Решение от 28 февраля 2024 г. по делу № А17-7787/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

153022, г. Иваново, ул. Б. Хмельницкого, 59-Б

http://ivanovo.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е



Дело № А17-7787/2023
г. Иваново
28 февраля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 13 февраля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 28 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Ивановской области в составе судьи Шемякиной Е.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании в помещении арбитражного суда дело

по иску иностранного лица Harman International Industries, Incorporated (США)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

УСТАНОВИЛ:

Иностранное лицо Harman International Industries, Incorporated обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании денежных средств в виде компенсации за нарушение исключительных прав. В исковом заявлении истцом заявлено также о взыскании судебных издержек.

Исковые требования обоснованы положениями ст.ст.1229, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав истца на товарный знак №266284, а также промышленный образец №98697 «Громкоговоритель».

Определением арбитражного суда от 06.09.2023 в соответствии с ч.ч.1, 2 ст.227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд принял исковое заявление к производству и назначил дело к рассмотрению в порядке упрощенного производства, возбуждено производство по делу №А17-7787/2023.

Определением арбитражного суда от 07.11.2023 судом осуществлен переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства. Определением арбитражного суда от 13.12.2023 дело назначено к судебному разбирательству.

Рассмотрение дела откладывалось до 13.02.2024.

Истец в ходе рассмотрения дела исковые требования в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил, просил взыскать с ответчика:

-компенсацию за нарушение прав на использование товарного знака №266284 в размере 15000руб. (за факт предложения к продаже контрафактного товара, размещенного на витрине продавца 18.01.2022),

-компенсацию за нарушение прав на использование товарного знака №266284 в размере 10000руб. (за факт продажи контрафактного товара по чеку от 18.01.2022);

-компенсацию за нарушение прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель» в размере 15000руб. (за факт предложения к продаже контрафактного товара, размещенного на витрине продавца 18.01.2022);

-компенсацию за нарушение прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель» в размере 10000руб. (за факт продажи контрафактного товара, по чеку от 18.01.2022);

-компенсацию за нарушение прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель» в размере 25000руб. (за факт продажи контрафактного товара по чеку от 03.02.2022).

Информация о движении дела (дате, времени и месте судебных заседаний в порядке подготовки дела к рассмотрению по существу, судебных заседаний первой инстанции, об отложении судебных заседаний, а также об объявляемых в заседаниях перерывах) размещалась на официальном сайте Арбитражного суда Ивановской области в сети Интернет по веб-адресу: www.ivanovo.arbitr.ru.

Лица, участвующие в деле, признанные судом в порядке статьи 123 АПК РФ надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Судебное заседание проведено судом на основании ст.ст.123 (ч.1), 156 (ч.3) АПК РФ в отсутствие представителей сторон.

Ответчик в отзыве на исковое заявление с исковыми требованиями не согласился, указал, что доводы истца о наличии на приобретенной 18.01.2022 и 03.02.2022 продукции товарного знака компании JBL совокупностью представленных суду доказательств не подтверждены. Представленная видеозапись, датированная 18.01.2022, не содержит видеоизображения товара, приобретенного 18.01.2022 у ответчика, кроме края упаковочной коробки, в связи с чем судить о его исходном состоянии, в том числе визуальном, на момент видеосъемки не представляется возможным. Ответчик в период видеосъемки контрафактным товаром не торговал и не торгует в настоящее время, аудиоколонок, имеющих маркировку товарным знаком JBL, не продавал. Представленная суду в качестве вещественного доказательства аудиоколонка, приобретенная, по утверждению истца, 03.02.2022, не содержит на себе каких-либо логотипов товарного знака JBL либо иных обозначений, позволяющих связать происхождение данного товара с запатентованной продукцией данного бренда и тем самым ввести покупателя в заблуждение. Представленные истцом в качестве вещественных доказательств приобретения 18.01.2022 и 03.02.2022 контрафактного товара аудиоколонки имеют существенные конструктивные отличия от изображения промышленного образца громкоговорителя JBL. Кроме того, представленная суду документация на промышленный образец не содержит сведений о размерах данного изделия в целом и его конструктивных деталей, в связи с чем сравнительный анализ на основании представленных материалов произвести не представляется возможным. Оформленные ответчиком чеки от 18.01.2022, 03.02.2022 содержат указание на приобретение колонки модели Charge 2+, аудиоколонки определенного цвета, то есть продукции, не относящейся к бренду продукции JBL. Действия истца не могут быть расценены как реализация контрафактной продукции. Истцом не представлено доказательств факта размещения спорных предметов именно на торговой витрине ответчика как товаров, предлагаемых к продаже. Из содержания видеозаписи 18.01.2022 видно, что помещение магазина обладает крайне незначительными размерами, не имеет разделения на отдельные помещения различного назначения (торговый зал, склад, помещение иного хозяйственного назначения), в связи с чем в нем размещено имущество как предназначенное для продажи, так и складированное с иными целями (в том числе целью хранения). Обозначенные истцом предметы серого и оранжевого цвета размещены у стены помещения, не имеют на себе каких-либо ценников либо иных обозначений, свидетельствующих об их предложении к продаже. Ответчик также выразил сомнения по поводу относимости представленного истцом документа Федеральной службы по интеллектуальной собственности, поименованного как «Сведения о патенте на промышленный образец», согласно которому правообладателем соответствующего промышленного образца является «Харман Интернэшнл Индастриз, Инкорпорейтид (US)», тогда как юридическое лицо с данным наименованием не является доверителем представителя истца ФИО3, поскольку таковым в представленной суду нотариально оформленной доверенности указано юридическое лицо, поименованное как «Харман Интернешнл Индастриз, Инкорпорейтед». Также ответчик обратил внимание суда на некорректность и необоснованность произведенного истцом расчета суммы, подлежащей взысканию.

Истец в письменных пояснениях по делу указал, что из содержания видеозаписи 18.01.2022 следует, что на витрине, в торговой точке ответчика размещен предлагаемый к продаже контрафактный товар с обозначением JBL и имеющий признаки промышленного образца истца. Несущественные обстоятельства (такие как, непродолжительное выпадение чека из кадра, обусловленное естественным движением рук покупателя и т.д.) не могут служить основанием для отказа в принятии видеозаписи покупки как доказательства по данному делу. Изображение товара, представленное на видеозаписи, позволяет прийти к выводу о том, что на ней зафиксирован товар, приобщенный судом к материалам дела в качестве вещественного доказательства. Доказательств реализации иного товара ответчик суду не представил. Ответчик не заявляет о фальсификации доказательств по делу в порядке, определенном ст.161 АПК РФ, и доказательств фальсификации суду не представляет. Само по себе наличие отличий не может свидетельствовать о том, что в товаре ответчика не использован промышленный образец истца, поскольку товар ответчика может иметь признаки, тождественные признакам промышленного образца, то есть может содержать в себе совокупность признаков, оказывающих такое же общее впечатление, как и зарегистрированный промышленный образец. Ссылка ответчика на отличия конструктивных особенностей не имеет правового значения, поскольку в силу абзаца 4 пункта 3 статьи 1358 ГК РФ подлежат оценке не конструктивные особенности или внутреннее устройство товара, а общее зрительное впечатление, оказываемое промышленным образцом и товаром. Из сопоставительного анализа спорного товара и промышленного образца №98697 следует вывод о том, что изделие содержит в себе совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, как и промышленный образец №98697. Несущественные различия в выполнении изделий являются нюансными и не влияют на общее впечатление. Размещение товара рядом с другими товарами в витрине, в месте его продажи, свидетельствует о намерении ответчика продать данный товар, поскольку товар размещен так, чтобы с ним мог ознакомиться покупатель. Никаких объявлений о том, что данный товар не продается, в витрине магазина не размещено, что опровергает доводы ответчика. Истец не имеет официального наименования на русском языке, следовательно, расхождение в переводе названия истца не может свидетельствовать о том, что права на промышленный образец принадлежат не истцу.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем исключительных прав на комбинированный товарный знак по свидетельству Российской Федерации №266284, зарегистрированный в отношении товаров 09 класса МКТУ.

Кроме того, истец является обладателем исключительных прав на патент Российской Федерации на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель».

В обоснование заявленных исковых требований (с учетом уточнений) истец ссылается на то, что

-18.01.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, ответчик предлагал к продаже и реализовал товар – портативные колонки, содержащие признаки промышленного образца №98697, а также с нанесенными на них обозначениями, сходными до степени смешения с товарным знаком №266284;

-03.02.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, ответчик реализовал товар – портативную колонку, содержащую признаки промышленного образца №98697.

В подтверждение факта предложения к продаже и реализации товара ответчиком в материалы дела истцом представлены видеозаписи закупки от 18.01.2022, 03.02.2022, образцы товара, приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств, товарный чек от 03.02.2022, а также кассовый чек от 18.01.2022.

Полагая, что ответчиком нарушены исключительные права истца, последний 22.10.2022 направил ответчику претензию от 17.10.2022 с требованием выплаты компенсации.

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Правовое регулирование отношений в сфере интеллектуальной собственности в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), иными законами и другими правовыми актами об интеллектуальных правах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Товарные знаки являются результатом интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (пункт 1 статьи 1225 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 157 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее также - Пленум №10) с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Предложение к продаже продукции с товарным знаком, используемым без разрешения его владельца, является нарушением прав на товарный знак (пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.07.1997 № 19 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой прав на товарный знак»).

В силу пункта 1 статьи 1352 ГК РФ в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства. Промышленному образцу предоставляется правовая охрана, если по своим существенным признакам он является новым и оригинальным.

К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия.

Признаки, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1354 ГК РФ патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец удостоверяет приоритет изобретения, полезной модели или промышленного образца, авторство и исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Как предусмотрено подпунктом 1 пункта 2 статьи 1358 ГК РФ, использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец.

В силу абзаца четвертого пункта 3 статьи 1358 ГК РФ промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

Согласно пункту 120 Пленума №10 в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства (абзац первый пункта 1 статьи 1352 ГК РФ).

К существенным признакам промышленного образца, учитываемым при предоставлении правовой охраны, в соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 1352 ГК РФ относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки внешнего вида изделия, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца.

В силу пункта 5 статьи 1352 ГК РФ не предоставляется правовая охрана в качестве промышленного образца решениям, все признаки которых обусловлены исключительно технической функцией изделия, и решениям, способным ввести в заблуждение потребителя изделия.

В рассматриваемом случае истец обратился в защиту принадлежащих ему исключительных прав на товарный знак №266284 и на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель».

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Применительно к рассматриваемой ситуации бремя доказывания должно быть распределено следующим образом: истец должен доказать наличие у него права на спорные объекты интеллектуальной собственности и использование его ответчиком. В свою очередь, ответчик должен опровергнуть эти обстоятельства либо представить доказательства соблюдения требований гражданского законодательства при использовании таких объектов.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Принадлежность истцу исключительных прав на указанные объекты интеллектуальной собственности установлена судом на основании представленных в материалы дела доказательств.

Доводы ответчика относительно того, что исключительные права на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель» зарегистрированы за лицом, наименование которого отличается от наименования истца, как следствие, истцом не представлены достаточные доказательства наличия у истца исключительных прав на промышленный образец, подлежат отклонению.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 №23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», при установлении юридического статуса иностранного лица арбитражный суд учитывает, что могут существовать различные способы написания наименования одного и того же иностранного лица: на государственном языке страны личного закона лица, в транслитерации, в переводе. Требования к наименованию юридического лица согласно пунктам 1 и 2 статьи 1202 ГК РФ определяются личным законом юридического лица. Наличие различных способов написания наименования юридического лица, зарегистрированного в государстве, государственный язык которого не использует в качестве официального алфавита латиницу, не должно препятствовать юридическому лицу осуществлять эффективную судебную защиту его прав и законных интересов в случае их нарушения неправомерными действиями контрагентов.

В указанной части суд считает обоснованными возражения истца на доводы ответчика, заключающиеся в том, что иностранное лицо Harman International Industries, Incorporated не имеет официального названия на русском языке, различия в написании наименования организации в реестре промышленных образцов Российской Федерации и в нотариально заверенной доверенности от 02.08.2022 №77 АГ 9917161, выданной на имя подписавшего исковое заявление ФИО4, вызваны его различной транслитерацией с английского языка.

Сведения об ином правообладателе исключительных прав на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель» ответчиком не представлены, в связи с чем у суда отсутствуют основания сомневаться в представленных истцом документах, обосновывающих наличие у истца исключительных прав на спорные результаты интеллектуальной деятельности.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, суд приходит к выводу, что представленные истцом видеозаписи соответствуют требованиям АПК РФ, предъявляемым к доказательствам по делу.

По смыслу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 ГК РФ, в силу статьи 68 АПК РФ, является допустимым доказательством, на основании чего необходимость предупреждения о ее ведении не требуется.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 55 Пленума №10, факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

При этом в ходе исследования собранных по делу доказательств судом установлено, что из представленной истцом видеозаписи 18.01.2022 невозможно идентифицировать и соотнести товар, отображенный на видеозаписи, с тем вещественным доказательством, которое представлено в материалы дела.

Судом установлено, что на видеозаписи камера демонстрирует картинку не стабильно, момент упаковки товара и передачи его от продавца покупателю не запечатлен, непосредственно процесс приобретения товара на камеру не демонстрируется. Момент передачи товара и кассового чека покупателю (в том числе товара, запечатленного на 09мин. 10сек.) на видеозаписи отсутствует, товар появляется в кадре только в момент записи, когда представитель истца покидает территорию торговой точки ответчика.

Сам товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства в подтверждение закупки 18.01.2022, также не содержит признаков того, что он принадлежал и был реализован ответчиком по представленному в материалы дела кассовому чеку, на товар не нанесены какая-либо маркировка, ценник, содержащие сведения об ответчике как продавце товара и т.п.

Таким образом, из совокупности доказательств, представленных в материалы дела, не усматривается юридически значимых обстоятельств, образовывающих единую цепь доказательств, позволяющих установить вину ответчика и утверждать о нарушении им исключительных прав истца по продаже товара 18.01.2022, содержащего признаки промышленного образца №98697 «Громкоговоритель», а также с нанесением на товар обозначений, сходных до степени смешения с товарным знаком №266284.

Факт предложения ответчиком 18.01.2022 к продаже товара, нарушающего исключительные права истца на промышленный образец №98697 «Громкоговоритель», из представленной видеозаписи также невозможно, поскольку представленная видеозапись 18.01.2022 не позволяет суду провести сравнительный анализ товара с признаками промышленного образца №98697 «Громкоговоритель» ввиду нечеткости изображения.

Наряду с этим суд считает достоверно установленным предложение ответчиком к продаже товара с нанесенным на него обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком №266284 (момент записи 05мин. 13сек.).

Ссылки ответчика на то, что запечатленные на видеозаписи товары на витрине не находились, к продаже ответчиком не предлагались, опровергаются представленной видеозаписью, из которой четко следует, что спорные товары размещены за прозрачной витриной из оргстекла наряду с иными товарами, на подавляющее число которых помещены соответствующие ярлыки с указанием цены товара.

Как разъяснено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Аналогичный подход закреплен в пункте 75 Пленума №10, согласно которому вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного Постановления.

Так, в абзаце втором пункта 162 Пленума №10 приведена правовая позиция, согласно которой для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров/услуг.

Как указано в абзаце 3 пункта 162 Пленума №10, вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзацах пятом и шестом пункта 162 Пленума №10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что материалами дела подтвержден факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак №266284 путем предложения товаров, маркированных идентичными обозначениями, 18.01.2022.

При оценке возражений ответчика относительно доказательственного значения представленной истцом видеозаписи контрольной закупки 03.02.2022 суд отмечает, что видеозапись фиксирует момент передачи товара с товарным чеком покупателю (именно того товара и товарного чека, которые приобщены в материалы дела), товар из кадра не пропадает, на основании чего судом сделан вывод о том, что спорный товар продан именно ответчиком. Видеозапись не прерывается, чек и спорный товар хорошо различимы, товарный чек, копия которого представлена в материалы дела, содержит все предусмотренные законом сведения, подтверждает заключение договора розничной купли-продажи между представителем истца и ответчиком.

Процесс видеозаписи от начала и конца не содержит чего-либо, что могло бы свидетельствовать о возможном наличии признаков монтажа или иного воздействия на ее содержание.

Таким образом, материалы контрольной закупки составляют неразрывную, логически последовательную цепочку доказательств, подтверждающих факт реализации спорного товара ответчиком.

В пункте 123 Пленума №10 разъяснено, что использование без согласия патентообладателя не всех существенных признаков промышленного образца, а равно не всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, исключительное право патентообладателя не нарушает.

При этом перечень существенных признаков промышленного образца включает существенные признаки промышленного образца, обуславливающие эстетические и (или) эргономические особенности внешнего вида изделия, представленного на его изображениях, и признаки, указывающие на назначение изделия.

Вопрос об использовании промышленного образца истца в производимым и реализуемым ответчиком товаре является вопросом факта, в связи с чем может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Согласно пункту 180 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации промышленного образца и выдаче патента на промышленный образец, его дубликат, утвержденного Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 №11, при проверке отнесения промышленных образцов к вариантам принимается во внимание совокупность существенных признаков промышленного образца, представленных на изображениях внешнего вида изделия.

К существенным признакам промышленного образца в соответствии с пунктом 1 статьи 1352 ГК РФ относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия.

Важным в приведенном определении является не только вид признака, т.е. не только то, является ли признак одним из указанных в этом определении, но и влияние этого признака на эстетические особенности внешнего вида изделия.

Признаки внешнего вида изделия признаются существенными признаками, если они определяют эстетические особенности внешнего вида изделия, являясь доминантными, и определяют общее зрительное впечатление, оставляемое промышленным образцом.

К несущественным признакам внешнего вида изделия относятся такие малоразличимые, невыразительные признаки внешнего вида изделия, исключение которых из совокупности признаков внешнего вида изделия не приводит к изменению общего зрительного впечатления.

Два или более промышленных образцов могут быть отнесены к вариантам, если присущие им совокупности существенных признаков отличаются лишь такой проработкой, которая не приводит к отличию зрительных впечатлений, производимых ими.

Таким образом, нарушение прав истца будет наступать не только при выявлении в товаре ответчика всех признаков промышленных образцов, но и в том случае, если товары ответчика производят такое же общее зрительное впечатление, как и промышленные образцы. Ввиду чего, оценке подлежит именно общее зрительное впечатление, производимое промышленными образцами и товарами ответчика.

Следовательно, совпадение общего зрительного впечатления, оказываемого промышленным образцом и спорным товаром, свидетельствует о нарушении прав истца, даже в отсутствии некоторых признаков промышленного образца в спорном товаре.

Кроме того, согласно пункту 71 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации промышленных образцов, и их форм, Требований к документам заявки на выдачу патента на промышленный образец, Состава сведений о выдаче патента на промышленный образец, публикуемых в официальном бюллетене Федеральной службы по интеллектуальной собственности, Состава сведений, указываемых в форме патента на промышленный образец, формы патента на промышленный образец, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 30.09.2015 №695 (далее – Правила №695) к существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия.

Исходя из пункта 72 Правил №695, признаки внешнего вида изделия признаются существенными признаками, если они определяют эстетические особенности внешнего вида изделия, являясь доминантными, и определяют общее зрительное впечатление. К несущественным признакам внешнего вида изделия относятся такие мало различимые, невыразительные признаки внешнего вида изделия, исключение которых из совокупности признаков внешнего вида изделия не приводит к изменению общего зрительного впечатления.

На основании пункта 74 Правил №695 промышленный образец является оригинальным, если его существенные признаки обусловлены творческим характером особенностей изделия.

Подпунктом 1 пункта 75 Правил №695 установлено, что существенные признаки, характеризующие промышленный образец, не признаются обусловленными творческим характером особенностей изделия в случае, если совокупность существенных признаков заявленного промышленного образца, нашедшая отражение на изображениях внешнего вида изделия, производит на информированного потребителя такое же общее впечатление, которое производит совокупность признаков внешнего вида известного изделия того же или сходного назначения. При сравнении общих впечатлений, производимых заявленным промышленным образцом и противопоставленным промышленным образцом, принимается во внимание информация об известных решениях, определяющих внешний вид изделий того же или сходного назначения, об аналоговом ряде и учитываются ограничения возможностей авторов по разработке решения внешнего вида изделия такого назначения, связанные, в частности, с технической функцией изделия или его элемента и стандартизированными требованиями к изделию, если таковые имеются (степень свободы дизайнера).

С учетом приведенных норм материального права в первую очередь осуществляется исследование именно спорного объекта, выделяются его существенные, доминантные признаки. Такие признаки определяются вне зависимости от выбранного аналога, они присущи промышленному образцу как таковому, характеризуя его сам по себе.

При определении существенных, доминантных признаков необходимо исходить из следующего.

Доминантными являются господствующие признаки. К ним относятся элементы внешнего вида, явно выделяющиеся из признаков, образующих композицию, своим размером, формой, конфигурацией, образностью и другими свойствами.

Существенные признаки промышленного образца, как правило, являются доминантными и поэтому оставляют зрительное впечатление.

К нюансным признакам относятся признаки, недостаточно выразительные, зрительно мало различимые. Мысленное исключение или включение этих признаков в совокупность признаков внешнего вида изделия не приводит к изменению зрительного впечатления, оставляемого изделием, поэтому в большинстве случаев они признаются несущественными.

При этом мысленное исключение или включение признаков, характеризующих нюансные особенности изделия, из совокупности / в совокупность существенных признаков промышленного образца не может привести к изменению зрительного впечатления, производимого внешним видом изделия, поскольку указанные особенности не формируют новый зрительный образ, не индивидуализируют решение и, как следствие, не обусловливают творческий характер изделия.

Таким образом, не каждый признак промышленного образца является существенным, а только тот, который приводит к изменению общего зрительного впечатления. При этом наличие дополнительных признаков не может служить основанием для вывода об отсутствии использования промышленного образца.

При анализе отличий с целью установления сходства (не сходства) общих впечатлений, производимых проверяемым промышленным образцом и ближайшим аналогом, целесообразно руководствоваться принципом, согласно которому для вывода о сходстве до степени смешения наличие сходства имеет большее значение, чем наличие отличий.

В частности, в так называемых «пограничных» ситуациях, когда в равной мере имеются и сходства, и отличия, в целях предупреждения смешения промышленных образцов целесообразным является вывод о сходстве (раздел 1.2 Приказа Роспатента от31.03.2009 № 48, а также п.282 Приказа ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 11).

Таким образом, исходя из вышеуказанного принципа, следует вывод о том, что при наличии признаков сходства и отличий между промышленными образцами истца и спорным товаром следует отдавать предпочтение выводу о наличии сходства.

Из сопоставительного анализа товаров, которые реализовал ответчик 03.02.2022, и промышленного образца истца №98697 «Громкоговоритель» следует вывод о том, что спорное изделие, реализованное ответчиком 03.02.2022, содержит в себе совокупность существенных признаков промышленных образцов истца, что свидетельствует о том, что промышленный образец и изделие производят одинаковое общее впечатление.

Так, в результате визуального обследования патента на промышленный образец №98697 можно выделить следующие существенные признаки: формообразование корпуса колонки на основании цилиндрического тела; взаимное расположение (конфигурация) динамиков на противоположных концах цилиндрического тела колонки; наличие фасок (срезов), выполненной на концах цилиндрического тела колонки; наличие на корпусе продольной полосы, которая выполнена единым целым с боковыми составляющими корпуса; оформление формы динамиков в виде окружности, утопленной (вдавленной) в тело колонки; выполнение большей части корпуса утопленной относительно продольной полосы и боковых составляющих корпуса.

Сходство прослеживается в форме, а также контуре колонки, местах взаимного расположения динамиков, расположения мест для нанесения логотипов. Так, промышленный образец №98697 и реализованный ответчиком 03.02.2022 товар имеют горизонтально расположенную цилиндрическую форму с торцевой частью в виде окружности, расположение динамиков на противоположных концах колонки, форму динамиков в виде окружности, вдавленной в тело колонки, наличие на корпусе колонки ножки для горизонтального расположения (подставки, выполненной в форме линии). Различия в местах расположения панели с кнопками управления являются несущественными изменениями, не влияющими на общее восприятие товара.

Несущественные различия в выполнении изделий являются нюансными и не влияют на общее впечатление. Само по себе, наличие дополнительных признаков или отличий не может свидетельствовать о том, что в товаре ответчика не использован промышленный образец истца.

Вышеуказанное свидетельствует о наличии в спорном товаре тождественных внешних признаков, присущих промышленному образцу истца, что в свою очередь создает ассоциативный ряд между промышленным образцом и спорным товаром.

Потребитель, при обращении внимания на изделия, которыми торгует ответчик, однозначно может воспринимать их именно как продукт из линейки товаров истца, что подтверждает тождество реализуемых ответчиком изделий с промышленными образцами, принадлежащими истцу.

Между тем доказательства правомерного использования товарного знака №266284 и промышленного образца №98697 «Громкоговоритель», исключительные права на которые принадлежат истцу, ответчиком в материалы дела не представлено. Напротив, истцом отрицается наличие разрешения на использование ответчиком объектов интеллектуальной собственности.

Ответчику, являющемуся участником гражданского оборота и осуществляющему предпринимательскую деятельность в форме розничной торговли, принадлежит обязанность проверки соответствия приобретаемого и реализуемого им товара требованиям действующего законодательства (в том числе убедиться в наличии знаков охраны интеллектуальных прав, сведений о производителе, импортере товара и проч.). Приобретая товар (партию товара), для его последующей розничной реализации ответчик обязан убедиться в отсутствии нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его поведения.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что материалами дела подтвержден факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак №266284 при предложении товара к продаже 18.01.2022 и исключительных прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель» при реализации товара 03.02.2022.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя исключительного права на товарный знак вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно положениям статьи 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 59 Пленума №10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Таким образом, требование об уплате компенсации может быть удовлетворено при наличии доказательств несанкционированного использования объектов интеллектуальных прав, то есть при доказанности факта правонарушения.

Согласно разъяснениям правовой позиции, изложенным в пункте 61 Пленума №10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Истцом предъявлено ко взысканию 15000руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266284 при предложении товара к продаже 18.01.2022 и 25000руб. компенсации за нарушение исключительных прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель» при реализации товара 03.02.2022.

В обоснование размера компенсации истец ссылается на следующие обстоятельства:

-ответчик неоднократно нарушает исключительные права, ранее привлекался к ответственности за торговлю контрафактом и за нарушение исключительных прав (дело №А17-7274/2022), нарушение носит повторный характер;

-нарушение прав осуществляется системно и в течение длительного времени - из предоставленным истцом материалов следует, что ответчик осуществляет предложение к продаже контрафактного товара на протяжении 2022 года. Продажа товара осуществляется в двух торговых точках, что косвенно свидетельствует об объемах продаж, а следовательно, о вероятных убытках истца;

-характер нарушения – без соответствующего разрешения правообладателя использован популярный и широко известный бренд в коммерческих (предпринимательских) целях. Проект истца имеет русскоязычный канал на Youtube, зарегистрированный 19.06.2014. На момент подачи иска посещаемость данного канала составила более 12 700 000 просмотров, а число подписчиков более 43 000 человек, что свидетельствует о популярности и известности продукции истца в России;

-продукция истца – акустические системы высокого класса и сопутствующая им электроника. Истец по праву является ведущим поставщиком акустических систем для звуковой индустрии, их громкоговорителями пользуются известные рок-исполнители. Продукция истца послужила основой для разработки стандарта ТНХ, использующегося для озвучивания в системах домашних кинотеатров. Кроме того, динамические головки «JBL» используются в виде базисной звуковой инсталляции в автомобилях ведущих автопроизводителей мира;

-наличие премиального сегмента производимой техники, средняя стоимость на данный вид техники начинается от 5000руб.;

-формирование у потребителя мнения о продукции правообладателя, как о низкокачественном товаре (контрафактный товар - низкокачественный);

-само по себе наличие контрафакта на рынке снижает интерес потребителя и лицензиатов к лицензионному товару, что обесценивает исключительные права истца и свидетельствует о его вероятных имущественных потерях. Нарушители не вкладывают ресурсы в создание объектов, который они используют, и не несут расходов на их рекламу и продвижение;

-нарушение ответчика несет существенную угрозу охраняемым публичным интересам, что заключается в пренебрежительном отношении ответчика к исполнению возложенной на него законом обязанности по обеспечению качества реализуемой продукции и недопустимости продажи контрафактного товара;

-ответчик отказался от урегулирования спора в досудебном порядке;

-согласно письму официального дистрибьютора и уполномоченного импортера портативной акустики на территории Российской Федерации ООО «Харман РУС СиАйЭс» минимальная сумма поставки при заказе товаров, маркированных товарным знаком «JBL» составляет 500000руб., что свидетельствуют о значительных вероятных имущественных потерях от противоправных действий со стороны ответчика.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Пленума №10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Судом установлено, что реализация контрафактных товаров, осуществлена ответчиком в двух торговых точках, за которую компенсация рассчитана истцом по пункту 1 статьи 1406.1 ГК РФ, пункту 4 статьи 1515 ГК РФ. За каждое такое нарушение правонарушитель может быть привлечен к ответственности.

При этом оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая характер нарушения, стоимость спорного товара и степень вины ответчика, суд приходит к выводу о наличии оснований для определения размера подлежащей взысканию компенсации за нарушение исключительных прав в соответствии с минимальным размером, установленным законом, до 10000руб. за каждый факт нарушения каждого из заявленных обществом исключительных прав, а именно 10000руб. компенсации за нарушение исключительных прав на использование товарного знака №266284, 10000руб. компенсации за нарушение исключительных прав на использование промышленного образца №98697 «Громкоговоритель».

В соответствии со статьей 112 АПК РФ вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление №1) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 2 Постановления №1 разъяснено, что понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Истцом предъявлено ко взысканию 1600руб. судебных издержек по приобретению спорного товара.

В данном случае судебные расходы понесены истцом в связи со сбором доказательств до предъявления иска, которые были необходимы для подтверждения обоснованности предъявленных к ответчику требований.

При этом поскольку судом применительно к действиям ответчика установлена только контрафактность товара, приобретенного у ответчика 03.02.2022, между сторонами подлежат распределению в качестве судебных издержек только расходы по приобретению товара у ответчика 03.02.2022.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований 800руб. расходов по оплате государственной пошлины, 240руб. стоимости контрафактного товара, подлежат возмещению истцу за счет ответчика, в оставшейся части судебные расходы подлежат отнесению на истца.

В силу части 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.

Согласно части 1 статьи 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

В соответствии с частью 2 статьи 80 АПК РФ арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ).

К таким доказательствам может относиться, например, имущество, изъятое из оборота или ограниченное в обороте; к таким же доказательствам в силу статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации относится контрафактная продукция.

Так, согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены этим кодексом.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости возврата вещественного доказательства – портативная акустическая колонка Charge2+(корпус серого цвета) в упаковке в количестве 1 штуки истцу.

При этом процессуальные основания для осуществления возврата истцу приобщенной к материалам дела контрафактной продукции - портативная акустическая колонка Charge2+ (корпус синего цвета) в упаковке в количестве 1 штуки отсутствуют, товар должен быть уничтожен.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования иностранного лица Harman International Industries, Incorporated (США) удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу иностранного лица Harman International Industries, Incorporated (США) 20000руб. компенсации за нарушение исключительных прав, 800руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины, 900руб. стоимости контрафактного товара.

В остальной части иска отказать.

Вещественное доказательство портативная акустическая колонка Charge2+ (корпус синего цвета) в упаковке в количестве 1 штуки уничтожить.

Товар портативная акустическая колонка Charge2+(корпус серого цвета) в упаковке в количестве 1 штуки возвратить истцу.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На вступившее в законную силу решение суда может быть подана кассационная жалоба в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу решения (статья 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.


Судья Е.Е. Шемякина