Решение от 30 декабря 2020 г. по делу № А70-16597/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-16597/2019
г. Тюмень
30 декабря 2020 года
Резолютивная часть решения оглашена 23 декабря 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 30 декабря 2020 года.


Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Мингалевой Е.А., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Туз П.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по первоначальному иску Публичного акционерного общества «СБЕРБАНК РОССИИ» к Нью Стрим Трейдинг АГ, Швейцария о взыскании задолженности по генеральному соглашению об открытии возобновляемого лимита на проведение операций торгового финансирования с использованием непокрытых аккредитивов от 30.03.2018 № 22 в общем размере 22 283 893 890 рублей 90 копеек, а также по встречному иску Нью Стрим Трейдинг АГ Швейцария к Публичному акционерному обществу «СБЕРБАНК РОССИИ» о признании недействительным договора поручительства от 30.03.2018 № 7,

при участии в судебном заседании представителей сторон:

от истца: представитель ФИО1 по доверенности от 11.12.2019 № 8647/74-Д,

от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности от 02.12.2020, диплом от 22.06.2019 № 2.8.1-36/023; представитель ФИО3 по доверенности от 02.12.2020, диплом от 30.06.2015 № 15-k-0143-11n,

от третьих лиц: представители не явились, извещены,

установил:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - ПАО Сбербанк, банк) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к Нью Стрим Трейдинг АГ, Швейцария (акционерное общество, запись от 01.04.1997 г., далее - ответчик, поручитель, компания) о взыскании задолженности в размере 22 283 893 890,99 руб. на основании Генерального соглашения об открытии возобновляемого лимита на проведение операций торгового финансирования с использованием непокрытых аккредитивов №22 от 30.03.2018 г. (далее - генеральное соглашение), заключенного между банком и АО «Антипинский НПЗ» (далее - АНПЗ, должник, клиент), и Договора поручительства №7 от 30.03.2018 г. (далее - договор поручительства).

Исковые требования со ссылками на ст. 8, 307, 309, 310, 363, 323. 809, 810-821 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мотивированы неисполнением АО «Антипинский НПЗ» обязательств по генеральному соглашению № 22 об открытии возобновляемого лимита на проведение операций торгового финансирования с использованием непокрытых аккредитивов от 30.03.2018, вследствие чего, истец обратился к ответчику, как к поручителю АНПЗ по договору поручительства от 30.03.2018 года № 7 с требованием о погашении задолженности.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Акционерное общество «Антипинский нефтеперерабатывающий завод», временный управляющий АНПЗ ФИО4, ФИО5 и финансовый управляющий ФИО6

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 14.01.2020 г. (резолютивная часть объявлена 30.12.2019) АНПЗ признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Исковые требования со ссылками на ст. ст. 8, 307, 309, 310, 323, 363, 867, 871 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мотивированы неисполнением АО «Антипинский НПЗ» обязательств по генеральному соглашению, вследствие чего, истец обратился к ответчику, как к поручителю АНПЗ по договору поручительства, с требованием о погашении задолженности.

Ответчик в отзыве на исковое заявление требования истца не признал, указал, что истцом были созданы неблагоприятные условия при исполнении АО «Антипинский НПЗ» условий генерального соглашения № 22 от 30.03.2018, истец недобросовестно способствовал созданию условий, при которых АНПЗ были допущены нарушения ковенант по кредитным договорам, в т.ч., по генеральному соглашению.

Конкурсный управляющий ФИО4 в письменных пояснениях от 20.03.2020 исковые требования не оспорил, оставил вопрос разрешения настоящего спора на усмотрение суда.

Компания, считая, что истец при заключении договора поручительства № 7 от 30.03.2018 допустил навязывание ей условий менее выгодных, чем рыночные, указал на кабальность договора поручительства, обратился в Арбитражный суд Тюменской области в порядке ст. 132 АПК РФ со встречным иском к ПАО «Сбербанк России» о признании недействительным указанного договора поручительства.

Определением суда от 14.10.2020 указанный встречный иск принят к производству.

Истец по первоначальному иску в отзыве на встречное исковое заявление указал, что Нью Стрим трейдинг АГ пропущен срок исковой давности; договор поручительства не является кабальной сделкой, поскольку с учетом положений ст. 421 ГК РФ отсутствуют признаки невыгодности условий на момент заключения договора; положения договора, по мнению Банка, соответствуют действующему законодательству; обществом не представлены доказательства, свидетельствующие о недобросовестных действиях Банка, направленных на прекращение деятельности АНПЗ; Нью Стрим трейдинг АГ не выдвигались возражения в течение длительного времени действия договора, что свидетельствует о недобросовестности поручителя.

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску поддержал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, возражал против удовлетворения встречного иска.

В судебном заседании представитель ответчика по первоначальному иску требования истца не признал, поддержал встречный иск.

Представители третьих лиц, не явились, извещены.

На основании части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассматривается в отсутствие не явившихся представителей третьих лиц, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности с доводами сторон, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, суд приходит к следующему выводу.

Фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что между ПАО Сбербанк и АО «Антипииский НПЗ» (клиент) заключено генеральное соглашение об открытии возобновляемого лимита на проведение операций торгового финансирования с использованием непокрытых аккредитивов № 22 от 30.03.2018 г. в редакции дополнительных соглашений от 27.06.2018 № 1, от 27.07.2018 № 2, от 04.10.2018 № 3, от 04.10.2018 № 4, от 10.10.2018 № 5, от 16.11.2018 № 6, от 13.12.2018 № 8, от 31.01.2019 № 9, по условиям которого Банк открывает клиенту невозобновляемый лимит на срок по 29.07.2019 г. в сумме 21 109 318 280,00 руб. на проведение операций торгового финансирования с использованием непокрытых аккредитивов для осуществления расчетов между клиентом и контрагентами клиента, расчетные счета в российских рублях которых открыты в банке, по контрактам/договорам, заключенным в рамках текущей деятельности клиента (в т.ч. на закупку нефти и транспортировку нефте/нефтепродуктов).

В рамках лимита банк обязался открывать непокрытые аккредитивы - аккредитивы, не обеспеченные на дату открытия денежными средствами клиента и/или кредитными средствами банка в рублях, подчиненные Гражданскому кодексу РФ и Положению Центрального банка РФ от 19.06.2012 г. №383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств», в том числе непокрытые аккредитивы, предусматривающие предоставление клиенту отсрочки Банка (далее - аккредитивы с отсрочкой Банка) (п. 1.2. генерального соглашения).

При этом, как предусмотрено в п. 1.6. Соглашения, отсрочка банка - отсрочка платежа, предоставляемая банком клиенту, по аккредитиву с отсрочкой банка. В дату платежа по аккредитиву банк исполняет обязательства по аккредитиву (совершает платеж) за счет собственных средств, предоставляя клиенту отсрочку банка в соответствии с условиями, указанными в заявлении на открытие аккредитива. Срок отсрочки банка исчисляется с даты платежа по аккредитиву (для каждого платежа в рамках аккредитива, в случае, если по аккредитиву совершается несколько платежей).

Согласно п. 2.2. генерального соглашения аккредитивы открываются на основании предоставленного клиентом заявления на открытие аккредитива. Каждое заявление на открытие аккредитива является приложением к генеральному соглашению.

Согласно п. 2.2. генерального соглашения аккредитивы открываются на основании предоставленного клиентом заявления на открытие аккредитива. Каждое заявление на открытие аккредитива является приложением к генеральному соглашению.

Как следует из пояснений истца, на основании заявлений клиента банк открыл следующие безотзывные аккредитивы: 765S1806700H от 06.09.2018 г. на сумму 1059 286 000, 00 руб.; 855S1806700H от 07.09.2018 г. на сумму 1059 286 000, 00 руб.; 888S1806700H от 10.09.2018 г. на сумму 1059 286 000, 00 руб.; 987S1806700H от 13.09.2018 г. на сумму 1059 286 000, 00 руб.; 196S1806700H от 21.09.2018 г. на сумму 1059 286 000, 00 руб.; 474S1806700H от 01.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 612S1806700H от 05.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 612S1806700H от 05.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 817S1806700H от 12.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 934S1806700H от 17.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 000S1806700H от 19.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 055S1806700H от 22.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 095S1806700H от 23.10.2018 г. на сумму 945 020 700, 00 руб.; 793S1806700H от 16.11.2018 г. на сумму 628 928 200, 00 руб.; 794S1806700H от 16.11.2018 г. на сумму 628 928 200, 00 руб.; 795S1806700H от 16.11.2018 г. на сумму 628 928 200, 00 руб.; 796S1806700H от 16.11.2018 г. на сумму 628 928 200, 00 руб.; 797S1 806700Н от 16.11.2018 г. на сумму 628 928 200, 00 руб.; 014S1806700H от 22.11.2018 г. на сумму 943 392 300,00 руб.; 984S1806700H от 22.11.2018 г. на сумму 628 928 200,00 руб.; 681S1806700H от 13.12.2018 г. на сумму 917 645 880,00 руб.; 701S1806700H от 14.12.2018 г. на сумму 496 024 800,00 руб.; 702S1806700H от 14.12.2018 г. на сумму 496 024 800,00 руб.; 703S1806700H от 14.12.2018 г. на сумму 570 428 520,00 руб.; 727S1806700H от 14.12.2018 г. на сумму 2 032 640 000,00 руб.; 041S1800000H от 26.12.2018 г. на сумму 595 669 920,00 руб.

Во исполнение принятых на себя обязательств банк своевременно раскрыл указанные выше аккредитивы, перечислив денежные средства контрагентам клиента, что подтверждается представленными в дело платежными поручениями.

Согласно п.2.10. генерального соглашения (абз.2) дата наступления исполнения обязательств клиента по возмещению денежных средств, направленных банком для исполнения аккредитива, определяется датой платежа банка по аккредитиву или датой отсроченного платежа по аккредитиву с отсрочкой Банка, указанной в требовании Банка.

Дата отсроченного платежа - дата истечения отсрочки банка, в которую клиентом осуществляется возмещение денежных средств, направленных банком для исполнения обязательств по аккредитиву за счет собственных средств (п. 1.6. генерального соглашения).

В соответствии с п. 1.3. генерального оглашения в редакции дополнительного соглашения № 9 от 31.01.2019 по указанным аккредититивам срок предоставления банком отсрочки платежа установлен до 01.07.2019 г. (включительно).

Из пункта п.5.4. генерального соглашения в случае исполнения банком за счет собственных средств обязательств по любому из аккредитивов, клиент обязан возместить банку сумму произведенного платежа по аккредитиву (ам) в полном объеме не позднее срока, указанного в требовании (ях) банка о возмещении денежных средств, направленном (ых) в соответствии с п.2.10. Соглашения, и уплатить плату за вынужденное отвлечение для аккредитивов, не предусматривающих отсрочку банка.

Пунктом 2.1.5 генерального соглашения в редакции дополнительного соглашения №2 от 27.08.2018 г. предусмотрена плата за предоставление отсрочки по аккредитиву с отсрочкой платежа, предоставленной банком, в размере 11 % годовых от суммы отсроченных обязательств по аккредитиву с отсрочкой платежа, предоставленной банком.

Кроме того, п.2.1.5. генерального соглашения в редакции дополнительного соглашения №9 от 31.01.2019 г. также предусмотрено следующее: банк начисляет, а клиент уплачивает плату за предоставление отсрочки ежемесячно в последний рабочий день календарного месяца (за полный календарный месяц), период с 01.01.2019 г. (включительно) по 30.06.2019 г. (включительно) (далее - «период капитализации») плата за предоставление отсрочки по соглашению является капитализированной платой, в течение периода капитализации капитализированная плата, начисленная на сумму отсроченных обязательств клиента и не выплаченная в дату уплаты платы за предоставление отсрочки по аккредитиву с отсрочкой платежа, предоставленной банком, представляет собой задолженность по капитализированной плате, на сумму образовавшейся задолженности по капитализированной плате начисляются проценты в размере платы за предоставление отсрочки. Проценты по задолженности по капитализированной плате начисляются с даты, следующей за датой образования задолженности по капитализированной плате (включительно) по даты полного погашения задолженности по капитализированной плате (включительно). Проценты по задолженности по капитализированной плате, начисленные за период капитализации, и задолженность по капитализированной плате, образовавшаяся в период капитализации, уплачиваются 01.07.2019 г.

Срок возврата суммы отсроченных обязательств, а также уплаты капитализированной платы и процентов на нее наступил 01.07.2019 г., между тем должником обязательств по генеральному соглашению не были исполнены. Задолженность по данному договору составила 22 283 893 890,99 руб., из которых: 21 109 318 280,00 руб. - основной долг, 26 086 294,04 руб. - проценты по капитализированной плате за предоставление отсрочки, 1 148 489 316,95 руб. - плата за предоставление отсрочки банка.

Определением от 12.11.2019 г. Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70- 8365/2019 о несостоятельности (банкротстве) АО «Антипинский НПЗ», вступившим в законную силу, признаны обоснованными требования ПАО «Сбербанк России», в том числе по генеральному соглашению в размере 22 283 893 890,99 руб., требования включены в реестр требований кредиторов.

В обеспечение исполнения обязательств АНПЗ по генеральному соглашению между банком и Нью Стрим Трейдинг АГ заключен договор поручительства № 7 от 30.03.2018 г., в соответствии с условиями которого поручитель обязуется отвечать перед банком за исполнение клиентом всех обязательств по генеральному соглашению (п. 1.1. договора поручительства).

Перечень обязательств, за исполнение которых отвечает поручитель, поименован в п. 1.2. Договора поручительства и включает в себя (но не исключительно):

(1) обязательства по погашению основного долга, плат, комиссий и другихплатежей по генеральному соглашению;

(2) обязательства по уплате неустоек;

(3) возмещение судебных и иных расходов Банка, связанных с реализацией прав по Соглашению и Договору поручительства;

(4) возврат основного долга по генеральному соглашению и платежей за пользование чужими денежными средствам, начисленных в соответствии со ст. 395 ГК РФ, при недействительности генерального соглашения или признании его незаключенным.

В соответствии с п.2.1. договора поручительства, поручитель обязуется отвечать солидарно с клиентом за исполнение последним обязательств перед банком, включая возмещение банку денежных средств по исполнению аккредитива, плату за вынужденное отвлечение банком денежных средств, направленных на исполнение аккредитива, перечисление банку денежных средств по всем аккредитивам для целей формирования покрытия по аккредитивам, в случаях, определенных в соглашении, неустойки, возмещение судебных расходов по взысканию долга и других убытков банка, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением Клиентом своих обязательств по генеральному соглашению.

Как следует из п.2.2. договора поручительства, поручитель обязан не позднее следующего рабочего дня после получения письменного уведомления от банка о просрочке должником платежей по генеральному соглашению уплатить банку просроченную должником сумму с учетом неустоек на дату фактической оплаты задолженности по соглашению, а также судебные и иные расходы Банка.

Пунктом 4.1. договора поручительства установлено, что договор поручительства и обязательство поручителя действуют с даты подписания договора по 29.03.2022 г.

В адрес поручителя банком дважды направлялись требования о необходимости погасить задолженность от 27.05.2019, от 24.07.2019 однако они исполнены не были.

Поскольку АО «Антипинский НПЗ» и поручитель задолженность по генеральному соглашению не погасили, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отношения между Банком и Клиентом в рамках Соглашения также регулируются нормами § 3 главы 46 ГК РФ, а также главой 6 Положения Центрального банка РФ от 19.06.2012 г. №383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств».

Согласно ст. 867 ГК РФ при расчетах по аккредитиву банк, действующий по поручению плательщика об открытии аккредитива и в соответствии с его указанием (банк-эмитент), обязуется произвести платежи получателю средств или оплатить, акцептовать или учесть переводной вексель либо дать полномочие другому банку (исполняющему банку) произвести платежи получателю средств или оплатить, акцептовать или учесть переводной вексель. Для исполнения аккредитива получатель средств представляет в исполняющий банк документы, подтверждающие выполнение всех условий аккредитива.

Пунктом 5 ст. 871 ГК РФ предусмотрено, что, если исполняющий банк исполнил непокрытый (гарантированный) аккредитив, банк-эмитент или подтверждающий банк обязан возместить ему понесенные расходы. Указанные расходы возмещаются подтверждающему банку банком-эмитентом, а банку-эмитенту плательщиком. Плательщик обязан выплатить банку-эмитенту суммы, уплаченные по аккредитиву, независимо от исполнения банком-эмитентом своих обязательств перед исполняющим банком и подтверждающим банком, в том числе в случае, если исполняющим банком или подтверждающим банком банку-эмитенту предоставлена отсрочка.

По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (п. 1 ст. 361 ГК РФ).

В соответствии со ст. 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником.

Из предписаний ст. 323 ГК РФ следует, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Договор поручительства был оспорен ответчиком по требованиям, изложенном во встречном иске, в связи с чем, рассмотрение требований истца по первоначальному иску невозможно без рассмотрения по существу требований ответчика.

С учетом вышеизложенного, суд переходит к рассмотрению требований компании по встречному иску.

Посчитав, что договор поручительства является недействительной сделкой, Нью Стрим Трейдинг АГ обратилось с встречным иском по основаниям кабальности его условий.

В соответствии с п. 3 ст. 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В силу указанной нормы права для признания оспариваемой сделки кабальной необходимо: наличие обстоятельств, которые подтверждают ее заключение для истца на крайне невыгодных условиях, то есть на условиях, не соответствующих интересу этого лица, существенно отличающихся от условий аналогичных сделок; тяжелые обстоятельства возникли вследствие их стечения, то есть являются неожиданными, предвидеть которые или их предотвратить не представлялось возможным; контрагент потерпевшего, зная о таком тяжелом стечении обстоятельств у последнего, тем не менее, совершил с ним эту сделку, воспользовавшись этим положением, преследуя свой в этом интерес (определение Верховного Суда РФ от 16.11.2016 г. № 305-ЭС16-9313).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд не усматривает оснований для признания недействительным договора поручительства.

В силу ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ч. 4 ст. 421 ГКРФ).

Заключая договор поручительства, поручитель, действуя добросовестно и разумно, обязан ознакомиться с его условиями. При этом, суд отмечает, что компания, подписав договор поручительства со всеми дополнительными соглашениями к нему, согласилась со всеми его условиями.

Истец по встречному иску полагает, что особенная невыгодность договора поручительства заключается в стремлении банка лишить поручителя возможности как-либо противодействовать его необоснованным требованиям. При этом компания ссылается на п.2.2, 2.7, 2.9. и 2.10 договора, утверждая, что данные условия противоречат законодательству и правоприменительной практике.

Вместе с тем, компанией не приведено доводов и не представлено доказательств, указывающих на то, что при заключении спорного договора поручитель предлагал иные условия договора, в т.ч., сроки исполнения обязательства после получения требования банка о просрочке заемщиком платежей по генеральному соглашению, или перехода прав, обеспечивающих исполнение обязательства, а также других связанных с требованием права. Компанией также не приведено доводов и доказательств, указывающих на то, что ею предпринимались меры на сохранение условий сделки в ситуации, когда, по мнению истца, банком предпринимались меры по установлению оперативного и корпоративного контроля на деятельностью заемщика, а равно, как действия, направленные на прекращение поручительства в связи с такими действиями.

При этом, в материалы дела представлены дополнительные соглашения к договору поручительства № 7 от 30.03.2018 г., подписанные со стороны компании без возражений. Сведений об оспаривании договора поручительства или дополнительных соглашений к нему, в т.ч., в период заключения или исполнения, а, равно, как и сведения о наличии преддоговорных споров, в материалы дела не представлено.

Более того, суд отмечает, что, исходя из п. 3 ст. 179 ГК РФ, элементы кабальности сделки должны присутствовать именно в момент совершения сделки, в связи с чем, довод компании о том, что деятельность банка была направлена на разрушение бизнеса поручителя не относится к рассматриваемому спору.

Суд также отмечает, что по смыслу п. 3 ст. 179 ГК РФ тяжелые обстоятельства для стороны сделки должны являться неожиданными, предвидеть и предотвратить их не представлялось возможным. При этом, во встречном иске не приведено доказательств, указывающих на существование таких обстоятельства на момент заключения договора, вследствие которого поручитель вынужден был заключить оспариваемую сделку.

Последующее изменение финансового положения заемщика, на которое указывает компания, не является признаком кабальности договора поручительства. Суд также отмечает, что истец по встречному иску оспаривает весь договор поручительства в целом, а не дополнительные соглашения, изменяющие его условия в период действия.

При этом, суд соглашается с доводами истца по первоначальному иску о наличии в действиях компании признаков недобросовестности и злоупотребления правом.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии с п.п. 1, 2, 5 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Отсутствие в течение длительного времени (более 2-х лет) каких-либо возражений относительно оспариваемого Договора давало банку основание полагаться на его действительность.

Встречные требования были заявлены только после предъявления иска о взыскании задолженности с компании по генеральному соглашению, договору поручительства, что указывает на намерение ответчика по первоначальному иску затянуть рассмотрение спора о взыскании задолженности либо избежать последствий в виде погашения задолженности за заемщика.

Согласно ст. ст. 8, 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Доказательств того, что стороны оспариваемого договора действовали под влиянием заблуждения, в материалы дела также не представлено.

Суд, исследовав материалы дела, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания вышеуказанной сделки недействительной, поскольку сторона, подтвердившая каким - либо образом действие договора (сделки), не вправе ссылаться на его (ее) незаключенность (недействительность, мнимость), что влечет за собой в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений потерю права на возражение («эстоппель»).

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Проанализировав доказательства, представленные в материалы дела, действия лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу о недоказанности истцом по встречному иску совокупности всех признаков, позволяющих признать сделку недействительной по признакам ее кабальности. По этим же основаниям, суд отклоняет довод о незаключенности спорного договора поручительства.

Кроме того, ответчиком по встречному иску также заявлено об истечении срока исковой давности по требованию о признании договора поручительства недействительным.

В пункте 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с формулировкой пункта 2 статьи 181 ГК РФ суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2015 г. № 418-0).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В силу положений пункта 3 статьи 10 ГК РФ, истец по встречному иску должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной в момент подписания договора поручительства, поскольку действующее гражданское законодательство предусматривает, что осуществление деятельности хозяйствующими субъектами должно вестись с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от них требуется по характеру договора и условиям оборота. Учитывая формулировку встречного иска, суд считает, что датой начала течения срока исковой давности по спорной сделке следует исчислять с момента заключения договора поручительства или соответствующего дополнительного соглашения.

При этом, отклоняя доводы компании о том, что кабальность договора является последующей, и возникла не ранее утраты общего экономического интереса сторон в результате установления банком оперативного контроля за деятельностью заемщика в конце 2018 г г. и корпоративного контроля в мае 2019 г., суд отмечает, что срок исковой давности по заявленному требованию также уже истек в мае 2020 г., при том, что встречный иск заявлен 07.10.2020 г. В этой связи суд отклоняет довод компании об отсутствии надлежащего извещения компании о настоящем судебном разбирательстве. Так, суд отмечает, что согласно представленной в материалы дела доверенности представителей ответчика, данная доверенность выдана 16.03.2020 г., в т.ч., на представление интересов компании в настоящем деле. Т.е., суд исходит из того, что по состоянию на 16.03.2020 г. ответчик был извещен о наличии в производстве суда настоящего дела.

В соответствии с частью 1 статьи 363 ГК РФ, при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Частью 2 статьи 363 ГК РФ предусмотрено, что поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В силу абзаца 2 пункта 51 постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 г. № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», кредитор имеет право на установление его требований как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя (в том числе, если поручитель несет субсидиарную ответственность), а при наличии нескольких поручителей - и в деле о банкротстве каждого из них. При этом, удовлетворение требования о включении в реестр требований кредиторов должника не свидетельствует о фактическом исполнении кредитного обязательства и не освобождает от обязанности по его исполнению иных солидарных должников.

Сведения о погашении должником или кем-нибудь из поручителей суммы задолженности у суда отсутствуют.

Таким образом, заявленные требования о взыскании основного долга, процентов с поручителя являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При этом, доводы компании о наличии намеренных действий истца, которые привели к неплатежеспособности и банкротству АНПЗ, в силу наличия которых в удовлетворении исковых требований банка надлежит отказать, судом отклоняются в силу нижеследующего.

Так, возражая против первоначальных исковых требования, компания указывает на хронологическую последовательность событий, из которых, по мнению компании, следует недобросовестность действий банка.

Компания полагает, что банк, предоставляя отсрочки по возврату задолженности, постепенно получал возможность влияния на операционную деятельность должника. Кроме того, банк начал активно вмешиваться в операционную деятельность АНПЗ после получения разрешения ФАС на осуществления контроля на деятельностью АНПЗ 23.11.2018 г. и выпуска в его пользу «золотой акции» Vikaj Industrial Limited, и получив в 2019 г. корпоративный контроль, привел АНПЗ к процедурам банкротства, а также спровоцировав, действиями подконтрольного истцу менеджмента, по мнению ответчика, нарушение ковенант по кредитным договорам и предъявив требования по досрочному возврату денежных средств по всем кредитным обязательствам. Компания полагает, что такие действия банка нарушают принцип добросовестности и запрета на злоупотребление правом (п. 3 ст. 1, п. 1 ст. 10 ГК РФ), что указывает на необходимость отказа в удовлетворении требований банка.

Оценив данные доводы компании, в совокупности с представленными доказательствами, суд считает, что компанией не доказана совокупность условий, свидетельствующих о недобросовестности и злоупотреблении банком правами (п. 3 ст. 1, п. 1 ст. 10ГКРФ).

Так, из материалов дела следует, и отмечается компанией в отзыве, что банк в период с 2013 по 2017 годы неоднократно откладывал сроки возвратов по имеющимся у АНПЗ обязательствам, несмотря на имеющиеся уже в те периоды нарушения условий договоров должником, что нельзя назвать недобросовестным поведением.

Доводы о том, что банк имел возможность определять действия должника через компанию Vikay были предметом рассмотрения Арбитражного суда Тюменской области про рассмотрении вопроса о включении требования банка в реестр требований кредиторов в деле А70-8365/2019, как и доводы относительно аффилированное и заинтересованности между банком и АНПЗ на момент заключения и исполнения кредитных обязательств, с учетом того, что в указанный период банк и контролирующие его лица не входили в состав участников и органов управления должника. Суд установил, что такие доводы не нашли своего подтверждения на момент заключения и исполнения кредитных обязательств.

Утверждения о том, что ПАО Сбербанк обеспечило контроль над деятельностью должника путем включения в тексты договоров особых условий, а также приобретения привилегированной акции материнской компании («золотая акция» компании Vikay), также не могут быть приняты во внимание судом, поскольку свидетельствует об установлении дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств, а не о фактической подконтрольности должника кредитору.

Несмотря на то, что судебные акты по делу № А70-8365/2019 не имеют преюдициального значения для настоящего спора, фактические обстоятельства, установленные судом при рассмотрении данного дела, материалами настоящего дела не опровергаются.

Иные доводы компании также не нашли своего подтверждения при рассмотрении настоящего спора.

Так, в настоящий момент, в отношении заемщика Арбитражным судом Тюменской области введено конкурсное производство, правомерность чего подтверждена всеми судебными инстанциями, что, само по себе, является достаточным обстоятельством, указывающим на правомерность предъявления требования к поручителю по существующем обязательству. При том, что обстоятельства, указывающие на наличие признаков злоупотребления истцом правами, не подтверждены доказательствами, отвечающими критерия относимости и допустимости доказательств.

Кроме того, требования банка на основании генерального соглашения включены в реестр требований ФИО5, также заключившего с банком договор поручительства в обеспечение исполнения обязательств АНПЗ.

Доказательств оплаты задолженности в материалы дела не представлено.

Проверив представленный истцом расчет задолженности, суд считает его составленным верно. Возражений относительно расчет задолженности или контррасчета не представлено.

На основании изложенного, суд, руководствуясь статьями 65, 67 АПК РФ, полагает, что исковые требования о взыскании задолженности по генеральному соглашению в размере 22 283 893 890,99 руб., в том числе: 21 109 318 280 рублей основного долга, 26 086 294 рубля 04 копейки процентов, 1 148 489 316 рублей 95 копеек платы за предоставление отсрочки Банка обоснованы и подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ государственная пошлина, уплаченная банком, подлежит взысканию с компании в пользу банка в размере 200 000,00 рублей. Расходы по уплате государственной пошлины по встречному иску подлежат отнесению на компанию.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 110, 167-171, 174, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

первоначальные исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с Нью Стрим Трейдинг АГ, Швейцария в пользу Публичного акционерного общества «СБЕРБАНК РОССИИ» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, дата регистрации: 16.08.2002) 21 109 318 280 рублей основного долга, 26 086 294 рубля 04 копейки процентов, 1 148 489 316 рублей 95 копеек платы за предоставление отсрочки Банка, 200 000 рублей государственной пошлины.

Встречный иск оставить без удовлетворения.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы в Арбитражный суд Тюменской области.


Судья


Мингалева Е.А.