Решение от 1 декабря 2020 г. по делу № А67-7427/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


М О Т И В И Р О В А Н Н О Е


Р Е Ш Е Н И Е

г. Томск Дело № А67- 7427/2020

01.12.2020

Резолютивная часть решения изготовлена 23.11.2020.


Арбитражный суд Томской области в составе судьи Токарева Е. А.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению компании Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) (Кейларанта 7, 02150 Эспоо, Финляндия)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***> ОГРНИП 314701723700088)

о взыскании 80 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107, а также о взыскании с ответчика 150,00 руб. судебных издержек в возмещение расходов на получение доказательств – контрафактного товара, 229,54 руб. судебных издержек на отправление почтовой корреспонденции ответчику, 3200,00 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины,

без вызова сторон,

УСТАНОВИЛ:

Компания Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) (далее – Компания, истец) обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании 80 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107. Кроме того, истец просит взыскать с ответчика 3200,00 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска, 150,00 руб. судебных издержек по приобретению контрафактного товара, 229,54 руб. судебных издержек на отправку почтовой корреспонденции ответчику.

Исковые требования обоснованы статьями 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на зарегистрированные товарные знаки.

Определением арбитражного суда от 02.10.2020 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Ответчик представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что в его действиях отсутствует факт нарушения прав истца, и истец не имеет права требовать компенсацию за продажу спорного товара, ответчик полагает, что истец злоупотребляет правом, предъявляя иск. Кроме того, ответчик ссылается на Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда».

Истец в возражениях на отзыв ответчика отметил, что продажа контрафактного товара тоже является нарушением; для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения вопрос о том, был ли изготовлен реализованный ответчиком спорный товар самим ответчиком или иным лицом, а также каким образом данный товар был приобретен или получен ответчиком, продажа контрафактного товара - самостоятельное нарушение; при рассмотрении спора по существу в материалы дела доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, не представлено; само по себе обращение за защитой исключительного права не является злоупотреблением права, тогда как вывод о добросовестности ответчиков не является обстоятельством, освобождающим от гражданско - правовой ответственности, в случае доказанности факта нарушения исключительных прав на товарные знаки; доказательства того, что настоящий иск предъявлен исключительно с целью причинить вред, отсутствуют; вынесенное Конституционным судом Постановление № 40-П не имеет отношение к рассматриваемому спору.

В дополнении к отзыву ответчик указал, что истцом не представлено доказательств того, что товар, добровольно купленный истцом у ответчика, является контрафактным; нарушением прав на объект интеллектуальных прав является действие с этим самым объектом прав, а не с посторонним предметом - вещью, товаром.

В связи с истечением сроков, установленных судом для представления доказательств и иных документов, дело рассмотрено судом по имеющимся доказательствам согласно части 5 статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) без вызова сторон.

Исследовав материалы дела, доводы сторон, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что исковые требования Компании подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Компания является правообладателем товарных знаков № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107, правовая охрана которым предоставлена в отношении товаров 25 класса МКТУ, включающего в т.ч. одежду, что подтверждается выписками из Международного реестра торговых знаков (л.д. 19-39).

Как указано в иске, 28.01.2020 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: <...>, был реализован товар – шорты детские.

По мнению истца, на реализованном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107.

В подтверждение факта розничной продажи указанного товара истец представил кассовый чек от 28.01.2020 (л.д. 17), видеозапись приобретения товара, а также сам товар и его фотографию (л.д. 18).

Ссылаясь на нарушение исключительных прав на товарные знаки, Компания направила ИП ФИО1 претензию с требованием устранить нарушение и выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки (л.д. 15-16).

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 1225 ГК РФ правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе товарным знакам.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Наличие у истца исключительных прав на товарные знаки № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107 подтверждено представленными в материалы дела выписками из Международного реестра торговых знаков и ответчиком не оспаривается.

Факт реализации представленного товара подтверждается кассовым чеком от 28.01.2020, видеозаписью контрольной закупки товара, на котором отражена фактическая реализация товара, а также самим товаром.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу.

В материалы дела истцом представлен оригинал кассового чека, содержащий реквизиты ответчика, также на чеке указана дата продажи, наименование товара и цена товара. Кассовый или товарный чек применительно к статьям 65, 67, 68 АПК РФ и статье 493 ГК РФ является достаточным доказательством надлежащего заключения договора купли-продажи. Доказательств ведения торговли иным лицом, пояснений относительного того, каким образом кассовый чек с реквизитами ответчика был передан покупателю, ответчик в материалы дела не представил.

Судом также обозревалась представленная истцом видеозапись. Суд пришел к выводу, что она была произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ. На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной или не соответствующей статьям 67 - 68 АПК РФ отсутствуют. Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ не требуется согласия гражданина для обнародования и дальнейшего использования изображения, полученного при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, в том числе открытых судебных заседаниях, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования. Как следует из представленной истцом в материалы дела видеозаписи, объектом съемки являлся процесс приобретения контрафактного товара. Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Видеозапись содержит весь процесс приобретения товара лицом, представляющим интересы истца, в торговой точке ответчика, а также изображение приобретенного товара и кассового чека, выданного продавцом при реализации товара.

О фальсификации доказательств (видеозаписи и кассового чека) в соответствии со статьей 161 АПК РФ ответчиком не заявлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленные истцом доказательства в совокупности содержат необходимые идентифицирующие сведения о продавце и реализованном товаре, а также о факте его реализации.

Как разъяснено в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Судом исследовался реализованный ответчиком товар. На основании представленных в материалы дела доказательств суд пришел к выводу о наличии сходства до степени смешения товарных знаков истца с обозначениями на реализованном ответчиком товаре.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование товарных знаков № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107, следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарные знаки, в связи с чем суд отклоняет доводы ответчика о том, что в его действиях отсутствует факт нарушения прав истца, т.к. действия, совершенные ответчиком, представляют собой самостоятельный способ использования объектов исключительных прав, выраженный в предложении к продаже и продаже контрафактного товара, на котором содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками, согласие на использование которых Компанией не выдавалось.

Ссылка ответчика на то, что спорный товар не является контрафактным, подлежит отклонению, поскольку не соответствует установленным судом на основании оценки материалов дела фактическим обстоятельствам.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ ответчик не представил в материалы дела доказательств введения продукции в оборот на территории Российской Федерации и размещения спорных товарных знаков с согласия истца.

Обстоятельство того, что спорный товар был приобретен у третьих лиц, не исключает вину приобретателя, поскольку ответчику следовало удостовериться об отсутствии у контрагента нарушения прав третьих лиц на спорные товарные знаки.

Ответчик не проявил должную степень внимательности, заботливости и осмотрительности для предотвращения наступления для него негативных последствий.

Незаконность использования ответчиком товарных знаков истца подтверждается отсутствием у ответчика договоров с правообладателем.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Компенсация в общей сумме 80 000,00 руб. определена истцом исходя из размера компенсации – 20 000,00 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав (за каждый размещенный на товаре объект).

Размер компенсация обоснован истцом следующим: согласно данным «Картотеки арбитражных дел» ответчик был привлечен к ответственности по иным делам о нарушении исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Данное обстоятельство подтверждается вступившим в законную силу судебным актом: решением Арбитражного суда Томской области от 11.10.2019 года по делу № А67-8893/2019. В рамках рассматриваемого дела факт реализации ответчиком контрафактного товара был зафиксирован позднее вынесенного судом решения по делу № А67-8893/2019, что свидетельствует о том, что действия ответчика являются грубым нарушением прав, совершенным умышленно, так как он уже был осведомлен о наличии исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, был предупрежден о незаконности торговли контрафактными товарами и был ознакомлен с требованиями уничтожить всю продукцию такого рода, но продолжал реализовывать контрафактную продукцию. Истец ссылается на то, что Суд по интеллектуальным правам в своем Постановлении от 14.12.2017 по делу № А04-5733/2016 указал, что из постановления от 13.12.2016 № 28-П не следует, что неоднократность правонарушений должна оцениваться исходя из нарушения прав одного и того же правообладателя. Таким образом, как указывает истец, размер присужденной суммы компенсации по делу № А67-8893/2019 от 11.10.2019, не выполнил превентивной функции, так как ответчик продолжает торговать контрафактными товарами и после вынесенного решения.

Принимая во внимание подтверждение материалами дела факта нарушения ответчиком исключительных прав истца при продаже контрафактного товара, с учетом доводов истца, в т.ч. о том, что правонарушение совершено ответчиком не впервые, исходя из принципов разумности и справедливости, суд находит обоснованным заявленный истцом размер компенсации.

По мнению суда, компенсация в общей сумме 80 000,00 руб. является соразмерной последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств. Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащего ему товарного знака при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

При указанных обстоятельствах требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

Ссылка ответчика на Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» судом отклонена, учитывая, что истцом расчет компенсации произведен на основании иной нормы - подпункта 1 пункта 4 статьи 15151515 ГК РФ.

Судом также исследовались и отклонены доводы ответчика о наличии в действиях истца по подаче рассматриваемого иска признаков злоупотребления правом.

Так, пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Заявляя о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчик не представил надлежащих доказательств, обуславливающих то обстоятельство, что действия по подаче иска в суд направлены на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной целью которого было причинение вреда другому лицу, равно как и не представил доказательств, злоупотребления, допущенного истцом при подаче рассматриваемого искового заявления.

Истцом также заявлено требование о взыскании 150,00 руб. судебных расходов на приобретение контрафактного товара, 229,54 руб. почтовых расходов на отправку ответчику претензии и искового заявления и 3200,00 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями АПК РФ, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Расходы истца на приобретение контрафактного товара в размере 150,00 руб., на оплату почтовых услуг в размере 229,54 руб. и по оплате государственной пошлины в размере 3200,00 руб. подтверждены материалами дела, признаны судом обоснованными и подлежащими распределению по правилам главы 9 АПК РФ.

Таким образом, в соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по иску – стоимость приобретенного вещественного доказательства, почтовые расходы, расходы по уплате государственной помощи подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 228, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***> ОГРНИП 314701723700088) в пользу компании Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) 80 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 1 091 303, № 1 086 866, № 1 152 678, № 1 153 107, 150,00 руб. в возмещение судебных издержек на получение доказательств, 229,54 руб. в возмещение судебных издержек на отправку ответчику претензии и иска, 3200,00 руб. в возмещение судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску, всего 83 579,54 руб.

Вещественное доказательство (шорты), приобщенное к материалам настоящего дела, уничтожить после вступления решения суда в законную силу и истечения срока, установленного на его кассационное обжалование.


Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.



Судья Е.А. Токарев