Постановление от 5 февраля 2026 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-1222/2024
г. Краснодар
06 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 6 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Истоменок Т.Г., судей Мацко Ю.В. и Резник Ю.О., в отсутствие в судебном заседании лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 ФИО2

на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 31.07.2025

и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2025

по делу № А20-1222/2024 (Ф08-8984/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 23.11.2021, заключенного должником и ФИО3

(далее – ответчик), и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 31.07.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.10.2025, финансовому управляющему отказано

в удовлетворении заявленных требований.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит судебные акты отменить, признать недействительным договор купли-продажи от 23.11.2021, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 6 500 тыс. рублей. По мнению подателя жалобы, суды неверно оценили представленные ответчиком документы, которые не соотносятся с условиями сделки. В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства наличия совокупности признаков реальности сделки займа: финансовой возможности у ФИО3 предоставить займ (наличие дохода, снятие денежных средств с расчетного счета и пр.), фактической передачи денежных средств

в пользу ФИО4 (перечисление по расчетному счету/внесение на расчетный счет), расходования ФИО5 суммы займа (например, приобретение имущества в пределах спорной суммы). Недоступные независимым лицам условия займа и купли-продажи свидетельствуют о фактической аффилированности ФИО5

и ответчика.

Изучив материалы дела, проверив законность судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела видно, что определением суда от 13.03.2024 возбуждено дело

о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 30.08.2024 заявление общества с ограниченной ответственностью «ИЦМ» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

Должник состоит в зарегистрированном браке с ФИО5 (далее – супруга должника).

Супруга должника и ответчик 23.11.2021 заключили договор купли-продажи транспортного средства марки BMW Х7 XDRIVE40I, 2019 года выпуска,

VIN <***>, государственный номер <***>. Стоимость транспортного средства определена сторонами в размере 100 тыс. рублей.

Ссылаясь на неравноценное встречное предоставление, совершение сделки с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании ее недействительной.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела

о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 13.03.2024, оспариваемый договор купли-продажи заключен 23.11.2021, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2

статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными

в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям

и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена

в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено в пунктах 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных

с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление Пленума № 63), согласно абзацам 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности

или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, установленных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пунктах 8 и 9 постановления Пленума № 63 указано, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы

не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя

из условий сделки.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только

на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.

Отказывая в удовлетворении требований, суды пришли к выводу, что финансовым управляющим не доказаны неравноценность встречного предоставления, а также наличие противоправности цели сделки и недобросовестности контрагента.

Между тем суды не учли следующее.

Наличие у должника на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту совершения оспариваемой сделки, которые впоследствии

не были исполнены, в связи с чем вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов, по смыслу абзаца 36 статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца 3 пункта 6 постановления Пленума № 63 подтверждает факт неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемой сделки. Исходя из буквального толкования содержания абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве, следует, что для установления наличия признака неплатежеспособности достаточно подтверждения прекращения исполнения должником части денежных обязательств, и не требуется факта наличия полного прекращения исполнения всех обязательств должника перед всеми кредиторами.

Как следует из материалов дела, заявление кредитора о признании должника несостоятельным (банкротом) основано на задолженности, установленной определением Арбитражного суда Московской области от 17.06.2020 по делу № А41-60076/18

о признании недействительной сделки. Суд применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ЗАО «Гласс Технолоджис» (ИНН <***>) денежных средств в общей сумме 198 987 150 рублей 99 копеек. На основании исполнительного листа от 08.10.2020 ФС № 012294633, выданного по определению Арбитражного суда Московской области от 17.06.2020

по делу №А41-60076/2018, возбуждено исполнительное производство №94406/20/07020-ИП; остаток по исполнительному производству составил 198 973 102 рубля 71 копейку.

Таким образом, вывод судов об отсутствии на дату заключения сделки у должника признаков неплатежеспособности недостаточно обоснован.

Отчуждая спорное имущество супруга должника, не могла не знать,

что у должника имелись признаки неплатежеспособности.

В соответствии со статьей 65 Кодекса каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Финансовый управляющий утверждал, что материалами дела не доказана финансовая возможность ответчика уплатить денежные средства, а равно подтверждение факта траты соответствующих средств супругой должника, кроме того, имеется фактическая аффилированность сторон.

Отклоняя доводы финансового управляющего, суды приняли во внимание представленные ответчиком документы: договор займа от 01.02.2021 № 01-02/2021,

по условиям которого ФИО3 предоставил ФИО5 заем на 6 млн рублей, обязательства по которому прекращены передачей предмета оспариваемой сделки;

а также документы в обоснование финансовой возможности предоставления денежных средств по договору займа.

Суд первой инстанции, рассмотрев договор купли-продажи в совокупности

с договором займа и соглашением о зачете, пришел к выводу о равноценности переданного имущества. С данными выводами согласился апелляционный суд.

Вместе с тем суды не дали надлежащей оценки доводам финансового управляющего.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что в преддверии банкротства должником могут быть реализованы различные схемы сокрытия имущества от обращения взыскания на него по требованиям кредиторов.

В делах о банкротстве применяется повышенный стандарт доказывания.

Так, делая вывод о реальности договора займа, со ссылкой на представленную сторонами расписку, судами не приняты во внимание разъяснения, изложенные

в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которым расписка не является достаточным доказательством исполнения денежных обязательств.

При этом судами не дана оценка целесообразности действий ФИО3

при заключении с супругой должника договора займа на 6 млн рублей, надлежащим образом не исследованы обстоятельства наличия (отсутствия) финансовой возможности

у ФИО3 для передачи ФИО5 6 млн рублей; не направлены запросы

в налоговый орган в целях подтверждения дохода о за период, предшествующий заключению договора займа.

Суды указали, что ФИО3 не является аффилированным лицом к должнику.

Вывод судов об отсутствие у сторон сделки признаков аффилированности также сделан при неполном исследовании обстоятельств, принимая во внимание не раскрытие ФИО3 мотивов и обстоятельств, побудивших его предоставить заем в размере

6 млн рублей лицу, с которым его не связывают ни родственные, ни профессиональные отношения.

Ответчик предоставил заем без процентов, без обеспечения и без каких-либо гарантий возврата, тогда как сумма в 6 млн рублей является значимой, то есть явно на невыгодных для обычного участника гражданского обороту условиях.

Судам следовало учесть, что подобные отношения могут существовать только между лицами, имеющими скрытые от иных участников гражданского оборота договоренности, являющимися фактически аффилированными.

Сделав вывод о наличии финансовой возможности предоставить заем, суды

не исследовали выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ответчика, которые не содержат сведений об аккумулировании денежных средств на счете, о снятии суммы в виде наличных денежных средств в размере 6 млн рублей в преддверии предоставления займа, не представлены сведения о размере расходов ФИО3

за указанный период.

Суды не оценили довод финансового управляющего о том, что получение ответчиком дохода от участия в обществе с ограниченной ответственностью «Холам», чистая прибыль которого составила всего лишь 575 тыс. рублей, а также от аренды помещения не подтверждает финансовую возможность предоставления займа.

Равным образом судами не были должным образом исследованы и обстоятельства того, каким образом супруга должника распорядилась денежными средствами, полученными после продажи спорного транспортного средства.

При рассмотрении спора суды фактически ограничились лишь пояснениями ответчика.

Финансовый управляющий указывал, что договор займа содержит условие

о передаче денежных средств путем перечисления на расчетный счет ФИО5.

Кроме того, стороны не раскрыли доказательства передачи наличных денежных средств в г. Москве, о чем указано в расписке ФИО5 от 01.02.2021 с учетом того, что стороны проживают в Кабардино-Балкарской Республике (ж/д или авиабилеты, чеки на покупки топлива и пр.).

Финансовый управляющий также обращал внимание судов, что установленный срок возврата займа до 01.02.2022, однако представленное в материалы дела соглашение

о зачете требований датировано 23.11.2021, то есть ранее срока наступления обязанности по возврату займа. Причину, по которой досрочно, прекратили обязательство

ФИО5, ответчик не раскрыл, пояснений, переписки, претензий, требований

не представил.

Основанием для регистрации перехода права собственности является договор купли-продажи автомобиля от 23.11.2021, который не содержит ссылок на соглашение

о зачете требований от 23.11.2021, несмотря на то, что оба эти документа составлены

в один день. Кроме того, договор купли-продажи содержит цену отчуждаемого транспортного средства в размере 100 тыс. рублей, что является несоразмерным реальной стоимости и противоречит пункту 3 соглашения о зачете требований от 23.11.2021,

где стороны установили рыночную стоимость спорного транспортного средства в размере 6 млн рублей.

Суды оставили без внимания указанные доводы финансового управляющего.

Продажа автомобиля по явно заниженной цене может свидетельствовать

о фактическом сговоре продавца и покупателя в целях выведения актива должника,

что исключает добросовестность сторон и неосведомленность о цели причинения вреда кредиторам.

Суды указали, что спорное транспортное средство находилось в фактическом владении ответчика с 07.02.2023 по 10.07.2025. Однако договор заключен 23.11.2021, автомобиль продан третьему лицу 08.11.2024, таким образом, выводы судов

не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

В последующем ответчик реализовал спорное транспортное средство 08.11.2024 ФИО6 по цене 6 500 тыс. рублей.

Согласно правовому подходу, изложенному в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, для целей банкротства приобретение у должника имущества по многократно заниженной стоимости и отсутствие у покупателя подтвержденного обоснования такого занижения могут свидетельствовать

о том, что эта сторона знала о совершении сделки с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 Кодекса).

Вопрос о рыночной стоимости спорного транспортного средства на момент продажи имеет существенное значение для признания договора купли-продажи недействительным.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, решение суда признается законным и обоснованным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона

об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также тогда, когда

в решении суда содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных судом фактов.

В данном случае, рассмотрение дела без назначения судебной экспертизы

по определению рыночной стоимости имущества должника невозможно, так как

по смыслу статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, данных в пункте 8 постановления Пленума № 63, установление действительной стоимости имущества, реализованного по оспариваемой сделке, входит в предмет доказывания и имеет существенное значение для разрешения данного обособленного спора.

В нарушение требований статей 71, 168 и 170 Кодекса суды уклонились

от проверки всех доводов финансового управляющего о мнимости (притворности) договора займа, не исследовали и не оценили в совокупности и взаимосвязи представленные финансовым управляющим документы и пояснения сторон, ограничившись общей ссылкой на отсутствие совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной.

Бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей

в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей.

В данной ситуации при непредставлении ответчиком суду возражений на заявление негативные процессуальные последствия такого его поведения не могут быть возложены на истца. В противном случае при недобросовестном непредставлении ответчиком имеющихся у него доказательств (первичные документы) истец лишается возможности

их получить и реализовать право на судебную защиту своих нарушенных прав,

что не отвечает задачам судопроизводства в арбитражном суде (статья 2 Кодекса).

Таким образом, после представления истцом доказательств приобретения

или сбережения имущества ответчиком (например, передачи имущества в отсутствие оплаты или иного встречного представления), на последнего переходит бремя подтверждения того, что приобретение или сбережение имущества имело правовое основание.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции считает, что выводы судов сделаны при неправильном применении норм материального права, без установления всех фактических обстоятельств дела и оценки всех доводов и доказательств, представленных сторонами.

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения жалобы суд кассационной инстанции вправе отменить решение (определение) и апелляционное постановление и направить дело на новое рассмотрение, если выводы, содержащиеся

в обжалуемых актах, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая, что выводы судов сделаны без установления всех обстоятельств, необходимых для правильного рассмотрения дела, судебные акты подлежат отмене

на основании части 1 статьи 288 Кодекса, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса.

При новом рассмотрении спора судам необходимо учесть изложенное, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, обсудить вопросы о проведении по делу судебной экспертизы на предмет определения действительности (рыночной) стоимости имущества на момент отчуждения, дать надлежащую правовую оценку всем доводам финансового управляющего, правильно распределив бремя доказывания, исследовать и оценить в совокупности представленные в подтверждение указанных доводов и возражений доказательства, принять судебные акты в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 31.07.2025

и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2025

по делу № А20-1222/2024 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,

не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном

статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Т.Г. Истоменок

Судьи Ю.В. Мацко

Ю.О. Резник