Решение от 18 февраля 2021 г. по делу № А55-22888/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



18 февраля 2021 года

Дело №

А55-22888/2020


Резолютивная часть решения объявлена 11 февраля 2021 года

Полный текст решения изготовлен 18 февраля 2021 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Балькиной Л.С.

При ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании 11 февраля 2021 года дело по иску, заявлению

Закрытого акционерного общества "АИР"

к 1.Акционерному обществу "КНПЗ";

2. Акционерному обществу "Средне-Волжский штаб военизированных газоспасательных частей"


о взыскании 3 864 000 руб.

при участии в заседании

от истца – конкурсный управляющий ФИО2

от ответчика – 1 – представитель ФИО3. , 2 – ФИО4, представитель

установил:

Закрытое акционерное общество "АИР" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к Акционерному обществу "КНПЗ" и Акционерному обществу "Средне-Волжский штаб военизированных газоспасательных частей" о взыскании в равных долях 3 864 000 руб. неосновательного обогащения. Истец поддержал заявленное требование в полном объеме.

Ответчики возражали против удовлетворения требования истца по мотивам, изложенным в отзывах на иск.

Рассмотрев материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, изучив их доводы и возражения в совокупности с исследованными доказательствами, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Обосновывая заявленные требования, истец указывает, что ЗАО «АИР» имеет лицензию на право пользования недрами серии СМР номер 01150 ПЭ, сроком до 01.01.2040 (доп. соглашение № 1 пункт 7- сроки лицензии), с целевым назначением и видами работ - извлечение подземных вод и нефтепродуктов с целью ликвидации очага загрязнения геологической среды в Куйбышевском районе г. Самары. Участок недр, обозначенный в лицензии, находится непосредственно под земельным участком, на котором расположен завод, принадлежащий АО «КНПЗ». На основании этой лицензии ЗАО «АИР» на протяжении многих лет осуществляло такое извлечение смеси подземных вод с нефтепродуктами на территории АО «КНПЗ» с использованием принадлежащих ЗАО «АИР» специальных сооружений (пункта налива бойлеров, пунктов очистки грунтовых вод, мониторинговых скважин). С 15.12.2015 АО «КНПЗ» закрыло доступ работникам ЗАО «АИР» на свою территорию, что привело к прекращению производственной деятельности ЗАО «АИР» по извлечению и реализации смеси подземных вод с нефтепродуктами.

Как указывает истец, 26.07.2017 сотрудниками ЗАО «АИР», однократно допущенными на срок с 9-00 до 17-00 часов на территорию АО «КНПЗ» совместно с судебным приставом-исполнителем ОСП Куйбышевского района г. Самары УФССП России по Самарской области ФИО5 для проведения исполнительских действий был обнаружен факт извлечения и присвоения со стороны АО «КНПЗ» принадлежащей ЗАО «АИР» смеси воды с нефтепродуктами с использованием принадлежащих ЗАО «АИР» специальных сооружений (пунктов очистки грунтовых вод, мониторинговых скважин). Извлечение и присвоение со стороны АО «КНПЗ» принадлежащей ЗАО «АИР» смеси воды с нефтепродуктами, как полагает истец, осуществлялось с использованием следующих принадлежащих ЗАО «АИР» специальных сооружений:

- мониторинговая скважина № 204;

- мониторинговая скважина № 115;

- мониторинговая скважина № 203;

- мониторинговая скважина № с-10А;

- мониторинговая скважина № с-10;

- мониторинговая скважина № 108;

- мониторинговая скважина № 201;

- мониторинговая скважина № с-14;

- мониторинговая скважина № с-2ц;

- мониторинговая скважина № с-1ц;

- мониторинговая скважина № 113;

- мониторинговая скважина № 121;

- мониторинговая скважина № 206;

- пункт очистки грунтовых вод № 37;

- пункт очистки грунтовых вод № 28;

- пункт очистки грунтовых вод № 22;

- пункт очистки грунтовых вод № 42;

- пункт очистки грунтовых вод № 2.

Истец утверждает, что АО «КНПЗ» без ведома собственника (ЗАО «Аир») и без каких-либо правовых оснований (договора аренды с собственником) в период с 19.07.2016 по 24.07.2020, т.е. на протяжении 1 465 дней (165+365+365+365+206) или 48 календарных месяцев распоряжалось перечисленными выше и принадлежащими ЗАО «АИР» специальными сооружениями путем их передачи в эксплуатацию АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ». АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» без ведома собственника (ЗАО «Аир») и без каких-либо правовых оснований (договора аренды с собственником) в период с 19.07.2016 по 24.07.2020 эксплуатировало перечисленные выше и принадлежащие ЗАО «АИР» специальные сооружения. Как указывает истец, за указанный выше период продолжительностью 48 месяцев АО «КНПЗ» и АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» в случае аренды перечисленных выше 13 мониторинговых скважин и 5 пунктов очистки грунтовых вод должны были бы уплатить арендную плату в общей сумме 3 864 000 рублей.

Истец 25.07.2020 направил в адрес ответчиков (АО «КНПЗ» и АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ») претензии № 1015 и № 1016 с требованием перечислить истцу (ЗАО «АИР») сумму неосновательного обогащения в размере 3 864 000 рублей в течение 30 календарных дней с даты направления претензий. В вязи с неисполнением ответчиками требований, изложенных в претензиях, ссылаясь на наличие на стороне ответчиков неосновательного обогащения в размере3 864 000 руб., истец обратился с иском в суд.

В силу части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе вследствие неосновательного обогащения.

Обязательства, возникающие из неосновательного обогащения участников гражданского оборота, регулируются главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Приобретение имущества одним лицом за счет другого означает увеличение объема имущества у одного лица и одновременное уменьшение его объема у другого. Тем самым для того, чтобы констатировать неосновательное обогащение, необходимо отсутствие у лица оснований (юридических фактов), дающих ему право на получение имущества (работ, услуг) и подтверждение факта нахождения имущества в обладании лица.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ , применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком; отсутствие для этого должного основания; а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

При обращении в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения истец обязан доказать факт использования ответчиком принадлежащего потерпевшему имущества без законных на то оснований, а также размер неосновательного обогащения. Недоказанность хотя бы одного из перечисленных элементов является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Возражая против заявленного требования, АО «КНПЗ» указывает, что АО «КНПЗ» является собственником земельного участка с кадастровым номером 63:01:0419004:0031, площадью 3216647 кв.м., расположенного по адресу: <...> - свидетельство о государственной регистрации права серии 63-АЕ № 148881 от 05.08.2010.

В соответствии со ст.210 Гражданского кодекса РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Ответчик пояснил, что в силу принципов земельного законодательства при пользовании земельными участками должно обеспечиваться безопасное состояние окружающей среды, в связи с чем собственники земельных участков обязаны проводить мероприятия по защите земель от негативного воздействия, в том числе от загрязнения химическими и иными веществами. В целях недопущения неконтролируемого выклинивания нефтепродуктов и последующего загрязнения земельных участков и водных объектов, а также в целях соблюдения указанных требований земельного законодательства, АО «КНПЗ» за собственный счет выполняется комплекс природоохранных мероприятий. В частности, заключен договор возмездного оказания услуг № 16-0540 от 19.07.2016 с АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ». В соответствии с актом приема-передачи имущества от 22.07.2019 (приложение к дополнительному соглашению № 4 от 22.07.2019 к договору возмездного оказания услуг № 16-0540 от 19.07.2016), в целях оказания услуг АО «КНПЗ» переданы АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» 6 скважин - № № 1, 2, 5, 7, 10, 14, принадлежащих АО «КНПЗ» на праве собственности. В данном акте указан перечень скважин, которые АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» использует для оказания услуг: скважина №1, свидетельство о праве собственности серия 63-АА №449963, скважина №2, свидетельство о праве собственности 63-АА №449676, скважина №14 свидетельство о праве собственности 63-АА №449718, скважина №10, свидетельство о праве собственности 63-АА №449679, буровая скважина №7, свидетельство о праве собственности серия 63-АА №449717, буровая скважина №5, свидетельство о праве собственности серия 63-АА №449696. Копии указанных документов представлены в материалы дела (л.д. 64-70 Т.2).

АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» указало, что по акту приема-передачи имущества от 22.07.2019 (л.д. 64 Т.2) АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» переданы 6 скважин - № № 1, 2, 5, 7, 10, 14, на которых им оказываются АО «КНПЗ» услуги, предусмотренные договором № 16-0540 от 19.07.2016. Ранее, как указывает ответчик, АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» производились работы на 4 скважинах - №№ 1, 2, 10, 14 в соответствии с актом приема-передачи имущества от 01.08.2016 (л.д. 84 Т.1) на основании договора № 16-0540 от 19.07.2016.

Какие-либо иные скважины и (или) пункты очистки грунтовых вод, как указывают ответчики, в ходе оказания услуг не использовались.

АО «КНПЗ» пояснило, что по состояния на текущую дату какие-либо гражданские правоотношения между АО «КНПЗ» и ЗАО «Аир» отсутствуют, исх. № 16-08/456 от 07.12.2018, а также неоднократно в исх. № 20-07/15-16 от 24.02.2016, исх. № 05-11-79 от 19.05.2016, исх. № 05-11-81 от 27.05.2016, исх. № 05-15-79 от 02,06.2016, исх. № 16-08/265 от 22.09.2016, №16-08/191 от 06.06.2017, №16-08/217 от 21.06.2017, исх. № 16-08/234 от 15.06.2018, претензия № 16-06/138, исх. № 16-08/359 от 11.09.2018, исх. № 16-08/456 от 07.12.2018, исх. № 16-08/491 от 29.12.2018 и в ответе на претензию №16-08/160 от 25.08.2020 АО «КНПЗ» просило ЗАО «Аир» предоставить перечень принадлежащего ЗАО «Аир» на праве собственности имущества, находящегося по мнению ЗАО «Аир» на территории АО «КНПЗ», и документы, подтверждающие право собственности на это имущество. Однако, как указывает ответчик, ЗАО «Аир» не предоставило АО «КНПЗ» какие-либо документы, подтверждающие права ЗАО «Аир» на какое - либо имущество, предположительно находящееся на территории АО «КНШ».

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Оценив в совокупности приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о том, что истцом не доказан факт наличия на стороне ответчиков заявленного истцом неосновательного обогащения, факт приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца. Истцом не представлены документы в подтверждение своих доводов о том, что АО «КНПЗ» без каких-либо правовых оснований в период с 19.07.2016 по 24.07.2020, распоряжалось принадлежащими ЗАО «АИР», как указывает истец, специальными сооружениями - 13 мониторинговых скважин и 5 пунктов очистки грунтовых вод, указанными в иске, путем их передачи в эксплуатацию АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ», а АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» без каких-либо правовых оснований эксплуатировало перечисленные выше и принадлежащие ЗАО «АИР» специальные сооружения. Также ЗАО «Аир» не представлены доказательства наличия каких-либо прав на 6 скважин - № № 1, 2, 5, 7, 10, 14, в том числе, на пункты очистки грунтовых вод, которые были переданы АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» по акту приема-передачи имущества от 01.08.2016 (л.д. 84 Т.1) на основании договора № 16-0540 от 19.07.2016 и на которых, как указывают ответчики, оказываются услуги АО «КНПЗ». В то же время ответчиком АО «КНПЗ» в материалы дела представлены копии свидетельств о праве собственности на объекты, переданные АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ» по договору № 16-0540 от 19.07.2016.

Какие-либо доказательства, подтверждающие наличие на стороне ответчиков неосновательного обогащения, в материалы дела не представлены, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения заявленного истцом требования.

Кроме того, АО «КНПЗ» заявило о пропуске срока исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен общий срок исковой давности в три года.

Согласно ч. 2 ст.199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Как указано в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Таким образом, наличие дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «АИР» не повлияло на течение общего срока исковой давности для защиты нарушенного права истца. Согласно доводам самого истца, ему стало известно о нарушении его права 26.07.2017.

Согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку

В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

В порядке досудебного урегулирования спора, истец 25.07.2020 направил в адрес ответчиков (АО «КНПЗ» и АО «Средне-Волжский штаб ВГСЧ») претензии № 1015 и № 1016 с требованием перечислить истцу (ЗАО «АИР») сумму неосновательного обогащения в размере 3 864 000 рублей в течение 30 календарных дней с даты направления претензий, которые оставлены без ответа.

К моменту обращения истца с иском в электронной форме посредством сервиса «МойАрбитр» 25.08.2020, с учетом положений п.1 ст.207, п.3 ст. 202 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения за период с 19.07.2016 по 24.07.2017, истек.

Учитывая вышеизложенное, поскольку истцом не доказан факт наличия неосновательного обогащения на стороне ответчиков, а также в связи с пропуском срока исковой давности за период с 19.07.2016 по 24.07.2017, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Согласно ст.110 АПК РФ судебные расходы относятся на истца. Поскольку истцу была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины при принятии иска, государственная пошлина подлежит взысканию истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст. ст. ст.. 110,167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Закрытого акционерного общества "АИР" в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 42320 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара в течение месяца со дня принятия с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.



Судья


/
Л.С. Балькина