Решение от 17 апреля 2023 г. по делу № А27-8960/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул, д. 8, Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru,E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

тел.(384-2) 45-10-82 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-8960/2022
город Кемерово
17 апреля 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 11 апреля 2023 года. Полный текст решения изготовлен 17 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе: судьи Переваловой О.И., при ведении протокола судебного и аудиозаписи судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев открытом судебном заседании дело по иску акционерного общества "Обогатительная фабрика "Антоновская", Кемеровская область - Кузбасс, Новокузнецкий район, Чистогорский поселок, ОГРН: <***>, ИНН: <***>,

к обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "ЕВРАЗ Междуреченск", г. Москва, ОГРН: <***>, ИНН: <***>,

о взыскании 127 410 000 руб. убытков

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью "Распадская угольная компания", г. Новокузнецк, ОГРН: <***>, ИНН: <***>,

общество с ограниченной ответственностью "Группа Сибуглемет", г. Москва, ОГРН: <***>, ИНН: <***>,

акционерное общество "ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат", г. Новокузнецк, ОГРН: <***>, ИНН: <***>;

Evraz PLC, London

при участии: от истца – ФИО2, адвокат, доверенность от 25.08.22, удостоверение № 9465;

от ответчика – ФИО3, адвокат, представитель, доверенность от 26.09.22, удостоверение № 18714; ФИО4, представитель по доверенности № 5 от 26.09.22, паспорт, диплом;

от третьего лица АО "ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат" - ФИО5, представитель, доверенность от 07.02.23, паспорт, диплом;


от третьего лица Evraz PLC - ФИО4, представитель, доверенность от 12.12.22, паспорт, диплом; ФИО3, адвокат, представитель, доверенность от 12.12.22, удостоверение № 18714;

у с т а н о в и л:

акционерное общество "Обогатительная фабрика "Антоновская" (далее АО «ОФ «Антоновская», Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "ЕВРАЗ Междуреченск" (далее ООО «УК «Евраз Междуреченск», Управляющая организация, ответчик) о взыскании 127 410 000 руб. убытков.

Иск мотивирован необеспечением исполнения Управляющей организацией годового бюджета, выраженное в допущении значительного неисполнения договора об оказании услуг по обогащению рядовых углей и погрузке угольной продукции в вагоны, заключённого с ООО «РУК», входящего в одну с ответчиком конкурирующую группу компаний; полагает поведение ответчика не отвечает критерию разумного и добросовестного, с учетом отсутствия в договоре условия об ответственности заказчика, а также иного понуждения надлежащему исполнению третьим лицом, учитывая, что договор является сделкой с потенциальным конфликтом интересов, в связи с чем, к ней предъявляются повышенные требования, связанные с ее исполнением. Информация открытых источников свидетельствует об отсутствии ООО «РУК» объективной невозможности исполнения договора, следовательно, не исполнение сделки не может быть отнесено к случайному бизнес- риску; недополученное по сделке предъявлено в качестве упущенной выгоды.

Ответчик возражал против иска, указывая на недоказанность причинения вреда в результате недобросовестного и неразумного поведения управляющей организации; напротив, в связи с освобождением объема переработки обусловлено вводом в эксплуатации самостоятельных производственных мощностей обогащения УК Сибирская, которая в 2018 году выступала аналогичным заказчиком услуги, при отсутствии иных контрагентов, предложено включить в бизнес-план и заключить договор ООО «РУК», исполнение которого уменьшило размер предполагаемых убытков, если бы таковой договор не был заключён. Кроме того, ответчиком приняты меры по восполнению бюджета путем привлечения контрагентов по альтернативным загрузкам, объем которых учтен истцом при определении размера убытков; отсутствие мер ответственности в договорах на обогащение является обычной практикой спорных правоотношений, учитывая отсутствие возражений от финансового контролёра при одобрении сделки; отказ ООО «РУК» от исполнения


договора как следует из отзыва третьего лица, обусловлен низким процентом выхода концентрата по сравнению с собственными фабриками. Предложенный вариант восполнения загрузки фабрики сырьем на момент принятия решения являлся оптимальным, объективных препятствий к неисполнению договора не усматривалось. По результатам работы 2019 года принято решение об увеличении загрузки за счет собственных поставок. Считает, что исполнение бюджета для управляющей организации являлось значимым, поскольку от этого зависел размер переменной части вознаграждения. Поскольку финансовые показатели деятельности Общества за 2019 год достигнуты, при этом от Общества не поступило возражений по результатам представленного отчета, отсутствуют основания привлечения управляющей организации к ответственности за не достижение показателей по конкретной сделки, при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что действия последней были направлены на причинение вреда управляемому Обществу. Дополнительно возражает против представленного расчета убытков, полагая необходимым учитывать дельту объема, изменённую цену переработки 1 тонны.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью "Распадская угольная компания", г. Новокузнецк, общество с ограниченной ответственностью "Группа Сибуглемет", г. Москва, акционерное общество "ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат", г. Новокузнецк, Evraz PLC, London.

Согласно отзыву акционерного общества "Евраз объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат", Evraz PLC в целом поддержал позицию ответчика по существу иска.

Согласно отзыву ООО «РУК» договор заключён для обеспечения договорённости по обогащению угля марок ГЖ и Ж на мощностях истца, исполнялся на условиях заключённого договора на основании заявок заказчика, которые исполнялись, впоследствии ООО «РУК» отказался от дальнейшего завоза угля для обогащения в связи с низким процентом выхода концентрата по сравнению с собственными фабриками, отмечая, что отсутствие санкций за недозагрузки согласованных объемов является обычной практикой в области обогащения.

В настоящем судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали вышеизложенные позиции.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса


Российской Федерации, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения иска, при этом исходит из следующего.

Возможность передачи акционерным обществом полномочий единоличного исполнительного органа управляющей компании предусмотрена Законом об акционерных обществах. В соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 69 указанного Закона по решению общего собрания акционеров полномочия единоличного исполнительного органа общества могут быть переданы по договору коммерческой организации (управляющей организации) или индивидуальному предпринимателю (управляющему). При этом такое решение может быть принято только по предложению совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Таким образом, в Законе предусмотрено, что непосредственная передача полномочий единоличного исполнительного органа осуществляется на основании договора, заключаемого между обществом и управляющей компанией. По своей правовой природе данный договор представляет собой договор возмездного оказания услуг, по которому управляющая компания обязуется по заданию общества осуществлять деятельность по управлению обществом, а общество - оплачивать соответствующие услуги (п. 1 ст. 779 ГК РФ), с учетом особенностей установленных нормами корпоративного права.

Как следует из материалов дела между истцом (далее Общество) и ответчиком (далее управляющая компания) заключен договор № 57/15 от 01.12.2015 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества (далее – Договор управления), согласно пункту 1.2 которого Общество передает, а Управляющая организация принимает на себя и осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа Общества, определенные законодательством РФ, Уставом Общества, положениями, регулирующими деятельность органов управления Общества в порядке и на условиях, определенных договором.

29.12.2017 между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение к Договору управления № 8/15 от 01.12.2015 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа АО «ОФ «Антоновская» управляющей организации – ООО «УК «ЕВРАЗ Междечеречнск», в соответствии с которым принята новая редакция договора управления, действующая с 01.01.2018.

Так, пунктом 3.1 Договора управления в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2017 Управляющая организация осуществляет права и исполняет обязанности единоличного исполнительного органа Общества в том объеме и с теми ограничениями, которые определены Договором, в том числе, с учетом ограничений,


предусмотренных Приложением № 2 к Договору, Уставом Общества, Внутренними документами Общества и действующим законодательством.

Управляющая организация заботится о делах Общества, действует в его интересах, осуществляет права и исполняет обязанности в отношении Общества при осуществлении полномочий его единоличного исполнительного органа добросовестно и разумно, обеспечивая надлежащее, квалифицированное ведение дел Общества, защиту его права и интересов в той степени, в которой бы Управляющая организация вела и защищала свои собственные интересы (пункт 3.2 Договора управления).

В порядке пункта 13.4 договора управления, уведомлением № 303/2 от 18.05.2020 управляющей организацией реализовано право на односторонний отказ от договора управления, в связи с чем, по правилам пунктов 1, 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации договор управления прекратил свое действие с 15.11.2020.

Как следует из пояснений истца, после расторжения договора управления им выявлено неисполнение сделки с потенциальным конфликтом интересов, заключённой с соблюдении процедуры корпоративного одобрения, вместе с тем повлекшей причинение Обществу убытков, заявленных ко взысканию в рамках настоящего дела.

Согласно пункту 3.5.14 Договора управления, управляющая организация приняла на себя обязанность обеспечивать выполнение Бизнес-плана, годового бюджета Общества и иных документов, предусмотренных пунктом 3.5.13 договора.

В свою очередь, пунктом 3.5.13 договора предусмотрено, что управляющая организация обеспечивает подготовку форм проектов документов/или проекту документов, подготовленных на основании обязательных форм (в том числе, но не ограничиваясь, подготовку форм и/или проектов Бизнес-Плана, Годового Бюджета, отчетности управляющей организации в соответствии со статьей 7 договора, инвестиционной программы, финансовой, технической, производственной, тендерной, маркетинговой, кадровой политики, политики системы оплаты труда, организационной структуры Общества и иных документов, которые необходимы для или в связи с деятельностью Общества), а также обеспечивает их вынесение на утверждение соответствующими органами управления Общества.

Так, под «годовым бюджетом» в соответствии с пунктом 1.2 договора понимается документ, утверждаемый Советом директоров Общества и содержащий в частности подробный план деятельности, совокупность производственных и операционных показателей, прогнозные отчеты о прибылях и убытках и движение


денежных средств, инвестиционную программы, а также целевые показатели результатов хозяйственной деятельности на предстоящий календарный год, с учетом положений пункта 7.3.

Из пункта 7.3 следует, что Управляющая организация осуществляет подготовку и последующее согласование годового бюджета на будущий год; разрабатывает процедуры подготовки и порядок реализации процесса бюджетирования в Обществе (пункт 7.3.1). В рамках утверждённого Годового бюджета осуществляет управление текущей деятельностью Общества и решает все вопросы отнесенные Уставом Общества и действующим законодательством к компетенции единоличного исполнительного органа.

Исходя из буквального толкования приведенного понятия «Годового бюджета», арбитражный суд соглашается с доводом ответчика о том, что «Годовой бюджет» является внутренним документом Общества и свидетельствует о намерении юридического лица осуществить указанную в нем деятельность и носит прогнозный характер, в связи с чем его неисполнение само по себе не подтверждает факт недополученных доходов и причинение убытков.

Таким образом, неисполнение годового бюджета в целом или его составной части не исключает обстоятельство того, что такое неисполнение обусловлено следствием обычного предпринимательского риска.

Из пункта 1.2 договора управления также следует определение «Финансового контролёра» – означает ООО «Группа Сибуглемет», осуществляющее свои функции и полномочия в порядке, предусмотренном договором на основании договора оказания финансовых услуг.

В свою очередь, в материалы дела представлен договор оказания услуг по финансовому контролю от 29.12.2017 между истцом (Общество) и ООО «Группа Сибуглемет» (Финансовый контролер), который осуществляет функции контроля за деятельностью Управляющей организации, обеспечивая предоставление Совету директоров Общества дополнительной информации, для принятия им решений в объеме, предусмотренном договором, в том числе в рамках выполнения функций, Финансовый контролер предоставляет пояснения Совету директоров Общества при рассмотрении им Бизнес-Плана, годового бюджета, отчетности, подготавливаемой Управляющей организацией, в соответствии с договором управления, в том числе анализа финансово-экономического состояния Общества, эффективности управления активами Общества, анализа выручки, производственных и иных расходов и затрат, капитальных вложений; осуществляет мониторинг движения финансовых ресурсов


Общества и регулирования финансовых отношений в целях наиболее эффективного использования всех видов ресурсов в процессе производства и реализации продукции (товаров, услуг) и получение максимальной прибыли.

Как следует из материалов дела, согласно годовому отчету 2018 года заказчиками услуги обогащения «толлинг» являлись ООО «ПТК «Уголь», а также АО «УК «Сибирская» (ш.Увальная), объем поставки угля на переработку последней в бюджете заложен 603тыс. тн и выполнен в объеме 685тыс.тн.

Поскольку мощности, занимаемые поставкой за счет ш.Увальная, освобождены, в связи с введением в эксплуатацию АО «УК Сибирская» собственной обогатительной фабрики, что следует из общедоступных источников и не опровергается истцом, возникла необходимость их восполнить, в связи с чем, от Управляющей компании поступило предложение заключения договора с ООО «РУК» с определением объема поставки 874000тн.

Как следует из материалов дела, Советом директором утверждён годовой бюджет на 2019 год, где предусмотрено обеспечение загрузки фабрики за счет обогащения угля ООО «РУК» в количестве 874 000тн (+/-10%). Таким образом, в производственной программе была запланирована переработка собственного угля в объеме 1 263 тыс. тн и 3 320 тыс. тн рядового угля по модели «толлинга» за счет продукции, предоставленной ООО «ПТК «Уголь» и ООО «РУК».

К заседанию Совета директоров ответчиком подготовлено обоснование, в котором указано, что ООО «РУК» изначально рассматривалось в качестве контрагента, который позволит закрыть профицит мощности в объеме 874000тн, а в случае, если этого не сделать, убытки составят 316 000000руб.

В уведомлении о заключении сделки с потенциальным конфликтом интересов от 11.01.20192 генеральный директор Ответчика указал, что потери от недозагрузки производственных мощностей составят 316000000руб. ООО «РУК» изначально рассматривался в качестве контрагента, который позволит решить проблему профицита мощности.

Протоколом заседания Совета директоров от 16.01.2019 одобрено совершение сделки между Обществом и ООО «РУК» по обогащению рядовых углей и погрузка угольной продукции в вагоны.

16.01.2019 Советом директоров одобрена сделка между Обществом и ООО «РУК», на условиях, впоследствии отраженных в заключенном между сторонами договоре.


Таким образом, доведенная до Совета директоров и Финансового контролёра информация была открыта, доступна, в том числе на уровне расчетов, связанных с прогнозированием и исполнением бюджета.

28.01.2019 между Обществом (исполнитель) и ООО «РУК» (заказчик) заключён договор № ДГРУ7-006357/736/2018 об оказании услуг по обогащению рядовых углей и погрузке угольной продукции в вагоны, в соответствии с которым исполнитель принял на себя обязательство выполнить по заявке заказчика услуги по обогащению сырья, работы по подаче порожних вагонов под погрузку и уборку готовых к перевозке груженных вагонов, работы подготовке вагонов под погрузку и погрузку продукции по оформлению документов и передачу вагонов с продукцией получателю на станции Бардино Западно-Сибирской железной дороги в количестве определяем сторонами в ежемесячных дополнительных соглашений и размещать породу от обогащения на своем отвале.

Дополнительным соглашением № 1 определено общее количество сырья – угля марки ГЖ – 874000тн (+/-10%) с согласованными качественными показателями зольности и влажности, также протоколом согласования определена стоимость услуг в зависимости от зольности перерабатываемого сырья. Дополнительным соглашением № 2 от 01.05.2019 определено общее количество угля Марки Ж - 165000тн (+/-10%) со сроком поставки май-декабрь 2019 года.

В апреле 2019 года протоколом согласования стоимости услуг, с согласования с Финансовым контролёром, изменена стоимость обогащения сырья, минимальный размер которой составил 395 руб. без НДС.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, исполнение настоящего договора в течение 2019 года имело место в объеме 176461тн.

В целях восполнения поставки сырья для обогащения, Управляющей организацией привлечены так называемые альтернативные заказчики, общий объем загрузки по которым составил 233000тн., что также не оспаривается сторонами.

По мнению Общества, существенные отклонения от исполнения настоящей сделки, с учётом объема альтернативной загрузки, повлекло отклонение от исполнения бюджета, что послужило основанием обращения в суд с настоящим иском о взыскании убытков, размер которых определен истцом в сумме 127410000руб.

Расчет размера убытков произведен истцом, исходя из объема недопоставки сырья 465000тн на стоимость услуги, указанной в технико-экономическом обосновании бюджета за 2019 год (439 руб.), что составило 204135000руб., за


минусом понесенных затрат на 1000тонн в размере 165 руб., что составило 76725000руб.

Ответчик, возражая против арифметического расчета убытков, полагает, что расчет недопоставки сырья должен быть пределен с учетом дельты, определённой условиями договора, в связи с чем, составит 377139тн против 465000тн, указанных истцом. Также полагает, что при расчете убытков следует исходить из минимального расчета стоимости обогащения, утверждённого протоколом согласования цены в апреле 2019 года в размере 395руб., не оспаривая при этом стоимость затрат на 1000 тн продукции, в связи с чем недовыполнение бюджета составит 86741970 руб.

Арбитражный суд придерживается арифметического расчета убытков, представленного ответчиком, при этом исходит из того, что условиями заключённого договора предусмотрен диапазон +/-10% от согласованного объема, в промежутке которого обязательства считаются выполненными надлежащим образом, в связи с чем, при определении размера убытков расчет ответчика представляется наиболее оправданным и прогнозируемым с экономической точки зрения, презюмируя исполнение минимальных показателей для признания обязательства исполненным надлежащим образом, иначе отвечающий критерию наибольшей степени достоверности при сложившихся обстоятельствах.

Вместе с тем, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения иска, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в


том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон N 208-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 71 Закона N 208-ФЗ единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление N 62) арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени,


когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Ответственность участников, директора общества в корпоративных отношениях является особым видом гражданско-правовой ответственности, возникающей в связи с исполнением ими своих обязанностей, установленных законом и учредительными документами юридического лица.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, в связи с чем, обращаясь с заявлением о взыскании убытков, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, участника общества, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункт 5 статьи 10 ГК РФ, статья 65 АПК РФ).

Вместе с тем, в пункте 2 постановления № 62 презюмируется доказанность недобросовестных действий исполнительного органа, в том числе, когда директор при действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке.

Кроме того, в подпункте 5 пункта 2 постановления N 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).


В силу пункта 9.14.5 договора управления, конфликт интересов презюмируется когда, управляющая организация действовала (бездействовала) не в интересах Общества, например, совершила сделку с ПКИ и /или на заведомо невыгодных для Общества условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом. Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой в худшую для Общества сторону отличаются от цены (или) иных условия, на которые в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если представление, полученное по сделке с ПКИ, более чем на 20% ниже стоимости представления, совершенного с Обществом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то Управляющая организация несет ответственность, если подтвердится, что сделка изначально заключалась с целью с целью ее неисполнения, либо ненадлежащего исполнения.

Как следует из пункта 9.15 договора управления, управляющая организация может быть освобождена Советом директоров от ответственности, если докажет что заключённая ею сделки с ПКИ хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединённых общей хозяйственной целью в результате которых предполагалось получение выгоды Обществом. Она также освобождается от ответственности, если докажет что невыгодная сделки с ПКИ заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам Общества.

Отклоняя возражения истца о том, что недобросовестность ответчика презюмируется в связи с тем, что спорная сделка заключена с потенциальным конфликтом интересов, арбитражный суд исходит из того, что материалами дела подтверждено соблюдение процедуры корпоративного одобрения сделки, как со стороны Совета директоров, так и со стороны Финансового контролёра.

Таким образом, само по себе заключение сделки при наличии конфликта интересов, при условии заблаговременного раскрытия соответствующей информации не изменяет общего принципа распределения бремени доказывания при рассмотрении настоящего дела.

Оценивая довод истца о предъявлении к такой сделки повышенных стандартов и требований, связанные с ее исполнением, арбитражный суд принимает во внимание положения пункта 9.4.15 договора управления, а также пункт 5.4 Договора финансового контроля, согласно которому если, по мнению Финансового контролёра, цена сделки отклоняется от рыночной сделки более чем на 10%, по


которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, либо по иным основаниям является невыгодной Обществу, ООО «Группа Сибуглемет» отказывает в согласовании сделки передает вопрос на рассмотрение Совета директоров.

Кроме того, Финансовый контролёр вправе запросить у Управляющей организации дополнительную информацию о сделки с потенциальным конфликтом интересов (пункт 5.3 договора финансового контроля).

Применительно спорным правоотношениям, отсутствие возражений со стороны Финансового контролёра свидетельствует о том, что ее условия признаны им разумными и выгодными для Общества.

В материалах дела также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «РУК» на момент заключения сделки обладал признаками недобросовестного контрагента, либо имелись обстоятельства, явно свидетельствующие о том, что ООО «РУК» не имело намерения исполнения сделки.

Суд также отмечает, что в рамках осуществления контроля за реализацией годового бюджета, с учётом положений пункта 7.4 и 8.3 договора управления, как финансовый контролёр, так и Совет директоров могли и должны были усмотреть неисполнение спорного договора, влекущее динамику неисполнение годового бюджета, при этом в рамках осуществления своих правомочий, в том числе финансовый контролер, действуя разумно и добросовестно мог и должен был отреагировать на несоответствие показателя «бюджет-факт» по конкретному контрагенту, с учетом того, что отчеты должны содержать объяснения управляющей организации существенных отклонений между бюджетными и фактическими показателями финансово-хозяйственной деятельности.

Однако, таких возражений в материала дела не представлено, равно как и отсутствуют какие-либо обращения в Совет директоров с целью инициации проверки деятельности Общества, учитывая предположения Общества от существенного отклонения от исполнения бюджета.

Арбитражный суд также отмечает, что по результатам исполнения бюджета в целом не установлено существенного отклонения от его неисполнения, процент которого сопоставим с показателем 2018 года.

Кроме того, 30.09.2020 по результатам работы управляющей организации за 2019 года сторонами подписан акт оказанных услуг, из которого следует отсутствие каких либо претензий у заказчика к качеству оказанных услуг.


С учётом изложенного, доводы истца о том, что ответчик изначально обладал сведениями о неисполнимости ООО «РУК» договора основаны исключительно на предположениях стороны.

То обстоятельство что Управляющая организация и ООО «РУК» входят в одну группу компаний и сделка заключена на условиях потенциального конфликта интересов обязывает Управляющую организацию соблюсти процедуру корпоративного одобрения и согласования, предусмотренную договором управления и Уставом Общества. Претензии, связных с таким соблюдением у истца отсутствуют.

Истцом в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документально не опровергнуто, что отсутствие ответственности за несоблюдение согласованных объемов является обычной практикой в договорах на обогащение угля, что следует из содержания договоров, заключённых между Обществом и ООО «ПТК Уголь», и АО «Сибуглемет», а также иных договоров на обогащение угля, между иными обогатительными фабриками со своими контрагентами, представленных ответчиком.

Доводы истца о том, что ООО «РУК» имело потенциальную возможность обеспечения исполнения договора, напротив, свидетельствует о том, что его неисполнение не связано с действиями Управляющей организации. В данном случае, сделка с ПКИ не обязывает ООО «РУК» как контрагента Общества, действовать в ущерб собственных интересов.

Обозначая меры по устранению конфликта интересов, Управляющая организация указала, что в случае не заключения договора с ООО РУК» потери в 2019 году от недогрузки АО «ОФ «Антоновская» составят 316 000 000 руб., т.к. другого контрагента нет.

Таким образом, действия управляющей организации направлены на предотвращения причинения вреда Обществу при сложившихся обстоятельствах на дату согласования годового бюджета на 2019 год.

Кроме того, действия ответчика, связанные с привлечением альтернативных заказчиков, также оцениваются судом как добросовестные и направленные на восполнение услуг по переработке на обогатительных мощностях Общества, в связи с неисполнением ООО «РУК» заявленных в договоре объемов.

При таких обстоятельствах арбитражным судом не установлено, что спорная сделка изначально заключена с целью ее неисполнения, либо ненадлежащего исполнения, при этом воля Управляющей организации также была направлена на такое неисполнение.


Изначально предложенный Управляющей организацией и одобренный Советом директором и Финансовым контролёром способ восполнения объема загрузки мощности обогатительного производства за счет привлечения ООО «РУК» - заказчика услуги по обогащению угля, входящего в группу компании Управляющей организации, само по себе не свидетельствует о виновных и неправомерных действия ответчика.

Принятие такого управленческого решения Управляющей организации не свидетельствует о неправомерных действиях ответчика и не находится в прямой причинно-следственной связи с неисполнением сделки ООО «РУК», объем неисполнения которой предъявлены в качестве убытков.

Как следует из материалов дела и отзыва третьего лица, именно ООО «РУК» отказалось от исполнения договора, исполнение которого явилось для него невыгодным, в том числе и по причине низкого процента выхода концентрата по сравнению с собственными фабриками.

Истцом в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что производственные показатели внутри группы на момент утверждения годового бюджета на 2019 год позволили бы восполнить освободившиеся объемы ш. Увальная за счет увеличения объема поставок угля для обогащения компаний внутри группы, как это было предложено Управляющей организацией при планировании годового бюджета 2020 года.

Кроме того, анализ годового бюджета на 2020 год свидетельствует об отсутствии иных поставщиков, кроме ООО «ТПК «Уголь» с использованием механизма «толлинг».

По глубокому убеждению арбитражного суда, при сложившихся обстоятельствах привлечение ООО «РУК» для восполнения профицита мощностей явилось оптимальным с точки зрения организации производства (логистики отношений) способом восполнения освободившихся мощностей. Вместе с тем, неисполнение ООО «РУК» принятых на себя обязательств по договору является исключительно следствием поведения заказчика, в связи с чем, оснований полагать, что неисполнение сделки явилось следствием неправомерных и виновных действий Управляющей организации у суда отсутствуют.

Как следует из результатов финансовой деятельности Общества за 2019 год, получена чистая прибыль в размере, превышающем запланированный, что также


косвенно подтверждает добросовестность поведения управляющей организации в рамках исполнения обязательств по договору управления.

При таких обстоятельствах арбитражный суд не установил недобросовестного и неразумного поведения ответчика при исполнении своих обязанностей, причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, дополнительно отмечая, что потенциально недополученный истцом доход от исполнения спорной сделки не находится в причинно-следственной связи с действиями самой управляющей организации.

Арбитражный суд полагает, что порядок определения переменной части вознаграждения Управляющей организации не имеет значения для цели рассмотрения настоящего спора, поскольку не подтверждает, ни опровергает обстоятельства вины, причинно-следственной связи или факта причинения вреда и его размера.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы от уплаты государственной пошлины за рассмотрение иска относятся на истца.

Руководствуясь 110, 167-171, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

отказать в удовлетворении иска.

Расходы от уплаты государственной пошлины за рассмотрение иска отнести на истца.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение одного месяца с момента его принятия.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Электронная подпись действительна.

Судья О.И. Перевалова

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 01.03.2023 6:22:00

Кому выдана Перевалова Ольга Ивановна