Решение от 24 декабря 2025 г. АС Томской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. <***>, факс <***>, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


г. Томск Дело № А67-6177/2025

25.12.2025

22.12.2025 – дата объявления резолютивной части

Судья Арбитражного суда Томской области Е.Б. Дигель,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем А.А. Механошиной, после перерыва помощником ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк Страхование» (ИНН <***>, ОГРН <***>; 121170, <...>, эт,пом 1,3)

к обществу с ограниченной ответственностью «Альфа-4» (ИНН <***>, ОГРН <***>; 636782, <...>)

о взыскании 129 464,98 руб. убытков в порядке суброгации,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 (636782, Томская обл., г. Стрежевой, мкр. 3-й, д. 304, кв. 15),

при участии:

от ответчика – представитель ФИО3 по доверенности от 10.01.2025, пасп., дипл. (посредством онлайн связи),

от иных лиц – не явились (извещены),

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк Страхование» (далее – истец, ООО СК «Сбербанк Страхование») обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Альфа-4» (далее – ответчик, ООО «Альфа-4») о взыскании 129 464,98 руб. убытков в порядке суброгации; судебное заседание назначено на 08.12.2025, в порядке ст. 163 АПК РФ в судебном заседании объявлен перерыв до 22.12.2025.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2

Истец, третье лицо, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили, дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 156 АПК РФ.

Исковые требования обоснованы положениями ст. ст. 15, 393, 965 ГК РФ и мотивированы неисполнением ответчиком обязанности по возмещению причиненных истцу убытков в порядке суброгации.

В судебном заседании представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражала, указала на то, что ООО «Альфа-4» добровольно возместило ФИО2 материальный ущерб; ответчик не согласен с заключением эксперта об определении стоимости работ и материалов, сумма ущерба завышена; ответчику не было известно об обращении ФИО2 в страховую организацию; факт причинения ущерба по вине управляющей компании (трещина на стояке холодного водоснабжения) не оспаривает; в проведении судебной экспертизы необходимости не имеется, дело может быть рассмотрено по имеющимся в нем доказательствам.

ФИО2 отзыв на исковое заявление не представила, возражения против рассмотрения спора по существу не заявила.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: Томская обл., г. Стрежевой, мкр. 3-й, д. 304, кв. 15, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 13-15).

В отношении указанного жилого помещения между ООО СК «Сбербанк Страхование» (страховщик) и ФИО2 (страхователь) заключен договор страхования от 24.05.2023 № 001WS4280260834 (представлен в электронном виде 02.07.2025).

По условиям договора страхования от 24.05.2023 № 001WS4280260834 объектами страхования являются имущественные интересы страхователя, связанные с риском повреждения, гибели или утраты застрахованного имущества (внутренняя отделка и инженерное оборудование квартиры) (пункты 3.1, 3.2 договора).

В качестве страхового риска сторонами согласован «залив», под которым понимается воздействие на застрахованное имущество жидкостей и их испарений, а также огнетушащих веществ вследствие аварии систем водоснабжения, канализации, отопления и кондиционирования, повлекшей выход в любом агрегатном состоянии воды и/или иных жидкостей, проникновения жидкости из соседних помещений, не принадлежащих страхователю (пункты 4.1.2.1.2, 4.1.2.1.3 договора).

Управление МКД по адресу: Томская обл., г. Стрежевой, мкр. 3-й, д. 304, осуществляет ООО «Альфа-4», что подтверждается общедоступными сведениями Государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства (ГИС ЖКХ), размещенной на официальном сайте в сети Интернет (https://dom.gosuslugi.ru).

02.07.2024 в принадлежащей ФИО2 квартире № 15 произошло затопление водой из вышерасположенной квартиры № 19. Причиной затопления послужила трещина на стояке холодного водоснабжения, расположенного в квартире № 19.

По факту затопления управляющей компанией (ООО «Альфа-4») совместно с ФИО2 составлен акт о заливе квартиры от 02.07.2024 (л.д. 17). Согласно акту в результате залива деформировались потолки из гипсокартона на кухне и в коридоре, промокли обои на стенах на кухне, пол из ламината залит водой.

06.07.2024 ФИО2 обратилась с заявлением о выплате страхового возмещения (представлено в электронном виде 02.07.2025).

Указанное событие признано истцом страховым случаем.

Согласно калькуляции ООО «Равт-Эксперт» стоимость причиненного ущерба составила 129 464,98 руб. (л.д. 31-34).

Платежным поручением от 19.07.2024 № 305795 ООО СК «Сбербанк Страхование» выплатило ФИО2 129 464,98 руб. страхового возмещения (л.д. 28).

Ссылаясь на то, что ущерб застрахованному имуществу причинен в результате ненадлежащего содержания общедомового имущества, право требования страхователя на возмещение ущерба (суброгация) перешло к страховщику в порядке ст. 965 ГК РФ, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства

Согласно ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

По договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы) (п. 1 ст. 929 ГК РФ).

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором добровольного страхования имущества, с наступлением которого возникает обязанность страховщика выплатить страховое возмещение лицу, в пользу которого заключен договор страхования (страхователю, выгодоприобретателю) (п. 2 ст. 9 Закона № 4015-1, пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Из материалов дела следует, что 02.07.2024 в принадлежащей ФИО2 квартире № 15 произошло затопление водой из вышерасположенной квартиры № 19. Причиной затопления послужила трещина на стояке холодного водоснабжения, расположенного в квартире № 19. Указанное событие признано истцом страховым случаем, ООО СК «Сбербанк Страхование» выплатило ФИО2 129 464,98 руб. страхового возмещения.

В соответствии со ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Из приведенных положений закона следует, что в порядке суброгации к страховщику в пределах выплаченной суммы переходит то право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имел по отношению к лицу, ответственному за убытки, то есть на том же основании и в тех же пределах, но и не более выплаченной страхователю (выгодоприобретателю) суммы (пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023)).

Переход права требования к лицу, ответственному за причинение убытков, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, является частным случаем перемены лиц в обязательстве на основании закона (подп. 4 п. 1 ст. 387 ГК РФ).

Таким образом, при суброгации не возникает нового обязательства. Страховщик заменяет собой страхователя в обязательстве, возникшем из причинения вреда. При этом ответчик не вправе ссылаться на ненадлежащее исполнение договора страхования его сторонами и, в частности, оспаривать обоснованность выплаты страхового возмещения со ссылкой на условия договора страхования. Причинитель вреда может выдвигать против страховщика лишь те возражения, которые он имеет к потерпевшему лицу.

Требования к лицу, виновному в причинении ущерба, основаны на обязательстве вследствие причинения вреда и регулируются нормами, установленными главой 59 Гражданского кодекса РФ «Обязательства вследствие причинения вреда».

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 15, п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно акту о заливе квартиры от 02.07.2024 причиной затопления водой квартиры № 15 послужила трещина на стояке холодного водоснабжения, расположенного в квартире № 19.

В соответствии со ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы), а также крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения, земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства и иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома объекты, расположенные на указанном земельном участке.

Согласно пункту 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме (утв. постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 № 491 (далее – Правила № 491) в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения и газоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.

Общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) (пункт 10 Правил № 491).

В силу ч. 1 ст. 161 ЖК РФ, пункта 42 Правил № 491 обязанность по содержанию и ремонту общего имущества многоквартирного дома, включая внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения и водоотведения, возложена на управляющую организацию.

В судебном заседании 22.12.2025 представитель ответчика пояснила, что факт причинения ущерба по вине управляющей компании ответчик не оспаривает.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик сослался на то, что ООО «Альфа-4» добровольно возместило ФИО2 материальный ущерб. При этом ответчику не было известно об обращении ФИО2 в страховую организацию.

В соответствии с п. 2 ст. 965 ГК РФ перешедшее к страховщику право требования должно осуществляться им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

При суброгации к страховщику в пределах выплаченной суммы переходит то право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имел по отношению к лицу, ответственному за убытки, то есть на том же основании и в тех же пределах, но и не более выплаченной страхователю (выгодоприобретателю) суммы (пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023)).

Таким образом, в предмет исследования входит вопрос о том, на каком основании и в каком объеме причинитель вреда (ООО «Альфа-4») отвечал бы перед потерпевшим (ФИО2), застраховавшим свое имущество и получившим страховое возмещение.

Из материалов дела следует, что после затопления жилого помещения, 06.07.2024 ФИО2 обратилась с заявлением ООО СК «Сбербанк Страхование» о выплате страхового возмещения. Одновременно с этим ФИО2 также обратилась к ответчику с требованием компенсировать причиненный ущерб (л.д. 24).

В целях устранения причиненного затоплением ущерба, ООО «Альфа-4» приобретены обои, а также восстановлены поврежденные потолки (на основании заключенного ответчиком с ИП ФИО4 договора от 11.07.2024 № 03/125). Общая сумма затрат на восстановление отделки составила 30 196 (6 196 руб. – стоимость приобретенных обоев, 24 000 руб. – стоимость работ по восстановлению потолков) (л.д. 18-23, 46).

30.09.2024 составлен акт осмотра жилого помещения, принадлежащего ФИО2, с участием третьего лица и представителей ООО «Альфа-4» (л.д. 25). Согласно указанному акту ответчиком произведен демонтаж гипсокартонных конструкций на кухне и коридоре, потолки восстановлены, обои приобретены, ремонтно-восстановительные работы после затопления произведены в полном объеме, собственник претензий не имеет.

В соответствии со ст. 15, п. 1 ст. 393 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Из материалов дела следует, что ФИО2 как собственник застрахованного жилого помещения лично участвовала в осмотре квартиры после выполнения ответчиком ремонтно-восстановительных работ и подписала акт от 30.09.2024, в котором подтвердила, что все ремонтно-восстановительные работы после затопления выполнены в полном объеме, претензий к ответчику не имеет.

Подписав акт от 30.09.2024, ФИО2, как потерпевшая сторона, определила содержание и объем своего имущественного вреда, подлежащего устранению, и добровольно подтвердила, что ее нарушенная имущественная сфера полностью восстановлена.

Поскольку суброгационное требование страховщика не может превышать пределов того права, которое имел страхователь к причинителю вреда на момент перехода права требования (п. 1 ст. 965 ГК РФ), следует исходить из того, что ущерб ФИО2 был ограничен именно тем объемом работ и расходов, которые она сама сочла достаточными для восстановления своего имущества (демонтаж гипсокартонных конструкций на кухне и коридоре, восстановление потолков, приобретение обоев на общую сумму 30 196 руб.).

Факт выплаты истцом страхового возмещения в размере 129 464,98 руб. на основании расчетной калькуляции ООО «Равт-Эксперт», превышающей фактические расходы на восстановление последствий затопления, не является основанием для отнесения на ответчика всей указанной суммы, поскольку в силу положений п. 1 ст. 965 ГК РФ к страховщику переходит только то право требования, которое имел страхователь к причинителю вреда на момент выплаты.

Кроме того, согласно калькуляции ООО «Равт-Эксперт» в состав расходов также включены работы по восстановлению пола в спальне (л.д. 34).

В соответствии с пунктом 5.1 договора страхования от 24.05.2023 № 001WS4280260834 размер ущерба определяется страховщиком по результатам исследования обстоятельств убытка на основании составленного его представителем акта и документов, полученных от компетентных органов, а также заявления страхователя о месте, времени, причинах и иных обстоятельствах нанесения ущерба застрахованному имуществу.

Размер страхового возмещения определяется и ограничивается размером реального ущерба, причиненного страхователю в результате наступления страхового случая (пункт 5.2 договора).

Согласно пункту 6.1 договора страховое возмещение выплачивается после того, как полностью будут определены причины, участники, последствия произошедшего события и размер ущерба.

В акте о заливе от 02.07.2024, составленном с участием управляющей компании и самой ФИО2, указано лишь на то, что «пол из ламината залит водой», однако не указано на его деформацию, отслоение, вздутие или иные признаки повреждения, требующие замены или ремонта.

В поданном ФИО2 заявлении о выплате страхового возмещения от 06.07.2024, а также подписанном по результатам проведенных ответчиком ремонтно-восстановительных работ акте от 30.09.2024, указание на повреждение пола отсутствует.

Иные документы, из которых бы следовал факт повреждения пола, требующий проведение ремонта, в представленных истцом материалах выплатного дела отсутствуют.

К представленной истцом фотографии пола (как на обоснование наличия повреждений) (представлена в электронном виде 07.12.2025), суд относится критически, поскольку из нее не усматривается ни время, ни место, ни лицо, осуществившее съемку. Какую-либо информацию, позволяющую связать данное изображение с жилым помещением ФИО2 по адресу: Томская обл., г. Стрежевой, мкр. 3-й, д. 304, кв. 15, а также с датой наступления страхового случая (02.07.2024), фотография не содержит. В представленных истцом материалах выплатного дела данная фотография отсутствует (что свидетельствует о том, что при принятии решения о выплате страхового возмещения истец данным документом не руководствовался).

Однако даже если допустить, что на фотографии действительно изображен пол в квартире третьего лица, в любом случае на снимке отсутствуют какие-либо визуальные признаки повреждений пола (вздутия, деформации, отслоения, расслоения ламината и т.п.).

С учетом изложенного, представленная истцом фотография не может быть принята судом в качестве надлежащего доказательства причинения убытков, связанных с повреждением напольного покрытия, и обоснованности включения соответствующих расходов в размер страхового возмещения.

В соответствии с пунктом 18 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования» страховщик не вправе требовать от причинителя вреда сумму, которую он выплатил страхователю с нарушением условий договора страхования.

Суд отмечает, что ООО СК «Сбербанк Страхование», являясь профессиональным участником рынка страховых услуг, действуя осмотрительно, обладало достаточной компетенцией, чтобы в сложившейся ситуации оценить наличие/отсутствие оснований для выплаты страхового возмещения исходя из согласованных сторонами условий договора.

Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (п. 3 ст. 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).

Поскольку доказательства, из которых бы следовал факт повреждения пола, требующий проведение ремонта, истцом не представлены, основания для включения в состав ущерба расходов на восстановление пола отсутствуют (пункт 18 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 № 75).

В ходе рассмотрения дела судом неоднократно предлагалось сторонам рассмотреть вопрос о назначении по делу судебной экспертизы на предмет установления размера причиненного ущерба (определения от 07.07.2025, от 08.08.2025, от 02.10.2025, от 23.10.2025).

В судебном заседании 23.10.2025 представитель ответчика пояснила, что ООО «Альфа-4» убытки возмещены в полном объеме, необходимости в проведении экспертизы нет.

Истец ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы также не заявил.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что целью имущественного страхования является возмещение страхователю причиненных убытков (восстановление имущественного положения до состояния, существовавшего на момент наступления страхового случая), а не обогащение потерпевшего, в рассматриваемом случае размер убытков, подлежащих возмещению в порядке суброгации, ограничен фактическими расходами ответчика, понесенными для компенсации причиненного ФИО2 ущерба, и подтвержденными ее собственным волеизъявлением, в размере 30 196 (6 196 руб. – стоимость приобретенных обоев, 24 000 руб. – стоимость работ по восстановлению потолков).

Также следует отметить, что страховое возмещение в размере 129 464,98 руб. выплачено ООО СК «Сбербанк Страхование» 19.07.2024, в то время как работы по восстановлению поврежденных потолков завершены 18.07.2024 (л.д. 27, 28).

По смыслу п. 1 ст. 965 ГК РФ определяющим моментом, с которым закон связывает возникновение у страховщика права требования к лицу, ответственному за причинение убытков, в порядке суброгации, является момент выплаты страхового возмещения потерпевшему.

В рассматриваемом случае на момент выплаты истцом ФИО2 страхового возмещения (19.07.2024) ответчиком уже были проведены работы по восстановлению поврежденных потолков (18.07.2024), имущественное право третьего лица было восстановлено, соответственно, в указанной части обязательство ООО «Альфа-4» по возмещению ущерба являлось прекращенным (п. 1 ст. 408 ГК РФ), а право требования ФИО2 к ответчику о возмещении ущерба – погашенным. В этой связи, право требования ФИО2 к ООО «Альфа-4» о возмещении расходов на восстановление поврежденных потолков в пользу ООО СК «Сбербанк Страхование» не перешло (ввиду отсутствия самого права требования).

Относительно приобретения ответчиком обоев на сумму 6 196 руб., суд отмечает, что данные расходы понесены ООО «Альфа-4» 23.07.2024, т.е. после выплаты истцом страхового возмещения (л.д. 18-19). Поскольку на момент выплаты страхового возмещения (19.07.2024) соответствующее обязательство ответчика перед ФИО2 еще не было исполнено, к истцу в порядке суброгации перешло право на взыскание расходов, связанных с восстановлением поврежденных обоев. Иными словами, приобретая обои 23.07.2024 в счет возмещения ущерба ФИО2, ООО «Альфа-4» фактически исполнило обязательство перед лицом, которое на тот момент уже не имело права на такое возмещение.

Таким образом, поскольку ущерб ФИО2 ограничен тем объемом работ и расходов, которые последняя сочла достаточными для восстановления своего имущества (демонтаж гипсокартонных конструкций на кухне и коридоре, восстановление потолков, приобретение обоев на общую сумму 30 196 руб.), на момент выплаты истцом страхового возмещения (19.07.2024) ответчиком уже были проведены работы по восстановлению поврежденных потолков (18.07.2024) (т.е. в указанной части обязательство ООО «Альфа-4» по возмещению ущерба являлось прекращенным (п. 1 ст. 408 ГК РФ)), расходы по приобретению обоев на сумму 6 196 руб. понесены ООО «Альфа-4» после выплаты истцом страхового возмещения (т.е. после перехода к истцу в порядке суброгации права ФИО2 на взыскание расходов, связанных с восстановлением поврежденных обоев), требование ООО СК «Сбербанк Страхование» к ООО «Альфа-4» о взыскании убытков в порядке суброгации является обоснованным в части расходов на восстановление поврежденных обоев на сумму 6 196 руб.

Доказательства компенсации истцу убытков в размере 6 196 руб. ответчиком не представлены.

При таких обстоятельствах требование ООО СК «Сбербанк Страхование» взыскании с ООО «Альфа-4» 6 196 руб. убытков в порядке суброгации, является обоснованным, подлежащим удовлетворению. В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Суд также считает необходимым обратить внимание на то, что после затопления жилого помещения, ФИО2 обратилась одновременно с заявлением к ООО СК «Сбербанк Страхование» о выплате страхового возмещения, а также к ООО «Альфа-4» с требованием компенсировать причиненный ущерб.

В результате указанных действий, 18.07.2024 ответчиком были выполнены работы по восстановлению поврежденных потолков, 19.07.2024 истцом выплачено страховое возмещение, а 23.07.2024 ответчиком приобретены обои. Таким образом, ФИО2 фактически получила двойное возмещение одного и того же ущерба (в денежной форме от страховщика и в натуральной форме от ответчика).

Учитывая, что объем реального ущерба, подтвержденный самой ФИО2, не превышал 30 196 руб., получение страхового возмещения от истца в совокупности с натуральным возмещением от ответчика свидетельствует о неосновательном обогащении на стороне третьего лица (ст. 1102 ГК РФ). При этом, учитывая хронологию событий, неосновательное обогащение произошло одновременно как счет истца (выплатившего сумму страхового возмещения без учета уже произведенного возмещения со стороны ответчика), так и за счет ответчика (исполнившего обязательство по устранению последствий затопления в отношении лица (ФИО2), которое к моменту таких действий уже утратило право требования ввиду перехода его к страховщику).

В этой связи, как истец, так и ответчик вправе обратиться к ФИО2 с соответствующими требованиями.

Истец при подаче искового заявления платежным поручением от 30.05.2025 № 894625 перечислил в федеральный бюджет 11 473 руб. государственной пошлины.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфа-4» (ИНН <***>, ОГРН <***>; 636782, <...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк Страхование» (ИНН <***>, ОГРН <***>; 121170, <...>, эт,пом 1,3) 6 196 руб. убытков в порядке суброгации, 549,08 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Судья Е.Б. Дигель