Решение от 28 января 2026 г. АС Республики Татарстан

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. <***>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-37687/2024

Дата принятия решения – 29 января 2026 года.

Дата объявления резолютивной части – 15 января 2026 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Хасанова А.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шариповой Р.Н.,


рассмотрев 13.01.2026, 15.01.2026 в открытом судебном заседании дело по иску ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПРОДСЕРВИС-С" (ИНН <***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>) о взыскании суммы убытков в размере 3 064 411 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 116 932 руб.,


с участием:

от истца – 13.01.2026 ФИО2, по доверенности от 01.01.2026, 15.01.2026 не явился,

от ответчика – не явился,

от третьего лица (ООО "ГАЗСТРОЙПРОЕКТ" (ИНН <***>)) – не явился,

У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПРОДСЕРВИС-С" (ИНН <***>) обратилось с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>) о взыскании суммы убытков в размере 3 064 411 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 116 932 руб.

Определением суда от 11.04.2025 принято увеличение исковых требований, согласно которому истец просил взыскать с ответчика сумму убытков в размере 3 731 839,00 руб., по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО3 ООО «Центр экспертизы и геоизысканий».

Определением суда от 09.07.2025 производство по делу №А65-37687/2024 возобновлено.

Определением суда от 04.08.2025 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ГАЗСТРОЙПРОЕКТ" (ИНН <***>), удовлетворено ходатайство истца об увеличении суммы иска в части взыскания убытков до 6 985 131,49 руб., отказано в удовлетворении ходатайства истца о дополнении первоначальных требований новым требованием и взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 2 004 718 руб.

Определением суда от 05.09.2025 принято к рассмотрению заявление ответчика о фальсификации доказательств, сторонам были разъяснены уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации.

Определением суда от 14.10.2025 по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО4 АВТОНОМНОЙ НЕКОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ "ЭКСПЕРТИЗЫ И ИССЛЕДОВАНИЯ "КРИМИНАЛИСТИКА".

Ответчик, третье лицо не явились, извещены.

Представитель истца дал пояснения, исковое заявление поддержал, представил ходатайство о вызове эксперта, в последующем отозвал ходатайство.

От ответчика поступили дополнительные письменные пояснения, ходатайство об отложении судебного заседания.

В удовлетворении ходатайства об отложении судом отказано ввиду необоснованности.

В открытом судебном заседании по инициативе суда в соответствии со ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 15.01.2026 на 14 час. 20 мин. (информация о перерыве была опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан).

После перерыва судебное разбирательство продолжено в назначенное время.

Стороны, третье лицо не явились, извещены.

От истца поступили итоговые письменные пояснения.

От ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

В удовлетворении ходатайства об отложении судом отказано ввиду необоснованности, у ответчика имелось достаточное количество времени для обеспечения явки и поиска иного представителя.

Дело рассмотрено в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ).

В соответствии с материалами дела, Ответчиком заявлено ходатайство об отложении судебного заседания, назначенного на 13 января 2026 года в связи с нахождением его представителя в заранее запланированном отпуске за пределами Российской Федерации.

Суд, рассмотрев данное ходатайство, руководствуясь положениями статей 158, 159 АПК РФ, не находит оснований для его удовлетворения и отклоняет его по следующим основаниям.

Судебное заседание было назначено на 13 января 2026 года определением суда от 14 октября 2025 года. Таким образом, Ответчик и его представитель располагали свыше двух месяцев для заблаговременного планирования своего процессуального участия и согласования служебных и личных графиков с датами судебных заседаний. Отсутствие такой организации не может быть признано уважительной причиной для отложения разбирательства. Настоящее дело находится в производстве суда с 2024 года, неоднократно откладывалось, по нему проведены две судебные экспертизы, стороны неоднократно представляли объемные письменные пояснения. Дальнейшее отложение судебного заседания по причине, связанной исключительно с графиком отпуска представителя одной из сторон, приведет к необоснованному затягиванию процесса и нарушению принципа разумности сроков судопроизводства (статья 6.1 АПК РФ), а также прав Истца на своевременное рассмотрение дела. Доводы, изложенные в ходатайстве, не являются достаточными и уважительными для отложения судебного заседания. У Ответчика имеются иные средства для защиты своих интересов, а удовлетворение ходатайства приведет к неоправданному нарушению установленных сроков рассмотрения дела.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением Ответчиком обязательств по договору подряда с использованием материалов заказчика от 01 сентября 2022 года, выразившимся в выполнении строительно-монтажных работ с существенными недостатками, которые делают результат работ непригодным для использования по назначению и требуют затрат на устранение. Истец указывает, что Ответчик, являясь профессиональным подрядчиком, допустил грубые нарушения строительных норм и правил, а также использовал материалы, не соответствующие назначению (применил стеновые сэндвич-панели в качестве кровельных), что повлекло протечки, промерзание и иные дефекты объекта.

Ответчик иск не признал, представил отзыв и дополнительные пояснения, в которых оспаривал факт заключения договора подряда от 01 сентября 2022 года, указывая на неподписание им данного документа и фальсификацию доказательств со стороны Истца. Также Ответчик заявлял о несоблюдении Истцом досудебного (претензионного) порядка урегулирования спора, отсутствии надлежащих доказательств наличия недостатков, несоответствии адреса объекта, указанного в спорном договоре и локальной смете, и существенных противоречиях в представленных Истцом документах (платежных поручениях, проектной документации). В связи с заявлением о фальсификации Ответчик ходатайствовал о назначении судебной почерковедческой экспертизы для проверки подлинности подписи и оттиска печати на договоре подряда.

Определением суда от 14 октября 2025 года по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО4 (АНО «Экспертизы и исследования «Криминалистика»). Ранее определением суда от 11 апреля 2025 года по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО3 (ООО «Центр экспертизы и геоизысканий»).

В материалы дела поступили:

Заключение судебной строительно-технической экспертизы № 013/05-2025 от 07 июня 2025 года, подготовленное экспертом ФИО3

Заключение судебной комплексной почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы документов № 59 от 26 ноября 2025 года, подготовленное экспертом ФИО4

В ходе судебного разбирательства представителем Ответчика было заявлено ходатайство о признании представленного Истцом в материалы дела договора подряда от 01 сентября 2022 года фальсифицированным доказательством и об исключении его из числа доказательств по делу (ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Основанием для ходатайства послужили утверждения Ответчика о том, что он не подписывал данный договор и не заключал его с Истцом.

Суд, рассмотрев данное ходатайство, руководствуясь статьями 64, 65, 71, 161, 164, 168 АПК РФ, статьями 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), находит ходатайство не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания доказательства фальсифицированным в смысле статьи 161 АПК РФ.

Согласно части 1 статьи 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, или

проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения против его исключения из числа доказательств по делу.

Под фальсификацией доказательства в уголовном и процессуальном праве понимается умышленное действие, направленное на изменение вида или свойства доказательства с целью введения суда в заблуждение, т.е. подделка, изготовление подложного документа, внесение в подлинный документ изменений, искажающих его первоначальное содержание (статья 303 Уголовного кодекса РФ).

В данном случае заявление Ответчика, по своей сути, является отрицанием факта заключения договора (отрицанием своего волеизъявления), а не указанием на материальную подделку документа. Ответчик не утверждает, в частности, что подпись или печать на документе выполнены с помощью технических средств подделки, что текст договора изменен после его подписания или что ему предъявлен иной документ, чем тот, что он якобы подписывал. Его позиция сводится к тому, что он вовсе не совершал действий по заключению данного договора.

Таким образом, предмет заявления Ответчика не соответствует понятию «фальсификация доказательства» в контексте статьи 161 АПК РФ. Спор о подлинности документа в данном случае трансформируется в спор о наличии или отсутствии самого юридического факта (заключения договора), что является предметом доказывания по иску и разрешается судом путем оценки всей совокупности доказательств, а не в рамках специальной процедуры по заявлению о фальсификации.

Для проверки доводов сторон о подлинности подписи и печати судом по ходатайству Ответчика была назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза (Заключение №59 от 26.11.2025).

В отношении подписи эксперт не смог дать категоричного вывода о её принадлежности Ответчику или иному лицу ввиду признаков необычного выполнения. Однако данный неопределенный вывод сам по себе не является доказательством фальсификации. Он лишь свидетельствует о невозможности идентификации исполнителя подписи по представленным образцам в условиях, когда подпись могла быть выполнена самим Ответчиком в нестандартной ситуации.

Экспертизой установлено, что оттиск печати на оспариваемом договоре подряда от 01.09.2022 нанесен той же самой печатной формой (печатью), что и оттиски на бесспорных документах, подписанных Ответчиком (акты, локальный сметный расчет, соглашение от 28.02.2024).

Данный вывод эксперта в отсутствие опровергающих доказательств, свидетельствует о том, что печать Индивидуального предпринимателя ФИО1 была использована для скрепления спорного договора. Сложившейся деловой практикой скрепление документа печатью является одним из способов придания ему юридической силы, эквивалентным подписи, особенно в отношениях с индивидуальным предпринимателем, чья печать является его реквизитом.

Следовательно, представленный Истцом договор не является подложным или фальсифицированным. Он содержит подлинный реквизит (оттиск печати) Ответчика, что подтверждено судебной экспертизой. Данный факт, в свою очередь, является существенным доказательством волеизъявления Ответчика на заключение договора.

Независимо от выводов экспертизы о подписи сам факт заключения договора подряда между сторонами подтверждается их последующими конклюдентными действиями, что в соответствии с пунктом 2 статьи 432, статьей 438 ГК РФ также является способом заключения договора.

Ответчик фактически приступил к исполнению и выполнил объем строительно-монтажных работ, что подтверждено материалами дела, включая заключение строительно-технической экспертизы, и по существу не оспаривается.

Истец произвел оплату выполненных работ на общую сумму 3 600 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями.

Ответчик принял указанную оплату без каких-либо возражений относительно отсутствия договорных оснований для платежа.

28 февраля 2024 года стороны подписали соглашение, в котором Ответчик прямо принял на себя обязательства по устранению конкретных недостатков, выявленных в выполненных работах. Данное соглашение прямо ссылается на экспертизу, проведенную в рамках настоящего спора, и свидетельствует о том, что Ответчик не только знал о договоре, но и признавал вытекающие из него обязательства по качеству работ.

Указанная последовательность действий сторон образует совокупность взаимосвязанных юридических фактов, однозначно свидетельствующих о наличии между ними договорных отношений подрядного характера. Отрицание Ответчиком подписи на бумажном носителе договора при доказанности таких фактов является внутренне противоречивым и недобросовестным.

Заявление сделано несвоевременно – лишь после того, как Истец выявил существенные недостатки в работах, направил претензии и обратился в суд с иском о взыскании убытков. До этого момента Ответчик никак не оспаривал существование договора.

Поведение Ответчика было последовательным и двойственным: с одной стороны он фактически исполнял договор и принимал оплату, с другой – в судебном процессе стал отрицать его существование. Подобное поведение Ответчика, выразившееся в отрицании заключения договора после его фактического исполнения и принятия оплаты, суд расценивает как злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ) и считает его доводы недобросовестными в контексте установленных по делу обстоятельств.

На основании проведенной проверки, включая назначение и оценку судебной экспертизы, анализа поведения сторон, суд не усматривает оснований для применения статьи 161 АПК РФ и признания договора подряда от 01 сентября 2022 года фальсифицированным доказательством.

Представленный Истцом договор является надлежащим и допустимым доказательством, поскольку исполнялся сторонами, его подлинность в части использования печати Ответчика подтверждена, то есть наличие договорных отношений доказано всей совокупностью фактических обстоятельств дела.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 161, 164, 168 АПК РФ, ходатайство Индивидуального предпринимателя ФИО1 о признании договора подряда от 01 сентября 2022 года фальсифицированным доказательством и его исключении из числа доказательств по делу отклоняется.

Суд, исследовав письменные материалы дела, включая представленные сторонами пояснения, ходатайства, отзывы, а также заключения судебных экспертиз, оценив доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, приходит к следующим выводам.

Между Истцом (заказчик) и Ответчиком (подрядчик) осуществлялись фактические отношения, связанные с выполнением строительно-монтажных работ по объекту, расположенному по адресу: <...>.

Факт производства работ Ответчиком и их оплаты Истцом подтверждается материалами дела, включая акты, платежные поручения и не оспаривается Ответчиком по существу.

Ключевым предметом спора сторон является правовая оценка указанных отношений и наличие оснований для взыскания убытков в связи с качеством работ. Ответчик ставит под сомнение юридическое оформление отношений договором от 01 сентября 2022 года, на который ссылается Истец.

Для разрешения данного вопроса судом была назначена почерковедческая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта № 59 от 26.11.2025, на разрешение которого были поставлены вопросы о принадлежности подписи и оттиска печати на договоре подряда от 01.09.2022 установлено следующее:

Ответить на вопрос, кем – Ответчиком или иным лицом – выполнена подпись от его имени в договоре, не представилось возможным в связи с наличием в исследуемой подписи признаков необычного выполнения (замедленность темпа, нарушение координации движений, извилистость штрихов и др.), которые могли возникнуть как при выполнении подписи самим Ответчиком в необычных условиях, так и при ее выполнении другим лицом с подражанием. Эксперт указал на наличие совпадающих и различающихся признаков, не позволяющих сделать категоричный вывод.

Оттиск печати с реквизитами «РЕСПУБЛИКА ТАТАРСТАН ГОРОД ЛЕНИНОГОРСК ИНДИВИДУАЛЬНЫЙНЫЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ ...», расположенный в спорном договоре подряда, и оттиски печати с полными реквизитами Ответчика, представленные в качестве сравнительных образцов на других документах (акты, локальный сметный расчет, соглашение от 28.02.2024), нанесены одной и той же печатной формой.

Таким образом, экспертное исследование достоверно подтвердило, что договор подряда от 01 сентября 2022 года скреплен подлинной печатью Индивидуального предпринимателя ФИО1 Данный факт в совокупности с другими доказательствами по делу (фактическое начало и завершение работ, их оплата, подписание Ответчиком соглашения от 28.02.2024 о недостатках) позволяет суду сделать вывод о том, что договорные отношения между сторонами в отношении спорного объекта были оформлены, а оспариваемый договор является надлежащим доказательством, определяющим условия этих отношений.

Поэтому довод Ответчика о том, что он не подписывал договор и не знал о его существовании, опровергается как приведенными выше доказательствами, так и его собственными последующими действиями. Ответчик не только приступил к работам и принял оплату, но и 28 февраля 2024 года подписал соглашение, в котором прямо указано, что он «обязуется устранить недостатки, выявленные в результате проведения экспертизы», со ссылкой на экспертное заключение, приложенное к материалам дела по настоящему спору. Такие действия однозначно свидетельствуют о том, что Ответчик знал о содержании договорных обязательств и признавал их.

Для установления наличия, характера, причин недостатков в работах и стоимости их устранения судом была назначена строительно-техническая экспертиза.

Заключение эксперта № 013/05-2025 является полным, всесторонним и объективным, подготовлено с соблюдением требований законодательства об экспертной деятельности, с применением утвержденных методик и нормативной базы. Возражений сторон против методов исследования и компетенции эксперта не заявлено. Суд признает данное заключение допустимым и достоверным доказательством по следующим основаниям:

1. Эксперт является штатным сотрудником аккредитованной организации, обладает необходимым образованием, стажем и специальными познаниями в области строительства, что подтверждено представленными документами.

2. Экспертиза назначена определением суда с постановкой четких вопросов, подлежащих разрешению.

3. Исследование проведено с выездом на объект (12.05.2025) с участием представителей обеих сторон (Истца – ФИО2, Ответчика – лично ФИО1), что обеспечило принцип состязательности и возможность сторон давать пояснения.

4. При проведении экспертизы использовались утвержденные методики, нормативная база (СП, СНиП, ГОСТ), справочно-сметные нормы (ГЭСН, ФСНБ) и профессиональное программное обеспечение («Гранд-Смета»).

5. Заключение содержит подробное описание хода исследования, примененных методов (визуальный, инструментальный, аналитический), приведены расчеты, таблицы, схемы, фотографии, что делает выводы эксперта проверяемыми и обоснованными.

6. Ни одна из сторон не заявила мотивированных ходатайств о некомпетентности эксперта, нарушении методики или процедуры проведения экспертизы, не представила доказательств, ставящих под сомнение объективность и научную обоснованность выводов.

Содержательная часть выводов экспертизы имеет для дела следующее ключевое значение:

1. Установление наличия существенных недостатков в выполненных работах.Эксперт на основе натурного осмотра и анализа представленной документации установил комплекс дефектов, делающих результат работ непригодным для обычного использования и не соответствующим строительным нормам. К ним, в частности, отнесены:

· Некачественное примыкание стеновых сэндвич-панелей к цоколю здания (заполнение монтажной пеной вместо устройства узла с терморазделяющей полосой и утеплителем), приводящее к промерзанию полов.

· Отсутствие конструктивного узла примыкания в углах стыковки панелей, что также вызывает промерзание.

· Протечки через покрытие (кровлю).

· Отклонение панелей от горизонтали свыше допустимых норм.

· Крепление панелей самонарезающими шурупами в количестве 2 штук на панель вместо 3 и более, как предусмотрено проектом.

· Монтаж фасонных элементов с недостаточным нахлестом (10-40 мм вместо 50-100 мм) и без герметизации.

· Отсутствие утепления и облицовки цоколя.

· Отклонение бетонных полов от горизонтальной плоскости на 6-14 мм при допустимом значении 4-10 мм.

· Неполная окраска металлических конструкций карнизной части, ведущая к их коррозии.

2. Установление причин возникновения недостатков.Эксперт не ограничился констатацией дефектов, а установил их системные причины, имеющие ключевое значение для распределения ответственности:

· Нарушение требований строительных норм и правил (СП 70.13330.2012, СП 28.13330.2012, СП 71.13330.2017) при производстве монтажных работ.

· Отсутствие качественной рабочей и исполнительной документации, что является нарушением СП 48.13330.2019 «Организация строительства».

· Как следует из заключения эксперта, «Для покрытия здания в качестве кровельных сэндвич-панелей были закуплены стеновые сэндвич панели». Эксперт детально пояснил принципиальную разницу между стеновыми и кровельными панелями (разная конструкция замкового соединения, профилировка, прочностные характеристики) и указал, что применение стеновых панелей на кровле технически невозможно для обеспечения герметичности. Причиной протечек прямо названо следствие этой ошибки в закупке материалов.

3. Определение стоимости работ, фактически выполненных по договору, и стоимости устранения недостатков.

На основе детального обмера и анализа экспертом составлены детализированные сметы, которые суд принимает в качестве обоснованной расчетной базы для определения убытков:

· Стоимость работ, выполненных по договору от 01.09.2022 (с учетом фактически смонтированных объемов): 1 469 065,54 руб.

· Стоимость дополнительных работ, не предусмотренных договором, но фактически выполненных Ответчиком: 863 486,04 руб.

· Стоимость устранения выявленных дефектов монтажа и нарушений технологии (пункты 1-10 в таблице 2 заключения, включая утепление цоколя, исправление узлов примыкания, герметизацию, дополнительный крепеж, выравнивание полов): 1 500 988,86 руб. (в т.ч. материалы – 658 008,68 руб., работы – 842 980,18 руб.).

· Стоимость устранения системного дефекта – замены ошибочно примененных стеновых панелей покрытия на кровельные сэндвич-панели (демонтаж старого покрытия и каркаса, монтаж нового): 5 484 142,63 руб. (в т.ч. материалы – 3 416 000,52 руб., работы – 2 068 142,11 руб.).

Общий размер затрат, необходимых для приведения объекта в надлежащее состояние, определен экспертом в сумме 6 985 131,49 рубля.

Судом сделаны следующие выводы на основе экспертизы.

1. Наличие недостатков доказано объективным и независимым исследованием.

2. Причины недостатков носят комплексный характер, но ключевой из них является применение непредназначенных материалов (стеновых панелей на кровле), что свидетельствует о грубом нарушении технологии со стороны лица, осуществлявшего монтаж (Ответчика).

3. Размер убытков Истца, выраженный в стоимости устранения выявленных дефектов, подтвержден детальным и методически верным расчетом, который суд принимает за основу при удовлетворении исковых требований.

4. Установленная экспертом причина протечек (неправильные материалы) является самостоятельным и достаточным основанием для возложения на Ответчика-подрядчика ответственности за все последствия, включая необходимость полной переделки покрытия, поскольку в силу ст. 716, 721, 723 ГК РФ подрядчик, как профессионал, обязан был предупредить заказчика о непригодности материалов и отказаться от их использования.

Таким образом, Заключение судебной строительно-технической экспертизы № 013/05-2025 является полным, объективным и не вызывает сомнений в своей достоверности. Его выводы положены судом в основу установления обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора по существу.

В силу пункта 1 статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии или неполноте условий – требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

Ответчик, являясь профессиональным подрядчиком в сфере строительства, при выполнении работ обязан был руководствоваться строительными нормами.

Обнаружив, что предоставленные Истцом материалы (стеновые панели) не соответствуют их назначению для устройства кровли, он должен был немедленно предупредить об этом Заказчика (статья 716 ГК РФ) и приостановить работу (статья 719 ГК РФ).

Вместо этого Ответчик принял и смонтировал заведомо непригодные материалы, что является самостоятельным и решающим основанием для возложения на него ответственности за все последствия, включая необходимость полной замены покрытия. Ссылки Ответчика на то, что материалы закупал Истец, в данном случае правового значения не имеют, так как Ответчик своими действиями (бездействием) допустил нарушение своих профессиональных обязанностей.

Расчет убытков, представленный Истцом и подтвержденный судебной экспертизой, является надлежащим и разумным.

Суд отмечает, что экспертиза четко разделила затраты на устранение дефектов исполнения (1 500 988,86 руб.) и затраты на исправление фундаментальной ошибки, связанной с неправильным выбором материалов (5 484 142,63 руб.).

Обе суммы вызваны виновными действиями (бездействием) Ответчика и подлежат взысканию на основании статей 15, 393, 723 ГК РФ.

При рассмотрении довода Ответчика о несоответствии адреса объекта строительства, указанного в различных документах, суд исходит из следующего.

Ответчиком в обоснование возражений против иска заявлен довод о том, что в материалах дела имеются неустранимые противоречия в определении объекта выполнения работ. В частности, Ответчик указывает, что в представленном Истцом локальном ресурсном сметном расчете, который последний именует Приложением №1 к спорному договору подряда от 01.09.2022, в графе «Наименование стройки» указан адрес: РТ, <...>.

В то же время, в самом тексте договора подряда (п. 1.2), в исковом заявлении, претензиях, соглашении от 28.02.2024, а также в проектной документации и заключениях экспертиз, объект указан по адресу: РТ, <...>.

На основании указанного несоответствия Ответчик делает вывод о несогласованности сторонами существенного условия договора – его предмета, что влечет ничтожность договора в силу п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также о несоблюдении Истцом претензионного порядка, поскольку претензии направлялись по адресу, не совпадающему с адресом в сметном расчете.

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Предмет договора подряда определен в п. 1.1 и п. 1.2 договора от 01.09.2022, где однозначно указано, что Подрядчик обязуется выполнить строительно-монтажные работы на объекте: «Нежилое помещение, расположенное по адресу: Республика Татарстан (Татарстан), <...> зд.7, стр.7».

Данная формулировка является ясной, определенной и недвусмысленной. Она содержится в едином документе – договоре, который подписан сторонами (в части печати Ответчика) и является первичным, основным доказательством волеизъявления сторон. В отличие от этого, локальный ресурсный сметный расчет не содержит подписей сторон, даты, номера, прямой ссылки на договор от 01.09.2022 и, по своей правовой природе, является вспомогательным, расчетно-техническим документом, предназначенным для определения стоимости работ, но не для установления предмета договора. Ошибка или описка в таком техническом документе (указание «д. 7А, пом. 4» вместо «д. 7, стр. 7») не может перечеркнуть ясно выраженную волю сторон, зафиксированную в основном договоре, и не свидетельствует о несогласованности предмета.

Согласно п. 2 ст. 432, ст. 438 ГК РФ договор может быть заключен не только путем подписания единого документа, но и путем совершения сторонами конклюдентных действий, то есть таких действий, которые достаточно ясно выражают их волю на установление правоотношения.

Из материалов дела следует, что фактические строительно-монтажные работы выполнялись Ответчиком именно по адресу: ул. Агадуллина, д. 7, стр. 7.

Соглашение от 28.02.2024, подписанное Ответчиком, напрямую касается устранения недостатков в работах, выполненных по объекту, и в нем указан адрес: ул. Агадуллина, д. 7, стр. 7.

Подписывая это соглашение, Ответчик тем самым недвусмысленно подтвердил, что именно этот адрес является местом выполнения работ по его обязательствам.

Все судебные экспертизы (как строительно-техническая, так и предшествующие несудебные обследования) проводились по адресу: ул. Агадуллина, д. 7, стр. 7. Ответчик не заявлял, что осматривается не тот объект.

Акты выполненных работ также составлялись в отношении объекта по этому адресу.

Таким образом, последующими реальными действиями стороны, и в первую очередь Ответчик, однозначно определили и конкретизировали предмет договора, устранив любую возможную неопределенность. В таких условиях ссылка на техническую ошибку в неподписанном расчетном документе противоречит принципу добросовестности (ст. 1, 10 ГК РФ) и фактическому положению дел.

Согласно п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая его действие, не вправе требовать признания договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Довод Ответчика о несоблюдении претензионного порядка ввиду несоответствия адреса в претензии адресу в сметном расчете является формальным и необоснованным. Претензии направлялись конкретному контрагенту (Ответчику) и касались конкретных недостатков в работах, которые он фактически выполнил по известному ему адресу. Ответчик, подписывая соглашение от 28.02.2024 по тому же адресу, объективно был осведомлен о сути претензий и не оспаривал адрес в досудебном порядке. Цель претензионного порядка – урегулировать спор до суда – была достигнута: претензия была вручена, обсуждена сторонами, результатом чего стало соглашение.

Ссылка на описку в смете не может служить основанием для вывода о несоблюдении данного порядка.

Суд приходит к выводу, что предмет договора подряда от 01.09.2022 (объект по адресу: ул. Агадуллина, д. 7, стр. 7) был надлежащим образом согласован сторонами как в письменном договоре, так и в их последующих реальных действиях. Несоответствие адреса в локальном ресурсном сметном расчете является технической ошибкой, не имеющей юридического значения для квалификации договорных отношений сторон и не влекущей последствий в виде признания договора незаключенным.

Довод Ответчика, построенный на данном формальном несоответствии, отклоняется судом как необоснованный, направленный на злоупотребление процессуальным правом и противоречащий установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Таким образом, суд считает исковые требования обоснованными, доказанными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Заявление удовлетворить.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПРОДСЕРВИС-С" (ИНН <***>) убытки в размере 6985131,49 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 116 932 руб.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 117622 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по отдельному заявлению взыскателя.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.


Судья А.Р. Хасанов