Решение от 6 марта 2024 г. по делу № А72-11599/2023

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Ульяновск Дело №А72-11599/2023

06.03.2024


Резолютивная часть решения объявлена 27.02.2024. Решение в полном объеме изготовлено 06.03.2024.


Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Карсункина С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «Деловой центр СК» (ИНН <***> ОГРН: <***>)

к ФИО2

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника


при участии:

от истца – ФИО4, представлены паспорт, доверенность, документ, подтверждающий наличие высшего юридического образования (диплом);

от ответчиков – не явились, извещены;



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Деловой центр СК» обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности убытков в размере 163 405 руб. 52 коп., расходов по оплате госпошлины.

Определением от 11.09.2023 заявление принято к производству.

27.02.2024 до начала судебного заседания от УМВД России по Ульяновской области в г. Ульяновске поступила адресная справка в отношении ФИО3.

Представитель истца поддерживает исковые требования в полном объеме.

Изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства, суд считает требования подлежащими удовлетворению.

При этом суд исходит из следующего.

Как усматривается из материалов дела решением Арбитражного суда Ульяновской области от 18 декабря 2020 года по делу № А72-13373/2020 с ООО «Фарма» в пользу АО «Симбирское Кольцо» взыскана задолженность по арендной плате по договору аренды нежилого помещения от 01.01.2018 г. в сумме 79 392 рубля 69 копеек основного долга, пени в размере 78 282 руб. 83 коп., а также в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 5 730 рублей 00 коп. Всего было взыскано 163 405 руб. 52 коп.

АО «Симбирское Кольцо» выдан исполнительный лист серии ФС № 035478193.

24 февраля 2021г. АО «Симбирское Кольцо» обратилось в службу судебных приставов с заявлением о возбуждении исполнительного производства.

Постановлением от 11.03.2021г. судебным приставом-исполнителем ФИО5 возбуждено исполнительное производство 44943/21/73040-ИП.

По указанному исполнительному производству в пользу взыскателя перечислений денежных средств не производилось.

22 сентября 2022 года АО «Симбирское Кольцо» (ОГРН <***>, ИНН <***>) реорганизовано путем преобразования в Общество с ограниченной ответственностью «ДЕЛОВОЙ ЦЕНТР СК» (ОГРН <***>, ИНН <***>). Общество с ограниченной ответственностью «ДЕЛОВОЙ ЦЕНТР СК» является универсальным правопреемником Акционерного общества «Симбирское Кольцо».

16.12.2022 года определением Арбитражного суда Ульяновской области произведена замена взыскателя по исполнительному листу от 10.02.2021 серии ФС №035478193 с АО «Симбирское Кольцо» на ООО «Деловой центр СК».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника ООО «Фарма» 12.04.2022г. налоговым органом внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице) в отношении места нахождения и адреса юридического лица.

27.06.2022года в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице (заявление физического лица о недостоверности сведений о нем). Указанная запись внесена в отношении лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица.

26.10.2022г. регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Заинтересованным лицом представлены возражения.

22.02.2023года налоговым органом повторно принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

29.06.2023г. в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

30.06.2023 вынесено постановление о прекращении исполнительного производства 44943/21/73040-ИП.

Как указывает истец, в связи с ликвидацией должника ООО «Фарма» ООО «Деловой Центр СК» потеряло возможность принудительного исполнения решения Арбитражного суда Ульяновской области по делу № А72-13373/2020.

Согласно пункту 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

При этом исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

По правилу пункта 1 статьи 53.1. ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Пунктом 3.1. статьи 3 Закона N 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку любое Общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу статьи 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Бремя доказывания обратного (опровержение презумпции наличия причинной связи между противоправным бездействием и возникновением убытков, оспаривание размера убытков) лежит на ответчиках.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" отражена правовая позиция, согласно которой предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007 (2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"), что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве (абзац второй пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"). Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы Общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения Общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона N 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения Общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Согласно ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случае наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления N 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

При рассмотрении настоящего дела установлено, что 29.06.2023 года налоговым органом была внесена запись в ЕГРЮЛ о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, по которому возражений либо заявлений о прекращении процедуры исключения от заинтересованных лиц в налоговый орган не поступило.

На момент вынесения решения суда о взыскании задолженности с ООО «Фарма» его руководителем являлась ФИО3 Как минимум до внесения в реестр сведений о недостоверности записи о руководителе 27.06.2022 ФИО3 продолжала являться генеральным директором ООО «Фарма». При этом сведений о назначении другого директора не представлено.

Доказательств принятия действий, направленных на погашение задолженности ФИО3 не представлено, как не представлено и объяснений о причинах препятствовавших погашению задолженности перед истцом.

Сумма долга перед АО «Симбирское Кольцо» после вынесения решения о его взыскании в 2020г. в балансе должника за 2020 год не отражена, что подтверждается данными с информационного ресурса БФО. В строке бухгалтерского баланса на 31.12.2020 «Кредиторская задолженность» указана в размере 879 тыс. руб. Такая же задолженность указана по состоянию на 31.12.2019 и 31.12.2018.

Генеральный директор ООО «Фарма» ФИО3. не могла не знать о кредиторской задолженности перед АО «Симбирское Кольцо», подтвержденной судебным решением, однако не предпринимала действий к ее погашению как минимум в течение периода с 18.12.2020 по 27.06.2022, то есть порядка полутора лет.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Фарма», указанное юридическое лицо прекратило деятельность 29.06.2023 путем исключения его из реестра налоговым органом в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, в частности о недостоверности сведений о руководителе Общества.

В период с 27.06.2022 по 29.06.2023 единственным участником общества являлся ФИО2

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (ст. 53 ГК РФ).

Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества (ст. 32 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Следовательно, ООО «Фарма» не могло погасить задолженность перед истцом при отсутствии избрания единоличного исполнительного органа.

В указанный период руководитель должника единственным участником назначен не был, достоверные сведения, как о руководителе, так и об адресе общества в реестр не поданы.

Доказательств обратного ответчик ФИО2 в материалы дела не представил. Мотивированных пояснений о причинах исключения ООО «Фарма» из ЕГРЮЛ и действиях направленных на погашение задолженности не дал.

При этом ответчики были надлежащим образом извещены о начавшемся судебном процессе. Представителем ФИО2 подавалось заявление об ознакомлении с материалами дела. ФИО3 извещалась о судебных заседаниях не только путем направления определений по адресу ее места жительства, но и телефонограммой.

Следовательно, ответчики уклонились от представления суду доказательств, характеризующих хозяйственную деятельность должника и от дачи пояснений по сути спора.

Осведомленность о наличии задолженности перед истцом и несовершение действий, направленных на реальное ее погашение, а также на обеспечение нормальной деятельности ООО «Фарма» (не принятие решения об избрании единоличного исполнительного органа) в течение длительного времени указывает на недобросовестное поведение ответчиков.

При таких обстоятельствах ответчики не доказали правомерность своих действий и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обществом обязательств перед кредитором.

Поведение ответчиков повлекло исключение ООО «Фарма» из ЕГРЮЛ, а следовательно привели к утрате истцом возможности взыскания задолженности.

В рассматриваемом случае ответчики являлись лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица (контролирующими Общество).

В соответствии с п. 4. ст. 53.1 ГК РФ в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Учитывая вышеизложенное, суд считает возможным исковые требования удовлетворить и взыскать задолженность ООО «Фарма» перед истцом с ответчиков в солидарном порядке.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по госпошлине следует возложить на ответчиков.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд


Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Деловой центр СК» (ИНН <***> ОГРН: <***>) в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 163 405 руб. 52 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 902 руб. 00 коп.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока с момента его принятия.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.


Судья С.А.Карсункин