Постановление от 29 июня 2023 г. по делу № А53-2638/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-2638/2022
г. Краснодар
29 июня 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 июня 2023 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Аваряскина В.В., судей Коржинек Е.Л. и Твердого А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Макаровой А.В., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца – общества с ограниченной ответственностью «СДИ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 12.12.2022), от ответчика – ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 08.12.2022), в отсутствие ответчика – ФИО4, третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания АВД», извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СДИ» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 по делу № А53-2638/2022, установил следующее.

ООО «СДИ» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 и ФИО4 о взыскании в солидарном порядке 1 783 945 рублей 28 копеек задолженности, 1 098 615 рублей 71 копейки пеней, а также пеней, начисленных на остаток задолженности с 02.10.2022 в размере 1/130, в порядке субсидиарной ответственности (измененные исковые требования, заявленные в порядке, установленном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Управляющая компания АВД» (далее – компания).

Решением суда от 29.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 15.02.2023, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить решение и постановление, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Податель жалобы указывает, что суды неправильно распределили бремя доказывания; бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами должно быть возложена на ответчика, а не на истца. Вопрос о распределении бремени доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности регулируется системно подпунктом 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ). Податель жалобы также обращает внимание на позицию Конституционного Суда Российской Федерации, высказанную в постановлении от 07.02.2023 № 6-П (далее – постановление № 6-П). При рассмотрении данной категории споров суды должны оценивать действия ответчиков на предмет их добросовестности в соответствии с положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). На предмет добросовестности следует оценивать не только их действия, но и бездействия, приведшие к невозможности погашения задолженности перед кредитором. Противоправные действия ответчиков по уклонению от погашения задолженности носили длящийся характер, фактически имели место с даты возникновения задолженности до даты исключения общества из реестра юридических лиц. Неосуществление ответчиками ликвидации юридического лица при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ задолженности перед кредиторами может свидетельствовать о намеренном пренебрежении контролирующими лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве. Суды не дали оценку бухгалтерскому балансу общества, его финансовому состоянию.

В дополнениях к кассационной жалобы общество ссылается на определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424 в качестве подтверждения позиции о ненадлежащем распределении бремени доказывания.

ФИО2 представил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит отказать в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО2 возражал против ее удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, дополнений к ней и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела видно и судами установлено, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 09.10.2017 по делу № А53-25788/2017 с ООО «Возрождение» (далее – организация) в пользу МУП «Тепловые сети» (далее – предприятие) взыскано 608 170 рублей 08 копеек задолженности, 37 686 рублей 10 копеек пеней с 16.05.2017 по 03.10.2017, а также взысканы пени, начисленные на сумму 608 170 рублей 08 копеек, с 04.10.2017 по день фактического исполнения с применением 1/130 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты.

В последующем произведена замена взыскателя на правопреемника – компанию.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.01.2019 по делу № А53-35535/2018 с организации в пользу предприятия взыскано 133 817 рублей 42 копейки задолженности с июня 2018 года по июль 2018 года. В последующем произведена замена взыскателя на компанию.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 21.11.2018 по делу № А53-26303/2018 с организации в пользу предприятия взыскано 729 684 рубля 02 копейки задолженности, 67 726 рублей 95 копеек пеней с 17.04.2018 по 13.11.2018, а также взысканы пени исходя из суммы задолженности 729 684 рубля 02 копейки с 14.11.2018 по день фактической оплаты суммы долга. В последующем произведена замена взыскателя на компанию.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 22.09.2017 по делу № А53-21849/2017 с организации в пользу предприятия взыскано 71 012 рублей 45 копеек задолженности с июня 2016 года по апрель 2017 года. В последующем произведена замена взыскателя на компанию.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 17.05.2019 по делу № А53-9027/2019 с организации в пользу предприятия взыскано 226 340 рублей 34 копейки задолженности с августа по октябрь 2018 года, 6850 рублей 23 копейки пеней с 18.09.2018 по 04.03.2019, а также взысканы пени, начисленные на сумму задолженности в размере 226 340 рублей 34 копейки, с 05.03.2019 по день фактической уплаты долга. В последующем произведена замена взыскателя на компанию.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.06.2019 по делу № А53-12461/2019 с организации в пользу предприятия взыскано 14 920 рублей 91 копейка задолженности за октябрь – ноябрь 2018 года. В последующем произведена замена взыскателя на компанию.

27 октября 2021 года компания (цедент) и общество (цессионарий) заключили договор уступки права требования, согласно которому цедент на основании положения о порядке, сроках и условиях продажи дебиторской задолженности (права требования) должника – предприятия, утвержденного решением комитета кредиторов, по результатам торгов по продаже имущества предприятия, проведенных на электронной торговой площадке – «Россия онлайн» посредством публичного предложения, в ходе конкурсного производства, протокола о результатах открытых торгов в форме публичного предложения по продаже имущества от 29.06.2020 № 6313- ОТПП/1/2, договора уступки прав требования (цессии) от 09.07.2019 № 1, заключенного предприятием и компанией, передает цессионарию право требования к организации, возникшее из решения Арбитражного суда Ростовской области от 09.10.2017 по делу № А53-25788/2017, подтвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области о процессуальном правопреемстве от 16.09.2020 по делу № А53-25788/2017, решения Арбитражного суда Ростовской области от 14.01.2019 по делу № А53-35535/2018, подтвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области о процессуальном правопреемстве от 05.11.2020 по делу № А53-35535/2018, решения Арбитражного суда Ростовской области от 21.11.2018 по делу № А53-26303/2018, подтвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области о процессуальном правопреемстве от 28.09.2020 по делу № А53-26303/2018, решения Арбитражного суда Ростовской области от 22.09.2017 по делу № А53-21849/2017, подтвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области о процессуальном правопреемстве от 13.10.2020 по делу № А53-21849/2017, решения Арбитражного суда Ростовской области от 17.05.2019 по делу № А53-9027/2019, подтвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области о процессуальном правопреемстве от 13.10.2020 по делу № А53-9027/2019, решения Арбитражного суда Ростовской области от 13.06.2019 по делу № А53-12461/2019, подтвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области о процессуальном правопреемстве от 07.09.2020 по делу № А53-12461/2019, а цессионарий уплачивает цеденту цену продажи имущества, принимает имущество, соблюдает иные условия, предусмотренные договором.

6 декабря 2021 года деятельность организации в качестве юридического лица прекращена на основании решения налогового органа о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Ссылаясь на то, что лица контролирующие должника подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, общество обратилось в суд с рассматриваемым иском.

Суды, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходили из того, что для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств и недобросовестными и неразумными действиями данных лиц.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества и директора следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Однако, как обоснованно указано судами, в данном случае недобросовестность либо неразумность в действиях ответчиков, а также связь поведения данных лиц с неисполнением должником обязательств не установлены, соответствующие доказательства не представлены.

Наличие у организации непогашенной задолженности, подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков как его учредителей и руководителя в неуплате указанного долга. Равно как свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Правопреемник общества, будучи лицом, заинтересованным в сохранении у контрагента статуса юридического лица, исходя из положений пункта 2 статьи 1, статьи 9 Гражданского кодекса мог и должен был предпринять меры к предотвращению исключения из ЕГРЮЛ сведений о должнике, в частности путем направления в регистрирующий орган заявления в порядке пункта 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) о нарушении своих прав и законных интересов в случае исключения товарищества из реестра как недействующего юридического лица. Данное лицо также не воспользовалось своим правом на подачу заявления о признании организации несостоятельным (банкротом).

Доказательства нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ в материалы дела не представлены.

Исходя из изложенного суды пришли к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд также отметил правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, отраженную в определении от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, согласно которой само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 – 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Доводы заявителя жалобы сводятся, по сути, к иной оценке доказательств, представленных в материалы дела, однако такими полномочиями суд кассационной инстанции не наделен (статьи 286 и 287 Кодекса).

По мнению подателя жалобы, суды неправильно распределили бремя доказывания; бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами должно быть возложено на ответчика, а не на истца.

Кассационный суд отклоняет данный довод жалобы с учетом позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671 по делу № А56-64205/2021 относительно бремени доказывания по данной категории спора.

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса).

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 – 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т. п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т. п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020 суд повторно отметил надлежащее распределение бремени доказывания по данной категории дел, в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Кодекса оно должно осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо – ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление № 6-П).

В рассматриваемом случае общество ссылалось лишь на исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), а также на само неисполнение обязательств. Иных оснований обращения с рассматриваемыми требованиями не представлено.

Ссылка на определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424 подлежит отклонению, поскольку в рамках названного дела ответчики уклонились от представления отзывов, не раскрыли доказательства, отражающие реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольном хозяйственном обществе. С учетом изложенного Верховный Суд Российской Федерации, направляя дело на новое рассмотрение, указал на необходимость предложить ответчикам представить отзывы на заявление о привлечении к ответственности и документы, подтверждающие их возражения. При этом только в случае непредставления отзывов по причинам, признанным неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных требований, Верховный Суд Российской Федерации указал на перераспределение бремени доказывания в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении № 6-П.

В рамках данного дела ответчики не уклонялись от представления возражений, занимали активную позицию, представитель участвовал в судебных заседаниях. Согласно возражениям организация вела работу по взысканию дебиторской задолженности, о чем свидетельствовало возбуждение исполнительных производств в пользу организации. Между тем правопредшественник истца не предпринимал действий для взыскания денежных сумм.

Основания для иной оценки доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют. Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

С учетом изложенного основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов отсутствуют.

Определением суда кассационной инстанции от 21.03.2023 обществу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по кассационной жалобе. Поскольку в удовлетворении кассационной жалобы отказано, то с общества надлежит взыскать 3 тыс. рублей государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 по делу № А53-2638/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу ? без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СДИ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 3 тыс. рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

В.В. Аваряскин



Судьи

Е.Л. Коржинек


А.А. Твердой