Решение от 11 мая 2021 г. по делу № А67-1693/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

М О Т И В И Р О В А Н Н О Е


Р Е Ш Е Н И Е

г. Томск Дело № А67- 1693/2021

11.05.2021

Резолютивная часть решения изготовлена 28.04.2021.

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Токарева Е. А.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению компании «Harman International Industries, Incorporated» («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед»)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 317703100088076)

о взыскании 25 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266284 (JBL), 25 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 237220 (HARMAN), 490,00 руб. судебных издержек в размере стоимости, приобретенного у ответчика товара, 237,04 руб. судебных расходов по отправке почтовых отправлений (иска и претензии),

без вызова сторон,

УСТАНОВИЛ:

Компания «Harman International Industries, Incorporated» (далее – Компания, истец) обратилась в Арбитражный суд Томской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании 25 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266284 (JBL), 25 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 237220 (HARMAN), 490,00 руб. судебных издержек в размере стоимости, приобретенного у ответчика товара, 237,04 руб. судебных расходов по отправке почтовых отправлений (иска и претензии).

Исковые требования обоснованы статьями 1252, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на использование товарных знаков.

Лица, участвующие в деле, о принятии искового заявления, возбуждении производства по делу и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства извещены арбитражным судом надлежащим образом (л.д. 43), в том числе публично, путем размещения информации на сайте суда.

От ответчика поступил отзыв на исковое заявление (л.д. 62-65), в котором ответчик не оспаривает факт продажи гарнитуры стоимостью 490 руб. При этом ответчик указал, что к исковому заявлению не приложено доказательств, подтверждающих юридический статус истца, а также полномочий представителя действовать от имени истца; продажа товара с нарушением прав истца совершена впервые; ответчиком допущено единичное нарушение, связанное с приобретением товара у оптовой компании ООО «Планета»; после сообщения о неправомерности реализации данного товара в отсутствие договора на передачу исключительных прав правообладателем, ответчик прекратил реализацию соответствующих товаров и в целом прекратил деятельность по продаже соответствующих товаров, что подтверждается выпиской из ЕГРИП. Ответчик также указал на необоснованность довода истца о неоднократности нарушения со ссылкой на решение суда по делу № А67-1425/2020, указав на то, что истцом по указанному делу приобретался аналогичный товар 04.10.2018, а по настоящему – 03.10.2018, ответчик полагает, что неоднократные обращения истца за защитой нарушенного права с разницей приобретения товара в один день являются злоупотреблением правом на судебную защиту. Также ответчик просил суд учесть тяжелое материальное положение, связанное с необходимостью закрытия офиса продаж, прекращением соответствующей деятельности, изменением вида предпринимательской деятельности на приготовление и доставку продуктов питания, снижением дохода в связи с мерами, предпринимаемыми по нераспространению коронавирусной инфекции. Ответчик заявил о снижении размера компенсации ниже низшего предела, до 5000 руб.

Истец представил возражения на отзыв ответчика (л.д. 68-81).

В соответствии со статьей 228 АПК РФ дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, по имеющимся в нем доказательствам.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что исковые требования Компании подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, истец является правообладателем товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 237220, № 266284, зарегистрированных среди прочего для товаров 9-го класса «наушники, аппаратура для записи, передачи и воспроизведения звуков» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

В подтверждение факта нарушения ответчиком исключительных прав на указанные товарные знаки истец сослался на то, что 03.10.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар (наушники), на упаковке которого размещены изображения, сходные до степени смешения со спорными товарными знаками.

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается кассовым чеком от 03.10.2018 (л.д. 54), видеозаписью процесса приобретения товара (л.д. 53), а также самим товаром.

Ссылаясь на нарушение исключительных прав на товарные знаки, Компания направила ответчику претензию с требованием устранить нарушение и выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки (л.д. 13-14).

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 1225 ГК РФ правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе и товарным знакам.

На товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (пункт 1 статьи 1477 ГК РФ). На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 ГК РФ).

Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки № 237220, № 266284 подтверждено свидетельствами на товарный знак (знак обслуживания) (л.д. 17-19).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Сравнив товарные знаки № 237220, № 266284 с приобретенным у ответчика товаром, а также с изображением на упаковке данного товара, суд приходит к выводу о наличии у них сходства, приводящего к смешению указанного товара со спорными товарными знаками с точки зрения потребителей.

Продажа ответчиком товара с использованием обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками № 237220, № 266284, обладателем исключительных прав на использование которого является истец, подтверждается кассовым чеком от 03.10.2018, видеозаписью процесса приобретения товара, а также самим товаром.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу.

Кассовый или товарный чек применительно к статьям 65, 67, 68 АПК РФ и статье 493 ГК РФ является достаточным доказательством надлежащего заключения договора купли-продажи. Доказательств ведения торговли иным лицом, пояснений относительного того, каким образом кассовый чек с реквизитами ответчика был передан покупателю, ответчик в материалы дела не представил.

Судом также обозревалась представленная истцом видеозапись. Суд пришел к выводу, что она была произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ. На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной или не соответствующей статьям 67 - 68 АПК РФ отсутствуют. Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ не требуется согласия гражданина для обнародования и дальнейшего использования изображения, полученного при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, в том числе открытых судебных заседаниях, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования. Как следует из представленной истцом в материалы дела видеозаписи, объектом съемки являлся процесс приобретения контрафактного товара. Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Видеозапись содержит весь процесс приобретения товара лицом, представляющим интересы истца, в торговой точке ответчика, а также изображение приобретенного товара и кассового чека, выданного продавцом при реализации товара.

О фальсификации доказательств (видеозаписи и кассового чека) в соответствии со статьей 161 АПК РФ ответчиком не заявлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленные истцом доказательства в совокупности содержат необходимые идентифицирующие сведения о продавце и реализованном товаре, а также о факте его реализации.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование товарных знаков № 237220, № 266284 следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарные знаки.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения (подпункт 1); в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой, исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (подпункт 2).

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом (абзац 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таких доказательств ответчик не представил.

В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

Как следует из пункта 59 Постановления № 10, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Истец заявил требования о взыскании компенсации в размере 50 000,00 руб. (по 25 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав товарный знак), исходя из вида компенсации - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей.

Из разъяснений пункта 61 Постановления № 10 следует, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В обоснование размера заявленной компенсации истец ссылается на то, что наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров; потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно; правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем; согласно официальному письму ООО «Харман Рус СиАйЭс» стоимость минимальной партии поставки при заказе товаров, выпускаемых под товарным знаком «JBL» для последующей реализации в рознице составляет 500 000,00 руб., что свидетельствует о том, что минимальный размер убытков истца при нарушении прав на товарный знак составляет 500 000,00 руб.; согласно статистическим данным системы google trends бренд JBL является одним из самых запрашиваемых в поисковой системе гугл, что свидетельствует о высокой популярности товаров, маркированных товарным знаком JBL в РФ; распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров, с другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар. Кроме того, истец обратил внимание на то, что ответчик привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав истца, что подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Томской области от 17.06.2020 года по делу № А67-1425/2020; действия ответчика свидетельствуют о систематическом неоднократном нарушении исключительных прав истца, без проявления должной внимательности и предусмотрительности при приобретении товара на реализацию; кроме того, спорный товар в торговой точке ответчика представлен не в единственном экземпляре.

Согласно пункту 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Вместе с тем, в пункте 64 Постановления № 10 разъяснено, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Следует также учитывать, что компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя.

Снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом нормы абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, содержащейся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П, а также разъяснений, приведенных в Постановлении № 10) и при условии, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

При этом сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Ответчик заявил о снижении компенсации ниже низшего предела.

Заявление ответчика о снижении размера компенсации ниже установленных законом пределов мотивировано отсутствием у ответчика умысла на нарушение исключительных прав истца, незначительным временным сроком осуществления ответчиком предпринимательской деятельности и незаконного использования объектов авторских прав, однократностью допущенного нарушения, отсутствием ущерба для истца вследствие допущенного нарушения, сложным материальным положением ответчика в связи с необходимостью изменения видов предпринимательской деятельности с целью продолжения предпринимательской деятельности уже в другой сфере (оказание услуг по доставке продуктов питания, деятельность гостиниц и мест для временного проживания).

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами. Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Ответчику, заявляющему о необходимости снижения размера компенсации на основании критериев, указанных в Постановлении № 28-П, надлежит доказать наличие именно совокупности этих критериев, поскольку каждый из них не является самостоятельным основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела.

Учитывая, недоказанность ответчиком наличия совокупности указанных критериев, принимая во внимание, что допущенное ответчиком правонарушение не является совершенным впервые, поскольку на основании решения Арбитражного суда Томской области от 17.06.2020 года по делу № А67-1425/2020 ответчик ранее привлекался к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, таким образом, применительно к обстоятельствам данного дела суд полагает, что совокупность обстоятельств, позволяющих суду снизить размер компенсации ниже минимального, установленного законом, предела, отсутствует.

Между тем, учитывая, что обязанность определить размер компенсации и выявить обстоятельства для ее снижения в пределах, установленных ГК РФ, с учетом фактических обстоятельств дела, возложена на суд, последний не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе, носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд считает, что заявленный истцом размер компенсации (по 25 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав товарный знак), не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации, учитывая иные установленные по делу обстоятельства (использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика; отсутствие доказательств причинения значительного ущерба интересам правообладателя) в отсутствие доказательств истца об обратном, носит избыточный характер.

Ответчик сменил вид деятельности, продажей не занимается, так согласно выписке из ЕГРИП в отношении ответчика основным видом деятельности является деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания (код по ОКВЭД 56.10), дополнительным видом деятельности является деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания (код по ОКВЭД 55.10).

Кроме того, суд принимает во внимание также то, что основным видом деятельности ответчика» является «деятельность ресторанов (56.10)», отнесенный к наиболее пострадавшим в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, а также отсутствие доказательств причинения значительного ущерба интересам правообладателя.

Принимая во внимание характер допущенного ответчиком правонарушения, необходимость сохранения баланса прав и охраняемых законом интересов сторон спора, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию - по 10 000,00 руб. за каждое нарушение исключительных прав на товарный знак, исходя из минимального предела, установленного в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, итого - 20 000,00 руб.

По мнению суда, компенсация в общей сумме 20 000,00 руб. является соразмерной последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств. Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащего ему товарного знака при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

При этом, суд особо отмечает, что в силу абзаца второго пункта 3 статьи 1252 ГК РФ снижение размера компенсации до минимального размера возможно без заявления ответчика об этом. Заявление ответчика является необходимым условием для снижения компенсации ниже установленного законом минимального размера (абзац 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Отклоняя довод ответчика об отсутствии у истца юридического статуса и полномочий на предъявление искового заявления, суд исходит из следующего.

Как разъяснено в пунктах 23, 25 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел с участием иностранных лиц, утвержденным информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 № 158 (далее - Обзор № 158), при установлении юридического статуса, процессуальной правоспособности и дееспособности иностранного лица, участвующего в деле, арбитражные суды применяют нормы о его личном законе; официальные документы, подтверждающие статус иностранного юридического лица, должны исходить от компетентного органа иностранного государства, содержать актуальную информацию на момент рассмотрения спора, должны быть надлежащим образом легализованы или апостилированы, а также должны сопровождаться надлежащим образом заверенным переводом на русский язык.

Согласно пункту 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее – Постановление № 23) юридический статус иностранной организации определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо.

Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

При установлении юридического статуса иностранного лица суд может также принимать во внимание открытую информацию в сети «Интернет», размещенную на официальных сайтах уполномоченных иностранных органов по регистрации юридических лиц и содержащую сведения о регистрации юридических лиц.

В соответствии с Общим законом о корпорациях штата Делавэр (General Corporation Law, Chapter 1 of Title 8 of Delaware Code) органом, уполномоченным осуществлять государственную регистрацию юридических лиц в штате Делавэр, США, является Секретарь штата Делавэр.

В материалы дела истцом представлено апостилированное свидетельство о надлежащем правовом статусе юридического лица с нотариально удостоверенным переводом на русский язык (л.д. 26-28), согласно которому Секретарь штата Делавэр Джеффри У. Баллок удостоверил, что Компания зарегистрирована в соответствии с законодательством штата Делавэр, обладает надлежащим правовым статусом, была учреждена 31.01.1980, ежегодная отчетность предоставлена своевременно, налоги на франшизу уплачены своевременно.

Таким образом, данный документ подтверждает, что Компания «Harman International Industries, Incorporated) («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед») является действующей организацией, в том числе на момент подачи искового заявления.

В соответствии с пунктом 24 Постановления № 23 документы, подтверждающие юридический статус иностранного лица и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд (пункт 9 части 1 статьи 126 АПК РФ), за исключением случаев, когда такие документы требуют консульской легализации или проставления апостиля.

В случае если документы требуют консульской легализации или проставления апостиля, такая легализация должна быть совершена или апостиль должен быть проставлен не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд, а сам документ при этом должен быть получен в разумные сроки до начала осуществления консульской легализации или до проставления апостиля.

Свидетельство с апостилем, представленное в материалы дела, выдано должностным лицом Соединенных Штатов Америки. Апостиль подтверждает подлинность подписи, качество, в котором выступал Секретарь штата, как должностное лицо государства, ответственное за регистрацию и учет юридических лиц, подлинность печати, скрепляющей документ. Подлинность данного свидетельства можно проверить на официальном сайте https://corp.delaware.gov/authver/.

Данный сайт имеет общий домен верхнего уровня .gov, который согласно Международной организации по управлению доменными именами и IP-адресами (Internet Corporation for Assigned Names and Numbers) создан исключительно для регистрации правительственных организаций.

Сведения о Компании, представленные в свидетельстве с апостилем от 25.02.2021 с нотариально удостоверенным переводом на русский язык, то есть сведения о правовом статусе Компании не изменились и являются актуальными, а Компания «Harman International Industries, Incorporated) («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед») является действующей Компанией.

С учетом подачи искового заявления в суд по системе my.arbitr.ru 05.03.2021 (л.д. 4), данные сведения получены не ранее чем за тридцать дней до дня обращения в арбитражный суд, таким образом, установленный законодательством срок соблюден (пункт 9 части 1 статьи 126 АПК РФ, пункт 24 Постановления № 23).

В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что Компания «Harman International Industries, Incorporated» утратила свой правовой статус.

Кроме того, правовой подход, согласно которому апостилированное свидетельство о существовании иностранной Компании является надлежащим доказательством ее юридического статуса, изложен в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 15.12.2016 № С01-978/2016 по делу № А60-9414/2016.

Истец в материалы дела представил доверенность от 08.06.2020 со сроком действия до 08.06.2022 (л.д. 35-37), доверенность от 14.07.2020 со сроком действия до 08.06.2022 (л.д. 33-34).

Доверенность от 08.06.2020 выдана и подписана ФИО2, Старшим вице-президентом, главным юридическим советником Компании «Harman International Industries, Incorporated» («Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед»), которой предоставлены полномочия в силу занимаемой должности. Доверенность подписана ФИО2 лично в присутствии ФИО3 Бокуцзи, государственного нотариуса штата Коннектикут, в удостоверении чего, нотариус поставил свою подпись и официальную печать.

Тем самым при выдаче доверенности от 08.06.2020 полномочия ФИО2 были проверены и доверенность удостоверена государственным нотариусом штата Коннектитут, подлинность подписи, печати/штампа которого удостоверена апостилем от 15.06.2020. Аутентичность перевода и перевод доверенности переводчиком ФИО4 нотариально удостоверен нотариусом г. Москвы Миллером Н.Н. от 06.07.2020.

Доверенность от 08.06.2020 выдана и действует на 2 (два) года, если не будет отозвана ранее. Доверенность не отозвана.

ФИО5 в рамках наделенных полномочий от имени «Harman International Industries, Incorporated» выдал доверенность 14.07.2020 на представителей АНО «Красноярск против пиратства» со сроком до 08.06.2022 без права передоверия, удостоверенную Миллером Н.Н. Объем переданных полномочий в рамках доверенности соответствует тому объему полномочий, которым обладает ФИО5

Срок действия основной доверенности установлен до 08.06.2022. Доверенность от 14.07.2020 действует до 08.06.2022, то есть данная доверенность на представителей АНО «Красноярск против пиратства» выдана в пределах срока действия основной доверенности.

Согласно пункту 5 доверенности от 14.07.2020 представители имеют право вести дела в арбитражных судах, подписывать и подавать исковые заявления, изменять и уточнять предмет или основание иска/требования и другие полномочия.

Доверенность от 14.07.2020, выданная ФИО5 и нотариально удостоверенная нотариусом Миллером Н.Н., соответствует требованиям статьи 187 ГК РФ.

Таким образом, истец представил действующие доверенности, подтверждающие право АНО «Красноярск против пиратства» и иных лиц, действовать в интересах истца, в том числе подписывать и подавать исковое заявление.

Судом также исследовались и отклонены доводы ответчика о наличии в действиях истца по подаче рассматриваемого иска признаков злоупотребления правом.

Так, пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Заявляя о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчик не представил надлежащих доказательств, обуславливающих то обстоятельство, что действия по подаче иска в суд направлены на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной целью которого было причинение вреда другому лицу, равно как и не представил доказательств, злоупотребления, допущенного истцом при подаче рассматриваемого искового заявления.

Истцом также заявлено требование о взыскании 2000,00 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска, 490,00 руб. судебных издержек по приобретению контрафактного товара, 237,04 руб. судебных издержек на отправку почтовой корреспонденции ответчику.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями АПК РФ, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 2000,00 руб., на приобретение контрафактного товара в размере 490,00 руб., на оплату почтовых услуг в размере 237,04 руб. подтверждены материалами дела, признаны судом обоснованными и подлежащими распределению по правилам главы 9 АПК РФ.

Таким образом, в силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы по иску – расходы по уплате государственной пошлины, стоимость приобретенного вещественного доказательства, почтовые расходы – относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства истца о возложении на ответчика судебных расходов в порядке части 1 статьи 111 АПК РФ вне зависимости от результатов рассмотрения дела, поскольку по смыслу указанной нормы суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов, в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.

Само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов независимо от результатов рассмотрения дела.

Из материалов дела не следует, что в случае направления ответчиком ответа на претензию судебное разбирательство не было бы инициировано истцом, и, как следствие, не возникло бы судебного спора.

Следовательно, отсутствует причинно-следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в отсутствии ответа на претензию истца, либо отказе в ее удовлетворении, и возникновением судебного спора.

Учитывая положения, предусмотренные в пункте 4 статьи 1252 ГК РФ, суд считает, что вещественное доказательство (наушники) обладает признаками контрафактного товара.

В связи с чем, в соответствии со статьей 80 АПК РФ товар (вещественное доказательство) подлежит уничтожению после вступления решения в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 228, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 317703100088076) в пользу компании «Harman International Industries, Incorporated» («Харман Интернешнл Индастриз, Инкорпорейтед») 10 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266284 (JBL), 10 000,00 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 237220 (HARMAN), 800,00 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины, 196,00 руб. в возмещение судебных издержек на приобретение доказательств, 94,82 руб. в возмещение судебных издержек на направление ответчику претензии и искового заявления, всего 21 090,82 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Вещественное доказательство (наушники), приобщенное к материалам настоящего дела, уничтожить после истечения срока, предусмотренного для апелляционного обжалования решения арбитражного суда, а в случае подачи апелляционной жалобы – после принятия постановления суда апелляционной инстанции по результатам рассмотрения дела.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Судья Е.А. Токарев