Решение от 25 июля 2019 г. по делу № А33-16074/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

25 июля 2019 года

Дело № А33-16074/2019

Красноярск

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 18 июля 2019 года.

В полном объёме решение изготовлено 25 июля 2019 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Шальмина М.С., рассмотрев в судебном заседании заявление прокурора Курагинского района Красноярского края о привлечении к административной ответственности Величко Владлена Викторовича за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ,

в присутствии в судебном заседании:

от заявителя: прокурора Даценко О.А. на основании служебного удостоверения ТО №263516,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,

установил:

Прокурор Курагинского района Красноярского края (далее - заявитель) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (далее - ответчик) к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП.

Определением от 04.06.2019 заявление принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 27.06.2019. Судебное разбирательство откладывалось.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения и размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.

В судебном заседании представитель заявителя на удовлетворении заявленных требований настаивала, просила привлечь арбитражного управляющего к административной ответственности по ч. 3.1. ст. 14.13 КоАП РФ и назначить наказание в виде дисквалификации.

Суд исследовал материалы обособленного спора №А33-11017-42/2015.

В материалы дела от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства по причине невозможности участия в настоящем судебном заседании ответчика по причине обострения заболевания и по причине отъезда его представителя в отпуск.

Представитель заявителя возражала против отложения судебного разбирательства.

Рассмотрев ходатайство арбитражного управляющего об отложении судебного разбирательства, суд полагает его неподлежащим удовлетворению в силу следующего.

Частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В силу требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, участники процесса должны добросовестно пользоваться своими процессуальными правами и исполнять возложенные на них обязанности, в том числе по раскрытию доводов и доказательств заблаговременно до начала судебного разбирательства.

Между тем, ответчиком не указано, какое именно, доказательство будет представлено в случае отложения судебного разбирательства, у кого оно находится в настоящее время и что объективно препятствует его представлению в материалы дела до начала судебного заседания. Отсутствие указанных сведений не позволяет установить, что ответчиком будет представлено доказательство, имеющее отношение к предмету настоящего спора. Довод ходатайства о необходимости отложения судебного разбирательства по причине болезни ответчика не имеет документального подтверждения, какие-либо доказательства невозможности обеспечения явки ФИО1 в судебное заседание к ходатайству об отложении судебного разбирательства не приложены. Довод ходатайства о необходимости отложения судебного разбирательства по причине отсутствия представителя ответчика также подлежит отклонению, поскольку доказательств невозможности явки иного представителя не представлено.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, в том числе, имелись ли событие административного правонарушения и факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения, а также определяет меры административной ответственности.

На основании части 5 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, не может быть возложена на лицо, привлекаемое к административной ответственности.

Согласно части 2 статьи 202 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по делам о привлечении к административной ответственности возбуждается на основании заявлений органов и должностных лиц, уполномоченных в соответствии с федеральным законом составлять протоколы об административных правонарушениях.

В соответствии с частью 1 статьи 28.4 КоАП РФ при осуществлении надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, прокурор вправе возбудить дело о любом административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена названным Кодексом или законом субъекта Российской Федерации.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 28.1 КоАП РФ дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента составления протокола об административном правонарушении или вынесения прокурором постановления о возбуждении дела об административном правонарушении.

Согласно пункту 1 статьи 21 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 № 2202-1 (далее – Закон) прокурор осуществляет надзор за исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, в том числе органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций.

В соответствии с пунктом 2 статьи 22 Закона прокурор или его заместитель по основаниям, установленным законом, возбуждает уголовное дело или производство об административном правонарушении, требует привлечения лиц, нарушивших закон, к иной установленной законом ответственности, предостерегает о недопустимости нарушения закона.

Арбитражным судом установлено, что постановление от 23.04.2019 о возбуждении производства по делу об административном правонарушении вынесено Прокурором Курагинского района Красноярского края Шишковым Д.В. в соответствии с его компетенцией, установленной статьями 25.11, 28.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановление от 23.04.2019 о возбуждении производства по делу об административном правонарушении вынесено в отсутствие лица, привлекаемого к административной ответственности.

В своем отзыве и в судебном заседании арбитражный управляющий и его представитель указали, что ФИО1 не был надлежащим образом извещен о возбуждении дела об административном правонарушении.

Пунктом 1 статьи 1.6 КоАП РФ установлено, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003 N 2 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что суду при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности или дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности необходимо проверять соблюдение положений статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, направленных на защиту прав лиц, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, имея в виду, что их нарушение может являться основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности либо для признания незаконным и отмены оспариваемого решения административного органа.

Согласно пункту 24 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Постановления от 26.07.2007 N 46 "О внесении дополнений в Постановление Пленума от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" при рассмотрении дел об оспаривании решений (постановлений) административных органов о привлечении к административной ответственности судам следует проверить, были ли приняты административным органом необходимые и достаточные меры для извещения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Из приведенных норм права и правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что обеспечение административным органом лицу, привлекаемому к административной ответственности, возможности участвовать при составлении протокола об административном правонарушении и рассмотрении дела об административном правонарушении является гарантией соблюдения его прав на защиту, а также создания необходимых предпосылок и условий для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела об административном правонарушении.

Как следует из материалов дела, Прокурором Курагинского района Красноярского края Шишковым Д.В. 07.03.2019 в адрес арбитражного управляющего ФИО1 направлено уведомление №7-04-2019 от 07.03.2019, согласно которому ФИО1 сообщается о проведении проверки исполнения законодательства о несостоятельности (банкротстве), в ходе которой выявлены нарушения, в связи с чем, ФИО1 предложено явиться 23.04.2019 в прокуратуру района (<...>) для дачи объяснений и возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.3.1 ст. 14.13 КоАП РФ. Данное уведомление направлено ФИО1 по адресу: <...>.

Согласно адресно справке Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Красноярскому краю от 11.06.2019, ФИО1 с 19.08.2016 зарегистрирован по адресу: <...>.

Данное уведомление от 07.03.2019 о явке на 23.04.2019, направленное по месту регистрации ФИО1: <...>, получено 13.03.2019, о чем свидетельствует отчет об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 66291034023530.

Факт получения ФИО1 уведомление №7-04-2019 от 07.03.2019 о необходимости явиться 23.04.2019 для дачи объяснений и возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.3.1 ст. 14.13 КоАП РФ подтверждается и ответом ФИО1 на указанное уведомление, согласно которому ФИО1 сообщает о невозможности обеспечить явку 23.04.2019 в связи с тяжелым финансовым положением, отсутствием денежных средств и наличием запрета на оплату служебных командировок, в связи с чем ФИО1 ходатайствует о переносе производства по административному делу по месту жительства ФИО1: <...>.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт осведомлённости ФИО1 о необходимости явиться в Прокуратуру Курагинского района Красноярского края 23.04.2019. В связи с неявкой ФИО1, постановление о возбуждении производства по делу об административном правонарушении от 23.04.2019 вынесено в отсутствие лица, привлекаемого к административной ответственности, которое в последующем направлено ФИО1 по адресу: <...>. сопроводительным письмом от 24.04.2019 и получено ФИО1 23.05.2019 о чем свидетельствует отчет об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 66291035004477.

Доводы ответчика о ненадлежащем уведомлении о возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отъездом за пределы г. Красноярска в период с 25.04.2019 по 14.05.2019 отклоняются судом, поскольку указанный период отсутствия ответчика выпадает на период после вынесения постановления от 23.04.2019.

Согласно части 4.1 статьи 28.2 КоАП РФ, в случае неявки управляющего, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, если он извещен в установленном порядке, протокол об административном правонарушении составляется в его отсутствие. Копия протокола об административном правонарушении направляется управляющему, в течение трех дней со дня составления указанного протокола.

В силу части 1 статьи 25.15 КоАП РФ лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд, орган или к должностному лицу, в производстве которых находится дело, заказным письмом с уведомлением о вручении, повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование извещения или вызова и его вручение адресату.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" (далее - Постановление N 10) при рассмотрении дел об оспаривании решений (постановлений) административных органов о привлечении к административной ответственности судам следует проверить, были ли приняты административным органом необходимые и достаточные меры для извещения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, либо его законного представителя о составлении протокола об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, суд считает, что прокурором приняты необходимые и достаточные меры для извещения ФИО1 о вынесении постановления о возбуждении производства по делу об административном правонарушении в целях обеспечения возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Отсутствие реализации данных прав обусловлено личным поведением ФИО1, а не нарушением прокурором порядка извещения.

Доводы ФИО1 о том, что уведомление о возбуждении дела не содержит указания на основания для возбуждения отклоняются судом, поскольку данное уведомление фактически является сопроводительным письмом, к которому приложено само постановление от 23.04.2019 о возбуждении производства по делу об административном правонарушении, содержащее основания возбуждения дела об административном правонарушении. В уведомлении от 07.03.2019 о необходимости явки в прокуратуру также указано, что возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

Факт направления в адрес ФИО1 двух уведомлений о вынесении постановления о возбуждении производства по делу об административном правонарушении не свидетельствует о том, что ответчик не был уведомлен о поводе возбуждения дела. Так, обеспечив свою явку, ответчик мог и должен был узнать всю интересующую его информацию по нарушениям, выявленным в результате проведения проверки, а также обратиться с мотивированным ходатайством о переносе даты вынесения постановления при наличии к тому уважительных причин в целях предоставления пояснений и возражений по составу административных правонарушений.

Судом принимаются доводы заявителя о том, что уведомление о времени и месте возбуждения дела об административном правонарушении надлежащим образом направлено управляющему. Заявителем предприняты все необходимые меры для надлежащего уведомления арбитражного управляющего о времени и месте возбуждения дела. Неявка или уклонение управляющего от участия в возбуждении дела об административном правонарушении не может служить препятствием для реализации заявителем возложенных на него задач и функций по борьбе с административными правонарушениями.

Данные выводы суда подтверждаются судебной практикой (постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2015 N 16АП-2284/2015 по делу N А25-1880/2014 и постановление Верховного Суда РФ от 15.01.2016 N 308-АД15-17589 по делу N А25-1880/2014).

Более того, частью 1 статьи 25.15 КоАП РФ установлено, что лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд, орган или к должностному лицу, в производстве которых находится дело, заказным письмом с уведомлением о вручении, повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование извещения или вызова и его вручение адресату.

При этом важно различать такие самостоятельные факты, как направление и получение того документа, в котором говорится о совершении соответствующего процессуального действия в определенном месте и в определенное время. О соблюдении процедуры привлечения лица к административной ответственности в смысле положений КоАП РФ можно говорить в случае наличия доказательств надлежащего извещения (направление) лица, в отношении которого имеются основания для привлечения к административной ответственности, а не его получение на дату составления протокола об административном правонарушении уведомления. В противном случае, при недобросовестном поведении лица, привлекаемого к административной ответственности, в том числе путем злостного, систематического уклонения от получения корреспонденции, возникнет ситуация, при которой, надзорный орган в целом будет лишен возможности осуществлять свои надзорные функции, в том числе по вынесению постановления об административном правонарушении, что недопустимо.

Также, в своем отзыве, арбитражный управляющий указывает на ряд процессуальных нарушений, допущенных прокурором в рамках производства по делу об административном правонарушении, а именно: нерассмотрение ходатайства ФИО1 о переносе производства по делу об административном правонарушении по месту жительства ответчика; административное расследование не проводилось; документы и пояснения у арбитражного управляющего не запрашивались.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" указано, что нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, является основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Существенный характер нарушений определяется исходя из последствий, которые данными нарушениями вызваны, и возможности устранения этих последствий при рассмотрении дела.

Вышеперечисленные нарушения, сами по себе не являются существенными нарушениями при привлечении к административной ответственности в случае отсутствия доказательств нарушения (ущемления) прав лица, привлекаемого к административной ответственности, и вынесения постановления об административном правонарушении в пределах срока давности привлечения к административной ответственности. Данные доводы ответчика в целом не влияют на законность привлечения его к административной ответственности, так как данные нарушения при соблюдении срока давности привлечения к административной ответственности не относятся к существенным нарушениям.

Данная позиция отражена в абзаце 3 пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", где указано, что несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу, а также нарушение установленных статьей 28.5 Кодекса сроков составления протокола.

Как усматривается из материалов дела, постановление от 23.04.2019 вынесено в пределах срока, установленного статьей 4.5 КоАП РФ.

При указанных обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу, что содержание постановления соответствует требованиям статьи 28.2 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации. Материалами дела подтверждается соблюдение прокурором процедуры и сроков составления постановления о возбуждении дела об административном правонарушении.

В соответствии с частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до двухсот пятидесяти тысяч рублей.

Согласно части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет.

Объективная сторона вменяемого арбитражному управляющему правонарушения состоит в неисполнении им обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В заявлении о привлечении к административной ответственности прокурор указывает, что арбитражным управляющим допущено нарушение законодательства о банкротстве, выразившееся в удовлетворении требований по текущим платежам второй очереди с нарушением календарной очередности удовлетворения.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Красноярского края от 06.07.2016 по делу №А33-11017/2015 открытое акционерное общество «Краснокаменский рудник» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Очередность удовлетворения требований кредиторов должников установлена статьей 134 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего дела о банкротстве, требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности:

- в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц;

- во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий;

- в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта;

- в четвертую очередь удовлетворяются требования по эксплуатационным платежам (коммунальным платежам, платежам по договорам энергоснабжения и иным аналогичным платежам);

- в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам.

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Как указывает заявитель, с нарушением очередности осуществлялась выплата задолженности по заработной плате за май-декабрь 2016 года, за январь – декабрь 2017 года, за январь-апрель 2018 года, при наличии задолженности по страховым взносам за июнь 2015 года – март 2018 года (40 326 тыс. руб.), а также задолженности по НДФЛ за период с июля 2016 года по март 2018 года (23 666 тыс. руб.).

Ответчик наличие и размер задолженности по страховым взносам за июнь 2015 года – март 2018 года, а также по НДФЛ за период с июля 2016 года по март 2018 года не оспаривает.

Верховным Судом Российской Федерации в п. 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства от 20.12.2016 даны разъяснения, из которых следует, что страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за счёт которых финансируются страховая и накопительная части трудовой пенсии, имеющие особую правовую природу, поскольку являются обязательной составной частью расходов по найму рабочей силы и материальной гарантией предоставления застрахованным лицам надлежащего страхового обеспечения в целях компенсации заработной платы и иных выплат и вознаграждений, утраченных ими в связи с наступлениемнетрудоспособности, подлежат удовлетворению в режиме, установленном для удовлетворения требований о выплате заработной платы.

Страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, за счет которых финансируются страховая и накопительная части трудовой пенсии, определяются Федеральным законом от 15.12.2001 N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" как обязательные платежи, которые уплачиваются в Пенсионный фонд Российской Федерации и целевым назначением которых является обеспечение прав граждан на получение обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию (в том числе страховых пенсий), включая индивидуально возмездные обязательные платежи, персональным целевым назначением которых является обеспечение права гражданина на получение накопительной пенсии и иных выплат за счет средств пенсионных накоплений (статья 3 названного Закона).

Такие платежи, как отмечается в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.1998 N 7-П и от 10,07.2007 N 9-П, являются обязательной составной частью расходов по найму рабочей силы и материальной гарантией предоставления застрахованным лицам надлежащего страхового обеспечения в целях компенсации заработной платы и иных выплат и вознаграждений, утраченных ими в связи с наступлением нетрудоспособности.

Принимая во внимание особую правовую природу и предназначение страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, специальные правила исчисления накопительной пенсии (Федеральный закон от 28.12.2013 N 424-ФЗ "О накопительной пенсии"), недопустимость существенных диспропорций между платежами, которые вносятся работодателями на этот вид обязательного социального страхования, и предоставляемым гражданам страховым обеспечением, судам следует исходить из того, что при осуществлении процедур банкротства не являющиеся текущими требования в отношении страховых взносов на обязательное пенсионное страхование подлежат исполнению в режиме, установленном для удовлетворения требований о выплате заработной платы.

В связи с этим требования об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, не являющиеся текущими, в соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве относятся ко второй очереди удовлетворения; они не предоставляют право голоса на собрании кредиторов в соответствии с пунктом 3 статьи 12 этого Закона. На требование об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование не распространяется мораторий, предусмотренный статьями 94, 95 Закона о банкротстве. Таким образом, в отношении реестровых требований даны дополнительные разъяснения о том, что они подлежат учету во второй очереди реестр требований кредиторов.

При этом пункт 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, содержащий разъяснения в отношении очередности удовлетворения требований, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, содержит также и общий вывод о том, что требование об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование подлежит удовлетворению в режиме, установленном для удовлетворения требований о выплате заработной платы. Задолженность по заработной плате может быть отнесена как к реестровым, так и к текущим требованиям в зависимости от периода возникновения требования. Так, в соответствии с положениями пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", включению в реестр подлежат требования об оплате труда за периоды, истекшие до возбуждения дела о банкротстве, и выходные пособия лиц, уволенных до этой даты (пункт 1 статьи 136 Закона о банкротстве). Задолженность же по оплате труда за периоды, истекшие после возбуждения дела о банкротстве, и по выплате выходных пособий лицам, уволенным после этой даты, относится к текущим платежам (статья 5, абзац третий пункта 2 статьи 134 и пункт 2 статьи 136 Закона о банкротстве).

Таким образом, очередность удовлетворения требований об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование поставлена в зависимость от режима, установленного для удовлетворения требований о выплате заработной платы.

Иных толкований, в том числе указаний об ином порядке удовлетворения текущих требований об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование законодательство о банкротстве не содержит. Порядок регулирования дополнительных тарифов страховых взносов для отдельных категорий плательщиков регулируется ст. 428 Налогового кодекса Российской Федерации.

Тот факт, что в Обзоре рассмотрена ситуация только в отношении реестровой задолженности, не исключает применение таких разъяснений к страховым взносам, относящимся к текущей задолженности и подлежащих удовлетворению также в режиме, установленном для удовлетворения требований о выплате заработной платы, а это относится ко второй очереди в соответствии с пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

Поскольку требования по текущей заработной плате подлежат удовлетворению во второй очереди текущих платежей, то и соответственно, требования об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование подлежит удовлетворению во второй очереди текущих платежей. Какие-либо ограничения или запреты для учета во второй очереди текущих платежей и указания на обязательность учета текущих требований на обязательное пенсионное страхование в иной очереди текущих платежей Законом о банкротстве не предусмотрено.

Таким образом, учитывая особую и единую правовую природу страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, при осуществлении процедур банкротства требование об их уплате подлежит удовлетворению во вторую очередь вне зависимости от того к реестровым или текущим оно относится.

Более того, с учетом разъяснений, содержащихся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017 №3 (2017) текущие платежи по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование (основная задолженность) подлежат уплате в составе второй очереди. По общему правилу требования об уплате задолженности по другим страховым взносам в Российской Федерации, возникшие после принятия заявления о признании должника банкротом, относятся к пятой очереди удовлетворения текущих платежей.

Кроме того, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017, содержится правовая позиция по вопросам, возникающим в судебной практике, согласно которой исходя из особой правовой природы и предназначения страховых взносов на обязательное пенсионное страхование расчеты по соответствующим требованиям в делах о банкротстве осуществляются в порядке, установленном для погашения задолженности по заработной плате (пункт 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Поэтому в соответствии с абзацем третьим пункта 2 и абзацем третьим пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве соответствующая основная задолженность, возникшая после принятия заявления о признании должника банкротом, относится ко второй очереди удовлетворения текущих платежей, а задолженность, не являющаяся текущей, подлежит включению во вторую очередь реестра требований кредиторов должника.

Согласно разъяснениям, приведенным в п.41.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» удерживаемые должником при выплате текущей заработной платы суммы налога на доходы физических лиц как налоговым агентом (статья 226 Налогового кодекса Российской Федерации) или членских профсоюзных взносов (пункт 3 статьи 28 Федерального закона от 12.01.1996 № 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" и статья 377 Трудового кодекса Российской Федерации) уплачиваются им в режиме второй очереди текущих платежей.

Таким образом, учитывая дату образования задолженности, суд приходит к выводу о том, что задолженность по страховым взносам на ОПС, по заработной плате и НДФЛ являются текущими требованиями второй очереди и подлежат удовлетворению в соответствии с календарной очередностью. В связи с чем, доводы арбитражного управляющего об отнесении задолженности по страховым взносам на ОПС за 2015 год в четвертую очередь реестра требований кредиторов являются ошибочными.

Вместе с тем, согласно представленным в материалы дела платежным поручениям, реестру текущих платежей, а также реестрам денежных средств с результатами зачислений, судом установлен факт погашения конкурсным управляющим ФИО1 задолженности по заработной плате, в том числе:

- с залогового счета должника №40702810031000008197 по платежному поручению №381 от 30.08.2018 на сумму 732 163,63 руб. погашена задолженность по заработной плате за октябрь 2016 года; по платежному поручению №382 от 30.08.2018 на сумму 1 412 728,66 руб. погашена задолженность по заработной плате за ноябрь 2016 года; по платежному поручению №383 от 30.08.2018 на сумму 629 345,95 руб. погашена задолженность по заработной плате за декабрь 2016 года;

- с основного счета должника №40702810631360060013 по платежному поручению №303 от 26.07.2018 на сумму 162 549,69 руб. погашена задолженность по заработной плате за апрель 2018 года; по платежному поручению №258 от 25.06.2018 на сумму 330 469 руб. погашена задолженность по заработной плате за март 2018 года; по платежному поручению №323 от 08.08.2018 на сумму 159 990,31 руб. погашена задолженность по заработной плате за апрель 2018 года.

Отсутствие в материалах дела платежного поручения №323 от 08.08.2018 не влияют на указанные выводы суда, поскольку, во-первых, данные обстоятельства арбитражным управляющим не оспариваются; во-вторых, доказательства в совокупности (реестр текущих платежей на стр.142 оплата 08.08.2018 ФИО3 сумма 34134 руб., реестр №12 от 06.08.2018 с датой исполнения ПАО «Сбербанк России» 08.08.2018 ФИО3 сумма 34134 руб. и т.д. по иным работникам) в достаточной степени компенсируют отсутствие платежного поручения №323 от 08.08.2018.

Вместе с тем, погашение текущей задолженности по заработной плате, образовавшейся за период с октября по декабрь 2016 года, а также за период с марта по апрель 2018 года осуществлено при наличии непогашенной текущей задолженности перед ФНС России по страховым взносам за июнь 2015 года – март 2018 года и по НДФЛ за период с июля 2016 года по март 2018 года, которая по календарной очередности имеет приоритет перед задолженностью по заработной плате, что свидетельствует о нарушении ФИО1 календарной очередности удовлетворения текущих требований кредиторов второй очереди.

Не оспаривая наличие задолженности перед уполномоченным органом, а так же погашение задолженности по заработной плате, арбитражный управляющий ссылается на тот факт, что должник является предприятием горнодобывающей промышленности и владеет опасными производственными объектами, в связи с чем, действия конкурсного управляющего по погашению задолженности по заработной плате вызваны необходимостью выплаты работникам заработной платы, продолжающим деятельность в ходе конкурсного производства в связи с наличием у должника в составе имущества, относящегося к опасным производственным объектам и в целях предотвращения увольнения работников по их инициативе.

Положениями пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае, если прекращение деятельности организации должника или ее структурных подразделений может повлечь за собой техногенные и (или) экологические катастрофы либо гибель людей, вне очереди преимущественно перед любыми другими требованиями кредиторов по текущим платежам также погашаются расходы на проведение мероприятий по недопущению возникновения указанных последствий.

В обоснование необходимости полагать, что погашение задолженности по заработной плате в нарушение календарной очередности удовлетворения текущих требований кредиторов второй очереди является обоснованным, арбитражный управляющий указывает, что такое погашение являлось следствием недопущения возникновения техногенной и (или) экологической катастрофы либо гибели людей, в связи с чем, задолженность по заработной плате подлежит погашению вне очереди преимущественно перед любыми другими требованиями кредиторов по текущим платежам. В качестве нормативного обоснования своей позиции арбитражный управляющий ссылается на пункты 43 и 121 Правил безопасности при эксплуатации хвостовых, шламовых и гидроотвальных хозяйств, которыми предусмотрено, что при хвостохранилищах, на которых предусмотрен постоянный дежурный персонал, должны быть отапливаемые служебные помещения для обходчиков и ремонтных рабочих. Эти помещения должны быть электрифицированы и телефонизированы. Все объекты хвостового хозяйства, требующие круглосуточного обслуживания, должны иметь стационарное электроосвещение. Таким образом, арбитражный управляющий полагает, что задолженность по заработной плате следует относить к внеочередным платежам.

Обязанность конкурсного управляющего принять меры по обеспечению сохранности имущества должника отражена в пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве.

Соответственно, конкурсный управляющий обязан обеспечивать сохранность всего имущества должника, однако указанное не означает, что данные расходы сами по себе относятся к внеочередным.

Между тем из представленных в материалы дела доказательств, не представляется возможным установить, что неосуществление конкурсным управляющим спорных платежей привело бы к массовым увольнениям работников, к техногенной или экологической катастрофе либо к массовой гибели людей. Доказательства того, что выполнение указанных конкурсным управляющим мероприятий было необходимо, а также что в случае их невыполнения наступили какие-либо чрезвычайные масштабные неблагоприятные последствия, не представлены.

Определение понятия катастрофы дано в частности, в Законе г. Москвы от 05.11.1997 N 46 "О защите населения и территорий города от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", в соответствии с которым катастрофой признается крупная авария, повлекшая за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей и разрушение или уничтожение объектов и других материальных ценностей в значительных размерах, а также приведшая к серьезному ущербу окружающей среде. Соответственно, природно-техногенной катастрофой признается разрушительный процесс, развивающийся в результате нормального взаимодействия технологических объектов с компонентами окружающей природной среды, приводящий к гибели людей, разрушению и повреждению объектов экономики и компонентов окружающей природной среды, а экологическим бедствием (экологической катастрофой) - экологическое неблагополучие, характеризующееся глубокими необратимыми изменениями окружающей среды и существенным ухудшением здоровья населения.

Правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов установлены Федеральным законом от 21.07.1997 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" (далее – Закон о промышленной безопасности), а также Постановлением Гостехнадзора РФ от 02.06.1999 № 33 «Об утверждении Инструкции о порядке ведения работ по ликвидации и консервации опасных производственных объектов, связанных с использованием недр».

Так, в соответствии со статьей 6 Закона о промышленной безопасности к видам деятельности в области промышленной безопасности относятся проектирование, строительство, эксплуатация, реконструкция, капитальный ремонт, техническое перевооружение, консервация и ликвидация опасного производственного объекта.

Согласно положениям статьи 8 Закона о промышленной безопасности техническое перевооружение, капитальный ремонт, консервация и ликвидация опасного производственного объекта осуществляются на основании документации, разработанной в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, с учетом законодательства о градостроительной деятельности. Документация на консервацию и ликвидацию опасного производственного объекта подлежит экспертизе промышленной безопасности. Не допускаются техническое перевооружение, консервация и ликвидация опасного производственного объекта без положительного заключения экспертизы промышленной безопасности, которое в установленном порядке внесено в реестр заключений экспертизы промышленной безопасности.

В соответствии со статьями 9-11 Закона о промышленной безопасности организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана обеспечивать безопасность опытного применения технических устройств на опасном производственном объекте, иметь лицензию на осуществление конкретного вида деятельности в области промышленной безопасности, обеспечивать укомплектованность штата работников опасного производственного объекта в соответствии с установленными требованиями, допускать к работе на опасном производственном объекте лиц, удовлетворяющих соответствующим квалификационным требованиям и не имеющих медицинских противопоказаний к указанной работе, разрабатывать декларацию промышленной безопасности. В целях обеспечения готовности к действиям по локализации и ликвидации последствий аварии организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана планировать и осуществлять мероприятия по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте, заключать с профессиональными аварийно-спасательными службами или с профессиональными аварийно-спасательными формированиями договоры на обслуживание. Планирование мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на опасных производственных объектах I, II и III классов опасности, предусмотренных пунктами 1, 4, 5 и 6 приложения 1 к настоящему Федеральному закону, осуществляется посредством разработки и утверждения планов мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на таких опасных производственных объектах. Организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана организовывать и осуществлять производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности в соответствии с требованиями, устанавливаемыми Правительством Российской Федерации.

Далее, в соответствии с Постановлением Госгортехнадзора РФ от 02.06.1999 N 33 "Об утверждении Инструкции о порядке ведения работ по ликвидации и консервации опасных производственных объектов, связанных с пользованием недрами" инструкция устанавливает порядок ведения работ по технической ликвидации и консервации опасного производственного объекта, связанного с пользованием недрами, и требования по обеспечению промышленной безопасности, охраны недр и окружающей среды, а при консервации - также требования, обеспечивающие сохранность месторождений и горных выработок на время консервации. Требования Инструкции являются обязательными для всех организаций независимо от их организационно - правовых форм и форм собственности. В соответствии со статьей 26 Закона Российской Федерации "О недрах" ликвидация и консервация горных выработок и иных сооружений, связанных с пользованием недрами, осуществляется за счет средств предприятий - пользователей недр. В соответствии со статьей 26 Закона Российской Федерации "О недрах" при полной или частичной ликвидации или консервации предприятия либо подземного сооружения горные выработки и буровые скважины должны быть приведены в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей природной среды, зданий и сооружений, а при консервации - также сохранность месторождения, горных выработок и буровых скважин на все время консервации. Ликвидация или консервация объекта производится по проектам с соблюдением требований промышленной безопасности, охраны недр и окружающей природной среды.

Изложенное свидетельствует о том, что консервация и ликвидация опасных производственных объектов не возможна без выполнения определенного комплекса мероприятий, обязанность по выполнению которых возлагается на предприятие, владеющее такими объектами, и производится на основании разработанных планов, проектов, заключений соответствующих государственных надзорных органов и должна содержать сведения о том, какие именно мероприятия должны проводиться в целях безопасной консервации и ликвидации опасных производственных объектов, а также предотвращения различного вида катастроф и иных чрезвычайных ситуаций.

Однако такие документы в материалы дела не представлены, в связи с чем, суд приходит к выводу, что спорные платежи по заработной плате не являются исключительными в понимании пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве и не могут производиться в нарушение очередности, установленной иными положениями Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60, суд вправе признать законным отступление управляющим от очередности, предусмотренной в пункте 2 статьи 134 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если это необходимо исходя из целей соответствующей процедуры банкротства, в том числе, для недопущения гибели или порчи имущества должника либо предотвращения увольнения работников должника по их инициативе.

Позволительное отступление от порядка погашения текущих обязательств, установленного законодателем, является исключительным в деятельности конкурсного управляющего и не предоставляет ему право самостоятельного, по своему усмотрению, определения цели расходования денежных средств должника.

Доказательства наличия обстоятельств, которые бы достоверно свидетельствовали о возникновении необходимости отступить от очередности погашения текущих обязательств, предусмотренной в пункте 2 статьи 134 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", не были представлены. Поэтому совершенные действия по несоблюдению очередности погашения текущих обязательств должника, в том числе в пределах одной очереди, квалифицируется судом как произвольное субъективное нарушение, допущенное по собственному усмотрению конкурсного управляющего.

Таким образом, оснований считать, что спорные платежи относятся к платежам направленным на проведение мероприятий по недопущению возникновения техногенных, экологических катастроф, гибели людей и подлежат удовлетворению вне очереди по правилам абзаца второго пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве, не имеется.

Сам по себе факт погашение задолженности по заработной плате со значительной просрочкой (год и более, несколько месяцев и т.д.) указывает на отсутствие экстраординарных обстоятельств указывающих на возможность погашения задолженности с отступлением от порядка, установленного статьей 134 Закона о банкротстве.

Ссылка арбитражного управляющего на необходимость первоочередной выплаты лицам, которые осуществляют фактическую работу, не принимается судом, поскольку исходя из правовой позиции норм, регулирующих специальный порядок погашения обязательств должника перед его кредиторами, в том числе по текущим обязательствам, погашение задолженности по текущим платежам в обход установленной (календарной) очередности является недопустимым.

Выполнение перечисленных конкурсным управляющим мероприятий является обычной деятельностью по обеспечению сохранности имущества должника, соответственно, отступления от календарной очередности погашения текущих платежей не являются в данном деле обоснованными. Продолжая производственную деятельность, конкурсный управляющий обязан производить оплату текущих платежей в соответствии с установленной Законом о банкротстве очередностью.

Как ранее было установлено и не оспаривается лицами, участвующими в деле, задолженность перед уполномоченным органом включена в реестр текущих требований в составе второй очереди.

Факт нарушения конкурсным управляющим ФИО1 очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам, установленной статьей 134 Закона о банкротстве, и выплаты денежных средств иным кредиторам по текущим платежам по заработной плате, чьи требования отнесены к той же очереди, что и требования уполномоченного органа, но которые возникли за более поздние временные периоды, подтверждается представленными в материалы дела документами.

Какие-либо доказательства того, что лица, чьи текущие требования по заработной плате были удовлетворены, осуществляли деятельность по предотвращению чрезвычайных ситуаций - штатное расписание, должностные инструкции, декларации промышленной безопасности, планы, проекты, утвержденные государственными надзорными органами, документы о наличии у данных лиц соответствующей подготовки по предотвращению чрезвычайных ситуаций, не представлено.

Конкурсный управляющий, будучи осведомленным о наличии у должника задолженности перед уполномоченным органом, неправомерно произвел погашение требований по заработной плате, календарная очередность удовлетворения которых возникла позднее.

При этом определением Арбитражного суда Красноярского края от 09.07.2018 по делу №А33-11017-39/2015 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО «Краснокаменский рудник» ФИО1 об изменении календарной очередности погашения текущих требований кредиторов второй очереди, согласно которому заявитель просил изменить календарную очередность погашения текущих требований кредиторов второй очереди в отношении обязательств ОАО «Краснокаменский рудник» по погашению заработной платы в приоритетном порядке, а также определить, что расчеты с иными кредиторами, относящиеся ко второй очереди удовлетворения необходимо производить в порядке календарной очередности после погашения требований по заработной плате отказано.

Доводы арбитражного управляющего об обоснованности оставления работников в штате предприятия и сохранения за ними заработной платы были предметом рассмотрения дела №А33-24219/2017 и не имеют правового значения при рассмотрении настоящего дела, поскольку арбитражному управляющему вменяется нарушение календарной очередности удовлетворения требований кредиторов второй очереди, а не необоснованность сохранения штата сотрудников.

Более того, само по себе присвоение имуществу должника статуса опасного объекта автоматически не является основанием для нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов. Представленные ответчиком в материалы дела план-схема, письма и пр. документы, подтверждающие, по мнению ответчика, опасность объектов должника не устраняют виновность арбитражного управляющего в выявленном административном правонарушении.

Также не устраняет виновность арбитражного управляющего в выявленном административном правонарушении и факт того, что протоколом №66 от 18.12.2017 по результатам совещания по вопросу погашения задолженности по заработной плате принято решение рекомендовать конкурсному управляющему ускорить погашение задолженности по заработной плате и принять рекомендации о возможности погашения задолженности по заработной плате со специального счета залогового кредитора и приоритетности погашения задолженности по заработной плате перед уплатой НДФЛ, поскольку данные решения носят рекомендательных характер, которые не освобождают конкурсного управляющего от обязанности по погашению задолженности в очередности, установленной статьёй 134 Закона о банкротстве. Указание прокуратуры и контролирующих органов на необходимость ликвидации задолженности по заработной плате не означает, что погашение задолженности необходимо осуществлять с нарушением очередности, установленной статьей 134 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ.

Отклоняются судом и доводы арбитражного управляющего относительного того, что нарушение очередности вызвано не по вине арбитражного управлявшего, а исключительно в результате бездействия уполномоченного органа по не выставлению к расчетному счету инкассовых поручений по страховым взносам, поскольку конкурсный управляющий действуя добросовестно и разумно на момент осуществления спорных платежей по заработной плате не мог не знать о наличии более приоритетной задолженности перед уполномоченным органом, учитывая, что такие нарушения совершены конкурсным управляющим не впервые. Кроме того, конкурсный управляющий обязан формировать платежные документы самостоятельно в очередности, установленной статьей 134 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ, вне зависимости от действий фискальных органов.

При этом, суд соглашается с позицией арбитражного управляющего относительно того, что определение Арбитражного суда Красноярского края от 09.11.2018 по делу №А33-11017-42/2015 не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего дела, поскольку при исследовании в судебном заседании материалов обособленного спора №А33-11017-42/2015 судом установлено, что нарушения очередности расчетов с кредиторами совершены в разные периоды времени: в 2017 году по делу А33-11017-42/2015 и в 2018 году по настоящему делу. В рамках обособленного спора №А33-11017-42/2015 платежные поручения являющиеся предметом настоящего дела не выступали предметом заявленных требований жалобы ФНС России, в связи с чем, не могли быть рассмотрены судом и положены в основу судебного акта. Вместе с тем отсутствие преюдициальности не означает отсутствие в действиях арбитражного управляющего вменяемого ему правонарушения, учитывая однородность совершенных правонарушений только в разные периоды времени.

Более того судом установлено, что определением Арбитражного суда Красноярского края от 18.08.2017 по делу №А33-11017-32/2015 признаны незаконными действия конкурсного управляющего ОАО «Краснокаменский рудник» ФИО1, выразившиеся в нарушении очередности выплат по текущим платежам, связанным с обеспечением сохранности имущества должника, а также по выплате заработной платы работникам должника, произведенным преимущественно перед удовлетворением требований ФИО4

Таким образом, учитывая наличие определения от 18.08.2017 по делу №А33-11017-32/2015, где судом ранее уже была высказана позиция относительно отступления конкурсным управляющим от очередности, предусмотренной статьей 134 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен был руководствоваться при исполнении своих обязанностей выводами, изложенными в данном судебном акте, и впоследствии не допускать нарушение удовлетворения требований по текущим платежам, в том числе и перед уполномоченным органом.

Отклоняются судом и доводы арбитражного управляющего относительного того, что оплата задолженности по заработной плате по платежным поручениям №№381-383 от 30.08.2018 осуществлена в пределах 20% от залоговой выручки, на основании следующего.

Действительно, как ранее указано судом, с залогового счета должника №40702810031000008197 по платежному поручению №381 от 30.08.2018 на сумму 732 163,63 руб. погашена задолженность по заработной плате за октябрь 2016 года; по платежному поручению №382 от 30.08.2018 на сумму 1 412 728,66 руб. погашена задолженность по заработной плате за ноябрь 2016 года; по платежному поручению №383 от 30.08.2018 на сумму 629 345,95 руб. погашена задолженность по заработной плате за декабрь 2016 года.

Согласно пункту 1 статьи 138 Закона о банкротстве из средств, вырученных от реализации предмета залога, семьдесят процентов направляется на погашение требований кредитора по обязательству, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов. Денежные средства, оставшиеся от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет должника в следующем порядке:

двадцать процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника для погашения указанных требований;

оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" в соответствии с пунктом 1 статьи 138 Закона о банкротстве из средств, вырученных от реализации предмета залога, 70 процентов направляется на погашение требований кредитора по обязательству, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов (платы за пользование деньгами). Оставшиеся 30 процентов вносятся на специальный банковский счет должника.

С данного счета до 20 процентов направляется на погашение требований кредиторов первой и второй очереди (независимо от даты возникновения указанных требований), а также на погашение аналогичных требований, возникших после возбуждения дела о банкротстве. Остальные средства направляются на погашение названных в законе видов текущих платежей - судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей. Судам необходимо учитывать, что в число судебных расходов в соответствии с пунктом 1 статьи 59 Закона о банкротстве включаются также расходы на опубликование сведений в порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве. По смыслу Закона к этой категории текущих платежей относятся также расходы, связанные с продажей заложенного имущества (оплата издержек и вознаграждения организатора торгов и т.п.).

Вместе с тем, в материалы дела не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие, что задолженность по заработной плате по платежным поручениям №№381-383 от 30.08.2018 осуществлена исключительно в пределах 20% от залоговой выручки.

Более того, даже если предположить, что задолженность по заработной плате по платежным поручениям №№381-383 от 30.08.2018 осуществлена в пределах 20% от залоговой выручки, то данное обстоятельство не влияет на выводы суда о нарушении ФИО1 календарной очередности удовлетворения текущих требований кредиторов второй очереди, поскольку нарушение календарной очередности допущено внутри одной второй очереди («горизонтальное» нарушение очередности). Погашая 30.08.2018 задолженность по заработной плате за октябрь-декабрь 2016 года, конкурсным управляющим не погашалась задолженность по страховым взносам за июнь 2015 года и позднее, а также задолженность по НДФЛ за период с июля 2016 года и позднее. То есть, конкурсным управляющим фактически совершены сделки с предпочтением.

С учетом правовой позиции, содержащейся в пункте 18 Обзора, а также требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отступление арбитражным управляющим от очередности исполнения текущих обязательств, предусмотренной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признано обоснованным в случае представления должником достаточных доказательств того, что:

-необходимость отступления от очередности исполнения текущих обязательств, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, обусловлена исключительными обстоятельствами рассматриваемого дела о банкротстве (в случае неотступления от очередности возникает вероятность техногенной и (или) экологической катастрофы, прекращения эксплуатации объектов, используемых для обеспечения социально значимых объектов, необходимых для жизнеобеспечения граждан, и т.п. с учетом положений пункта 6 статьи 129, абзаца второго пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве) и (или) неразрывно связана с обеспечением сохранности имущества должника;

-отступление от очередности в данном исключительном случае носит временный характер и обусловлено отсутствием необходимого размера денежных средств для исполнения обязанностей в календарной очередности, а также отсутствием вероятности поступления денежных средств в конкурсную массу в предстоящий период, в течение которого арбитражным управляющим предлагается отступить от установленной пунктом 2 статьи 134 Законом о банкротстве очередности исполнения текущих обязательств. При этом временные рамки и длительность периода, на который необходимо отступление от очередности, рассчитаны и доказательно обоснованы. При этом статьи расходов (затрат) предприятия, по которым в силу абзаца второго пункта 1 статьи 134 Закона о банкротств предлагается отступить от очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, должны быть доказательно обоснованы и количественно определены (как по сумме таких расходов (затрат), так и по периоду времени, на который требуется отступление от очередности);

-имеется возможность восстановления очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, в дальнейшем;

-отсутствует факт причинения убытков добросовестным кредиторам должника и т.д.

Указанные выше обстоятельства о необходимости отступления от очередности уплаты текущих платежей должны быть документально подтверждены арбитражным управляющим.

Непредставление арбитражным управляющим достаточных доказательств свидетельствует об отсутствии экономических оснований для отступления от очередности уплаты текущих платежей, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

В пункте 18 Обзора, согласно которой цель конкурсного производства заключается в последовательном проведении мероприятий по формированию конкурсной массы и ее реализации для проведения расчетов с кредиторами. Поэтому срок, в течение которого может сохраняться производственная деятельность должника в данной процедуре, должен соотноситься с периодом времени, необходимым и достаточным для выполнения эффективным арбитражным управляющим упомянутых процедур, направленных на выявление и реализацию имущества (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2016 по делам № 307-ЭС14-8417, №306-ЭС16-1979).

Таким образом, арбитражным управляющим не доказано в чем выражается исключительность случая. Арбитражным управляющим не доказано наличие экстраординарных оснований для отступления от установленной законом очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим обязательствам. Доказательства, опровергающие данный вывод суда, в материалы дела не представлены.

Таким образом, ФИО1 при наличии задолженности перед бюджетной системой Российской Федерации и внебюджетными фондами по страховым взносам за июнь 2015 года – март 2018 года и по НДФЛ за период с июля 2016 года по март 2018 года, в случае недостаточности денежных средств должен был осуществить погашение задолженности пропорционально между всеми кредиторами второй очереди, а в случае недостаточности денежных средств, исходя из возникновения календарной очередности, следовательно, в первую очередь должно было быть осуществлено погашение обязательств перед ФНС России, возникших с 2015 года, и только после этого следовало приступить к погашению задолженности по заработной плате, которая возникла с 2016 года.

Учитывая изложенное, арбитражный суд приходит к выводу о доказанности прокурором нарушения арбитражным управляющим ФИО1 календарной очередности, удовлетворения требований кредиторов второй очереди текущих платежей, предусмотренной статьей 134 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)».

Следующим основанием для привлечения арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности прокурор указывает на нарушение очередности выплаты задолженности по текущим платежам перед ООО ЧОП «Тамерлан».

Очередность удовлетворения требований кредиторов должников установлена статьей 134 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего дела о банкротстве, требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности:

- в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц;

- во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий;

- в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта;

- в четвертую очередь удовлетворяются требования по эксплуатационным платежам (коммунальным платежам, платежам по договорам энергоснабжения и иным аналогичным платежам);

- в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам.

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Как указывает заявитель, конкурсным управляющим ФИО1 в составе первой очереди текущих платежей осуществлено погашение задолженности перед ООО «ЧОП «Тамерлан» по платежным поручениям №504 от 16.11.2018 в сумме 266 798,40 руб. по услугам за октябрь 2018 года, №428 от 26.09.2018 на сумму 266 798,40 руб. по услугам за август 2018 года, №305 от 31.07.2018 на сумму 258 192,40 руб. по услугам за июнь 2018 года, №257 от 19.06.2018 на сумму 242 544 руб. по услугам за май 2018 года, №288 от 04.07.2018 на сумму 24 254 руб. по услугам за май 2018 года, №334 от 06.08.2018 от 06.08.2018 на сумму 266 798,40 руб. по услугам за июль 2018 года, №556 от 14.12.2018 на сумму 258 192 руб. по услугам за ноябрь 2018 года, №466 от 15.10.2018 на сумму 258 192 руб. по услугам за сентябрь 2018 года.

Как следует из материалов дела, вышеперечисленные обязательства возникли в результате заключения между ОАО «Краснокаменский рудник» в лице конкурсного управляющего ФИО1 (заказчик) и ООО Частное охранное предприятие «Тамерлан» (исполнитель) договора №1/К от 04.04.2017 на оказание услуг по охране общественного порядка на объектах ОАО «Краснокаменский рудник».

Вместе с тем, Закон о банкротстве не относит организацию, оказывающую охранные услуги, к числу специалистов, привлечение которых в ходе конкурсного производства является обязательным в силу закона.

Таким образом, учитывая, что требования об оплате охранных услуг, организации привлеченной арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, подлежат удовлетворению в третью очередь (абзац 4 пункта 2 статьи 134 закона N 127-ФЗ), а задолженность по текущим налоговым платежам по НДФЛ и страховым взносам на ОПС относится ко второй очереди текущих платежей (абзац 5 пункта 2 статьи 134 Закона N 127-ФЗ), т.е. является приоритетной, то суд приходит к выводу о нарушении ФИО1 очередности погашения текущей задолженности («вертикальное» нарушение очередности).

Следовательно, при наличии неисполненных текущих требований кредиторов второй очереди, конкурсным управляющим ФИО1 в нарушение статьи 134 Закона о банкротстве осуществлено погашение текущих требований кредиторов третьей очереди. Указанные действия нарушают права уполномоченного органа и работников должника на своевременное и полное удовлетворение своих требований в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Услуги охраны ООО ЧОП «Тамерлан», согласно представленным платежным поручениям, оплачены конкурсным управляющим с залогового счета, как услуги, направленные на обеспечение сохранности предмета залога в соответствии с п. 6 ст. 138 Федерального закона «О банкротстве».

Вместе с тем, согласно договору №1/к на оказание услуг по охране общественного порядка от 04.04.2017, заключенному между ОАО «Краснокаменский рудник» и ООО ЧОП «Тамерлан», предметом данного договора является обеспечение охраны общественного порядка объектов ОАО «Краснокаменский рудник», что не соответствует предмету правоотношений по охране предмета залога и является более широким по объему обязательством, чем обеспечение сохранности исключительно залогового имущества. Перечень объектов заложенного имущества не является приложением к договору. Также перечень объектов, подлежащих охране ООО ЧОП «Тамерлан», не представлен арбитражным управляющим в подтверждение его доводов при рассмотрении настоящего дела.

Приведенные обстоятельства позволяют сделать вывод, что за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, были оплачены услуги ООО ЧОП «Тамерлан», не совпадающие по предмету и объему с услугами по обеспечению сохранности предмета залога. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Доказательства того, что ООО ЧОП «Тамерлан» охраняло только предметы залога и не охраняло незалоговое имущество не представлены. Доказательства того, что у должника в наличии имеется только залоговое имущество и отсутствует незалоговое имущество также не представлены.

Изложенное опровергает довод арбитражного управляющего о наличии основания для оплаты услуг ООО ЧОП «Тамерлан» исключительно в соответствии с п. 6 ст. 138 Федерального закона «О банкротстве».

Доводы арбитражного управляющего о том, что нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов обусловлено тем, что должник является предприятием горнодобывающей промышленности и владеет опасными производственными объектами, в связи с чем расходы по охране являются расходами по недопущению возникновения техногенной и (или) экологической катастрофы либо гибели людей, соответственно, подлежат погашению вне очереди преимущественно перед любыми другими требованиями кредиторов по текущим платежам ранее оценены судом и признаются необоснованными по аналогичным мотивам.

Учитывая изложенное, арбитражный суд приходит к выводу о доказанности прокурором нарушения арбитражным управляющим ФИО1 очередности, удовлетворения требований кредиторов, предусмотренной статьей 134 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)».

Также прокурор в постановлении о возбуждении от 23.04.2019 указывает на нарушение арбитражным управляющим ФИО1 очередности удовлетворения требований кредиторов в отношении ООО «Юридическая компания «Оптимальное решение».

Как указывает заявитель, конкурсным управляющим ФИО1 в составе первой очереди текущих платежей осуществлено погашение задолженности перед ООО «Юридическая компания «Оптимальное решение» по платежным поручениям №299 от 11.07.2018 (услуги за июнь-июль 2018 года), №402 от 30.08.2018 (услуги за август 2018 года), №424 от 24.09.2018 (услуги за сентябрь 2018 года), №530 от 13.11.2018 (услуги за октябрь 2018 года), №554 от 10.12.2018 (услуги за ноябрь 2018 года)., №575 от 26.12.2018 (услуги за декабрь 2018 года).

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что спорные платежи осуществлены с залогового счета должника.

Ответчиком в материалы дела представлено соглашение от 01.06.2018, заключенное между ОАО «Краснокаменский рудник» в лице конкурсного управляющего ФИО1 (заказчик) ООО «Юридическая компания «Оптимальное решение» (исполнитель) и Компанией LOFTYSTAND (HONGKONG) LIMITED (залоговый кредитор), по условиям которого исполнитель принимает на себя обязательства оказывать юридические услуги в рамках процедуры банкротства ОАО «Краснокаменский рудник», а залоговый кредитор принимает на себя обязательство по финансированию данных юридических услуг в порядке, предусмотренном п.7 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 №91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве».

Оплата услуг лиц, решение о привлечении которых принято собранием кредиторов, осуществляется за счет средств кредиторов, проголосовавших за такое решение, пропорционально размерам их требований, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов, за исключением случаев, если одним кредитором или несколькими кредиторами приняты на себя обязанности по оплате услуг указанных лиц (пункт 7 статьи 20.7 Закона о банкротстве).

В абзаце 2 пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве" установлено, что согласно пункту 1 статьи 59 Закона о банкротстве все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, которая была отсрочена или рассрочена, расходы на опубликование сведений в порядке, установленном статьей 28 Закона, и расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим в деле о банкротстве и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности (далее - расходы по делу о банкротстве), относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди.

В случае временного отсутствия у должника достаточной суммы для осуществления расходов по делу о банкротстве арбитражный управляющий либо с его согласия кредитор, учредитель (участник) должника или иное лицо вправе оплатить эти расходы из собственных средств с последующим возмещением за счет имущества должника (пункт 3 настоящего Постановления). Лицо, финансирующее расходы по делу о банкротстве за счет собственных средств, не связано при этом очередностью удовлетворения текущих требований (пункт 2 статьи 134 Закона о банкротстве). Оно вправе непосредственно уплатить необходимую сумму текущему кредитору; предварительного перечисления им денег на основной счет должника (статья 133 Закона о банкротстве) и последующего перечисления их текущему кредитору именно должником не требуется. Требование такого лица о возмещении уплаченных им сумм за счет должника относится к той же очереди текущих платежей, к которой относилось исполненное им текущее обязательство должника; при его удовлетворении следует учитывать разъяснения, данные в пункте 3 настоящего постановления. Сведения о такой оплате расходов также включаются в отчеты арбитражного управляющего (пункт 6 настоящего постановления).

В своем отзыве арбитражный управляющий указывает, что оплата спорных платежей осуществлялась за счет средств, предназначенных для перечисления залоговому кредитору, перечисляемых по его поручению на счет третьего лица - ООО «Юридическая компания «Оптимальное решение» в счет взаиморасчетов. Доказательств, обратного в материалы дела не представлено.

На основании изложенного, учитывая наличие соглашения от 01.06.2018, суд приходит к выводу, что нарушение очередности по выплате текущих платежей в отношении ООО «Юридическая компания «Оптимальное решение» не допущено. Залоговый кредитор, финансирующий расходы по делу о банкротстве за счет собственных средств, не связан очередностью удовлетворения текущих требований (пункт 2 статьи 134 Закона о банкротстве). Залоговый кредитор в данном случае после оплаты услуг юридической компании занял её место в очереди текущих платежей. При этом, в рассматриваемом случае не имеет правового значения факт того, что платежи совершены с залогового счета должника, а не залоговым кредитором со своего счета напрямую привлечённому специалисту, т.к. такие платежи совершены по соглашению с залоговым кредитором от 01.06.2018 из залоговой выручки.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что заявитель не доказал нарушение арбитражным управляющим законодательства о банкротстве, выразившееся в нарушении очередности в данной части. При таких обстоятельствах, основания для привлечения к административной ответственности арбитражного управляющего ФИО1 по данному эпизоду в указанной части отсутствуют.

В соответствии с частью 2 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления о привлечении к административной ответственности арбитражный суд принимает решение о привлечении к административной ответственности или об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

В соответствии с частями 1, 4 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Вина арбитражного управляющего как физического лица в форме умысла или неосторожности должна быть установлена и доказана административным органом в соответствии со статьей 2.2 КоАП РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2 названной статьи).

ФИО1, являясь арбитражным управляющим, прошел обучение по утвержденной программе подготовки арбитражных управляющих, знал о наличии установленных в Законе о банкротстве обязанностей, знал о порядке погашения требований кредиторов. установленного статьей 134 Закона о банкротстве.

Арбитражный управляющий не представил суду пояснений и доказательств, подтверждающих своевременное принятие им необходимых мер по соблюдению вышеуказанных требований законодательства о несостоятельности (банкротстве), либо наличие объективных препятствий для своевременного исполнения возложенных на него как профессионального участника правоотношений в сфере законодательства о банкротстве обязанностей.

Таким образом, суд усматривает в действиях арбитражного управляющего наличие вины в форме косвенного умысла, поскольку тот знал об установленных требованиях законодательства, предвидел возможность наступления неблагоприятных последствий, не желал, но сознательно допускал эти последствия либо относился к ним безразлично.

Согласно статье 2.9 КоАП при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

В пункте 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" разъяснено, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

В соответствии с пунктом 18.1 названного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 настоящего Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано.

Таким образом, малозначительность может иметь место только в исключительных случаях, устанавливается в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Критериями для определения малозначительности правонарушения являются объект противоправного посягательства, степень выраженности признаков объективной стороны правонарушения, характер совершенных действий и другие обстоятельства, характеризующие противоправность деяния. Также необходимо учитывать наличие существенной угрозы или существенного нарушения охраняемых правоотношений.

Существенная угроза охраняемым общественным отношениям совершенного арбитражным управляющим правонарушения заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий правонарушения, а в пренебрежительном отношении к исполнению своих публично-правовых обязанностей, к формальным требованиям публичного права.

Вместе с тем, в ходе осуществлении процедуры банкротства арбитражный управляющий не только защищает интересы кредиторов, но и осуществляет защиту публично-правовых интересов, выражающихся в реализации публичной функции и защите стабильности гражданского оборота.

Роль арбитражного управляющего определена в частности, в Постановлении от 14 января 2010 года Первой секции (Палаты) Европейского суда по правам человека (дело ФИО5 против России (Kotov v. Russia) № 54522/00). Европейский суд подчеркнул, что назначенный арбитражным судом конкурсный управляющий является «представителем государства». На основе анализа правового статуса конкурсного управляющего Европейский суд по правам человека пришел к выводу, что конкурсные управляющие назначаются судом для осуществления под его наблюдением конкурсного производства и, следовательно, осуществляют функции публичной власти.

Вместе с тем, особая роль арбитражного управляющего в публичных правоотношениях, по мнению суда, не исключает возможности признания совершенных им деяний малозначительными.

На данную возможность прямо указано в Определении Конституционного Суда РФ от 06.06.2017 № 1167-О «По запросу Третьего арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности положения части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Соблюдение конституционных принципов справедливости и соразмерности при назначении административного наказания законодательно обеспечено возможностью назначения одного из нескольких видов административного наказания, установленного санкцией соответствующей нормы закона за совершение административного правонарушения, наличием широкого диапазона между минимальным и максимальным пределами административного наказания и, кроме того, возможностью освобождения лица, совершившего административное правонарушение, от административной ответственности в силу малозначительности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2009 года № 919-О-О).

Приведенные правовые позиции общего характера применимы и в отношении действующей редакции статьи 14.13 КоАП Российской Федерации, ее части 3.1, в той мере, в какой ее санкция предполагает усмотрение суда в вопросе о выборе срока дисквалификации в диапазоне между минимальным и максимальным ее сроками (от шести месяцев до трех лет), а также не препятствует освобождению лица, совершившего административное правонарушение, от административной ответственности при малозначительности совершенного правонарушения.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП Российской Федерации не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным данным Кодексом; возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность; так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП Российской Федерации ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий (пункт 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях»).

Оценив характер и степень общественной опасности совершенных правонарушений, роль правонарушителя, суд не усматривает в совершенных арбитражным управляющим правонарушениях признаков малозначительности в силу следующего.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 N 122-О указал, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

Совершенное управляющим правонарушение посягает на урегулированные законодательством Российской Федерации порядок в сфере общественных отношений, связанных с несостоятельностью (банкротством) организаций и граждан - участников имущественного оборота, влечет возникновение риска причинения ущерба имущественным интересам кредиторов.

Общественная опасность правонарушений, предусмотренных частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, заключается в пренебрежительном отношении арбитражных управляющих к исполнению своих публично-правовых обязанностей, поскольку в соответствии с положениями Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую настоящим Федеральным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.

В материалы дела арбитражным управляющим не представлены доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что им были приняты все необходимые и достаточные меры, направленные на недопущение выявленных нарушений.

Исключительные обстоятельства, свидетельствующие о наличии предусмотренных статьей 2.9 КоАП РФ признаков малозначительности совершенного административного правонарушения, не установлены; арбитражным управляющим доказательства наличия исключительных обстоятельств суду не представлены.

Нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов при неподтверждении экстраординарных обстоятельств, которые бы позволили отступить от установленной законом очередности удовлетворения конкретных требований кредиторов по текущим обязательствам, не нарушая прав и законных интересов ФНС России, влечет нарушение прав и законных интересов государства, правомерно претендующего на получение текущих платежей по страховым взносам и НДФЛ в порядке очередности, установленной законом. Указанные нарушения негативным образом отражаются на выполнении Российской Федерацией социальных обязательств перед гражданами, т.к. такие обязательства исполняются через бюджетные ассигнования. Нарушение очередности удовлетворения требований работников должника по заработной плате является также существенным, т.к. работники вправе претендовать на получение заработной платы не только в полном объеме, но и своевременно, поскольку только своевременно выплаченная заработная плата позволяет работнику удовлетворять свои ежедневные потребности в питании, жилище, отдыхе и т.д. Отменить указанные потребности не представляется возможным, следовательно, в отсутствие заработной платы источником их удовлетворения остается только обязательственное правоотношение с третьими лицами (займы, кредиты и т.д.).

При изложенных обстоятельствах допущенные арбитражным управляющим административные правонарушения не являются малозначительными.

Доводы арбитражного управляющего о необходимости освобождения его от ответственности по мотиву того, что он действовал в состоянии крайней необходимости отклоняются судом на основании следующего.

В силу пункта 3 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ действия лица, совершенные в состоянии крайней необходимости, относятся к числу обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении.

В соответствии со статьи 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.

Таким образом, лицо, совершившее административное правонарушение, освобождается от административной ответственности, если оно своими действиями пыталось предотвратить опасность, угрожавшую общегосударственным интересам или законным интересам субъектов частного права. При этом опасность могла быть устранена только в результате совершения административного правонарушения, а причиненный вред должен быть менее значим, чем вред предотвращенный.

Для признания состояния крайней необходимости необходимо наличие всех вышеуказанных признаков.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие, что арбитражный управляющий, нарушая очередность удовлетворения требований кредиторов, действовал в состоянии крайней необходимости. Доводы арбитражного управляющего о том, что нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов обусловлено тем, что должник является предприятием горнодобывающей промышленности и владеет опасными производственными объектами, в связи с чем, спорные платежи совершены в целях недопущения возникновения техногенной и (или) экологической катастрофы либо гибели людей, соответственно, подлежат погашению вне очереди преимущественно перед любыми другими требованиями кредиторов по текущим платежам ранее оценены судом и признаны необоснованными.

Из материалов дела следует, что по факту допущенных арбитражным управляющим нарушений Закона о банкротстве прокурор просит назначить арбитражному управляющему наказание по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Судом установлено, что ранее арбитражный управляющий привлекался к административной ответственности за административные правонарушения, предусмотренные частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, на основании решения Арбитражного суда Красноярского края от 13.03.2018 по делу №А33-24219/2017 (оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 08.06.2018), решения Арбитражного суда Красноярского края от 03.07.2018 по делу №А33-7071/2018 (оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.09.2018).

Статьей 4.6 Кодекса предусмотрено, что лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Красноярского края от 13.03.2018 по делу №А33-24219/2017 арбитражный управляющий ФИО1 привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 25 000 руб. (решение вступило в законную силу 08.06.2018). Решением Арбитражного суда Красноярского края от 03.07.2018 по делу №А33-7071/2018 арбитражный управляющий ФИО1 привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 25 000 руб. (решение вступило в законную силу 25.09.2018).

Таким образом, за период с 19.06.2018 по 14.12.2018 (даты совершения правонарушений, рассматриваемых в рамках настоящего дела) срок, предусмотренный статьей 4.6 КоАП РФ, не мог истечь по объективным причинам.

Следовательно, в период с 19.06.2018 по 14.12.2018 ФИО1 считается подвергнутым административному наказанию решением Арбитражного суда Красноярского края от 13.03.2018 по делу №А33-24219/2017, решением Арбитражного суда Красноярского края от 03.07.2018 по делу №А33-7071/2018. То есть, на момент совершения вменяемых по настоящему делу нарушений ФИО1 привлекался к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Данный факт является обстоятельством подтверждающим повторность совершения административного правонарушения.

Ранее часть 3 статьи 14.13 КоАП РФ предусматривала административную ответственность за неисполнение арбитражным управляющим или руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния в виде наложения административного штрафа на арбитражного управляющего или руководителя временной администрации кредитной или иной финансовой организации в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до трех лет.

Вместе с тем, пп."б" п. 2 ст. 9 Федерального закона от 29.12.2015 N 391-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" ст.14.13 КоАП РФ дополнена частью 3.1 следующего содержания:

"3.1. Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет; наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от трехсот пятидесяти тысяч до одного миллиона рублей".

Закон N 391-ФЗ вступил в силу 29.12.2015 (п. 1 ст. 23 Закона N 391-ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 1.7 КоАП РФ лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения.

Вменяемые арбитражному управляющему ФИО1 правонарушения совершены в период с 19.06.2018 по 14.12.2018. На указанные даты ответственность арбитражного управляющего, имеющая квалифицирующий признак в виде повторности, была установлена Федеральным законом от 29.12.2015 №391-ФЗ в указанной выше редакции.

Ответственность за совершение правонарушения по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ с отягчающим признаком в виде повторности после 29.12.2015, влечет квалификацию совершенного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Судом установлено, что рассматриваемые правонарушения имели место после 29.12.2015. Для рассмотрения вопроса о наличии или отсутствии квалифицирующего признака необходимо установление факта совершения привлекаемым к административной ответственности лицом, повторно однородного административного правонарушения (пункт 2 части 1 статьи 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях). При этом, КоАП РФ, определяя критерии повторности, устанавливает лишь такие требования как: однородность правонарушений и факт совершения в течение срока для привлечения к ответственности. Требование об учете в качестве повторных правонарушений лишь тех деяний, которые имели место после изменения санкции, действующими положениями КоАП РФ, не предусмотрено.

В пунктах 10.3, 10.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» разъяснено, что ответственность по статье 264.1 УК РФ наступает при условии, если на момент управления транспортным средством в состоянии опьянения водитель является лицом, подвергнутым административному наказанию по части 1 или 3 статьи 12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством в состоянии опьянения или по статье 12.26 КоАП РФ за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения либо имеет судимость за совершение преступления, предусмотренного частями 2, 4 или 6 статьи 264 или статьей 264.1 УК РФ. При этом следует иметь в виду, что лицо, привлекаемое к ответственности, может отвечать как одному из указанных условий, так и их совокупности. В силу статьи 4.6 КоАП РФ лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления. В связи с этим суду надлежит выяснить, исполнено ли постановление о назначении лицу административного наказания по части 1 или 3 статьи 12.8 или по статье 12.26 КоАП РФ и дату окончания исполнения указанного постановления, не прекращалось ли его исполнение, не истек ли годичный срок, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, не пересматривались ли постановление о назначении лицу административного наказания и последующие постановления, связанные с его исполнением, в порядке, предусмотренном главой 30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Названные разъяснения не указывают на необходимость установления момента совершения первого правонарушения. Правовое значение имеет то обстоятельство, что лицо ранее было подвергнуто административному наказанию за совершение однородного правонарушения, и на момент совершения повторного деяния не истек срок, установленный ст. 4.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию.

Приведенные разъяснения Верховного Суда, по мнению суда первой инстанции, подлежат учету при рассмотрении дел о привлечении к административной ответственности по статье 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку в качестве квалифицирующего признака состава правонарушения, установленного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривают повторность совершения правонарушения.

В данном случае арбитражный управляющий, совершая правонарушение в 2018 году знает (должен был знать), что ответственность за повторное совершение однородного правонарушения установлена частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. О наличии у него ранее совершенных административных правонарушений в области законодательства о несостоятельности (банкротстве), ФИО1 также было известно. Кроме того, ранее действовавшая редакция статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в качестве наказания также предусматривала наказание в виде дисквалификации на срок до трех лет.

В соответствии с частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не подлежат привлечению к административной ответственности лица, совершившие повторное правонарушение до вступления в силу названной нормы Кодекса.

В ходе рассмотрения дела судом установлена повторность совершения правонарушений, что влечет квалификацию содеянного по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с настоящим Кодексом. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Перечень обстоятельств смягчающих административную ответственность содержится в статье 4.2 КоАП РФ и не является исчерпывающим.

Согласно части 3 статьи 4.2 КоАП РФ могут быть предусмотрены иные обстоятельства, смягчающие административную ответственность за совершение отдельных административных правонарушений, а также особенности учета обстоятельств, смягчающих административную ответственность, при назначении административного наказания за совершение отдельных административных правонарушений.

Прокурор указывает на отсутствие обстоятельств смягчающих административную ответственность.

Обстоятельств смягчающих административную ответственность судом также не выявлено.

Перечень обстоятельств отягчающих административную ответственность содержится в статье 4.3 КоАП РФ и является исчерпывающим.

Обстоятельств отягчающих административную ответственность не выявлено.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.03.1998 N 8-П указано, что по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, исходя из общих принципов права, введение ответственности за административное правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 N 11-П).

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2009 N 919-О-О, положения главы 4 "Назначение административного наказания" КоАП РФ предполагают назначение административного наказания с учетом характера совершенного административного правонарушения, личности виновного, имущественного и финансового положения, обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность. Соблюдение конституционных принципов справедливости и соразмерности при назначении административного наказания законодательно обеспечено возможностью назначения одного из нескольких видов административного наказания, установленного санкцией соответствующей нормы закона за совершение административного правонарушения, установлением законодателем широкого диапазона между минимальным и максимальным пределами административного наказания, возможностью освобождения лица, совершившего административное правонарушение, от административной ответственности в силу малозначительности (статья 2.9 КоАП РФ).

Последствия совершенных арбитражным управляющим ФИО1 правонарушений свидетельствуют о нарушении закона, а также установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов. Указанные нарушения нельзя рассматривать в качестве формальных, процедурных проступков. Выполнение обязанностей конкурсного управляющего представляет собой особую публичную деятельность. Роль арбитражного управляющего определена в частности, в Постановлении от 14 января 2010 года Первой секции (Палаты) Европейского суда по правам человека (дело ФИО5 против России (Kotov v. Russia) N 54522/00). Европейский суд подчеркнул, что назначенный арбитражным судом конкурсный управляющий является «представителем государства». На основе анализа правового статуса конкурсного управляющего Европейский суд по правам человека пришел к выводу, что конкурсные управляющие назначаются судом для осуществления под его наблюдением конкурсного производства и, следовательно, осуществляют функции публичной власти.

В соответствии со статьей 3.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, дисквалификация заключается в лишении физического лица права занимать должности в исполнительном органе управления юридического лица, входить в совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, осуществлять управление юридическим лицом в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Дисквалификация устанавливается на срок от шести месяцев до трех лет. Дисквалификация может быть применена к лицам, осуществляющим организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в органе юридического лица, к членам совета директоров (наблюдательного совета), к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, к лицам, занимающимся частной практикой.

Оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный суд пришел к выводу о том, что применение в данном деле иного наказания, чем дисквалификация, не допускается санкцией части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

При этом, совершенное ФИО1 правонарушение посягает на урегулированный законодательством Российской Федерации порядок в сфере общественных отношений, связанных с несостоятельностью (банкротством) организаций и граждан - участников имущественного оборота. Состав административного правонарушения, указанный в части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, является формальным, то есть не предусматривает материально-правовых последствий содеянного, как обязательной составляющей объективной стороны правонарушения. Правонарушение считается оконченным независимо от наступления вредных последствий.

При назначении административного наказания с учетом требований статей 4.1, 4.2, 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях арбитражный суд принял во внимание характер совершенных правонарушений и их количество, личность виновного, наличие повторности совершения правонарушения, отсутствие обстоятельств смягчающих и отягчающих административную ответственность. В связи с чем, соответствующим совершенным арбитражным управляющим правонарушениям, с учетом всех подлежащих учету обстоятельств, является административное наказание в виде дисквалификации на минимально установленный законом срок - шесть месяцев. Данный вид наказания исключит совершение новых правонарушений арбитражным управляющим ФИО1 в период дисквалификации, что соответствует цели административного наказания. Назначенное ФИО1 административное наказание в данной ситуации согласуется с его предупредительными целями (статья 3.1 КоАП РФ), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 176, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

Заявление прокурора Курагинского района Красноярского края удовлетворить.

Привлечь арбитражного управляющего ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, зарегистрированного по адресу: <...>) к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначив административное наказание в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Настоящее решение может быть обжаловано в течение 10 дней после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

М.С. Шальмин