Решение от 18 октября 2021 г. по делу № А27-3929/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

http://www.kemerovo.arbitr.ru

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А27-3929/2020
город Кемерово
18 октября 2021 года
Резолютивная часть решения оглашена 12 октября 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 18 октября 2021 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Федотова А.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новокузнецк, Кемеровской области – Кузбасса (ОГРНИП 312421735400041, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью «Инком-С», г. Новокузнецк, Кемеровской области – Кузбасса (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 423 500 руб. упущенной выгоды

третьи лица, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) Общество с ограниченной ответственностью «Ломбард Рантье», г. Новокузнецк, Кемеровская область - Кузбасс (ОГРН <***>, ИНН <***>); 2) Общество с ограниченной ответственностью «СибЭнерго», г. Новосибирск (ОГРН <***>, ИНН <***>)

при участии: от истца: ФИО3, представитель по доверенности № 1 от 16.03.2020 (в судебном заседании после перерыва 12.10.2021);

от ответчика2: ФИО4, представитель по доверенности от 01.06.2021;

от третьего лица: ФИО5, доверенность № 4-2021 от 04.10.2021 (в судебном заседании до перерыва 05.10.2021),

у с т а н о в и л:

в Арбитражный суд Кемеровской области поступило по подсудности из Центрального районного суда города Новокузнецка Кемеровской области дело на основании определения от 15.01.2020 по делу № 2-12/20.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, истец) обратился с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о солидарном взыскании с ООО «Сибэнерго» и ООО «Инком-С» стоимости ущерба в размере 93 855 руб., судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 3 237 руб., а также 8 000 руб. судебных расходов по оплате стоимости услуг по оценке стоимости ущерба; также заявитель просил взыскать с ООО «Инком-С» 423 500 руб. убытков в виде упущенной выгоды за период с октября 2018 года по апрель 2019 года.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.09.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021, иск удовлетворен полностью.

Постановлением Арбитражного суда Западно – Сибирского округа от 22.07.2021 решение Арбитражного суда Кемеровской области от 25.09.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 по делу № А27-3929/2020 отменены в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Инком-С» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 423 500 руб. упущенной выгоды и распределения судебных расходов. В указанной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

В остальной части решение Арбитражного суда Кемеровской области от 25.09.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 по делу № А27-3929/2020 оставлены без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Определением суда от 10.08.2021 исковое заявление принято на новое рассмотрение в рамках дела № А27-3929/2020, предварительное судебное заседание назначено на 07.09.2021.

Судом было принято в порядке положений статьи 49 АПК РФ направленное в материалы дела к предварительному судебному заседанию ходатайство истца об изменении основания иска, в котором просил взыскать упущенную выгоду в виде неполученных арендных платежей в размере 423 500 рублей, мотивированное наличием прямой причинно-следственной связи между затоплением и ненадлежащим исполнением обязательств управляющей компании ООО «Инком-С», а именно: ненадлежащее исполнение обязанностей по содержанию общего имущества многоквартирного дома, а также тем, что основанием взыскания упущенной выгоды в пользу истца (собственника нежилого помещения) в виде неполученных арендных платежей возникает исключительно из договорных обязательств по договору управления МКД, расположенным по адресу: <...>, а не причинение внедоговорного вреда (деликта). При этом ООО «СибЭнерго» не является участником указанных договорных отношений, и, соответственно, солидарным соответчиком в части возмещения упущенной выгоды.

Кроме того, к предварительному судебному заседанию истцом заявлено ходатайство об отказе от исковых требований в полном объеме в части требований к ответчику 1 – ООО «Сибэнерго», мотивированное тем, что последний является ненадлежащим ответчиком в части взыскания упущенной выгоды в пользу истца в виде неполученных арендных платежей, просит принять отказ истца от исковых требований в полном объеме к ООО «СибЭнерго» о взыскании упущенной выгоды в пользу истца в размере 423 500 рублей в порядке положений статьи 49 АПК РФ.

Определением от 07.09.2021 суд закончил подготовку дела к судебному разбирательству и назначил дату судебного заседания на 05.10.2021, в котором в порядке положений статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 12.10.2021, в связи с техническими неполадками в работе системы веб-конференции и невозможностью представителей истца и третьего лица изложить свои доводы и обоснования правовой позиции по делу.

Руководствуясь ст. 156 АПК РФ, с учетом мнения представителей истца и ответчика, суд проводит заседание в отсутствие представителей третьих лиц.

Представитель истца в настоящем судебном заседании поступившее ходатайство об отказе от иска в порядке положений статьи 49 АПК РФ в части требований к ООО «СибЭнерго» поддержал.

Представитель ответчика ООО «Инком-С» возражал относительно заявленного истцом отказа от иска в части требований к ООО «СибЭнерго», мотивировав свои возражения тем, что возмещение ущерба лежит на причинителе вреда, и, поскольку ООО «СибЭнерго» не выполняло надлежащим образом свои обязательства по содержанию тепловых сетей, то является надлежащим ответчиком по иску о взыскании убытков в виде упущенной выгоды.

Суд, рассмотрев заявленный истцом отказ от исковых требований о взыскании упущенной выгоды к ответчику ООО «СибЭнерго», а также возражения ответчика ООО «Инком-С» относительно указанного отказа от иска, принял в порядке положений статьи 49 АПК РФ заявленный отказ от иска в части предъявленной суммы убытков в виде упущенной выгоды в ООО «СибЭнерго», а возражения ответчика ООО «Инком-С» отклонил на основании следующего.

В силу части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно части 1 статьи 47 АПК РФ в случае, если при подготовке дела к судебному разбирательству или во время судебного разбирательства в суде первой инстанции будет установлено, что иск предъявлен не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, арбитражный суд может по ходатайству или с согласия истца допустить замену ненадлежащего ответчика надлежащим.

Исходя из положений АПК РФ, выбор ответчика по делу (как замена, так и процессуальное соучастие на стороне ответчика) является прерогативой истца, арбитражный суд по своей инициативе лишен возможности замены ненадлежащего ответчика надлежащим и может это сделать лишь с согласия либо по ходатайству истца.

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не вправе рассматривать требования, которые не соответствуют интересам истца и противоречат его волеизъявлению, выходить за пределы требований истца и самостоятельно изменять предмет или основание иска. Такое право предоставляется только истцу.

Арбитражному суду самостоятельного права на замену ненадлежащего ответчика надлежащим арбитражным процессуальным законодательством не предоставлено.

Если истец не согласен на замену ответчика другим лицом или на привлечение этого лица в качестве второго ответчика, арбитражный суд рассматривает дело по предъявленному иску (часть 5 статьи 47 АПК РФ).

При этом предъявление исковых требований к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 322 ГК РФ обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 ГК РФ).

Таким образом, с учетом обстоятельств рассматриваемого спора, вышеуказанных норм процессуального и материального права, установленной солидарной обязанности должников (ООО «СибЭнерго» и ООО «Инком-С»), а также отказа истца от заявленных требований в части предъявленного иска к ООО «СибЭнерго», что не противоречит положениям пункта 1 статьи 323 ГК РФ, суд полагает необходимым перевести ООО «СибЭнерго» в число третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, исключив его из состава ответчиков по заявленным требованиям.

Таким образом, суд рассматривает дело по заявленным исковым требованиям, отклонив возражения ответчика относительно невозможности рассмотрения предъявленных исковых требований к ООО «Инком-С».

В силу пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ принятие судом отказа истца от иска в части является основанием для прекращения производства по делу в этой части.

Представитель истца в судебном заседании по рассмотрению спора по существу поддержал исковые требования о взыскании с ООО «Инком-С» 423 500 руб. убытков в виде упущенной выгоды, в связи с расторжением договора аренды № 5/13 от 01.08.2017, ввиду невозможности сдачи помещения в аренду и использования его по назначению, в связи с его затоплением.

Согласно поступившим письменным пояснениям от 04.10.2021 истец пояснил, что противоправность поведения ответчика выражается в ненадлежащем исполнении обязанностей по содержанию общего имущества многоквартирного дома, установленной договором управления № Суб-847 многоквартирным домом по адресу: ул. Кирова, дом 5 от 01.07.2016, которое привело к затоплению подвального помещения.

Кроме того, представитель истца пояснил, что факт реального исполнения договора аренды подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, договор аренды исполнялся сторонами и не является фиктивным, мнимым. Истец, получая арендную плату по договору в течение длительного периода времени, рассчитывал получать указанную плату и в дальнейшем, поскольку возможность извлечения дохода существовала реально, поскольку договор аренды спорного помещения исполнялся сторонами.

Представитель ответчика ООО «Инком-С» в судебном заседании по рассмотрению спора по существу исковые требования не признавал, заявив ходатайство о фальсификации доказательств, однако на вопрос суда о необходимости назначения судебной экспертизы, о представлении сведений об экспертном учреждении, а также вопросов, которые надлежит поставить перед экспертом, пояснил, что настаивает на рассмотрении дела с учетом представленных сторонами в дело доказательств, а спорный договор аренды рассмотреть как одно из доказательств по делу. Кроме того, представитель ответчика пояснил, что истцом не доказан факт реального наличия упущенной выгоды. Согласно представленным доказательствам, договор аренды № 5/13 заключен на 11 месяцев на сумму 1 915 000 рублей. Однако, если принимать во внимание, что арендная плата составляет 60 500 рублей в месяц, соответственно сумма платежей за 11 месяцев составит 665 500 рублей, следовательно представленные платежные поручения либо не относятся к спорному договору аренды, либо договор аренды заключался на помещение с иной площадью и иной арендной платой, поскольку у истца в МКД, расположенному по адресу: <...>, находятся в собственности два нежилых помещения: одно № 51 на первом этаже здания, площадью 152, 8м2, в отношении которого между истцом и ответчиком заключен договор управления МКД № Суб-847 от 01.07.2017 и второе № 55 подвальное помещение, площадью 60,5м2, в отношении которого договор управления не заключен и оплата за которое истцом в адрес ответчика не производится. Кроме того, представитель ответчика полагает, что спорный договор аренды имеет дефекты, а именно: договор не подписан арендатором, подписи истца на копии договора аренды значительно отличаются от подписей, проставленных на оригиналах документов, которые поступали от ИП ФИО2 в адрес ООО «Инком-С».

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 является собственником нежилого (подвал) помещения, расположенного по адресу: <...>, которое было передано в аренду ООО «Ломбард Рантье» на основании договора аренды № 5/13 от 01.07.2018, представленного в материалы дела.

23.09.2018 в 10-00 часов в помещении, расположенном по адресу: <...>, сработала охранная сигнализация, при обследовании было выявлено, что подвальное помещение площадью 60,5м2, затоплено горячей водой, составлен акт обследования. Истцом ИП ФИО2 была приглашена аварийная бригада ООО «Инком-С», в управлении которой находится дом, расположенный по адресу: <...>. В результате обследования установлено, что произошел прорыв на теплотрассе по ул. Кирова и вода поступила со стороны лотка ввода теплоснабжения.

Причиной затопления явился прорыв труб отопления на центральной теплотрассе, расположенной вдоль улицы Кирова, находящейся на обслуживание ООО «Сибэнерго», что подтверждается актом обследования места аварии ООО «Инком-С» от 26.09.2018.

При осмотре затопленного помещения были выявлены следующие повреждения: на обоях следы протекания, следы плесени, керамический плинтус деформирован с отставанием от стены, в коридоре на потолке следы подтеков, трещины, светильники во всех помещениях повреждены с образованием ржавчины. В результате залива был поврежден косметический ремонт всего помещения, испорчен письменный стол. Общий размер ущерба составил 93 855 руб., что подтверждается экспертным заключением № 6167, представленным в материалы дела, произведенным ООО «Независимая экспертиза и оценка» (л.д. 11, том. 1). При проведении осмотра в целях проведения экспертизы присутствовали от ООО «Инком-С» - ФИО6, а также представитель ООО «Сибэнерго».

Арбитражным судом Кемеровской области при первоначальном рассмотрении настоящего дела исковые требования в части взыскания суммы реального ущерба в размере 93 855 рублей солидарно с ООО «СибЭнерго» и ООО «Инком-С» удовлетворены полностью. Решение в указанной части оставлено без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции.

Исковые требования, предъявленные к ООО «Инком-С» в части взыскания суммы убытков в размере 423 500 руб. в виде упущенной выгоды за период с октября 2018 года по апрель 2019 года обоснованы тем, что между ИП ФИО2 (арендодатель) и ООО «Ломбард «Рантье» в лице директора ФИО7 заключен договор аренды № 5/13 от 01.08.2017, согласно пункту 1.1 которого арендодатель передает арендатору во временное владение и пользование нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 60,5м2. Согласно условиям указанного договора помещение предоставляется под архив (пункт 1.3 договора), размер арендной платы в месяц составляет 60 500 руб. (пункт 4.1 договора).

В связи с произошедшим затоплением помещения стороны пришли к соглашению расторгнуть договор аренды № 5/13 от 01.08.2017 с 01.10.2019, в подтверждение чего в материалы дела представлено дополнительное соглашение от 25.09.2019, в связи с чем, истцом предъявлено требование о взыскании суммы упущенной выгоды к ООО «Инком-С», являющейся управляющей организацией в отношении многоквартирного дома, в котором произошло затопление спорного помещения.

Согласно представленному в материалы дела договору управления № Суб-847 многоквартирным домом по адресу: ул. Кирова, д. 5 от 01.07.2016, заключенного между ООО «Инком – С» и ООО «Ломбард «Рантье», договор заключен по инициативе Собственников помещений на условиях, согласованных с Управляющей организацией (пункт 1.1 договора). Управляющая организация предоставляет услуги по содержанию и текущему ремонту в границах эксплуатационной ответственности. Состав общего имущества, подлежащий управлению, определяется из состава общего имущества согласно Приложения № 2 и включает в себя только имущество, в части которого выполняются работы и оказываются услуги (Приложение № 2 к договору).

Согласно пункту 2.1 договора управления управляющая организация по заданию Собственников помещений в течение срока действия договора за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества (в объеме и границах согласно Приложения № 2 к настоящему договору) в таком доме исходя из минимального перечня услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в МКД, утвержденного постановлением Правительства РФ от 03.04.2013г. № 290, предоставлять коммунальные услуги водоснабжение и водоотведения, теплоснабжения, горячего водоснабжения, электроснабжения Собственникам помещений и пользующимся помещениями в этом доме лицам в порядке, установленным постановлением Правительства РФ от 06.05.2011г. № 354; оказывать услуги и производить работы по управлению МКД в соответствии с положениями постановления Правительства РФ от 15.05.2013г. № 416; оказывать дополнительные услуги и выполнять работы, в том числе по текущему ремонту общего имущества, а также осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность, предусмотренную частями 1-1.2 ст. 161 ЖК РФ.

Суд исследовал в порядке положений статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела письменные доказательства, заслушав пояснения сторон, пришел к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению, ввиду следующего.

Как установлено судом, спорное помещение № 55 общей площадью 60,5м2 является частью МКД, не отнесено к общему имуществу и не включено в договор управления № Суб-847, о том, что оно принадлежит ИП ФИО2 стало известно сторонам в ходе судебных заседаний по рассмотрению настоящего спора, с учетом представленных в дело доказательств.

Применение гражданско-правовой ответственности в виде убытков возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 2 данной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В силу статьи 39 Жилищного кодекса Российской Федерации правила содержания общего имущества в многоквартирном жилом доме устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В силу пункта 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 491 от 13.08.2009 (далее - Правила N 491) к общему имуществу жилого дома относятся помещения и оборудование, обслуживающие более одного помещения в многоквартирном доме, включая котельные.

В состав общего имущества в соответствии с подпунктами 5, 6 Правил N 491 включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения и газоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях. В состав общего имущества включается внутридомовая система отопления, состоящая из стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективных (общедомовых) приборов учета тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях.

Как следует из части 1 статьи 161 ЖК РФ, управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных ст. 157.2 ЖК РФ, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг.

Согласно подпунктам 1, 2 части 1.1 указанной статьи надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства РФ, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей, и должно обеспечивать в том числе: соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества.

В соответствии с частями 2.3 статьи 161 ЖК РФ при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством РФ правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством РФ правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах, или в случаях, предусмотренных ст. 157.2 ЖК РФ, за обеспечение готовности инженерных систем.

Управляющая организация должна осуществлять надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме. За нарушение своих обязательств управляющая организация несет ответственность перед собственниками помещений в МКД (ч. 1, 1.1, 2.3 ст. 161 ЖК РФ; п. п. 2, 10, 42 Правил, утв. Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491).

Если по вине управляющей организации собственнику помещения в МКД причинен вред, управляющая организация обязана возместить собственнику причиненные убытки, включающие в себя (ст. ст. 12, 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1095 ГК РФ; п. п. 5 - 9 Правил N 491; п. п. 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25):

1)реальный ущерб - расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества;

2)упущенную выгоду - неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно пункту 10 Правил N 491 общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем: соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических или юридических лиц, государственного, муниципального и иного имущества; доступность пользования жилыми и (или) нежилыми помещениями, помещениями общего пользования, а также земельным участком, на котором расположен многоквартирный дом; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений, а также иных лиц; постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учета и другого оборудования, входящих в состав общего имущества, для предоставления коммунальных услуг (подачи коммунальных ресурсов) гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с Правилами предоставления коммунальных услуг гражданам; поддержание архитектурного облика многоквартирного дома в соответствии с проектной документацией для строительства или реконструкции многоквартирного дома; соблюдение требований законодательства Российской Федерации об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности.

Согласно пункту 42 Правил N 491 управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

Требования и нормативы по содержанию и обслуживанию жилого фонда предусмотрены Правилами и нормами технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденными Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу от 27.09.2003 N 170 (далее - Правила N 170).

Правила N 170 являются обязательными для исполнения как собственниками помещений, так и управляющими организациями.

В соответствии с разделом II Правил N 170 система технического обслуживания (содержания и текущего ремонта) жилищного фонда должна обеспечивать нормальное функционирование зданий и инженерных систем в течение установленного срока службы здания и включает в себя комплекс работ по контролю за его состоянием, поддержанием в исправности, работоспособности, наладке и регулированию (техническое обслуживание), а также комплекс строительных и организационно-технических мероприятий с целью устранения неисправностей (восстановление работоспособности) элементов, оборудования и инженерных сетей здания. Организация планирования и выполнение указанных работ осуществляется организациями по обслуживанию жилищного фонда (пункты 2.1 - 2.4 указанных Правил).

В соответствии с пунктом 4.1.1 Правил N 170 организация по обслуживанию жилищного фонда должна обеспечить: нормируемый температурно-влажностный режим подвалов и техподполий; исправное состояние фундаментов и стен подвалов зданий; устранение повреждений фундаментов и стен подвалов по мере выявления, не допуская их дальнейшего развития; предотвращения сырости и замачивания грунтов оснований и фундаментов и конструкций подвалов и техподполий; работоспособное состояние внутридомовых и наружных дренажей.

Пунктом 4.1.11 Правил N 170 установлен запрет на наличие зазоров в местах прохода всех трубопроводов через стены и фундаменты. Вводы инженерных коммуникаций в подвальные помещения через фундаменты и стены подвалов должны быть герметизированы и утеплены.

В силу пункта 4.2.1.1. Правил N 170 Организация по обслуживанию жилищного фонда должна обеспечивать теплозащиту, влагозащиту наружных стен.

Согласно пункту 4.1.15 Правилами N 170 не допускается подтопление подвалов и техподполий из-за неисправностей и утечек от инженерного оборудования.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что поскольку собственниками жилого дома в спорный период был избран способ управления управляющей организацией (ООО «Инком-С»), на управляющей организации лежала обязанность по выполнению требований действующего законодательства, предъявляемых к эксплуатации жилого дома, в том числе обязанность по проведению профилактических осмотров, ремонтов сетей водоснабжения, проверке надлежащей герметизации теплового ввода.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В статье 1082 ГК РФ предусмотрено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего следующие признаки: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между первым и вторым элементами; вину причинителя вреда.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно представленного истцом в обоснование заявленных требований о взыскании упущенной выгоды договора аренды нежилого помещения № 5/13 от 01.08.2017, заключенного между ИП ФИО2 (Аредодатель) и ООО «Ломбард «Рантье», в лице директора ФИО7 (Арендатор), последнему передано в аренду нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 60,5м2, принадлежащее Арендодателю на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 42 АГ № 630020 от 19.05.2011.

Дополнительным соглашением к договору аренды № 5/13 от 25.09.2019 в связи с невозможностью использования спорного помещения, в результате затопления, стороны пришли к соглашению о расторжении договора аренды № 5/13 от 01.08.2017 с 01.10.2019.

В силу пункта 1 статьи 450.1 Кодекса предоставленное Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Суд, исследовав доказательства, представленные истцом в рамках заявленных требований, а именно – переписку истца с ООО «Ломбард «Рантье», приходит к выводу о том, фактически спорный договор аренды от 01.08.2017 с указанной в уведомлении даты не был расторгнут, стороны, исходя из представленных доказательств считали его действующим, а также учитывая то обстоятельство, что ИП ФИО2 после произошедшего затопления спорного помещения не были предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления, суд на основании следующего пришел к выводу о недоказанности истцом несения убытков в виде упущенной выгоды.

27.09.2018 арендатором ООО «Ломбард «Рантье» направлено письмо (подписано директором ФИО7) в адрес ИП ФИО2 об отказе от оплаты арендных платежей (том дела 2, л.д. 80), в связи с невозможностью использования помещения для хранения документов (архив).

01.10.2018 в ответ на вышеуказанное письмо истец сообщил ООО «Ломбард «Рантье» о том, что не возражает относительно неоплаты арендных платежей в период невозможности использования нежилого помещения по назначению, а также обратил внимание на то, что именно третье лицо ООО «Ломбард «Рантье» является лицом, обязанным содержать арендуемое помещение в исправном и надлежащем санитарном состоянии, с учетом положений пункта 7.1 договора аренды, а также части 2 статьи 616 ГК РФ.

Кроме того, письмом исх.№ 3/10 от 05.10.2018 ООО «Ломбард «Рантье» (подписано также директором ФИО7) сообщило о своей готовности выполнить текущий ремонт спорного нежилого помещения, при условии определения окончательного перечня работ и их стоимости согласно упомянутого истцом экспертного заключения и окончательной просушки помещения.

В ответе на данное письмо от 09.10.2018 (получено 12.10.2018, т.2, л.д. 81) ИП ФИО2 предлагает провести осмотр помещения 10.12.2018 и оказать содействие в проведении работ.

Согласно представленным актам обследования № 1 от 10.12.2018 и № 1/1 от 11.02.2019, составленным комиссионно в составе арендодателя, представителей арендатора, а также представителей подрядной строительной организации ИП ФИО8, в затопленном помещении необходимо провести герметизацию отверстия входа трубы из транзитной теплотрассы для уменьшения уровня влажности; рекомендовано продолжать регулярное непрерывное проветривание помещения до полного естественного высыхания оснований поверхности, совместно с естественным проветриванием применять бытовой осушитель воздуха.

В соответствии с последующими актами №1/1 от 11.02.2019, акте №2 от 13.04.2019, составленными комиссионно представителями Арендодателя и Арендатора, установлено повышенное содержание влажности, что не позволяло приступить к проведению ремонтных работ, в связи с чем, предъявлено настоящее исковое заявление о возмещении убытков в виде упущенной выгоды.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» (далее - Постановление N 25) по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Исходя из разъяснений, данным в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7), упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 N 16674/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 N 18-КГ15-237).

Таким образом, для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли приняты истцом все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления, и только допущенное ответчиком нарушение обязательств стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

В соответствии с пунктом 5 постановления N 7, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Из представленных в материалы дела доказательств и пояснений сторон, судом сделан вывод о том, что истцом в нарушение обязанности, установленной вышеуказанными нормоположениями, не представлены доказательства принятия всех необходимых мер и приготовлений для получения выгоды в виде арендных платежей, приведению помещения в надлежащий вид в короткие сроки, несению дополнительных затрат по ремонту помещения и его просушки в силу положений статьи 210 ГК РФ, а также ввиду расторжения договора с ООО «Ломбард «Рантье» принятию мер для поиска новых арендаторов, как и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Напротив, из представленных в материалы дела доказательств следует, что истцом сознательно увеличивался период нахождения спорного помещения в непригодном для эксплуатации состоянии и тем самым увеличивался период для начисления размера упущенной выгоды, в связи с чем, суд пришел к выводу об отсутствии совокупности условий для взыскания убытков в виде упущенной выгоды.

Кроме того, при направлении дела на новое рассмотрение судом округа дано указание о проведении проверки в отношении мнимости, представленного в материалы дела договора аренды № 5/13 от 01.08.2017, заключенного между ИП ФИО2 и ООО «Ломбард «Рантье», директором которого является супруга арендодателя ФИО7

Суд, оценив доводы ответчика ООО «Инком-С» о недействительности договора аренды № 5/13 от 01.08.2017, заключенного между ИП ФИО2 и ООО «Ломбард «Рантье» пришел к выводу о том, что указанный договор является мнимым, заключенным лишь для вида, в целях получения денежных средств в результате подачи искового заявления о взыскании суммы упущенной выгоды, на основании следующего.

По смыслу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер.

В ответ на запросы суда, направленные в адрес Кемеровского отделения № 8615 ПАО Сбербанк, в целях подтверждения реальности перечислений денежных средств между ООО «Ломбард «Рантье» и ИП ФИО2 по договору № 5/13 аренды нежилого помещения от 01.08.2017 поступила выписка по счету ИП ФИО2 (за период с 30.01.2013 (дата открытия счета) по 01.04.2019), согласно которой в спорный период с августа 2017 года по март 2019 года ООО «Ломбард «Рантье» исправно перечисляло на счет истца денежные средства по договору аренды № 5/13 от 01.08.2017, с указанием в назначении платежа: «сумма по договору 1 919 500 рублей», сумма общих перечислений по указанному договору составила 2 234 600 рублей.

Таким образом, истец не понес никаких убытков, а получил все причитающиеся по договору, даже в большем размере.

Как установлено судом и не оспорено лицами, участвующими в деле, истец ФИО2 является супругом директора третьего лица ООО «Ломбард «Рантье» ФИО7, то есть – аффилированными лицами.

Согласно статье 53.2 ГК РФ аффилированность - это отношения связанности лиц между собой.

Состав лиц, признаваемых аффилированными лицами, определяется положениями статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон №948-1).

Согласно абзацу 3, 5 статьи 4 Закона №948-1, аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность; аффилированными лицами юридического лица являются, в том числе, лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Согласно подпункту 13 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ группой лиц признается физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры.

По смыслу вышеуказанных норм ключевым понятием для характеристики отношений между аффилированными лицами является способность оказывать влияние на предпринимательскую деятельность.

В частности, применяя по аналогии, применительно к пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки. При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ).

С учетом изложенного к рассматриваемым требованиям на предмет их обоснованности предъявляются повышенные стандарты доказывания. Сама по себе аффилированность должника и кредитора не свидетельствует о необоснованности заявленных требований, однако в этом случае для удовлетворения требований должны быть представлены надлежащие, достоверные и достаточные доказательства, свидетельствующие о реальном существовании и исполнении обязательства.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 10.06.2020, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, при наличии признаков мнимости сделки суд должен принимать во внимание не только документы, которыми стороны констатировали выполнение работ по договорам подряда, но также и иные доказательства, подтверждающие реальное выполнение этих работ и наличие задолженности. Наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу, и не может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве, что предполагает возложение на аффилированное с должником лицо бремени опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора.

Таким образом, ИП ФИО2 и ООО «Ломбард «Рантье» являются аффилированными лицами, ввиду того, что первый является супругом директора третьего лица (ФИО7), соответственно, взаимоотношения истца и третьего лица (ООО «Ломбард «Рантье») основаны на способности оказывать влияние на деятельность друг друга, в результате чего сделки, заключенные указанными лицами являются предметом более детального изучения суда, поскольку в соответствии с вышеуказанными нормоположениями и разъяснениями к ним предъявляются повышенные стандарты доказывания.

Судом проведена проверка в отношении заявления ответчика о мнимости договора аренды нежилого помещения № 5/13 от 01.08.2017 (предметом которого является – аренда нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, общей площадью 60,5 м2).

В целях сопоставления договоров экземпляров договоров аренды № 5/13 от 01.08.2017 третьему лицу ООО «Ломбард «Рантье» предложено представить в суд договоры аренды нежилых помещений, заключенных с ИП ФИО2, по которым им исполняются обязательства в период с 2018 по 2021 годы, согласно представленной выписки ПАО «Сбербанк».

В материалы дела третьим лицом представлены регулярно возобновляемые на новый период 11 месяцев договоры аренды на следующие нежилые помещения:

- № 4/13 в отношении помещения, расположенного по адресу: <...>, площадью 46,2 м2;

- № 2/13 в отношении помещения, расположенного по адресу: <...>, площадью 35,8 м2;

- № 5/13 в отношении помещения, расположенного по адресу: <...>, площадью 148 м2.

Договора аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, общей площадью 60,5 м2 не представлено, из пояснений следовало, что представлены договоры, по которым обязательства исполняются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной основания ее недействительности должны иметь место либо до его заключения, либо в момент его заключения, но не после. Действия по исполнению сделки сами по себе не могут служить основанием для ее недействительности.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально, лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

Согласно позиции, изложенной в абзацах 8, 9 пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, если совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Пункт 3 статьи 607 ГК РФ предусматривает, что в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества, а арендатор, в свою очередь, обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Как следует из данных норм, основанием возникновения у арендатора права требовать уменьшения арендной платы является ухудшение для арендатора условий пользования арендованным имуществом по сравнению с теми условиями, которые были предусмотрены в договоре аренды, а также ухудшение состояния самого имущества (его качественных, функциональных свойств) по сравнению с состоянием, обусловленным договором аренды и назначением имущества. При этом ухудшение должно иметь существенный характер.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, системное толкование указанных норм со статьей 614 ГК РФ свидетельствует о том, что договор аренды носит взаимный характер, то есть невозможность пользоваться арендованным имуществом по обстоятельствам, не зависящим от арендатора, освобождает последнего от исполнения его обязанности по внесению арендной платы. Поскольку арендодатель в момент невозможности использования арендованного имущества не осуществляет какого-либо предоставления, соответственно, он теряет право на получение арендной платы.

В пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, также указано, что регулирование, содержащееся в статье 328 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно ко всем встречным обязательствам, специально оговорено в пункте 4 статьи 614 названного Кодекса.

Если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок (пункт 2 статьи 621 ГК РФ).

Истцом при первоначальном рассмотрении спора в обоснование заявленных требований о взыскании упущенной выгоды и реальности фактических арендных взаимоотношений истца и третьего лица ООО «Ломбард «Рантье» представлен договор аренды нежилого помещения № 5/13 от 01.08.2017 (предметом которого является – аренда нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, общей площадью 60,5 м2), платежные поручения об оплате по указанному договору арендных платежей, третьим лицом ООО «Ломбард «Рантье» давались пояснения о реальности этого договора, делались ссылки на платежные поручения, как подтверждение исполнения обязательств по оплате, указывалось на фактическую передачу помещения арендатору.

Кроме того, истцом после ознакомления с материалами дела, а именно выпиской по счету ИП ФИО2, поступившей из ПАО Сбербанк России, представлен договор аренды нежилого помещения № 5/13 от 01.07.2018, заключенный между ИП ФИО2 (Арендодатель) и ООО «Ломбард «Рантье» в лице директора ФИО7 (Арендатор), согласно предмету которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилое помещение по адресу: <...>, общей площадью 148 м2. Размер арендной платы по указанному договору составляет 174 500 рублей (пункт 4.1 договора). Также представлены договоры №5/13 от 01.06.2019 и от 01.05.2020 в отношении того же нежилого помещения (ул. Кирова, помещение 51), заключенные сторонами в последующие периоды.

После того как судом были запрошены выписки из ПАО «Сбербанк» по счету истца, а также представленными истцом (после ознакомления с поступившими на запрос суда выписками по счету) договорами аренды нежилых помещений, судом установлено, что представленные платежные поручения имели отношения к исполнению договора аренды № 5/13 от 01.08.2017 в отношении помещения № 51, который заключен с некоторыми пороками относительно неправильно указанной площади (148 м2 , вместо 152, 8м2), что в силу положений статьи 607 ГК РФ указывает на порок в определении объекта аренды, договор заключен в завышенном размере арендной платы 1176, 30 руб./м2, по сравнению со средней коммерческой ценой аренды нежилых помещений в г. Новокузнецке 350-500 руб./м2, в обоснование чего разумных пояснений от истца не представлено. Кроме того, при визуальном сопоставлении подписей арендодателя на договорах аренды № 5/13 в отношении помещения № 51 и договоре № 5/13 от 01.08.2017 в отношении помещения № 55 видны различия, разумных объяснений в отношении данного факта истцом также не представлено. С учетом, представленного уведомления от 27.09.2018 о расторжении договора аренды № 5/13 от 01.08.2017, учитывая положения статьи 610 ГК РФ, суд не установил, и истцом не представлено достаточных доказательств как заключения данного договора в отношении помещения № 55, так и доказательств того, что договорные отношения сторон прекращены, в тоже время обязательства по договору аренды № 5/13 от 01.08.2017 в отношении помещения № 51 исполнены полностью, что следует из выписок ПАО «Сбербанк».

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1).

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 308 ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Из указанных норм права следует, что права и обязанности по сделкам, совершенным супругами, возникают у супругов только с точки зрения их внутренних имущественных отношений (семейных), в отношениях с третьими лицами права и обязанности возникают у супруга, являющегося стороной сделок.

Таким образом, учитывая все вышеизложенное, суд пришел к выводу о наличии всех основания для признания договора аренды нежилого помещения №5/13 от 01.08.2017 в отношении помещения № 55 (подвал), расположенного по адресу: <...> мнимой сделкой, в соответствии с положениями статьи 170 ГК РФ.

На основании статьи 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия).

Истцом в ходе судебного разбирательства не были развеяны сомнения относительно мнимости сделки, хотя на нем лежала обязанность по опровержению данных обстоятельств, путем представления надлежащих доказательств в силу перехода к нему бремени доказывания того, что действительный характер сделки заключался именно в том, что ее стороны желали достижения заявленных результатов и их волеизъявление совпадало с их главным действительным намерением, судом установлено, что стороны сделки стремились к сокрытию действительного смысла сделки, что свидетельствует из их поведения в ходе судебного процесса, связанного с искажением действительного смысла представляемых доказательств и необоснованного возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, все эти действия осуществлялись в интересах обеих ее сторон, так как они соответствовали поведению супругов и соответствовали существу семейных отношений.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе договор аренды нежилого помещения № 5/13 от 01.08.2017 (в отношении спорного нежилого помещения № 55), договоры аренды нежилых помещений, представленные истцом в судебном заседании по рассмотрению спора по существу, в том числе договор № 5/13 от 01.08.2017 (в отношении нежилого помещения № 51), а также договоры в отношении этого же нежилого помещения № 51, заключенные на последующие периоды, выписку по счету истца, поступившую от ПАО Сбербанк России, установив, что по спорному договору в отношении затопленного нежилого помещения № 55 ООО «Ломбард «Рантье» не осуществлял перечисления арендной платы, спорное помещение не передавалось Арендатору в рамках заключенного договора, а фактически пользование им осуществлялось в соответствии с положениями статьи 35 СК РФ, что свидетельствует о заключении спорного договора лишь для вида, в целях подачи искового заявления о взыскании убытков по настоящему делу, поскольку все вышеперечисленные документы, представленные истцом не доказывают получение дохода предпринимателем от сдачи спорного помещения в аренду и не свидетельствуют о наличии реального дохода у истца в размере заявленной упущенной выгоды, в связи с чем, суд, принимая во внимание недоказанность размера неполученного дохода и возможности его получения, а также не совершение ИП ФИО2 конкретных действий, направленных на извлечение доходов, например несение дополнительных расходов, направленных на скорейшее восстановление спорного помещения в кратчайшие сроки в целях сдачи его в аренду и получение доходов, либо совершения действий по поиску иного контрагента для сдачи помещения в аренду по средней коммерческой цене для таких видов договоров, установленной в г. Новокузнецке, в целях избежания убытков и недопущения утраты доходов, признает спорный договор аренды нежилого помещения № 5/13 от 01.08.2017 мнимым, а исковые требования по взысканию суммы упущенной выгоды не подлежащими удовлетворению.

На основании абзаца 2 пункта 1 Постановления N 25 при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

В абзаце 3 пункта 1 этого же постановления разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Пунктом 2 статьи 35 СК РФ законодатель в силу семейных отношений установил презумпцию осведомленности одного из супругов о действиях другого супруга, которые могут повлиять на объем их общей совместной собственности.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзац пятый пункта 1 Постановления N 25).

Оценка правового и фактического поведения как истца ИП ФИО2, так и третьего лица ООО «Ломбард «Рантье» как субъектов предпринимательской деятельности, является обстоятельством, подлежащим доказыванию истцом и оценке судом по каждому факту их хозяйственной деятельности применительно к утверждаемому истцом факту нарушения его прав.

Изложенный вывод согласуется с правовым подходом, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 N 16674/12, в силу которого истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду, а также в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 по делу N 302-ЭС14-735, в силу которого при проверке факта наличия упущенной выгоды судам следует оценить фактические действия истцов, которые подтверждают совершение ими конкретных действий, направленных на извлечение доходов, не полученных в связи с допущенным должником нарушением. При оценке поведения сторон судам следует исходить из принципа добросовестности сторон (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Истец, действуя добросовестно и разумно, мог и должен был принять меры к минимизации своих расходов (убытков), что им сделано не было, тогда как в соответствии с правилами статьи 393 ГК РФ он был обязан принять все возможные меры к предотвращению или уменьшению размера убытков.

Наличие повреждений помещения, вызванных затоплением, возникшим по вине ответчика, само по себе не может быть признано единственным препятствием к получению истцом дохода от использования нежилого помещения в арендных отношениях.

Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П, суд не проверяет экономическую целесообразность решений, принимаемых профессиональными участниками гражданского оборота, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса, поскольку в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней делового просчета.

При этом бремя доказывания надлежащего исполнения обязательства реализуется каждой из сторон с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8)).

Обычный стандарт доказывания предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Реализуя свое право на предъявление требований о возмещении, понесенных убытков истцом не представлено достаточных доказательств того, что им предприняты все возможные меры к уменьшению убытков и только действия истца не позволили ему получить доходы в соответствии с заключенным договором аренды и это обстоятельство являлось единственным препятствием к получению истцом дохода от использования нежилого помещения в арендных отношениях, напротив, в материалы дела представлено достаточное количество доказательств свидетельствующих об обратном, в частности, истцом совместно с аффилированным с ним третьим лицом ООО «Ломбард «Рантье» при первом рассмотрении исковых требований представлялись доказательства и давались пояснения позволяющие сделать вывод о реальности спорного договора аренды № 5/13 от 01.08.2017 нежилого помещения № 55, в действительности данному договору были присвоены атрибуты иного договора с тем же номером и от той же даты, заключенного в отношении нежилого помещения № 51, обязательства по которому исполнялись, учитывая то обстоятельство, что данные договоры аренды заключались между супругами в отношении общего имущества истцом не представлено доказательств того, что воля сторон была направлена на заключение спорного договора и этот договор реально существовал и исполнялся сторонами, а не продиктовано тем обстоятельством, что стороны арендных отношений стремились возложить обязанность по возмещению не понесенных убытков с ответчика, что полностью соответствует разъяснениям, приведенным выше судебных инстанций о мнимости сделки, такое поведение сторон арендных отношений нельзя считать соответствующим требованиям закона, поскольку, в силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В связи со всем вышеизложенным, учитывая факт признания спорного договора аренды № 5/13 от 01.08.2017 нежилого помещения № 55 недействительным и заключенным лишь для вида придания обоснованности предъявленных требований и расчета размера упущенной выгоды, суд пришел к выводу о недоказанности всей совокупности состава правонарушения, а именно, что возможность получения им доходов существовала реально, совершения им конкретных действий сделанных, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца в силу части 1 статьи 110 АПК РФ. В связи с предоставлением истцу при подаче иска отсрочки по уплате государственной пошлины, государственная пошлина в неоплаченном размере 11 470 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 49, 110, пунктом 4 части 1 статьи 150, статьями 167-171, частью 2 статьи 176, статьями 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

производство по делу в части взыскания упущенной выгоды с Общества с ограниченной ответственностью «СибЭнерго», г. Новосибирск прекратить в связи с отказом истца от иска в этой части и принятием отказа арбитражным судом.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины возложить на истца.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новокузнецк, Кемеровской области – Кузбасса в доход федерального бюджета 11 470 руб. госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Кемеровской области, принявший решение в первой инстанции.

Судья А.Ф. Федотов