Решение от 21 февраля 2020 г. по делу № А56-73268/2019

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-73268/2019
21 февраля 2020 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 11 февраля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 21 февраля 2020 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе судьи Пивцаева Е.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области (Россия, 188502, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2 (Россия, 197183, г.Санкт-Петербург)

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

1. Акционерное общество «Ломоносовская энергетическая компания» (Россия, 188502, <...>, лит. А, ИНН <***>, ОГРН <***>);

2. Администрация муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области (Россия, 188502, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>)

О взыскании убытков

При участии:

от истца: ФИО3, доверенность от 04.07.2019;

от ответчика: ФИО4, доверенность от 16.08.2019

от третьего лица 1: не явился, извещен;

от третьего лица 2: не явился, извещен;

установил:

Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области (далее – Комитет) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании 69 868 777,17 руб. убытков, причиненных акционерному обществу «Ломоносовская энергетическая компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - Общество).

Определением от 03.07.2019 исковое заявление принято к производству. Ответчику и третьим лицам предложено представить письменный отзыв с правовым обоснованием и всеми доказательствами, подтверждающими возражения. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Ломоносовская энергетическая компания» (далее – Общество), Администрация муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области (далее – Администрация).

В судебном заседании 12.11.2019 ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, просит отказать в иске.

В судебном заседании 03.12.2019 истец уточнил исковые требования и просит взыскать 78 104 344,09 руб. убытков. Заявленные уточнения приняты судом.

В судебном заседании присутствовал представитель истца, доводы искового заявления поддержал полном объеме, просил исковое заявление удовлетворить. Представитель ответчика относительно удовлетворения искового заявления возражал по основаниям, изложенным в отзыве, предоставил в материалы дела дополнительные документы.

В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», частью 4 статьи 137 АПК РФ суд признал дело подготовленным к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное разбирательство.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Комитет входит в структуру Администрации и является отраслевым органом местного самоуправления, реализующим полномочия муниципального района в сфере архитектуры и градостроительства, управления и распоряжения муниципальным имуществом и земельными ресурсами. Комитет является единственным акционером Общества, владея пакетом в размере 100% акций указанного Общества.

С 26.12.2009 ФИО2 является генеральным директором Общества, его полномочия неоднократно продлевались.

В качестве правового обоснования заявленных требований истец ссылается на ст.15 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), ст.53 ГК РФ, ст.71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208). В качестве фактических обстоятельств для обращения в суд с рассматриваемым иском истец указывает на заключение ФИО2 следующих сделок, совершенных по ценам, существенно ниже рыночных.

06.02.2017 ответчик заключил от имени Общества договор купли-продажи № 3/17К с обществом с ограниченной ответственностью «Флагман» (покупателем), в соответствии с условиями которого передал в собственность покупателя движимое и недвижимое имущество согласно перечня по цене 4 940 012 руб., в то время как кадастровая стоимость отчужденных объектов составила 69 039 272,52 руб. При этом прямой действительный ущерб от действий ответчика составил 64 099 260,52 руб. (разница между рыночной стоимостью объектов и стоимостью договора).

12.07.2017 ответчик заключил от имени Общества договор купли-продажи № 10/17со ФИО5 (покупателем), в соответствии с условиями которого передал в собственность покупателя недвижимое имущество – часть административного здания с кадастровым номером 47:14:0000000:28014 по цене 97 000 руб., в то время как кадастровая стоимость отчужденного объекта составила 1 842 078,29 руб. При этом прямой действительный ущерб от действий ответчика составил 1 745 078,29 руб. (разница между рыночной стоимостью объектов и стоимостью договора).

24.08.2018 ответчик заключил от имени Общества договор купли-продажи здания и земельного участка с ФИО6 (покупателем), в соответствии с условиями которого передал в собственность покупателя недвижимое имущество – нежилое здание с кадастровым номером 47:14:0404001:101 вместе с земельным участком с кадастровым номером 47:14:0404007:9 по цене 2 910 000 руб., где стоимость нежилого здания составляет 960 000 руб., стоимость земельного участка – 1 950 000 руб., в то время как кадастровая стоимость отчужденных объектов составила 6 934 438,36 руб., из которых кадастровая стоимость нежилого здания составила 3 317 294, 66 руб., кадастровая стоимость земельного участка составила 3 617 143,70 руб. При этом прямой действительный (разница между рыночной стоимостью объектов и стоимостью договора).

Согласно заявлению об уточнении исковых требований в связи с наличием объектов недвижимости, не включенных в перечень имущества в перечень имущества, истец дополнительно указывает на следующее имущество:

1. земельный участок с кадастровым номером 47:14:0103001:60, категория земель-земли населенных пунктов, разрешенное использование – под промышленную базу, общая площадь – 10 666 кв.м., расположенный по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, муниципальное образование «Лебяженское городское поселение», д.Шепелево, уч.3/1, переданный ответчиком по договору купли-продажи от 27.12.2013 № 17/13 в собственность индивидуального предпринимателя ФИО7 (покупателя) по цене 815 800 руб.,в то время как кадастровая стоимость отчужденного объекта составила 8 792 623,76 руб. При этом прямой действительный ущерб от действий ответчика составил 7 976 823,76 руб. (разница между рыночной стоимостью объектов и стоимостью договора).

2. земельный участок с кадастровым номером 47:14:0403003:23, категория земель-земли населенных пунктов, разрешенное использование – для размещения и эксплуатации хозяйственного здания, общая площадь – 244 кв.м., расположенный по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, д.Горбунки, переданный ответчиком по договору купли-продажи № 08/13 от 06.08.2013 в собственность ФИО8 (покупателя) по цене 81 000 руб., в то время как кадастровая стоимость отчужденного объекта составила 339 743,16 руб. При этом прямой действительный ущерб от действий ответчика составил 258 743,16 руб. (разница между рыночной стоимостью объектов и стоимостью договора).

Согласно уточнению заявленных требований, истец просит взыскать с ответчика убытки в размере 78 104 344,09 руб.

Посчитав свои права нарушенными, Комитет обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Согласно отзывам, представленным в материалы дела ответчиком, ответчик заявляет о пропуске истцом срока исковой давности для защиты нарушенного права на взыскание убытков, в частности, по договору купли-продажи от 27.12.2013 № 17/13 и по договору купли-продажи от № 08/13 от 06.08.2013, в указанной части просит в иске отказать. Ответчик ссылается на то, что отклонение от кадастровой стоимости недвижимого имущества само по себе не свидетельствует о занижении его цены продажи в ущерб интересам юридического лица, действительный ущерб не может быть определен как разница между ценой продажи и кадастровой стоимостью. Заключение договора купли-продажи от 06.02.2017 №3/17К осуществлено в интересах АО «ЛЭК», имущественный комплекс продан по цене, превышающей рыночную стоимость. Заключение договора купли-продажи № 10/17 от 10.07.2017, выступавшего частью нескольких взаимосвязанных сделок, не повлекло причинение вреда АО «ЛЭК». Договор купли-продажи от 24.08.2018 заключен по цене, превышающей рыночную стоимость имущества.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статей 65-71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Рассмотрев доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к выводу, что Комитетом указанный срок пропущен по следующим основаниям.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года. Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки, нарушающей права и законные интересы такого участника или соответствующей корпорации, не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка.

Согласно пункту 8.2 Устава Общества единственный акционер обязан ежегодно принимать решения по ряду вопросов, включая избрание ревизионной комиссии, утверждение аудитора, а также утверждении годовых отчетов, в том числе отчетов о прибылях и убытках.

Таким образом Комитет, являясь единственным акционером Общества с момента создания последнего, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности при ведении хозяйственной деятельности Общества, а также являясь профессиональным участником и регулятором имущественных отношений, связанных с оборотом вверенной ему муниципальной собственности, не мог не знать о совершении ФИО2 названных сделок в 2013 году и провести надлежащий анализ их финансовый рентабельности. При таких обстоятельствах суд полагает, что, истец должен был знать об обстоятельствах заключения сделок и их последствиях не позднее чем с 2014 года – проведения очередного годового анализа финансового состояния Общества.

Учитывая, что с заявленными исковыми требованиями истец обратился в 2019 году, а договор купли-продажи № 17/13 заключен 27.12.2013, а договор купли-продажи № 08/13 в 06.08.2013, суд приходит к выводу о пропуске истцом исковой давности для защиты права по указанным договорам.

Относительно заключения договоров купли-продажи от 06.02.2017 №3/17К, № 10/17 от 10.07.2017, от 24.08.2018 суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

ФИО2, являясь единоличным исполнительным органом Общества, должен был действовать в интересах данного лица добросовестно и разумно. Под добросовестностью и разумностью при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган обязанностей подразумевается в том числе принятие им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от экономической деятельности

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п.2 постановления №62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Таким образом, при обращении в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями лица, исполнявшего обязанности единоличного исполнительного органа, Комитет обязан доказать сам факт причинения убытков, противоправность действий ответчика, а также наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

Относительно причинения убытков заключением договора купли-продажи от 06.02.2017 №3/17К суд полагает доводы ответчика обоснованными и приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела 24.10.2006 Правительством Ленинградской области было принято распоряжение от №376-р о передаче недвижимого имущества и объектов коммунально-бытового назначения ликвидированного лечебного учреждения в муниципальную собственность муниципального образования Ломоносовский муниципальный район Ленинградской области в соответствии с областным законом от 18.08.1997 №31-оз «О порядке передачи в муниципальную собственность объектов государственной собственности Ленинградской области».

20.10.2011 Комитетом издано распоряжение №26 о передаче объектов недвижимого имущества бывшей областной психиатрической больницы в дер. Коваши в безвозмездное пользование Общества.

Согласно распоряжению Комитета №10 от 19.03.2013 об увеличении уставного капитала Общества путем размещения дополнительных обыкновенных акций в количестве 20 893 штук посредством закрытой подписки по цене 3 000 руб. за каждую ценную бумагу. Оплата акций, подлежавших размещению в пользу единственного акционера, предполагалась в неденежной форме путем передачи в собственность Общества движимого и недвижимого имущества, включая объекты в дер.Коваши (пункты 1-19, 1-6 Приложения №2 к Распоряжению №10 от 19.03.2013).

Как следует из Отчета № 1786/13 от 14.05.2013 по оценке рыночной стоимости объекта недвижимого и движимого имущества МО «Ломоносовский муниципальный район», расположенного по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, дер.Разбегаево и дер.Коваши (по состоянию на 20.04.2013), рыночная стоимость объекта оценки составляет 5 250 000 руб. 24.10.2013, 05.11.2013 произведена государственная регистрация права собственности Общества на имущественный комплекс в дер.Коваши.

01.12.2011 между ОАО «Ломоносовская энергетическая компания» (арендодателем) и ООО «МТПЛЮС» (арендатором) был заключен договор аренды имущества № 10/11, согласно которому арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное владение и пользование (нежилые здания и сооружения) имущество, расположенное по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, д.Коваши, территории бывшей областной психиатрической больницы.

Согласно расчету общества с ограниченной ответственностью «СевЗапОценка» от 29.07.2016 рыночной стоимости демонтажа зданий и сооружений I, III, IV и V групп капитальности, Ковашевской психиатрической больницы, принадлежащие АО «Ломоносовская энергетический компания», расположенные по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, дер.Коваши, ориентировочная рыночная стоимость демонтажа зданий больницы составляет 17 257 850 руб.

В материалы дела ответчиком представлен Отчет № 2929/16 от 01.09.2016 по оценке рыночной стоимости объектов недвижимого имущества и сооружений АО «Ломоносовская энергетический компания», расположенных по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский муниципальный район, МО Лебяженское городское поселение, деревня Коваши (по состоянию на 01.09.2016). Согласно выводам, сделанным в Отчете № 2929/16 от 01.09.2016, рыночная стоимость объекта оценки составляет 4 843 200 руб.

В соответствии с пунктом 2.1 договора купли-продажи №3/17К от 06.02.2017, заключенного между Обществом и ООО «Флагман», общая стоимость отчуждаемого имущества составила 4 940 012 руб., в т.ч. НДС - 88 812 руб.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что денежные средства, полученные от реализации имущества, были частично направлены на оплату ремонтных работ в размере 3 720 175,38 руб. во исполнение договора подряда №6/17 от 07.06.2017, заключенного между Обществом и обществом с ограниченной ответственностью «СевМорСтрой».

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда: одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение; стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах; объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки; цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было; платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

Под кадастровой стоимостью понимается стоимость, установленная в результате проведения государственной кадастровой оценки или в результате рассмотрения споров о результатах определения кадастровой стоимости либо определенная в случаях, предусмотренных статьей 24.19 настоящего Федерального закона.

Таким образом, с учетом представленных ответчиком в материалы дела отчетов об оценке рыночной стоимости объектов имущества, а также расчета стоимости их демонтажа, распоряжений Комитета и гражданско-правовых договоров, суд признает доказанным то обстоятельство, что договор купли-продажи №3/17К от 06.02.2017 был заключен в интересах Общества, в том числе для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица, так как возможные расходы на проведение демонтажа превышают рыночную стоимость имущества, исходя из данных отчетов об оценке стоимости имущества. Доказательств обратного истцом не представлено.

Относительно заключения договора купли-продажи № 10/17 от 12.07.2017 суд приходит к следующим выводам.

10.07.2017 ФИО9 (стороной-1), АО «ЛЭК» (стороной-2) и ФИО5 (стороной-3) был подписан предварительный договор купли-продажи нежилых помещений, согласно которому стороны приняли обязательство заключить в будущем договоры купли-продажи в отношении следующих объектов: 1) нежилое помещение в здании подсобного цеха; площадь — 34,0 кв.м.; адрес: <...>; кадастровый номер 47:14:0303007:11; 2) нежилое помещение в здании магазина; площадь — 19,4 кв.м.; адрес: Ленинградская обл.. <...>; кадастровый номер 47:14:0000000:30876; 3) часть административного здания; площадь — 143,9 кв.м.; литер А, А1; адрес: <...>; кадастровый номер 47:14:0000000:28014.

В указанном предварительном договоре стоимость объекта № 1 была согласована сторонами в сумме 55 000 руб., объекта №2 в сумме 42 000 руб., объекта №3 — в сумме 97 000 руб.

12.07.2017 АО «ЛЭК» (продавцом) и ФИО5 (покупателем) заключен договор купли-продажи №10/17, по условиям которого продавец принял на себя обязательство передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить объект №3.

14.07.2017 ФИО9 (продавцом) и АО «ЛЭК» (покупателем) был заключен договор купли-продажи №11/17, по условиям которого продавец принял на себя обязательство передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить объект №1.

14.07.2017 ФИО9 (продавцом) и АО «ЛЭК» (покупателем) заключен договор купли-продажи №12/17, по условиям которого продавец принял на себя обязательство передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить объект № 2.

В качестве обоснования заключения указанных сделок ответчик ссылается на принадлежность Обществу смежных нежилых помещений в тех же зданиях, а также получение права приватизации земельного участка по льготной цене.

Согласно заключению №2619 от 15.11.2019, выполненного обществом с ограниченной ответственностью «Ленинградское экспертное общество», рыночная стоимость вторичного объекта недвижимости – части административного здания; назначение – нежилое; этажность -2; площадь – 143,9 кв.м.; литер А,А1; адрес: Ленинградской область, Ломоносовский район, поселок Аннино, ул.10-й Пятилетки, дом 1а; кадастровый номер 47:14:0000000:28014, по состоянию на 30.07.2017 составляет 1 903 000 руб.

Рыночная стоимость вторичного объекта недвижимости – части административного здания; назначение – части здания магазина; назначение – нежилое; этажность -1; площадь-190,4 кв.м., адрес: <...>, по состоянию на 30.06.2017 составляет 790 000 руб.

Ожидаемая рыночная стоимость первичного объекта недвижимости – здания магазина; назначение – нежилое; этажность -1; общая площадь -209,8 кв.м., адрес: <...>, кадастровый номер 47:14:0404001:101 в случае его перехода в единоличную собственность с оформлением на имя одного правообладателя по состоянию на 30.06.2017 составляет 903 000 руб.

Рыночная стоимость вторичного объекта недвижимости – части здания подсобного цеха; назначение – нежилое; площадь 607,8 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 47:14:0303007:10, составляет 13 529 000 руб.

Ожидаемая рыночная стоимость первичного объекта недвижимости – здания подсобного цеха; назначение – нежилое; общая площадь 641,8 руб., местоположение: <...>, кадастровые номера 47:14:0303007:10, 47:14:0303007:11, в случае его перехода в единоличную собственность с оформлением на имя одного правообладателя по состоянию на 30.06.2017 составляет 16 328 000 руб.

Из указанных выше обстоятельств следует экономическая обоснованность заключенного договора купли-продажи, а также то, что договор купли-продажи №10/17 от 10.07.2017 являлся частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды Обществом. Суд приходит к выводу о доказанности директором экономической обоснованности заключения договора купли-продажи №10/17 от 10.07.2017 в целях получения выгодны со сторон Общества. Доказательств, опровергающих доводы ответчика, истцом в материалы дела не представлено.

Относительно возможности взыскания убытков с ответчика, причиненных заключением купли-продажи здания и земельного участка от 24.08.2018 с ФИО6 (покупателем), суд также находит необоснованными доводы истца по следующим основаниям.

Согласно расчету общества с ограниченной ответственностью «СевЗапОценка» №119/2018 от 18.05.2018 рыночной стоимости демонтажа здания II группы капитальности, и коммуникаций магазина, принадлежащих АО «Ломоносовская энергетическая компания», расположенных на земельном участке площадью 1030 кв.м. по адресу: <...>, рыночная стоимость демонтажа составляет 1 586 450 руб.

Как указывается в отчете № 121/2018 от 26.06.2018, выполненном ООО «СевЗапОценка», об оценке рыночной стоимости объекта недвижимости: здание магазина площадью 190,4 кв.м., нежилого помещения площадью 19,4 кв.м., расположенное внутри здания магазина, земельного участка площадью 1030 кв.м. с кадастровым номером 47:14:0404007:9, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для размещения розничной торговли, адрес объектов: Ленинградская область, Ломоносовский район, Горбунковское сельское поселение, <...>, для управленческих решений, рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 47:14:0404007:9 на 20.06.2018 составляет 1 650 000 руб. Рыночная стоимость нежилого здания составляет 813 000 руб., в том числе здание магазина 738 000 руб.

В качестве обоснования принятия решения о продаже имущества ответчик ссылается на недостаточность поступлений от арендаторов в целях несения затрат на капитальный ремонт либо демонтаж здания магазина (согласно условиями договоров аренды нежилых помещений №4/15-А от 30.04.2015 с акционерным обществом «ЕИРЦ ЛО» и №9/15 от 01.07.2015 с обществом с ограниченной ответственностью «УК «Наш Дом»).

Таким образом, 24.08.2018 между АО «ЛЭК» (продавцом) и ФИО6 (покупателем) был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец принял на себя обязательство передать в собственность покупателя следующее недвижимое имущество: часть здания магазина, площадью 190,4 кв.м.; адрес: <...>; кадастровый номер 47:14:0404001:101; земельный участок, площадью 1.030 кв.м.; адрес: <...>; кадастровый номер 47:14:0404007:9; категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для размещения объектов розничной торговли.

24.08.2018 между АО «ЛЭК» (продавцом) и ФИО6 (покупателем) был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец принял на себя обязательство передать в собственность покупателя нежилое помещение в здании магазина, площадью 19,4 кв.м.; адрес: <...>; кадастровый номер 47:14:0000000:30876.

В соответствии с пунктом 1.3 договоров купли-продажи от 24.08.2018 общая стоимость отчуждаемого недвижимого имущества составила 3 000 000 рублей, в том числе земельного участка-1 950 000 руб., части здания магазина – 960 000 руб. и отдельного нежилого помещения — 90 000 руб.

Из указанных выше обстоятельств и доказательств, имеющихся в материалах дела, следует, что реализация имущества была произведена по цене, выше рыночной стоимости, следовательно, оснований для вывода о причинении ответчиком убытков истцу не имеется.

Суд учитывает также то обстоятельство, что истец отказался от проведения судебной экспертизы рыночной стоимости имущества на дату заключения договоров, что подтверждается определением от 03.12.2019 об отложении судебного разбирательства. В соответствии с ч.2 ст.9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно п.6 постановления № 62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). В силу п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу ч.1 ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Исходя из доказательств, представленных в материалы дела, истцом не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Истцом также не представлено доказательств факта причинения убытков действиями директора, а также причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникновением убытков. Заявленные истцом требования ответчиком опровергнуты документально, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Ввиду изложенных обстоятельств истцом не представлено доказательств наличия убытков со стороны Общества в связи с заключением ответчиком спорных сделок. Таким образом, заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Пивцаев Е.И.