Решение от 18 сентября 2024 г. по делу № А65-7125/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН ул. Ново-Песочная, д.40, г. Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-7125/2023

Дата принятия решения – 19 сентября 2024 года

Дата объявления резолютивной части – 17 сентября 2024 года

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи

Бадретдиновой А.Р., при ведении протокола судебного заседания с использованием

средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Хафизовой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Казань, к ФИО2, Лаишевский

район, ФИО3, Зеленодольский район, о солидарном взыскании 1 500 000

рублей убытков в порядке субсидиарной ответственности, с привлечением третьего лица,

с участием:

от истца – представитель ФИО4;

от ответчика ФИО2 – ФИО2, лично, представитель ФИО5;

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1, г. Казань (далее - истец), обратился в арбитражный суд к ФИО2, Лаишевский район (далее – ответчик 1), о взыскании 1 500 000 рублей убытков в порядке субсидиарной ответственности.

Определением арбитражного суда от 24.03.2023 исковое заявление принято и назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании.

Одновременно указанным судебным актом к участию в деле в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственностью «Миройл», г. Казань (далее – третье лицо).

Определением арбитражного суда от 25.04.2023 дело назначено к основному судебному разбирательству.

Решением арбитражного суда от 15.06.2023 иск удовлетворен, ответчик 1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам третьего лица, с данного лица в пользу истца взыскано 1 500 000 рублей, 28 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 26.09.2023 указанный судебный акт оставлен без изменения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 05.03.2024 решение арбитражного суда от 15.06.2023 и постановление суда апелляционной инстанции от 26.09.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением арбитражного суда от 19.03.2024 дело назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании.

Определением арбитражного суда от 21.05.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3, Зеленодольский район (далее – ответчик 2).

Не явившиеся в судебное заседание лица, участвующие в деле, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии со статьями 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В порядке, предусмотренном частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом определено рассмотреть дело без участия не явившихся лиц.

Представитель истца в судебном заседании просил взыскать сумму убытков с ответчиков в солидарном порядке.

В порядке, предусмотренной статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявление о солидарном взыскании с ответчиков убытков арбитражным судом принято.

Представитель истца исковое требование поддержал.

В порядке, предусмотренной статьей 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отсутствии ответчиков, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, и не заявлении возражений относительно рассмотрения дела в их отсутствие, арбитражный суд завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в первой инстанции.

В порядке, предусмотренной статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом объявлялся перерыв в судебном заседании с 09.09.2024 по 17.09.2024 в связи с принятым дополнением искового требования, о чем вынесено протокольное определение.

После перерыва в судебном заседании ответчик 1 и его представитель просили отказать в удовлетворении иска.

Как следует из материалов дела, в рамках дела № А40-256764/2018 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Простор», Москва, конкурсным управляющим оспорена сделка должника о перечислении денежных средств третьему лицу в размере 1 500 000 рублей.

Определением арбитражного суда от 09.12.2020 заявление удовлетворено, указанная сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки путем взыскания с третьего лица в пользу должника 1 500 000 рублей.

В последующем определением арбитражного суда от 13.04.2022 по указанному делу произведено процессуальное правопреемство с должника на истца.

В целях принудительного исполнения судебного акта арбитражным судом выдан исполнительный лист.

Однако в ходе возбужденного исполнительного производства судебный акт остался неисполненным. В связи с этим истцом было инициировано дело о банкротстве третьего лица.

Определением арбитражного суда от 13.03.2023 по делу № А65-31147/2022 производство по делу о банкротстве третьего лица прекращено, в связи с недостаточностью имущества должника для проведения процедуры банкротства.

Судебный акт вступил в законную силу.

В основание настоящего требования истец указывает, что у должника по данным бухгалтерского баланса должника за 2020 и 2021 года имелись активы, которые были достаточны для погашения требования истца, однако соответствующие действия должником не были совершены, какое – либо имущество у должника отсутствует. При этом представленные ответчиком 1 документы, в подтверждение доводов о правомерности получения должником спорных денежных сумм, истец посчитал фиктивными, не подтверждающими реальность правоотношений, на которые указывает ответчик 1.

Установление изложенных обстоятельств явилось основанием для обращения истца с настоящим исковым требованием.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В пункте 1 статьи 61.19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрены условия для обращения кредитора в арбитражный суд с иском о привлечении ответственного лица организации к субсидиарной ответственности в случае, если требование такого лица осталось неудовлетворенным, при прекращении производства по делу о банкротстве по причине недостаточности средств.

Если такому кредитору станет известно о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, то оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Истец соответствует требованиям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.14 названного закона, для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчик 1 является учредителем и руководителем должника с 20.06.2018 (решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью СК «СпецКомплект» от 08.06.2018 о прекращении полномочий руководителя ФИО3, о назначении на должность руководителя ФИО2; решением единственного участника общества с ограниченной ответственностью СК «СпецКомплект» от 09.06.2018 ответчик 1 принят в состав участников общества с долей участия в уставном капитале 9,09 %).

Истец указывает на совершение ответчиками ряда сделок по отчуждению имущества должника, стоимость которых была достаточна для удовлетворения требований кредиторов, в том числе, истца, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Причем под указанную норму права подпадают сделки, в которых имеются признаки недействительности, предусмотренные по специальным основаниям.

Необходимым условием для привлечения контролирующего должника лица к указанной ответственности является причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этих сделок.

При этом отсутствие (не передача руководителем должника конкурсному управляющему) финансовых и иных документов должника, существенно затрудняющих проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Установление признаков недействительности совершенных должником сделок при рассмотрении заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности не требует предъявления заявлений об оспаривании сделок должника либо наличия судебного акта об их удовлетворении (пункт 3 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением).

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В соответствии с подпунктом 10 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом

имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по общим правилам гражданского законодательства.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 названного закона, заявителю необходимо доказать факт совершения ответчиком правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между противоправными действиями ответчика (контролирующее должника лицо) и наступившими последствиями (банкротство должника).

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное положение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов.

В связи с тем, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, а напротив, обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника, а его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения, судам следует проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника.

О наличии подконтрольности, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

В то же время необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах.

В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть

достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала).

При этом исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента может быть истолковано против нее.

Согласно данным бухгалтерских балансов должника за 2020 и 2021 года, размещенного в публичном доступе, показатели которого не были опровергнуты ответчиком 1 надлежащими документами, у должника имелись активы в достаточном размере для удовлетворения требования истца.

В частности, у должника за 2020 год имелись запасы в размере 9 825 000 рублей, дебиторская задолженность в размере 17 214 000 рублей, денежные средства в размере 394 000 рублей.

На следующий год должником отражено о наличии запасов в размере 10 364 000 рублей, дебиторской задолженности в размере 19 591 000 рублей, денежных средств в размере 19 000 рублей.

Вместе с тем при проверке обоснованности требования истца к третьему лицу о признании его банкротом была установлена недостаточность имущества должника для проведения процедуры банкротства, что подтверждается определением арбитражного суда от 13.03.2023 по делу № А65-31147/2022 о прекращении производства по делу и ответами регистрирующих органов.

Между тем не имеются в материалах дела доказательства, которые свидетельствовали о совершении ответчиком 1 конкретных сделок, связанных с отчуждением имущества должника, так и связанные с этим конкретные действия (бездействие) указанного лица, явившиеся необходимой причиной банкротства должника и приведшие к невозможности погашения требований истца.

Недобросовестность и неразумность действий ответчика 1 в период исполнения им обязанностей руководителя должника не доказана.

При этом судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности не может быть построен на предположениях.

Однако наличие только лишь подозрений в виновности ответчика недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины.

В свою очередь, ответчик 1 указывал на то, что никаких действий по доведению контролируемого им общества до банкротства не совершал. Документы о финансово-хозяйственной деятельности должника не скрывал, деятельность должника велась открыто. Должник производил расчеты со своими кредиторами, а неосуществление расчетов с истцом обусловлено лишь отсутствием информации о наличии задолженности перед ним.

Не соглашаясь с требованием истца, ответчик 1 пояснил, что у должника отсутствовала задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «Простор», Москва, в предъявленной сумме, должником спорная сумма получена правомерно.

В обоснование своих возражений ответчиком 1 представлены договор подряда от 31.10.2017 № 003/ОБ – 2017, подписанный между указанными лицами, акт о приемке выполненных работ от 09.01.2018 № 1 на сумму 6 508 621 рублей 66 копеек, справку о стоимости выполненных работ от 09.01.2018 № 1 на сумму 6 508 621 рублей 66 копеек, которые, по его мнению, свидетельствуют о правомерности получения должником спорной денежной суммы.

Указанные документы подлежали представлению в рамках обособленного спора о недействительности сделок по перечислению денежных средств, совершенных обществом с ограниченной ответственностью «Простор» в пользу должника, которое было удовлетворено по делу № А40-256764/2018 ввиду непредставления первичных документов.

Как следствие, ввиду недоказанности им равноценности предоставления, что не образует преюдицию и не лишает возможности доказать такую равноценность по другому заявлению - заявлению о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Ответчиком 1 в рамках дела № А40-256764/2018 подано заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта, которым удовлетворено заявление об оспаривании сделки должника, по которому было прекращено производство по заявлению в связи с пропуском срока на подачу указанного заявления.

Из представленных ответчиком 1 документов следует, что подрядные работ выполнены в ноябре-декабре 2017 года и акт составлен 09.01.2018, подписанный со стороны должника ответчиком 2, в связи с которыми обществом с ограниченной ответственностью «Простор» были совершены в 2017 спорные платежи на общую сумму 1 500 000 рублей.

Истцом заявлено о мнимости указанных правоотношений.

Для проверки указанных доводов арбитражным судом предложено представить другой стороне доказательства реальности подрядных правоотношений.

Однако такие доказательства ответчиком 2 не были представлены.

При этом ответчиком 2 не было опровергнуто составление документов о выполнении должником подрядных работ на те даты, которые были указаны в документах.

Таким образом, денежные средства в размере 1 500 000 рублей необоснованно получены должником в период, когда его руководителем являлся ответчик 2.

Причем о неправомерности платежей данное лицо не могло не знать, поскольку указанным лицом не было предоставлено другой стороне равноценное встречное предоставление (не доказавшего при этом реальность данных правоотношений) и не возвратившего данные денежные суммы лицу, их перечислившего.

О наличии объективных причин неисполнения требования истца ответчиком 2 не указано, соответствующие обстоятельства документально не подтверждены. Наличие у должника имущества, достаточного для удовлетворения требования истца, на дату прекращения ответчиком 2 полномочий руководителя должника и передаче его ответчику 1 документально не подтверждено.

В свою очередь, документы, свидетельствующие о том, что ответчик 1 совершал неправомерные действия по доведению контролируемого им общества до банкротства, не представлены.

Доказательства недобросовестности и неразумности действий ответчика 1 в период исполнения им обязанностей руководителей должника в материалах дела не имеются.

Документально факт сокрытия ответчиком 1 документов относительно финансово-хозяйственной деятельности должника не подтвержден.

Истцом не доказано, что невозможность исполнения требования истца связана именно с действием (бездействием) ответчика 1.

Тот факт, что требование истца не было удовлетворено, в том числе, в период, когда руководителем должника являлся ответчик 1, не является основанием для привлечения его к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, поскольку невозможность получения причитающихся сумм не связана неправомерными действиями (бездействием) указанного лица.

Требование истца осталось неудовлетворенным, в результате недобросовестных действий ответчика 2, не предоставившего другой стороне встречного предоставления и не возвратившего полученные денежные суммы от получателя.

Причем доказательства того, что спорные денежные суммы были переданы от ответчика 2 ответчику 1 при переходе прав и обязанностей руководителя должника, не представлены.

По аналогичным основаниям не принимаются доводы истца о том, что ответчику 1 позднее стало известно об оспоренной сделке и о возбуждении дела о банкротстве должника, поскольку данное обстоятельства не является правовым основанием для возложения на ответчика 1 гражданско-правовой ответственности за неправомерное поведение другого лица.

Причем в случае исполнения ответчиком 1 требования истца в момент, когда ему стало известно о притязаниях истца к должнику, то указанное исполнение привело к причинению имущественного вреда правам кредиторов и должника, поскольку за счет имущества должника был бы возмещен вред за другое лицо, которое его фактически совершило, за счет правомерных требований других кредиторов.

Таким образом, требование истца осталось неудовлетворенным в результате неправомерного поведения ответчика 2, в результате которого у должника на дату прекращения полномочий его руководителя отсутствовало какое-либо имущество должника, что привело к появлению у него признаков неплатежеспособности, в связи с чем требование истца осталось непогашенным. Иное ответчиком 2 не доказано.

Перспективы для ее удовлетворения должником не имеются, иное не опровергнуто.

Об указанных обстоятельствах ответчик 2 не мог не знать и понимать.

Таким образом, имеются основания для привлечения ответчика 2 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». В удовлетворении требования к ответчику 1 арбитражный суд отказывает.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер неудовлетворенного требования истца составляет 1 500 000 рублей. Иные кредиторы у должника отсутствуют. В указанном размере подлежит привлечению ответчик 2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика 2.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Привлечь ФИО3, Зеленодольский район, к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Миройл», г. Казань.

Взыскать с ФИО3, Зеленодольский район, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, <...> 500 000 рублей, 28 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

в месячный срок.

Председательствующий судья А.Р. Бадретдинова