Решение от 5 ноября 2020 г. по делу № А41-34816/2020

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-34816/20
05 ноября 2020 года
г.Москва


Резолютивная часть объявлена 21 октября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 05 ноября 2020 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи О.В. Анисимовой при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ООО "ЛИКВИ МОЛИ РУССЛАНД" к ООО "МСЦ-ЩЕЛКОВО" о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки

при участии в судебном заседании представителей - согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Ликви Моли Руссланд» (далее – ООО «Ликви Моли Руссланд», истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области к обществу с ограниченной ответственностью «МСЦ-Щелково» (далее – ООО «МСЦ-Щелково», ответчик) с иском о признании недействительным договора субаренды нежилого помещения № ЛМ РУС 31/05 от 31.05.2017, заключенного между ООО «МСЦ-Щелково» и ООО «Ликви Моли Руссланд», с применением последствий его недействительности в виде двусторонней реституции; взыскании неосновательного обогащения в размере 1200000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 267937,92 руб.

Представитель истца требования поддержал.

Представитель ответчика возражал против заявленных требований, заявил о применении срока исковой давности.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее.

31.05.2017 между истцом (субарендатор) и ответчиком (арендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения № ЛМ РУС 31/05 (далее – договор, л.д. 59).

Согласно п. 1.1 договора, арендатор обязуется предоставить субарендатору за плату во временное владение и пользование нежилое помещение 410 кв.м. расположенное на первом этаже нежилого помещения с кадастровым (условным) номером 50-50-55/008/2005-122 лит. А, А1, А2, А3, по адресу <...> (обозначено в приложении № 1 «План расположения помещений»).

Истец полагает, что указанный договор аренды является недействительной сделкой, нежилые помещения фактически не могли быть переданы ответчиком истцу, поскольку на момент заключения договора находились во владении и использовании ООО «МСЦ-Щелково» и были заняты вещественными доказательствами по уголовному делу, а также

опечатаны сотрудниками полиции, что следует также из текста самого договора (абз. 3 п. 1.3). Арендная плата вносилась истцом ответчику при фактическом не использовании помещения.

В связи с этим, истец просит признать договор субаренды недействительной сделкой по основаниям ст. ст. 10, 168, 178 и п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Кроме того, истец ходатайствовал о восстановлении срока исковой давности, ссылаясь на то, что узнал о том, что его ввели в заблуждение после ознакомления с материалами уголовного дела 15.11.2019.

Возражая против иска, ответчик ссылается на то, что не знал о том, что в спорном помещении находились на ответственном хранении вещественные доказательства. Так, вещественные доказательства, изъятые по адресу <...> были приняты согласно акту приема-передачи от 15.05.2017 ФИО2 и по акту приема-передачи от 19.05.2017 ФИО3, однако подтверждения, что они действовали от имени ответчика, не имеется. Кроме того, просил применить годичный срок исковой давности, предусмотренный ст. 181 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

В силу п. 1 и п. 2 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии с п. 1 ст. 420 и п. 1 ст. 421 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества (п. 1 ст. 611 ГК РФ).

Как установлено судом, предметом спорного договора субаренды является нежилое помещение площадью 410 кв.м., расположенные на первом этаже нежилого помещения, по адресу <...> (п. 1.1 договора).

Согласно п. 1.3, помещение предоставлено для использования в качестве складского помещения. На момент заключения договора помещение никому не продано, не подарено, не заложено, в споре и под запрещением (арестом) не состоит).

Помещение опечатано оперуполномоченным ОЭБ и ПК УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве капитаном полиции ФИО4 Арендатор, субарендатор или собственник помещения могут открыть доступ в помещение только в присутствии представителя полиции, либо по решению суда (абз. 3 п. 1.3 договора).

Согласно акту приема-передачи к договору от 01.06.2017, арендатор передал, а субарендатор принял нежилое помещение. Помещение передано в состоянии: Помещение опечатано 15.05.2017. Все запорные механизмы и печати в целости и сохранности (л.д. 62).

Договор субаренды и акт приема-передачи подписаны обеими сторонами, со стороны субарендатора – генеральным директором ФИО5, со стороны арендатора – генеральным директором ФИО6, подписи скреплены печатями.

Кроме того, 01.05.2018 сторонами заключено дополнительное соглашение № 1 от 01.05.2018, которым срок действия договора продлен с 01.05.2018 по 30.03.2019 (л.д. 63).

В материалы дела представлены платежные поручения на оплату субаренды по договору (л.д. 127-140).

При данных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что субарендатор при заключении договора и приемке арендуемого помещения знал о том, что помещение опечатано и что доступ в него возможен только в присутствии полиции или по решению суда.

Оснований полагать, что истец был введен в заблуждение ответчиком, либо со стороны ответчика имелось злоупотребление правом, у суда не имеется.

Как следует из актов от 15.05.2017 и от 19.05.2017 приема-передачи материальных ценностей (вещественных доказательств по уголовному делу), по адресу: <...> ОРЧ ОЭБ и ПК УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве были изъяты пустые бочки объемом 208, 60 литров, пустые канистры, винтовые крышки для пластиковых канистр, металлические крышки белого цвета для опечатывания отверстий бочек; по адресу: <...> старшим оперуполномоченным 4 ОРЧ ОЭБ и ПК УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве изъяты металлические крышки, пластиковые крышки, бочки с этикетками, канистры с этикетками, ведра с этикетками, пустые бочки.

Согласно актам от 15.05.2017 и от 19.05.2017, указанное имущество было передано на ответственное хранение представителю ООО «МСЦ-Щелково» ФИО2 и генеральному директору ООО «МСЦ-Щелково» ФИО3 по адресу г. Подольск у л. Вишневая д. 5Б.

Между тем, в материалах дела отсутствует подтверждение полномочий ФИО2 и ФИО3 действовать от имени ООО «МСЦ-Щелково». Кроме того, ФИО3, указанный в акте от 19.05.2017 как генеральный директор данного общества, таковым не являлся. В соответствии с выпиской ЕГРЮЛ с 24.11.2016 гендиректором ООО «МСЦ-Щелково» является ФИО6

Договор ответственного хранения материальных ценностей отсутствует.

Кроме того, из актов не следует, что материальные ценности переданы на ответственное хранение именно в помещениях, арендуемых истцом по спорному договору субаренды.

Указанные обстоятельства также свидетельствуют о недоказанности введения в заблуждение или злоупотребления правом со стороны ответчика по заключению договора субаренды с истцом.

Кроме того, суд согласен с доводом ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

Исходя из положений ст. 168 ГК РФ и доводов истца, суд считает, что договор субаренды является оспоримой сделкой, следовательно, срок давности по ее оспариванию составляет 1 год.

В суд с иском о признании недействительным договора, заключенного в мае 2017 года, истец обратился в июне 2020 года, т.е. со значительным пропуском срока исковой давности.

Ходатайство истца о восстановлении срока исковой давности суд отклоняет, поскольку в силу ст. 205 ГК РФ его восстановление возможно только в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.).

Оснований исчислять срок исковой давности с момента ознакомления истца с материалами уголовного дела в 2019 году не имеется, поскольку, как следует из вышеизложенных обстоятельств, истец знал о том, что помещение опечатано сотрудником полиции еще при заключении договора субаренды и причину опечатывания знал или мог узнать на тот момент.

Оснований для приостановления, перерыва течения срока исковой давности судом также не установлено.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При данных обстоятельствах, исковыетребования удовлетворению не подлежат.

В связи с тем, что при подаче иска истцом оплачена государственная пошлина только за имущественное требование (1467937,92 руб.), с истца подлежит взысканию в доход федерального бюджета госпошлина за рассмотрение неимущественного требования в размере 6000,00 руб. (ст.ст. 333.21, 333.41 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Взыскать с ООО "ЛИКВИ МОЛИ РУССЛАНД" в доход федерального бюджета 6 000 руб. госпошлины.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме).

Судья О.В. Анисимова