Решение от 11 сентября 2024 г. по делу № А55-35455/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

12 сентября 2024 года

Дело №

А55-35455/2023

Резолютивная часть решения оглашена 29 августа 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 12 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Шаруевой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тикай И.Э.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью с иностранными инвестициями «Химрем»

к 1. Обществу с ограниченной ответственностью «Реакционные трубы»

2. ФИО1

трети лица: 1. Временный управляющий ООО «Химрем» ФИО2

2. Акционерное общество «Тольяттиазот»

3. Общество с ограниченной ответственностью с иностранными инвестициями «АртХомТрейд»

о взыскании 9 887 248 руб. 04 коп.

при участии в заседании

от истца – ФИО3 по доверенности;

от ответчика 1 – после перерыва ФИО4 по доверенности;

от ответчика 2 – до перерыва ФИО1, паспорт;

от третьего лица 1 – не явился, извещен;

от третьего лица 2 – ФИО5 по доверенности;

от третьего лица 3 – ФИО6 по доверенности.

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью с Иностранными Инвестициями «Химрем» обратилось в арбитражный суд с иском Обществу с ограниченной ответственностью «Реакционные трубы» и ФИО1 о солидарном взыскании убытков в размере 9 887 248 руб. 04 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Временный управляющий ООО «Химрем» ФИО2, Акционерное общество «Тольяттиазот» (далее – АО «ТОАЗ»), Общество с ограниченной ответственностью с иностранными инвестициями «АртХомТрейд».

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования.

Ответчик 1 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Ответчик 2 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменном отзыве. Как следует из его объяснений все управленческие решения, в том числе связанные с спорным оборудованием принимались по согласованию с «кураторами».

Третьи лица позицию изложили по отзывам, представленным в дело.

ФИО1 в период с 26 октября 2018 года по 17 сентября 2021 года являлся единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Химрем».

Между АО «ТОАЗ» (далее - Арендодатель, Третье лицо) и ООО «Химрем» (далее — Арендатор, Истец) заключен Договор аренды оборудования № 14-01451Т от 01.09.2014 (далее -Договор).

01.10.2014 в соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 01.10.2014 (далее -Дополнительное соглашение) к Договору, Арендодатель дополнительно передал, а Арендатор принял во временное владение и пользование высокоточный токарно-фрезерный станок СТХ Beta 1250 ТС S, заводской номер 00410003071, комплект инструмента, приспособлений и принадлежностей, гидравлические масла, аэрозольные и консистентные смазки, фильтры и прочий инвентарь необходимый для эксплуатации указанного оборудования.

В соответствии с п. 4 дополнительного соглашения от 01.10.2014, размер арендной платы за аренду станка СТХ Beta 1250 ТС S, заводской номер 00410003071 составляет 525 123 (Пятьсот двадцать пять тысяч сто двадцать три) рубля в месяц, с учетом НДС 18 %.

Вышеуказанное оборудование было передано Ответчику по акту приема-передачи -01.10.2014.

В связи с тем, что Ответчик надлежащим образом не исполнял свои обязательства по Договору и ввиду наличия у Ответчика просроченной задолженности АО «ТОA3» направило в его адрес соглашение о расторжении от 18.02.2022 к Договору.

25.02.2022 сторонами был подписан акт возврата оборудования к Договору.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 22.09.2022 (резолютивная часть объявлена 15.09.2022) по делу № А55-12315/2022 (далее — Решение) частично удовлетворены исковые требования АО «ТОАЗ» (ранее имело наименование ПАО «ТОАЗ»), с ООО «Химрем» взыскано 29 669 602,10 руб., в том числе: 19 505 275,85 руб. - задолженность по Договору аренды оборудования № 14-01451Т от 01.09.2014, 10 164 326,25 руб. - пени, а также расходы по государственной пошлине в сумме 54 831 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022 и Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.04.2023 по делу № А55-12315/2022 решение оставлено без изменения.

ООО «АртХимТрейд», как кредитор в деле о банкротстве ООО «Химрем», в рамках экстраординарного обжалования обратилось с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Самарской области от 22.09.2022 по делу № А55-12315/2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2024 по делу № А55-12315/2022 решение оставлено без изменения, апелляционная без удовлетворения.

Между ООО «Химрем» (далее - Арендодатель, Истец), в лице директора ФИО1 и ООО «Реакционные трубы» (далее — Арендатор, Ответчик-1) был заключен Договор аренды оборудования от 86РТ20 от 01.11.2020.

В соответствии с Договором Арендодатель передал Арендатору о временное владение и пользование 40 (сорок) наименований оборудования, в том числе высокоточный токарно-фрезерный станок СТХ Beta 1250 ТС S, заводской номер 00410003071 (акт приема-передачи от 01.11.2020).

В соответствии с п. 4.1. Договора общая стоимость услуг по договору формируется на основании фактического количества отработанных оборудованием часов.

В соответствии с п. 4.2. Договора стоимость одного часа работы оборудования указывается в Спецификации (Приложение № 1 к настоящему Договору).

В соответствии со Спецификацией № 1 к Договору стороны согласовали стоимость аренды оборудования токарно-фрезерный станок СТХ Beta 1250 ТС - 1 344 руб. без НДС в час.

Согласно представленным ООО «Реакционные трубы» в материалы дела документам общее количество фактически отработанных часов оборудования по Договору — 321,25 часов, из них количество фактически отработанных часов высокоточного токарно-фрезерного станка СТХ Beta 1250 ТС S- 109,96 часов.

ООО «Реакционные трубы» по Договору аренды перечислило ООО «Химрем» арендную плату за период пользования станком с 01.11.2020 по дату расторжения (08.10.2021) в полном размере, которая составила 457 278 руб. 89 коп.

Истец полагает, что «фактически в период с 01.11.2020 года по 24.02.2022 года высокоточный токарно-фрезерный станок СТХ Beta 1250 ТС S заводской номер 00410003071,находился во владении ПАО «Тольяттиазот», посредством его передачи в пользование дочерней компании — ООО «Реакционные трубы».

Движение одних и тех же активов внутри группы аффилированных лиц, в отсутствие на то экономического обоснования, свидетельствует о совместном ведении хозяйственной деятельности, при использовании схемы распределения «ролей» среди аффилированных хозяйствующих субъектов».

Договор от 01.11.2020 № 86РТ20 заключен на заведомо и значительно невыгодных условиях для ООО «Химрем», так как действительная стоимость аренды оборудования составляла 525 123 рубля в месяц.

По мнению истца, при осуществлении полномочий директора ООО «Химрем» ФИО1 действовал с заинтересованностью по отношению к ООО «Реакционные трубы», допустив использование последним коммерческих возможностей общества «Химрем», связанных с использованием арендованного оборудования, и совершил незаконное отчуждение (передачу) данного оборудования, что в соответствии с положениями пункта 4 статьи 1, статей 531 и 1107 Гражданского кодекса образует достаточные основания для возложения на ФИО1 и ООО «Реакционные трубы» обязанности по возмещению упущенной выгоды (дохода).

Истец указывает, что договор заключен по заниженной цене, доказательств того, что арендная плата соответствует рыночной, в материалы дела не представлено. При таких обстоятельствах совместные, синхронные, скоординированные действия ответчиков повлекли убытки для истца.

Обосновывая размер причиненного ущерба, истец указывает, что действительная стоимость использования ООО «Реакционные трубы» имущества в период с 01 ноября 2020 года по 25 февраля 2022 года составляет не менее 8 326 941,00 руб. (7 876 845,00 руб. с 01.11.20г. по 31.01.22г. (525.123,00руб. * 15 мес) 450 096,00 руб. с 01.02.22г. по 24.02.22г. (525 123руб. / 28 * 24 дней).

При сумме задолженности 525.123руб. с учетом увеличения долга проценты за пользование чужими денежными средствами составляют 1 560 307 руб. 04 коп.

Таким образом, размер убытков причиненных ООО «Химрем» составляет 9 887 248 руб. 04 коп. (8 326 941,00 руб. + 1 560 307 руб. 04 коп.), что явилось основанием для обращения в суд с заявленными требованиями.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

К условиям гражданско-правовой ответственности (составу гражданского правонарушения) относятся: противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие вреда (убытков); причинная связь между действием (бездействием) и причиненными убытками; наличие вины.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Истец полагает, что «фактически в период с 01.11.2020 года по 24.02.2022 года высокоточный токарно-фрезерный станок СТХ Beta 1250 ТС S заводской номер 00410003071,находился во владении ПАО «Тольяттиазот», посредством его передачи в пользование дочерней компании — ООО «Реакционные трубы». Движение одних и тех же активов внутри группы аффилированных лиц, в отсутствие на то экономического обоснования, свидетельствует о совместном ведении хозяйственной деятельности, при использовании схемы распределения «ролей» среди аффилированных хозяйствующих субъектов».

Суд находит данный довод несостоятельным ввиду следующего.

Согласно абзаца 25 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических лиц.

Исходя из положений вышеуказанного закона АО «ТОАЗ» не является аффилированным и контролирующим ООО «Химрем» лицом:

- ООО «Химрем» не имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции АО «ТОАЗ», а АО «ТОАЗ» не имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции ООО «Химрем»;

- АО «ТОАЗ» не является участником финансово-промышленной группы, не входит в одну группу лиц с Истцом, определённую ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

- Единоличный исполнительный орган ООО «Химрем» и АО «ТОАЗ» не совпадает.

Кроме того, АО «ТОАЗ» и ООО «Химрем» не подпадают под признаки контролируемости, определенные в ч. 2. ст. 61.10 Закона о банкротстве, согласно которой возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4)иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органовуправления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органовуправления должника иным образом.

ООО «Реакционные трубы» также не является аффилированным или контролирующим ООО «Химрем» лицом и не несет ответственности перед ООО «Химрем» за заключение последним договоров с третьими лицами.

Сам по себе факт того, что АО «ТОАЗ» является единственным участником ООО «Реакционные трубы» не означает, что высокоточный токарно-фрезерный станок СТХ Beta 1250 ТС S находился во владении АО «ТОАЗ».

Суд также учитывает, что данный довод уже был предметом рассмотрения в суде по делу № А55-12315/2022 и не нашел своего подтверждения (абз. 4 стр. 7 постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2024).

Как следует из искового заявления, Истец возлагает ответственность на ООО «Реакционные трубы» за заключение ООО «Химрем» договора аренды оборудования № 14-01451Т от 01.09.2014 и договора аренды оборудования № 86РТ20 от 01.11.2020.

«Исходя из буквального толкования условий указанных выше сделок ООО «Химрем», не получая дохода и экономической выгоды от использования оборудования Ответчиком, фактически кредитовал хозяйственную деятельность ООО «Реакционные трубы», имея значительную задолженность по арендной плате за данное оборудование перед ПАО «Толъяттиазот», которую ни ООО «Химрем», ни ООО «Реакционные трубы» не погашали».

Данный довод является несостоятельным ввиду следующего:

В силу абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно абз. 3 п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Следовательно, для квалификации сделок, как совершенных со злоупотреблением правом, в дело должны быть представлены доказательства того, что сделки заключены с целью реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем доказательства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом Ответчиком-1 при осуществлении сделок, в материалах дела отсутствуют.

Доказательств, подтверждающих, что Ответчик-1 при заключении договора действовал исключительно с намерением причинить вред кредиторам, либо злоупотребило правом в иных формах, в материалы дела также не представлено.

Вместе с тем, в соответствии с п. 3.1.9. договора аренды оборудования № 14-01451Т от 01.09.2014 Арендатор (ООО «Химрем») не вправе без согласия Арендодателя сдавать арендуемое им оборудование в субаренду.

Однако ООО «Химрем» согласия у АО «ТОАЗ» на сдачу оборудования в субаренду не получало. Данный факт также установлен арбитражным судом в рамках дела № А55-12315/2022 (абз. 2 стр. 4 Решения).

Соответственно, ООО «Химрем» без согласия АО «ТОАЗ» передало оборудование в субаренду третьему лицу ООО «Реакционные трубы» по договору от 01.11.2020 № 86РТ20.

При этом, доказательства того, что АО «ТОАЗ» давало указаний Ответчику-1 на заключение Договора аренды с истцом и участвовало при согласовании условий договора в т.ч. арендных расценок, материалы дела не содержат.

В соответствии с п. 4.1 договора аренды оборудования № 86РТ20 от 01.11.2020 общая стоимость услуг по договору формируется на основании фактического количества отработанных оборудованием часов.

Согласно представленных ООО «Реакционные трубы» в материалы дела документов общая стоимость услуг по договору аренды оборудования № 86РТ20 от 01.11.2020 за фактическое количество отработанных оборудованием часов (п. 4.1 Договора) составила 457 278,89 руб.

Общее количество перечислений ООО «Реакционные трубы», произведенных в рамках договора также составила 457 278,89 руб.

Соответственно, все платежи по договору аренды оборудования № 86РТ20 от 01.11.2020 ООО «Реакционные трубы» произведены в полном объеме и задолженности не имеет.

Согласно пояснениям ООО «Реакционные трубы», а также отзыву бывшего директора ООО «Химрем» ФИО1 фактически переданное в аренду производственное оборудование не перемещалось с территории ООО «Химрем».

Сотрудники ООО «Реакционные трубы» для использования указанного оборудования приходили на производственную территорию ООО «Химрем». Количество фактических часов пользования оборудованием фиксировалось в актах о подаче сведений по эксплуатации оборудования за отчетный период, на основании которых сторонами подписывались акты о приемке выполненных работ (оказанных услуг) к договору и производилась оплата.

В иное время оборудование ООО «Реакционные трубы» не эксплуатировалось и находилось на территории ООО «Химрем» в его полном распоряжении и возможности эксплуатации.

Соответственно, довод Истца о якобы кредитовании хозяйственной деятельности ООО «Реакционные трубы» является несостоятельным.

Действия ООО «Реакционные трубы» в рамках договора аренды оборудования № 86РТ20 от 01.11.2020 являлись добросовестными, разумными и не имели противоправный характер. Заявленные истцом убытки если и возникли, то не по вине ООО «Реакционные трубы».

Таким образом, в действиях ООО «Реакционные трубы» отсутствует состав гражданского правонарушения, необходимый для привлечения к ответственности, а исковые требования не подлежат удовлетворению.

Относительно требований ООО «Химрем» к ФИО1 суд пришел к следующим выводам.

На основании пункта 4 статьи 32, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (генеральный директор, президент и другие), избираемым общим собранием участников общества или советом директоров (наблюдательным советом) общества.

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Пунктом 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Основаниями привлечения к гражданско-правовой ответственности является установление противоправного характера поведения лица, причинившего убытки, факта наличия убытков и их размера, причинной связи между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

Согласно пункту 2 Постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или В1гутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Кодекса).

Согласно пункту 1 Постановления № 62 арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или

Также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т. п.) (пункт 2 Постановления № 62).

В силу пункта 1 статьи 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном данным Федеральным законом и уставом общества.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью установлено, что к компетенции общего собрания участников общества относится определение основных направлений деятельности общества.

В соответствии с п. 5.1.1. Устава ООО «Химрем» высшим органом управления Общества является Общее собрание Участников.

Единственным участником является КАПИТАЛ АССЕТ КОРПОРЕЙШН ЛТД. Компания зарегистрирована в СЕНТ-ВИНСЕНТ И ГРЕНАДИНЫ (офшорная зона).

Компетенция Общего собрания Участников определена в п. 5.1.3. Устава, согласно пп. 1 которого к компетенции Общего собрания Участников относится, в том числе определение приоритетных направлений деятельности корпорации, принципов образования и использования ее имущества.

Как следует из объяснений ФИО1 ФИО1 при заключении договора аренды оборудования № 86РТ20 от 01.11.2020 исходил не из личных интересов, а объективно сложившихся обстоятельств: мировой пандемии Covid 19; характеристик передаваемого в аренду оборудования; отсутствия финансирования со стороны участника общества и просроченным обязательствам по заработной плате перед работниками. Однако, какие-либо доказательства подтверждающие указанные обстоятельства ФИО1 не представлены, равно как доказательства невозможности самостоятельно ООО «Химрем» осуществлять деятельность» на арендованном станке, учитывая, что основной деятельностью Общества является извлечение прибыли, не обосновал влияние пандемии Covid 19 на осуществление деятельности Обществом, не обосновал невозможность расторжения договора аренды станка с АО «ТОАЗ», равно как на момент заключения договора аренды с ООО «Реакционные трубы», а также и в период действия договора с ООО «Реакционные трубы», учитывая, незначительную арендную плату, не покрывающую арендную плату по договору с АО «ТОАЗ». Следовательно, ФИО1 исходя из условий обеих договоров не мог не знать о том, что договор с ООО «Реакционные трубы» заключен на невыгодных для ООО «Химрем» условиях.

Судом отклоняется довод ФИО1 о том, что все указания исходили от кураторов проекта, поскольку соответствующие доказательства не представлены.

В соответствии с п. 5.2.1. Устава ООО «Химрем» - Единоличным исполнительным органом Общества является Директор, избираемый Общим собранием Участников Общества на 5 (пять) лет.

В соответствии с п. 5.2.2. Устава ООО «Химрем» - Директор подотчетен Общему собранию Участников Общества. Директор Общества решает все вопросы деятельности Общества, кроме тех, которые относятся к исключительной компетенции Общего собрания.

Судом установлено, что согласно условий Устава ООО «Химрем» и положений законодательства обстоятельства которые входя в предмет доказывания по на стоячему находятся в сфере компетенции непосредственно директора ООО «Химрем» ФИО1

Также судом отклоняется довод ФИО1 о том, что о договоре аренды станка между ПАО «Тольяттиазот» и ООО «Химрем» он узнал случайно, поскольку при сменен единоличного исполнительного органа в следивие назначения ФИО1 директором, в результате проведения в 2018 году инвентаризации имущества и обязательств, при смене материально-ответственного лица ООО «Химрем», ФИО1 не мог не установить наличие на производственной площадке высокоточного токарнофрезерного станка СТХ Beta 1250 ТС S, а равно не мог не установить обстоятельств его нахождения.

В картотеке арбитражных дел https://kad.arbitr.ru/ также отсутствуют сведения об обращении ФИО1 с исковыми требованиями к прежнему руководству в связи с не передачей документов ООО «Химрем».

Судом также отклоняется довод ФИО1 о том, что

к критической ситуации на предприятии привело отсутствие финансовой помощи от собственников в сумме 54 млн.руб.

В соответствии с п. 4.1. Устава ООО «Химрем» - Общество осуществляет свою деятельность с целью удовлетворения потребностей юридических и физических лиц в товарах и услугах, производимых Обществом с целью извлечения прибыли.

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ размер уставного капитала ООО «Химрем» составляет 392.051.109,27руб.

При формировании уставного капитала в собственность ООО «Химрем» передано дорогостоящее производственное оборудование, необходимое и достаточное для самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности.

ФИО1 не раскрыты действительные причины формирования задолженности ООО «Химрем», в т.ч. по заработной плате, в т.ч. не раскрыто финансовое положение Общества на момент назначения его директором: наличие в собственности Общества имущества; наличие персонала, его количественный состав; фонд оплаты труда; наличие задолженности по заработной плате, период, размер; наличие задолженности по обязательным платежам в бюджет и внебюджетные фонды; наличие контрактов с покупателями и поставщиками; наличие задолженности перед контрагентами; проведение общих собраний участников в 2019 году, в 2020 году, повестка дня.

Судом отклоняется довод ФИО1 о том, что для дальнейшего продолжения работы было согласован ремонт оборудования силами ООО «Реакционные трубы». В деле № А55-28827/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Рееакционные трубы» заявило требование о включении в реестр кредиторов ООО «Химрем» задолженности в сумме 322.108,18руб. в качестве возмещение затрат по ремонту оборудования предоставленного Обществу «Реакционные трубы» по договору аренды оборудования от 01.11.2020 года № 86РТ20.

Таким образом, заявленный ФИО1 ремонт оборудования проводился в интересах ООО «Реакционные трубы», с последующим первыставлением счетов на ООО «Химрем».

Иные доводы ответчика 2 также отклоняются судом, как не обоснованные и не подтвержденные документально.

В соответствии с п. 5 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Как следует из разъяснений изложенных в п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 30.07.2013 №62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Суд находит обоснованным расчет истца о возмещении причиненных убытков определённый исходя из арендной платы по договору с АО «ТОАЗ» без начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Между тем, истец предъявляет требование к ФИО1, о взыскании убытков в размере 9 887 248,04 руб. из них 8 326 941 руб. за период с 01.11.2020 по 25.02.2022.

При этом, ФИО1 являлся единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Химрем» с 26 октября 2018 года по 17 сентября 2021 года, а договор с ООО «Реакционные трубы» расторгнут 08.10.2021, в связи с чем, суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению требование о взыскании убытков за период осуществления деятельности ФИО1 в должности директора, исходя из стоимости аренды по договору с АО «ТОАЗ» (525 123 руб. в месяц) за вычетом аридных платежей полученных в период его работы от ООО «Реакционные трубы» (147 756 руб. 24 коп.), а что составляет - 5 531 2958 руб. 60 коп. В остальной части следует отказать.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на ФИО1 и подлежат взысканию с него в пользу ООО «Химтрейд» пропорционально размеру удовлетворённых исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В иске к Обществу с ограниченной ответственностью «Реакционные трубы» отказать.

Исковые требования к ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО1 (ИНН: <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью с иностранными инвестициями «Химрем» (ИНН: <***>) убытки в размере 5 531 295 руб. 60 коп., а также расходы по государственной пошлине в размере 40 536 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/
Н.В. Шаруева