ХМАО-Югры, ЯНАО от 10.06.2020 № 57/588, из которых следует, что у акционерного общества «Россети Тюмень» аккумулируются оплаченные потребителями по «котловому» тарифу денежные средства за оказанные услуги по передаче электрической энергии для последующего из перераспределения между сетевыми организациями по индивидуальным тарифам. Объекты электросетевого хозяйства истца, посредством которых происходит оказание услуг по передаче электрической энергии до спорных точек поставки, не были учтены регулирующим органом в НВВ истца при утверждении тарифов на передачу электроэнергии на 2020 год. Истец в качестве основания владения объектами электросетевого хозяйства, присоединенных к объектам АО «Тандер», указывает на договор по реализации инвестиционного проекта от 06.03.2020 № 1, по условиям которого администрация пгт. Талинка передала истцу ПС 35/6 кВ «Талинка». Таким образом, истец в середине периода тарифного регулирования стал правообладателем объектов электросетевого хозяйства, к которым непосредственно присоединены энергопринимающие устройства ответчика. При этом при осуществлении тарифного регулирования на 2020 год в необходимую валовую выручку истца не были включены затраты на содержание объектов АО «Тандер» ввиду того, что договор по реализации инвестиционного проекта был заключен 06.03.2020, то есть после направления тарифной заявки на 2020 год сетевой организацией и после принятия РЭК Тюменской области, ХМАО-Югры, ЯНАО решения об установлении тарифа. Соответственно, у истца на 2020 год отсутствовал тариф на услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, расположенных в пгт. Талинка. Сетевая организация вправе претендовать на получение платы за услуги, оказанные посредством объектов электросетевого хозяйства, затраты на содержание и эксплуатацию которых учтены при утверждении решения об установлении тарифа. Таким образом, истец как сетевая организация не вправе требовать оплаты услуг по передаче электрической энергии путем применения единого котлового тарифа за спорный период, поскольку затраты на содержание спорных объектов электросетевого хозяйства АО «Тандер» не были учтены при принятии тарифного решения на 2020 год.

Изучив материалы дела, суд признает доводы ответчика обоснованными, а исковые требования – не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Между ответчиком (сбытовая компания) и открытым акционерным обществом «Тюменьэнерго» (в настоящее время – акционерное общество «Россети Тюмень») (сетевая компания) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1, по условиям которого сетевая компания обязуется оказывать услуги по передаче электроэнергии и мощности путем осуществления организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих сетевой компании на праве собственности и (или) ином установленном федеральным законом основании, а сбытовая компания обязуется оплачивать услуги по передаче электроэнергии в порядке, установленном договором (пункт 2.1 договора).

Как следует из приложения № 1 к дополнительному соглашению от 17.02.2020 № 23 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1, ответчик и акционерное общество «Россети Тюмень» включили в перечень точек поставки ПС-35/6 кВ Талинка (ММ «Майтон», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. 1, д. 20; ММ «Рулай», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 34; ММ «Шабина», ХМАО-Югра, Октябрьский район, пгт. Талинка, мкр. Центральный, д. 19). Таким образом, в спорный период в отношении спорных точек поставки действовал договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 10.10.2012 № МЭ-1, заключенный между ответчиком и акционерным обществом «Россети Тюмень». Также услуги по спорным точкам были оплачены ответчиком «котлодержателю».

Услуги сетевых организаций по передаче электрической энергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 4, 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», пункты 6, 46 - 48 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861. подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования № 1178).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 утверждены Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, в силу пункта 35 которых цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел».

Ввиду того, что фактические затраты сетевых организаций в регионе различны для получения положенной им экономически обоснованной необходимой валовой выручки (далее - НВВ), каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства (подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования, пункты 49, 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-Э/2 (далее - Методические указания № 20-э/2).

При этом тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. Базовые величины для расчета ставок тарифов определяются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа (Правила № 1178, раздел III Основ ценообразования № 1178, пункты 43, 44, 47 - 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Между тем законодательство не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования, поскольку возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункт 20 Методических указаний № 20-э/2).

Последствия поступления во владение сетевой организации объектов электросетевого хозяйства, состоявшегося после утверждения регулирующим органом тарифного решения на соответствующий период, и оказания сетевой организацией в этот период услуг по передаче электрической энергии, в том числе посредством использования таких объектов, находятся в зависимости от того, учтены ли расходы на содержание соответствующих объектов при установлении тарифов применительно к рассматриваемому периоду регулирования и, по сути, являются риском данной сетевой организации.

Если новые электросетевые объекты получены от иной сетевой организации (в порядке реорганизации юридического лица, по договорам купли-продажи, аренды, ссуды), являющейся участником того же «котла», то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором устанавливался тариф на передачу электрической энергии в том числе посредством их использования, то предполагается, что затраты на их содержание и эксплуатацию у обеих сетевых организаций (правопредшественника и правопреемника) равны, пока не доказано обратное.

В связи с этим для исчисления стоимости услуг по передаче электрической энергии, оказанных сетевой организацией-правопреемником посредством использования новых электросетевых объектов, применению подлежит тариф, утвержденный для сетевой организации-правопредшественника (до того момента, пока сетевой организации-правопреемнику не утвержден тариф, учитывающий новые электросетевые объекты).

Презумпция равенства стоимости услуг, оказываемых сетевыми организациями правопреемником и правопредшественником, может быть опровергнута процессуальным оппонентом, доказавшим иную стоимость услуг, оказываемых сетевой организацией, получившей объекты электросетевого хозяйства.

В ситуации, когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца, то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, это изменяет механизм распределения денежных средств по единому (котловому) тарифу - его получателем становится сетевая организация, приобретшая указанные объекты. При этом возникшая схема отношений не может повлечь за собой изменения утвержденной регулирующим органом котловой модели распределения денежных средств и ограничить получение смежными сетевыми организациями необходимой НВВ, учтенной при установлении тарифов.

Возможность субъекта электроэнергетики, являющегося лицом, обязанным оплатить услуги по передаче электрической энергии, оказанные сетевой организацией посредством использования новых электросетевых объектов, компенсировать незапланированные затраты в последующих тарифных периодах с использованием мер тарифного регулирования, не может служить мотивировкой допустимости нарушения сетевой организацией тарифно-балансового плана хозяйственной деятельности электросетевого комплекса региона. Иное правопонимание противоречит пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку поступление новых электросетевых объектов во владение сетевой организации находится в сфере субъективного контроля последней.

В силу пункта 46 Правил № 861 тарифы на услуги по передаче электрической энергии устанавливаются с учетом использования потребителями указанных услуг мощности электрической сети, к которой они технологически присоединены.

Согласно пункту 47 Правил № 861 заявленная мощность, используемая в целях установления тарифов на услуги по передаче электрической энергии, учитываемая в сводном прогнозном балансе производства и поставок электрической энергии (мощности) в рамках Единой энергетической системы России по субъектам Российской Федерации, определяется сетевой организацией в целях ее направления в Федеральную антимонопольную службу и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов в следующем порядке: в случае если в качестве потребителя услуг по передаче электрической энергии выступает сетевая организация, заявленная мощность определяется в соответствии с пунктом 38 настоящих Правил; в иных случаях заявленная мощность определяется на основании информации об объемах услуг по передаче электрической энергии потребителей услуг в предыдущих расчетных периодах, определяемых в соответствии с пунктом 15(1) настоящего документа, а также на основании информации о максимальных мощностях энергопринимающих устройств, процедура технологического присоединения которых к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации на момент направления в Федеральную антимонопольную службу и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов не завершена.

Таким образом, тариф на оказание услуги по передаче электрической энергии устанавливается в зависимости от заявленной и подтвержденной сетевой организацией величины мощности электрической сети, к которой технологически присоединены потребители, учтенной в прогнозном балансе.

Кроме того, урегулирование потребителем отношений по передаче электрической энергии с сетевой организацией, к сетям которой непосредственно присоединено его энергопринимающее устройство, не противоречит положениям действующего законодательства. Оплатив услуги по котловому тарифу, потребитель считается исполнившим свои обязательства, вследствие чего предъявление к нему требований об оплате услуг по передаче электрической энергии является необоснованным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2019 № 306-ЭС18-25562, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208).

Учитывая конкретные обстоятельства формирования схемы тарифного регулирования, действовавшей в 2020 году, в том числе то обстоятельство, что при формировании тарифа используемая потребителями услуг по передаче электрической энергии мощность по спорным точкам поставки в тарифе истца не учитывалась, в соответствии с утвержденным единым котловым тарифом ответчиком произведена оплата услуг сетевой организации (АО «Россети Тюмень»), суд пришел к выводу, что произошедшие изменения в составе электросетевого хозяйства истца не могут повлечь за собой искажения тарифной схемы расчетов, в связи с чем суд считает, что ответчиком обязанность по оплате услуг исполнена.

С учетом изложенного у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь статьями 49, 65, 68, 71, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

ходатайство истца об изменении исковых требований удовлетворить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок с момента вступления решения в законную силу через Арбитражный суд Краснодарского края в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья

Р.С. Цатурян