Решение от 1 апреля 2022 г. по делу № А56-73641/2021

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-73641/2021
01 апреля 2022 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 23 марта 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 01 апреля 2022 года.


Судья Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области Шведов А.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Продтрейд+» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес (место нахождения): 192236, Санкт-Петербург, ул. Софийская, д. 8, корп. 1, лит. Б, пом. 21Н Ч № 1, оф. 310; адрес для корреспонденции: 197110, Санкт-Петербург, пр. Константиновский, д. 11, лит. А, оф. 100)

о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц


ответчики:

- ФИО2,

- ФИО3


при участии:

от ФИО2: представитель ФИО4 (по ордеру от 23.03.2022 №830214),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, не извещены,

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило исковое заявление ООО «Продтрейд+» (далее – заявитель, кредитор) о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО3 (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности в размере 4 168 323,21 руб. по обязательствам ООО «Компания Альвина» (ИНН <***>).

Определением от 10.11.2021 указанное исковое заявление принято к производству суда; предварительное судебное заседание по рассмотрению искового заявления назначено на 12.01.2022.

До начала судебного заседания Управление по вопросам миграции ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в ответ на запрос суда представило сведения об адресе регистрации по месту жительства ФИО2 и сообщило о снятии ФИО3 с регистрационного учета в связи со смертью.

Принимая во внимание, что отсутствие возражений относительно завершения предварительного судебного заседания по рассмотрению искового заявления, суд установил, что представленных в материалы дела доказательств достаточно для разрешения заявленных требований по существу, признал дело подготовленным к судебному разбирательству, в связи с чем объявил предварительное судебное заседание оконченным.

Определением от 12.01.2022 дату судебного разбирательства суд назначил на 09.02.2022, обязав заявителя уточнить заявленные требования в отношении ответчика ФИО3 с учетом предоставленных регистрирующим органом сведений о смерти, а также предложив ФИО2 представить в суд письменный мотивированный отзыв на заявление с доказательствами в обоснование своих доводов (возражений при наличии).

Определением от 09.02.2022 рассмотрение исковых требований заявителя отложено на 23.03.2022.

До начала судебного заседания, назначенного на 18.03.2022, ФИО2 направил в суд отзыв на исковое заявление, от заявителя поступили уточнения к заявленным требованиям.

Согласно ходатайству об уточнении исковых требований, заявитель просит суд:

1. Привлечь контролирующее должника лицо - ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 4 168 323,21 руб.;

2, В случае установления факта незаконных действий ответчика и установления в действиях последнего признаков преступления, предусмотренного статьей 196 Уголовного кодекса Российской Федерации (преднамеренное банкротство), вынести частное определение и в соответствии с частью 4 статьи 188.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) направить его копию в Следственный комитет Российской Федерации;

3. Прекратить производство по исковому заявлению в отношении ответчика ФИО3

Уточнения приняты судом к рассмотрению в порядке статьи 49 АПК РФ.

Присутствующий в судебном заседании представитель ответчика ФИО2 возражал против удовлетворения искового заявления по основаниям, изложенным в отзыве.

До начала судебного заседания судом удовлетворено ходатайство ООО «Продтрейд+» посредством информационной системы «Мой Арбитр» об участии в онлайн-заседании. Однако, ФИО5, представляющий интересы указанного общества по доверенности, не принял участия в онлайн-заседании.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о дате и времени судебного заседания, в суд не явились, явку представителей не обеспечили. В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие названных лиц.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между ООО «Продтрейд+» (поставщик) и ООО «Компания Альвина» (покупатель) заключен договор поставки от 19.06.2018 №58/18, согласно которому поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить товар.

Ссылаясь на неисполнение покупателем принятых на себя обязательств по оплате поставленного ему поставщиком товара, ООО «Продтрейд+» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «Компания Альвина» о взыскании задолженности по договору поставки от 19.06.2018 №58/18.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2019 по делу №А56-90394/2019 с ООО «Компания Альвина» в пользу ООО «Продтрейд+» взыскано 3 926 334 руб. задолженности по договору поставки и 258 711 руб. неустойки.

Указав на неисполнение должником вступившего в законную силу решения суда по делу №А56-90394/2019, ООО «Продтрейд+» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Компания Альвина» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 17.06.2020 в отношении ООО «Компания Альвина» возбуждено производство по делу №А56-25883/2020 о несостоятельности (банкротстве).

Определением от 07.10.2020 по делу №А56-25883/2020 в отношении ООО «Компания Альвина» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6.

Этим же определением суда признаны обоснованными требования ООО «Продтрейд+» в размере 3 909 612,21 руб. основного долга и 258 711 руб. неустойки включены в реестр требований кредиторов должника.

Поскольку определением арбитражного суда от 29.04.2021 производство по делу №А56-25883/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Компания Альвина» прекращено в связи с отсутствием у должника денежных средств на финансирование процедуры банкротства, и требования ООО «Продтрейд+» остались непогашенными, оно обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

В соответствии с частью 3 статьи 4 Федерального закона от 29 июля 2017 года №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

При этом, нормы законодательства о несостоятельности (банкротстве) при рассмотрении настоящего заявления, арбитражный суд исходит из следующего.

Положения статьи 61.12 Закона о банкротстве во взаимосвязи с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, которыми названный Закон был дополнен в соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), согласно пункту 1 статьи 4 Закона №266-ФЗ вступили в силу со дня официального опубликования Закона, за исключением положений, для которых названной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают, в частности, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53), в удовлетворении иска о привлечении к субсидиарной ответственности, поданного вне рамок дела о банкротстве, не может быть отказано только потому, что о наличии оснований для привлечения к ответственности кредитор (кредиторы) узнал или должен был узнать до завершения конкурсного производства.

В этом случае к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на данного проинформированного кредитора (кредиторов), применяется исковая давность, предусмотренная пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, к остальной части требования о привлечении к субсидиарной ответственности применяется исковая давность, предусмотренная пунктом 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 N 307-ЭС21-29).

Исковое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавшего должника лица подано в суд посредством системы «Мой Арбитр» 10.08.2021, в связи с чем при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Поскольку в обоснование заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности заявитель ссылается на обстоятельства, имевшие место до 30.07.2017, применению к спорным правоотношениям подлежат материальные нормы статьи 10 Закона о банкротстве без учета изменений, внесенных в него Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Компания Альвина», представленной в материалы дела, ООО «Компания Альвина» создано 04.06.2015 по решению единственного участника ФИО2, который с момента образования общества в качестве юридического лица по 02.04.2020 являлся генеральным директором.

В результате заключения между ФИО2 и ФИО3 договора купли-продажи долей участия в обществе, участником ООО «Компания Альвина» с размером долей в размере 100 % стал ФИО3, который исполнял обязанности руководителя общества.

Согласно ответу Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области на запрос суда, ФИО3 снят с регистрационного учета в связи со смертью, в связи с чем заявитель ходатайствовал о прекращении производства по исковому заявлению в отношении данного ответчика.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что после смерти гражданина, являющегося стороной в деле, спорное правоотношение не допускает правопреемства.

При таких обстоятельствах, суд прекращает производство по настоящему исковому заявлению в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В отношении ФИО2 суд полагает, что он обоснованно указан заявителем в качестве лица, контролирующего должника.

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности заявитель указал на невозможность полного погашения требований заявителя вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, ссылаясь при этом на необращение ФИО2 в суд с заявлением о признании ООО «Компания Альвина» несостоятельным (банкротом) не позднее 01.02.2017, поскольку на указанную дату общество уже обладало признаками неплатежеспособности, ООО «Компания Альвина» в лице его руководителя ФИО2 продолжило принимать на себя обязательства по договору от 19.06.2018 №58/18 вплоть до 12.04.2019, будучи уже неспособным погашать текущие счета (в период невозможности исполнения со стороны должника взятых на себя обязательств перед кредиторами), а также на непередачу временному управляющему документации общества, касающейся финансово-хозяйственной деятельности, что затруднило выявление временным управляющим каких-либо активов, впоследствии к прекращению производства по делу по основанию, предусмотренному абзацем восьмым пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Положениями пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции №134-ФЗ установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Как следует из пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Под платежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Исходя из положений статьи 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

При этом из содержания пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на обязанности по уплате обязательных платежей.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как указывает заявитель, руководитель должника, осознавая фактическую неспособность ООО «Компания Альвина» исполнить все денежные обязательствами в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве, был обязан подать заявление о признании ООО «Компания Альвина» несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд не позднее 01.02.2017.

На указанную дату, согласно позиции заявителя, общество уже обладало признаками неплатежеспособности, ООО «Компания Альвина» в лице его руководителя ФИО2 продолжило принимать на себя обязательства по договору от 19.06.2018 №58/18 вплоть до 12.04.2019, будучи уже неспособным погашать текущие счета (в период невозможности исполнения со стороны должника взятых на себя обязательств перед кредиторами).

Возражая против удовлетворения исковых требований заявителя, ответчик ссылался на отсутствие у ООО «Компания Альвина» признаков неплатежеспособности и признаков недостаточности имущества.

Требование заявителя о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве суд находит необоснованным и не подлежащим удовлетворению в силу следующего.

Заявителем не доказано, что в спорный период у должника сложилось критическое финансовое положение, при котором у руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Судом установлено и следует из данных бухгалтерского баланса и отчета о финансовых результатах на 31.12.2017, 31.12.2018 и 31.12.2019, ООО «Компания Альвина» на конец 2017 года имело основные средства на сумму 395 000 руб., на конец 2018 года - 1 561 000 руб., на конец 2019 года - 1 297 000 руб., запасы в виде готовой продукции на складе на сумму 25 824 000 руб., 40 071 000 руб., 45 586 000 руб. соответственно, дебиторскую задолженность в размере 6 616 000 руб., 3 494 000 руб., 3 207 000 руб. соответственно. При этом кредиторская задолженность за 2017 год составляла 32 581 000 руб., за 2018 год – 43 314 000 руб., за 2019 год – 46 987 000 руб.

Из вышеуказанного следует, что в течение 2017 - 2019 годов активы должника значительно превышали сумму кредиторской задолженности, обязательства по уплате обязательных платежей у должника отсутствовали.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 4 Постановления №53, объективным банкротством является неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Балансовая стоимость имущества и имущественных прав должника превышала совокупный размер всех обязательств должника перед всеми его кредиторами, что свидетельствует об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности вплоть до 31.12.2019.

При этом, как указывает ответчик, причиной объективного банкротства должника являлось неисполнение контрагентами должника своих обязательств по погашению дебиторской задолженности и/или возврату ранее полученных займов.

Действия (бездействие) контрагентов (дебиторов) не зависели от воли ФИО2, утратившего полномочия руководителя должника 02.04.2020.

Само по себе наличие у должника в 2019 году задолженности перед заявителем на сумму 4 185 045 руб. с учетом масштаба деятельности должника не свидетельствовало о его объективном банкротстве.

Задолженность должника перед заявителем составляла незначительную долю от величины совокупных активов должника по состоянию на 31.12.2019.

Наличие данной задолженности с учетом масштабов деятельности должника расценивалось ФИО2 как временные финансовые затруднения.

Иными словами, масштаб деятельности должника объективно позволял ФИО2 рассчитывать на погашение требований заявителя за счет выручки от хозяйственной деятельности - реализации готовой продукции, взыскании дебиторской задолженности, реализации основных средств.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 9 Постановления №53, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исполнявшийся ФИО2 экономически обоснованный план преодоления временных финансовых затруднений заключался в истребовании дебиторской задолженности, возврату ранее выданных займов, реализации готовой продукции и основных средств.

На указанную заявителем дату ни одно условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве не возникло, в связи с чем в рассматриваемом случае суд признает недоказанным факт возникновения у ФИО2 на указанную заявителем дату обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии со статьей 37 Закона о банкротстве.

При таком положении предусмотренные пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом у суда отсутствуют.

Оценив довод истца о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд установил следующее.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, данная норма права предусматривает самостоятельное основание для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, которое не связано с совершением действий или дачей обязательных для должника указаний, приведших к несостоятельности (банкротству) предприятия.

Для привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности по заявленному основанию необходимо установить причинно-следственную связь между отсутствием спорной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в связи с данным обстоятельством.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона Российской Федерации от 21.11.1996 №129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнения обязательств, возврате имущества из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно единоличный исполнительный орган обязан представлять доказательства причин, объективно препятствовавших осуществить передачу документации.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При этом невыполнение требования закона о представлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 24 Постановления №53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из заявления, заявитель ссылается на уклонение бывшим руководителем ООО «Компания Альвина» ФИО2 от передачи временному управляющему документации, касающейся финансово-хозяйственной деятельности должника.

По мнению заявителя, единственным активом ООО «Компания Альвина» являлась дебиторская задолженность в размере 3 207 000 руб., однако, первичные документы, подтверждающие основания возникновения указанной дебиторской задолженности ФИО2 временному управляющему не переданы, в связи с чем заявитель полагает, что не представляется возможным определить момент истечения сроков исковой давности по сделкам должника, заключенным с контрагентами, установить самих дебиторов должника.

Как полагает заявитель, непредставление контролирующим должника лицом указанных документов временному управляющему создали условия, при которых дальнейшее финансирование процедуры банкротства стало нецелесообразным.

Между тем, доказательства, подтверждающие то, что непередача ФИО2 временному управляющему документации общества послужило причиной невозможности удовлетворения требований заявителя в заявленном размере, равно как и доказательства наличия у ФИО2 каких-либо документов, заявителем суду не представлено.

Кроме того, на дату введения в отношении ООО «Компания Альвина» процедуры наблюдения у ФИО2 отсутствовала обязанность по передаче временному управляющему документации общества, его полномочия как руководителя должника и единственного участника прекращены 02.04.2020, с заявлением об истребовании документов у бывших руководителей должника временный управляющий в суд не обращался, процедура банкротства в отношении ООО «Компания Альвина» прекращена в связи с отсутствием финансирования дальнейших расходов по делу по ходатайствам временного управляющего и самого заявителя.

С учетом приведенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что заявителем не доказана причинно-следственная связь между непередачей временному управляющему документации должника и невозможностью удовлетворения требований заявителя.

При таком положении, суд находит недоказанной заявителем совокупности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьями 61.11, 61.19 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 167, 225.17 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Отказать в удовлетворении искового заявления ООО «Продтрейд+» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в размере 4 168 323,21 руб.

Прекратить производство по исковому заявлению ООО «Продтрейд+» в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его вынесения.


Судья Шведов А.А.