Постановление от 6 августа 2025 г. по делу № А53-34472/2024

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-34472/2024
г. Краснодар
07 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2025 года

 Постановление в полном объеме изготовлено 07 августа 2025 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Зотовой И.И., судей Аваряскина В.В. и Афониной Е.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Благодатской Н.Э., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы видео-конференц-связи при содействии Арбитражного суда Ростовской области, от заявителей: общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик "Гелиос"» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО1 – ФИО2 (доверенности от 03.09.2024, от 04.06.2025), от заинтересованного лица – Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по Ростовской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (доверенность от 12.08.2024), ФИО4 (доверенность от 14.07.2025), от третьего лица – Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО5 (доверенность от 14.01.2025), ФИО6 (доверенность от 10.03.2025), в отсутствие третьего лица – ФИО7, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, при рассмотрении кассационной жалобы ФИО1 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2025 по делу № А53-34472/2024, установил следующее. 

ООО «Специализированный застройщик "Гелиос"» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд к Межрайонной ИФНС России № 26 по Ростовской области (далее – инспекция) с заявлением о признании недействительным решения от 01.08.2024 № 21396А об отказе в государственной регистрации, возложении обязанности на инспекцию произвести государственную регистрацию изменений в ЕГРЮЛ, содержащихся в заявлении по форме № Р13014 от 25.07.2024 № 21396А.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее – управление), ФИО1 Определением от 08.10.2024 суд первой инстанции удовлетворил ходатайство ФИО1 о вступлении в дело в качестве второго заявителя, исключил ее из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, и привлек к участию в деле в качестве соистца с требованием о признании незаконными действий инспекции, выраженных в применении в отношении ФИО1 ограничений, предусмотренных подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ), в связи с наличием в ЕГРЮЛ указания о недостоверности сведений о физическом лице, имеющем право без доверенности действовать от имени ООО «Вега» (далее – компания), внесенных в ЕГРЮЛ на основании заявления ФИО1 от 27.04.2022 за ГРН 2226100377700.

Решением суда от 05.12.2024 заявленные требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован тем, что отказ налогового органа в государственной регистрации является незаконным, поскольку фактически ФИО1 не являлась директором компании на момент прекращения деятельности юридического лица; единственный правомерный способ внесения изменений в ЕГРЮЛ для ФИО1 – подача заявления о внесении записи о недостоверности данных о ней в ЕГРЮЛ.

Постановлением апелляционного суда от 12.05.2025 решение от 05.12.2024 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе решение суда первой инстанции. Заявитель указывает на нарушение апелляционным судом норм материального права, а именно неверное толкование подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ. Исходя из систематического толкования положений Закона № 129-ФЗ прекращение юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений, внесенных на основании заявления директора, не создает для такого лица ограничений, предусмотренных абзацем шестым подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ. Апелляционный суд не установил фактическое осуществление ФИО1 полномочий директора компании на момент ее исключения из ЕГРЮЛ; неправомерно возложил на ФИО1 бремя доказывания отрицательного факта. В отсутствие заявления компании об изменении сведений в ЕГРЮЛ в связи с избранием нового директора, единственным правомерным способом внесения данных в ЕГРЮЛ, способным отразить прекращение полномочий ФИО1 как директора компании, являлось внесение записи о недостоверности данных о юридическом лице. Вывод апелляционного суда о недоказанности прекращения трудовых отношений ФИО1 и компании не основан на материалах дела. Довод инспекции о недобросовестности ФИО1 заявлен лишь в суде апелляционной инстанции и не подтвержден. Апелляционный суд, приобщая представленные ответчиком документы, не выяснил уважительность причин невозможности их представления инспекцией в суд первой инстанции. Представление «нулевой» отчетности является правомерным и добросовестным поведением. Вывод апелляционного суда об отсутствии негативных последствий, причиной которых выступает решение от 01.08.2024 № 21396А, противоречит материалам дела.

В отзыве на кассационную жалобу управление указало на ее несостоятельность, а также законность и обоснованность постановления апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представители инспекции и управления возражали против ее удовлетворения.

Суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемого судебного акта, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе (часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит удовлетворению.

Как установили суды и следует из материалов дела, 27.04.2022 в ЕГРЮЛ в отношении компании внесена запись о недостоверности сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица – ФИО1

25 июля 2024 года ФИО1 в целях государственной регистрации прекращения полномочий директора общества ФИО7 и возложения полномочий директора общества на себя, а также изменения сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в части адреса общества в пределах места нахождения, представила в налоговый орган следующие документы: заявление о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы юридического лица, и (или) о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, по форме № Р13014, решение единственного участника общества от 22.04.2024 № 2024/1, свидетельство от 29.07.2008 о государственной регистрации права, доверенность от 23.07.2024.

При проведении проверки регистрирующих данных инспекция установила, что ФИО1, сведения о которой заявлены к государственной регистрации как о директоре общества, являясь лицом, имевшим на момент исключения компании из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ней сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, право без доверенности действовать от имени компании. Датой прекращения деятельности компании (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности) является 26.06.2023 (ГРН 2236100348120).

1 августа 2024 года инспекция приняла решение № 221396А об отказе в государственной регистрации, мотивировав его наличием ограничений, установленных подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, и указала, что на момент представления комплекта документов в инспекцию в отношении общества не истекли три года с момента исключения компании из ЕГРЮЛ.

ФИО1 обратилась в управление с жалобой на решение инспекции от 01.08.2024 № 21396А об отказе в государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, в которой просила отменить решение ввиду того, что ФИО1 не является лицом, попадающим под ограничения, предусмотренные подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ. Решением от 27.08.2024 № 15-22/021913 управление оставило жалобу без удовлетворения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения общества и ФИО1 в арбитражный суд с иском.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд первой инстанции, установив, что ФИО1 фактически прекратила трудовые отношения с компанией до ее исключения из ЕГРЮЛ и подала заявление в регистрирующий орган о недостоверности сведений в отношении себя как прекратившего полномочия директора компании, исходил из того, что неисполнение компанией обязанности по инициированию внесения изменений в сведения о смене лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица в ЕГРЮЛ, само по себе не может являться основанием для возложения на ФИО1, прекратившую полномочия директора в соответствии со статьей 280 Трудового кодекса Российской Федерации до исключения компании из ЕГРЮЛ, предусмотренной подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ ответственности в виде запрета на участие в управлении юридическими лицами.

Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 198, 200, 201 Кодекса, пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ, исходил из того, что наличие в реестре записи о недостоверности сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, на момент исключения компании из ЕГРЮЛ является самостоятельным и достаточным основанием для применения к заявителю ограничений, предусмотренных абзацем шестым подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ. Поскольку ФИО1 на момент исключения компании из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица имела право без доверенности действовать от имени этого юридического лица, при этом на момент представления документов в регистрирующий орган трехлетний срок с момента исключения компании из ЕГРЮЛ не истек, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о законности оспариваемого решения. При этом доводы ФИО1 о фактическом прекращении трудовых отношений с компанией апелляционный суд посчитал документально неподтвержденными, указав, что в материалы дела не представлены доказательства непосредственного направления уведомлений учредителю компании ФИО8 об увольнении, о расторжении трудового договора, а также не представлены доказательства, подтверждающие способ направления ФИО1 названных уведомлений.

Между тем, судами не учтено следующее.

Положения подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ направлены на реализацию принципа публичной достоверности содержащихся в государственном реестре сведений, защиту третьих лиц, чьи права и законные интересы могут быть нарушены использованием недостоверных сведений.

В соответствии с абзацем шестым подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ отказ в государственной регистрации допускается, если в регистрирующий орган представлены документы для включения сведений об учредителе (участнике) юридического лица либо о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, в отношении лиц, имевших на момент исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием в нем сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, право без доверенности действовать от имени такого юридического лица при условии, что на момент представления документов в регистрирующий орган не истекли три года с момента исключения указанного юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

Из пояснительной записки к проекту Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения достоверности сведений, представляемых при государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» следует, что целью введения подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ являлось установление ограничений на участие в создании юридических лиц на определенный срок для физических лиц, ранее задействованных в создании и деятельности юридических лиц с признаками фиктивной деятельности, нарушавших законодательство Российской Федерации, направленных на исключение злоупотребления процедурами регистрации при ликвидации юридического лица, в том числе в целях уклонения от исполнения обязательств перед третьими лицами.

Согласно разъяснениям, приведенным в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О, № 582-О, от 25.10.2018 № 2616-О, от 19.12.2019 № 3435-О, № 3441-О, от 29.09.2020 № 2128-О, закрепленный подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ временный запрет на создание новых юридических лиц и на участие в управлении существующими юридическими лицами устанавливается только для недобросовестных лиц, ранее уклонившихся от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, что может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица. Данный запрет не может расцениваться как нарушающий права контролирующих лиц свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Положения подпункта «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ носят по сути предупредительный и санкционный характер, подлежат применению лишь к недобросовестным контролирующим лицам, допустившим нарушения в сфере управления, с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации принципов справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности, в том числе с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств (определения Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2019 № 307-ЭС18-14705, от 10.12.2019 № 307-ЭС19-13673).

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в постановлениях от 25.01.2001 № 1-П, от 17.07.2002 № 13-П, от 18.05.2012 № 12-П, от 10.02.2017 № 2-П, от 26.10.2017 № 25-П, общепризнанным принципом привлечения к ответственности во всех отраслях права является наличие вины – либо доказанной, либо презюмируемой, но опровержимой – как элемента субъективной стороны состава правонарушения, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. предусмотрено непосредственно в законе.

Из анализируемой нормы права и приведенных выше разъяснений следует, что для применения ограничений, установленных подпунктом «ф» Закона № 129-ФЗ, в качестве санкции за нарушения в сфере управления необходимо установить факт совершения такого нарушения и вину контролирующего лица в его совершении, недобросовестный характер его поведения, что соответствует правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 по делу № 307-ЭС19-13673.

Оспаривая решение инспекции от 01.08.2024 № 21396А об отказе в государственной регистрации, ФИО1 указывала, что на момент исключения компании из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о недостоверности она фактически не являлась директором данного юридического лица, поскольку направляла 10.02.2022 в адрес единственного участника компании – ФИО8 уведомление об увольнении с 18.03.2022, а также повторное уведомление от 17.03.2022 о прекращении трудовых отношений с компанией и необходимости направления заявления о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ, не получив ответа на которые издала приказ от 18.03.2022 № ВГ001-у об увольнении себя как директора компании.

Суд апелляционной инстанции не исследовал все обстоятельства дела, сославшись на отсутствие в материалах дела доказательств того, что единственным правомерным способом внесения данных в ЕГРЮЛ о сложении полномочий директора компании являлось внесение записи о недостоверности данных о юридическом лице; не оценил доводы ФИО1 об отсутствии ее вины как прекратившего полномочия директора, в связи с чем пришел к преждевременному выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных требованиях.

Апелляционный суд также указал следующее.

27 мая 2021 года компания представила за 2020 год «нулевую» налоговую декларацию по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения. При этом за 2021 год компания также сдала «нулевые» расчеты сумм на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентом 22.02.2022 и 28.01.2022 расчет по страховым взносам. Суд апелляционной инстанции констатировал, что представленная компанией отчетность указывает на то, что деятельность не велась.

Общество создано 10.08.2022; лицом, имеющем право без доверенности действовать от имени общества, в ЕГРЮЛ внесена запись в отношении ФИО7 24 января 2025 года общество в лице ФИО7 сдало «нулевой» расчет сумм на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентом, расчет по страховым взносам. 20 февраля 2025 года общество за 2025 год представило «нулевой» отчет по персонифицированным сведениям о физических лицах, подписанный ФИО7 Апелляционный суд пришел к заключению, что представление «нулевой» отчетности указывает на отсутствие ведения обществом деятельности.

Согласно представленным инспекцией сведениям, исполнение ФИО1 обязанностей руководителя компании является не единственным источником дохода. В 2022 году ФИО1 согласно справкам 6-НДФЛ получила доход в виде заработной платы от налоговых агентов ООО «Астор», ООО «Эвалан», от налоговых агентов ООО «Компания "БКС"», ООО «Авиор», ООО «Орион-Плюс», ООО «УК "Райффайзен капитал"», ООО «МКП "Кубань"», ООО «Сим-Рост», ООО «Атлант-Н» получен доход в виде дивидендов и процентов. В 2023 согласно справкам 6-НДФЛ ФИО1 получила доход в виде заработной платы от налоговых агентов ООО «Астор», ООО «Эвалан», ООО «АМД "Девелoпмент"», от налоговых агентов ООО «Компания "БКС"». ООО «Авиор», ООО «Орион-Плюс», ООО «УК "Райффайзен капитал"», ООО «МКП "Кубань"», ООО «Сим-Рост», ООО «Атлант-Н», Банка ВТБ, ООО «Кронос "МКП"», ООО «ФормулаА» получен доход в виде дивидендов и процентов.

Перечислив данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции не дал оценку в совокупности имеющимся доказательствам, не сделал заключение и соответствующие выводы по указанным обстоятельствам, являющимся существенными и влияющими на квалификацию обжалуемого ненормативного акта как соответствующего закону.

По правилам распределения бремени доказывания, установленным частью 1 статьи 65, частью 5 статьи 200 Кодекса, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, который должен содержать мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для верного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, согласно подлежащим применению нормам материального права (части 1, 2 статьи 65, статья 71, часть 1 статьи 168 Кодекса).

В соответствии с частью 4 статьи 15 Кодекса принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Данная норма во взаимосвязи с положениями статей 65 и 71 указанного Кодекса означает, что судом должно быть исследовано, поименовано в судебном акте и мотивированно принято или отклонено каждое доказательство, после чего по результатам оценки их совокупности во взаимной связи сделан обобщающий вывод об их достаточности для подтверждения или опровержения указываемых стороной обстоятельств полностью или в части.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 170 Кодекса в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

В силу части 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в суде первой инстанции либо были отвергнуты судом первой инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

В соответствии с частью 1 статьи 288 Кодекса основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Поскольку постановление апелляционного суда принято по неполно выясненным обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, и для принятия обоснованного и законного судебного акта по существу спора требуется исследование и оценка доказательств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий (статья 286 Кодекса), обжалуемый судебный акт надлежит отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, оценить доводы участвующих в деле лиц, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Согласно абзацу 2 части 3 статьи 289 Кодекса при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело (по правилам статьи 110 Кодекса).

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2025 по делу № А53-34472/2024 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий                                                                                    И.И. Зотова

Судьи                                                                                                                   В.В. Аваряскин

                                                                                                                             Е.И. Афонина