Решение от 19 июля 2019 г. по делу № А45-15637/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-15637/2019
г. Новосибирск
19 июля 2019 года
Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Бутенко Е.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ямполец О.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, Новосибирская область, с. Локти (ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Новосибирск (ИНН <***>) о расторжении договора купли-продажи от 14.09.2018, взыскании предварительной оплаты в размере 2 179 600 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 96 640,53 рублей за период с 20.09.2018 по 23.04.2019, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.04.2019 по день фактического исполнения обязательства,

по встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО2 к индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 о расторжении договора купли-продажи от 14.09.2018, взыскании задолженности в размере 1 137 150 рублей за поставленный товар, пени в размере 275 190,30 рублей с последующим начислением по день фактической уплаты основного долга,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца (по первоначальному иску) – ФИО3, г. Новосибирск,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика (по первоначальному иску) – 1) общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственный центр «Эталон», г. Новосибирск (ИНН <***>), 2) индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4, Новосибирская область, с. Суздалка (ИНН <***>),

при участии представителей сторон:

от истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) – ФИО5, по доверенности от 21.03.2019, паспорт,

от ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) – ФИО2, паспорт, ФИО6, по доверенности от 27.05.2019, паспорт,

от третьего лица на стороне истца – не явился, извещен,

от третьего лица на стороне ответчика – 1) ФИО7, по доверенности от 15.01.2019, паспорт, 2) не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) с требованиями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о расторжении договора купли-продажи от 14.09.2018, взыскании предварительной оплаты в размере 2 179 600 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 96 640,53 рублей за период с 20.09.2018 по 23.04.2019, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.04.2019 по день фактического исполнения обязательства.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика к участию в деле привлечено общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственный центр «Эталон».

Также определением суда от 06.06.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4.

Ответчик предъявил встречный иск о расторжении договора купли-продажи от 14.09.2018, взыскании задолженности по указанному договору в размере 1 137 150 рублей за поставленный товар, пени в размере 275 190,30 рублей за период с 02.10.2018 по 31.05.2019 с последующим начислением по день фактической уплаты основного долга.

Третье лицо ФИО4 в своих пояснениях поддержала позицию истца по встречному иску.

Третье лицо ООО НПЦ «Эталон» полагало обоснованными требования истца по первоначальному иску по основаниям, указанным в отзыве.

Третье лицо ФИО3 отзыва на исковые заявления не представил.

Представители сторон в судебном заседании поддержали изложенные процессуальные позиции по делу.

Суд в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Согласно доводам истца по первоначальному иску, им в рамках заключенного договора купли-продажи переданы ответчику денежные средства в качестве предоплаты за товар. Неисполнение ответчиком обязательства по передаче товара, возврату денежных средств, заключение договора в отношении товара, находящегося в залоге, без ведома залогодержателя послужило основанием обращения в Арбитражный суд Новосибирской области с соответствующим иском.

Доводы ответчика (истца по встречному иску) сводятся к тому, что в рамках спорного договора купли-продажи Новику Д.А. был передан товар, что подтверждается актами приема-передачи № 1 от 19.09.2018, № 2 от 27.09.2018, № 3 от 28.09.2018. Право собственности ФИО2 на указанный товар возникло на основании соглашения об отступном от 10.09.2018 и акта приема-передачи имущества от 10.09.2018, согласно которым ИП глава КФХ ФИО4 передала в качестве отступного ФИО2 131 голову сельскохозяйственных животных в счет частичного прекращения денежных обязательств, возникших из договора целевого процентного займа от 21.04.2017. Фактически товар передан Новику Д.А. непосредственно ФИО4 по месту нахождения имущества (Новосибирская область, Доволенский район, с. Суздалка). При этом Новиком Д.А. были оплачены лишь первые две передачи товара, оплата вносилась третьим лицом – ФИО3 (19.09.2018 в сумме 957 600 рублей, 27.09.2018 – в сумме 1 222 000 рублей). Товар, переданный по акту приема-передачи № 3 от 28.09.2018, не оплачен, стоимость данного товара согласно расчету ответчика (с учетом уточнений) составила 1 137 150 рублей. Также ответчиком начислена договорная неустойка за период с 02.10.2018 по 31.05.2019 в размере 275 190,30 рублей. Ответа на претензию, направленную ФИО2 в адрес Новика Д.А., не поступило, что послужило основанием предъявления встречного иска.

Возражая против доводов встречного иска, истец (по первоначальному иску) указал, что ответчиком не исполнены обязательства по передаче истцу товара (сельскохозяйственных животных) и документации на товар (ветеринарные свидетельства); соглашение об отступном от 10.09.2018 между ФИО2 и ИП главой КФХ ФИО4 является незаключенным, поскольку в нем не указаны сведения, позволяющие установить имущество, подлежащее передаче в качестве отступного (номера бирок животных, ветеринарные свидетельства); в актах приема-передачи в качестве продавца указан не ответчик, а ФИО4; истцом произведена оплата за переданных ФИО4 животных в размере 1 200 000 рублей (платежное поручение № 29 от 28.09.2018); в актах приема-передачи, которые имеются у истца, отсутствует ссылка на договор купли-продажи от 14.09.2018, а также в них не указан вес животных и их стоимость.

Проанализировав обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые главами 21, 22, 23, 29 параграфом 1 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, руководствуясь положениями статей 9, 65, 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что требования истца по первоначальному иску не подлежат удовлетворению, встречный иск подлежит удовлетворению, при этом основывая свои выводы на следующем.

Истцом заявлено требование о взыскании предварительной оплаты по договору купли-продажи в размере 2 179 600 рублей.

В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Судом установлено, что 14.09.2018 между сторонами был заключен договор купли-продажи б/н (далее – договор), согласно которому ответчик (продавец) обязуется передать в собственность истца (покупателя) сельскохозяйственных животных (далее – животные) в количестве 270 шт. голов, вид, описание, характеристика которого указаны в спецификации (приложение № 1), а покупатель обязуется принять животных и уплатить за них цену, предусмотренную договором (п. 1.1).

Животные принадлежат продавцу на праве собственности, что подтверждается соглашением об отступном от 10.09.2018 (п. 1.2).

Продавец гарантирует, что животные не арестованы, не заложены, не являются предметом притязаний третьих лиц (п. 1.3).

Передача животных от продавца к покупателю осуществляется по акту приема-передачи (приложение № 2), который является неотъемлемой частью договора. В акте приема-передачи обязательно указывается наименование, номер бирки (при наличии), масса, цена либо каждого животного, либо общая стоимость животных (п. 2.1 договора).

Одновременно с передачей животных продавец передает покупателю соответствующую документацию на них: ветеринарные свидетельства, выданные уполномоченным органом (п. 2.2).

Право собственности на животных возникает у покупателя после полной оплаты стоимости переданных животных (п. 2.3).

Согласно п. 2.4 договора передача животных осуществляется по адресу: Доволенский район, с. Суздалка.

В силу п. 3.1 договора купли-продажи цена товара, передаваемого по договору, определяется в спецификации и зависит от живого веса передаваемых животных и его категории.

Спецификацией № 1 от 14.09.2018 (приложение № 1 к договору) стороны согласовали наименование, количество (270 фуражных коров) и стоимость передаваемого товара (90 рублей за килограмм живого веса, скидка на живой вес 5%).

Согласно п.4.1 договора за нарушение срока уплаты цены договора, предусмотренного п. 3.1 договора, продавец вправе потребовать от покупателя уплаты пени в размере 0,1 % от не уплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

Распиской ответчика от 19.09.2018 подтверждается получение им по вышеуказанному договору купли-продажи денежных средств в размере 957 600 рублей в качестве оплаты за товар.

Распиской от 27.09.2018 подтверждается получение ответчиком денежных средств в сумме 1 222 000 рублей в качестве оплаты по договору купли-продажи.

Таким образом, всего ответчиком получено 2 179 600 рублей оплаты по договору купли-продажи. Ответчиком факт получения денежных средств не оспаривался.

Как указано истцом по первоначальному иску, ответчиком товар передан не был.

В силу п. 1 ст. 456 Гражданского кодекса РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

В соответствии с п. 1 ст. 485 Гражданского кодекса РФ покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (п. 1 ст. 486 ГК РФ).

Как следует из положений ст. 487 Гражданского кодекса РФ, в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 настоящего Кодекса.

В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Таким образом, истец полагал, что у ответчика возникла задолженность перед истцом в общем размере 2 179 600 рублей за не переданный по договору товар.

В соответствии со статьями 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом. По общему правилу только надлежащее исполнение прекращает обязательство (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации). Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований и возражений.

Из положений части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Кроме того, как указано истцом, в октябре 2018 года ему стало известно, что ответчик заключил договор купли-продажи в отношении товара, обремененного залогом в пользу ООО НПЦ «Эталон», о чем не поставил истца в известность, тем самым фактически введя его в заблуждение относительно отсутствия прав третьих лиц на передаваемый товар.

О правопритязаниях третьего лица истцу стало известно из претензии ООО НПЦ «Эталон», в которой указано о наличии залога в отношении передаваемого товара, а также указано на намерение обратиться в правоохранительные органы по факту продажи заложенного имущества без согласия залогодержателя.

04.10.2018 истец обратился к ответчику с претензией о расторжении договора купли-продажи от 14.09.2018 и возврате предоплаты за товар. Ответа на претензию не последовало, денежные средства истцу не возвращены, что послужило основанием обращения в суд с настоящим иском.

В соответствии с п. 2 ст. 346 Гражданского кодекса РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества.

Пунктом 2.2.6 договора залога № 28/05/18-1 от 28.05.2018, заключенного между ООО НПЦ «Эталон» и ИП главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4, предусмотрен запрет залогодателю на распоряжение предметом залога без согласия залогодержателя, а именно залогодатель обязуется не продавать заложенное имущество, не передавать его в аренду и не распоряжаться им иным способом без письменного согласия залогодержателя.

В материалы дела сторонами представлены акты приема-передачи № 1 от 19.09.2018, № 2 от 27.09.2018, № 3 от 28.09.2018, согласно которым истцу были переданы сельскохозяйственные животные. Факт получения товара по этим актам истец не оспаривал. Вместе с тем, в актах, представленных истцом, отсутствует указание на реквизиты договора, во исполнение которого осуществляется передача, а также общий вес животных, тогда как в актах, представленных стороной ответчика (по первоначальному иску), такие сведения имеются. При этом в качестве основания передачи указан договор купли-продажи от 14.09.2018. В остальном (наименование, количество товара, номера бирок животных) акты, представленные сторонами, содержат одинаковые сведения. При этом истец не оспаривал факт подписания им как экземпляров актов, представленных самим истцом, так и экземпляров актов, представленных ответчиком.

Оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд полагает, что представленные акты приема-передачи № 1 от 19.09.2018, № 2 от 27.09.2018, № 3 от 28.09.2018 подтверждают исполнение ответчиком ФИО2 своих обязательств перед истцом (по первоначальному иску). Делая такой вывод, суд исходит из следующего: суммы, указанные в расписках о передаче ФИО2 денежных средств, в точности совпадают с суммами, причитающимися ФИО2 за переданных по актам № 1 и № 2 животных, что видно из представленного ответчиком расчета; совпадают даты передачи товара и даты расписок о передаче денежных средств; исходя из условий заключенного сторонами договора купли-продажи, цена товара может быть определена только в ходе передачи товара (согласно условиям спецификации передаваемые животные подлежат взвешиванию, по результатам которого определяется общая сумма, подлежащая оплате за поставленный товара), следовательно предоплата в данном случае невозможна; договором купли-продажи от 14.09.2018 и спецификацией к нему предусмотрено, что оплата осуществляется в течение 1 дня, что в совокупности с иными условиями договора и с учетом положений ст. 431 Гражданского кодекса РФ толкуется судом как оплата в течение 1 дня после передачи товара с учетом веса товара, что предусмотрено указанной спецификацией. Истцом в судебном заседании признано, что сторонами была достигнута договоренность об оплате по факту, после передачи товара. Поскольку денежные средства по двум распискам ФИО2 были переданы, следовательно товар по двум актам истцом был получен, что соответствует условиям заключенного договора купли-продажи. Указание в расписках на то, что денежные средства получены ФИО2 в качестве предоплаты, не может свидетельствовать о том, что товар на момент передачи денег не передан, так как из материалов дела очевидно следует, что такая передача состоялась. Подобное указание суд расценивает в качестве ошибки при использовании юридической терминологии, что не меняет сути сложившихся между сторонами правоотношений. Сам ФИО2 в судебном заседании пояснил, что указание на предоплату в расписках им сделано по просьбе Новика Д.А., который мотивировал это тем, что животные фактически в его хозяйство не доставлены.

Доводы истца о том, что спорные акты составлены не по той форме, которая предусмотрена договором купли-продажи от 14.09.2018 (приложение № 2), не могут служить основанием для вывода, что указанные акты не имеют отношения к этому договору. С учетом иных доказательств в их совокупности факт использования сторонами иной формы акта приема-передачи не может быть истолкован как неисполнение обязательств по передаче товара по договору купли-продажи от 14.09.2018, тем более что иных договоров, во исполнение которых могла быть осуществлена такая передача, в материалы дела не представлено. Как верно указано ответчиком, то обстоятельство, что экземпляры актов Новика Д.А. были заполнены в ином, меньшем объеме, не порочит акты, представленные ФИО2, и не свидетельствует об их неотносимости к предмету спора либо их подложности. В этой связи суд не усматривает оснований для признания указанных актов сфальсифицированными в части сведений о договоре купли-продажи от 14.09.2018 и общем весе животных. Как указано свидетелем ФИО8, допрошенной в судебном заседании, действительно указанные сведения были вписаны в экземпляры актов ответчика позднее, при этом сведения о весе животных соответствуют фактическим результатам взвешивания. ФИО1 же заявил, что ему эти акты вообще не нужны. При таких фактических обстоятельствах суд оценивает доказательства в их совокупности и взаимной связи. Даже отсутствие в актах ссылки на спорный договор не означает непременно, что они составлены не во исполнение этого договора, поскольку данное обстоятельство подтверждается иными доказательствами.

Как следует из соглашения об отступном от 10.09.2018, заключенного между ФИО2 (кредитор) и ИП главой КФХ ФИО4 (должник), стороны пришли к соглашению о прекращении обязательства должника, вытекающего из договора целевого процентного займа от 21.04.2017, предоставлением отступного в форме передачи имущества в виде сельскохозяйственных животных. Пунктом 2.1 соглашения предусмотрено, что в качестве отступного должником передается кредитору крупный рогатый скот (коровы фуражные в количестве 270 голов). С момента передачи указанного имущества по акту приема-передачи обязательство должника перед кредитором прекращается в размере стоимости переданного имущества (п. 2.2 соглашения).

Актом приема-передачи имущества от 10.09.2018 подтверждается передача ФИО4 ФИО2 131 головы сельскохозяйственных животных (74 телки, 16 быков, 34 нетели, 7 коров).

Доводы истца о незаключенности соглашения об отступном судом отклоняются, поскольку опровергаются его фактическим исполнением сторонами.

Согласно правовой позиции, отраженной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 № 13970/10, в случае спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.

Требования к существенным условиям договоров устанавливаются законодателем с целью недопущения неопределенности в правоотношениях сторон и для предупреждения разногласий относительно исполнения договора. Однако если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует. Следовательно, в этом случае соответствующие условия спорного договора должны считаться согласованными сторонами, а договор – заключенным (постановление Президиума ВАС РФ от 05.02.2013 № 12444/12).

Кроме того, как указано в п. 1.2 договора купли-продажи от 14.09.2018, животные принадлежат продавцу на праве собственности, что подтверждается соглашением об отступном от 10.09.2018. Таким образом, при заключении договора купли-продажи истец имел возможность ознакомиться с соглашением об отступном в целях проверки наличия у продавца товара и прав на его отчуждение.

Согласно дополнительному соглашению № 1 от 19.09.2018 к соглашению об отступном от 10.09.2018 кредитор (ФИО2) поручает должнику (ФИО4) во исполнение п. 2.1 соглашения об отступном от 10.09.2018 передать имущество – крупный рогатый скот – быков, телок в количестве 47 штук в адрес ИП главы КФХ ФИО1 (ИНН <***>) по месту нахождения хозяйства должника по адресу: НСО, Доволенский район, с. Суздалка. Факт передачи крупного рогатого скота фиксируется путем подписания актов приема-передачи между должником и ИП главой КФХ ФИО1

Дополнительным соглашением № 2 от 27.09.2018 предусмотрена передача должнику Новику Д.А. быков, телок, нетелей в количестве 45 штук в счет соглашения об отступном, а дополнительным соглашением № 3 от 28.09.2018 – коров, нетелей в количестве 32 штуки.

Указанные соглашения полностью соответствуют представленным актам приема-передачи.

Третье лицо ФИО4 пояснила, что передавала животных Новику Д.А. по актам от 19.09.2018, 27.09.2018, 28.09.2018 по возложению ФИО2, вытекающему из соглашения об отступном от 10.09.2018. Наличие каких-либо самостоятельных договорных отношений с Новиком Д.А. отрицала. Наличие залога в отношении переданных животных ФИО4 также отрицала.

Согласно ст. 409 Гражданского кодекса РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного – уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

Пунктом 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 № 102 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что обязательство прекращается с момента предоставления отступного взамен исполнения, а не с момента достижения сторонами соглашения об отступном. Соглашение об отступном порождает право должника на замену исполнения и обязанность кредитора принять отступное. Соглашение об отступном не создает новой обязанности должника, следовательно, не порождает права требования кредитора предоставить отступное. При неисполнении соглашения об отступном в определенный сторонами срок кредитор (истец) вправе потребовать исполнения первоначального обязательства и применения к должнику мер ответственности в связи с его неисполнением.

Как следует из легального определения отступного, это такой способ прекращения обязательства, при котором должник вместо исполнения первоначального обязательства передает кредитору деньги либо иное имущество.

Пунктом 1 статьи 313 ГК РФ предусмотрено, что кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

В соответствии с пунктом 2 статьи 313 ГК РФ, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса (пункт 5 статьи 313 ГК РФ).

Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (пункт 3 статьи 313 ГК РФ).

Абзацем 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

В пункте 21 Постановления № 54 указано, что если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ, при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ. При этом согласно пункту 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий.

Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Вместе с тем на основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно, с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования.

Таким образом, гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом, в соответствии с которой такое исполнение является недопустимым только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

При этом по смыслу нормы пункта 1 статьи 313 ГК РФ, должник вправе, не запрашивая согласия кредитора, возложить исполнение на третье лицо.

Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять исполнение. При этом закон не наделяет кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся отношений между третьим лицом и должником, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение кредитору, принявшему как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившего исполнение лицо, и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что поручение ФИО2 ФИО4 исполнить его обязательства по передаче товара, вытекающие из договора купли-продажи от 14.09.2018, согласуется с положениями действующего гражданского законодательства, равно как и поручение Новика Д.А. ФИО3 уплатить ФИО2 следуемые ему денежные средства. Поскольку фактически товар (животные) находился в с. Суздалка Доволенского района Новосибирской области, подобный способ исполнения обязательства по передаче товара (возложение на третье лицо) суд признает разумным и целесообразным.

Согласно показаниям свидетеля ФИО8, в сентябре 2018 года она передавала скот Новику Д.А. по поручению ФИО2 Передача животных происходила в с. Довольное на зернотоку. Сначала в Довольное приезжал порожний грузовой автомобиль с прицепом, который взвешивался, затем ехал в с. Суздалка (расстояние около 20 км), где забирал животных, ехал обратно в Довольное, где еще раз взвешивался. Из полученного значения отнимался вес порожнего автомобиля и 20 кг топлива. Акты приема-передачи заполнялись собственноручно ФИО8 в двух экземплярах, подписывались сторонами. При этом ФИО1 говорил, что ему эти акты не нужны. По просьбе ФИО2 в акты были внесены указания на дату договора купли-продажи (14.09.2018), вес животных, который был определен при взвешивании (при передаче товара). При этом ФИО2 и ФИО1 общались по телефону, определяя размер подлежащих уплате денежных средств, в эти вопросы свидетель не вникала.

Таким образом, из показаний свидетеля вытекает, что передача коров осуществлялась по поручению ФИО2, то есть во исполнение его собственных обязательств, а не обязательств ФИО4 Взвешивание животных фактически производилось при их передаче, однако эти сведения были внесены в акты позднее.

Доводы истца по первоначальному иску о том, что акты приема-передачи подтверждают исполнение ФИО4 ее собственных обязательств по договору купли-продажи от 25.09.2018, на который имеется ссылка в платежном поручении № 29 от 28.09.2018, судом отклоняются как не подтвержденные доказательствами. Указанный договор от 25.09.2018 в материалы дела не представлен. Согласно пояснениям третьего лица ФИО4, указанные денежные средства были уплачены по инициативе Новика Д.А. в счет будущих поставок; с Новиком Д.А. велись переговоры относительно приобретения КРС, однако договор заключен не был, имущество не передавалось. Кроме того, первый акт приема-передачи от 19.09.2018 составлен до указанной даты договора, следовательно по этой причине не может иметь к нему отношения. Также суд обращает внимание, что истцом по первоначальному иску не представлено разумного объяснения, почему цена сельскохозяйственных животных по договору с ФИО4 (1 200 000 рублей за 124 головы) почти в три раза ниже той, что согласована в договоре купли-продажи от 14.09.2018. В сельскохозяйственной практике обычным является определение цены продаваемого скота за килограмм живого веса либо за единицу, но не за все стадо целиком, на чем настаивал истец.

Вместе с тем, принимая во внимание совокупность иных представленных по делу сторонами доказательств, суд приходит к выводу, что указанные акты составлены именно во исполнение обязанности ФИО2 по передаче товара в рамках договора купли-продажи от 14.09.2018.

Доводы истца о том, что ответчиком не переданы ветеринарные свидетельства на животных, суд отклоняет, поскольку истцом в нарушение ст. 464 Гражданского кодекса РФ не представлено доказательств обращения к ответчику с требованием о передаче данных документов.

Согласно положениям указанной статьи если продавец не передает или отказывается передать покупателю относящиеся к товару принадлежности или документы, которые он должен передать в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи (пункт 2 статьи 456), покупатель вправе назначить ему разумный срок для их передачи.

В случае, когда принадлежности или документы, относящиеся к товару, не переданы продавцом в указанный срок, покупатель вправе отказаться от товара, если иное не предусмотрено договором.

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от 06.02.2018 № 305-ЭС17-16171, в ситуации, когда по условиям договора товар должен поставляться по правилам пункта 2 статьи 456 ГК РФ одновременно с передачей соответствующей документации, поставщик не вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения этого обязательства, поскольку в данном случае наступают последствия, установленные статьей 464 ГК РФ, предусматривающие право покупателя отказаться от товара при соблюдении условия о назначении поставщику разумного срока для передачи недостающих принадлежностей и документов и последующего неисполнения поставщиком такой обязанности после истечения этого срока.

Иными словами, в этом случае покупатель, реализовав свое право, предусмотренное пунктом 2 статьи 464 ГК РФ, вправе отказаться полностью или частично (в отношении конкретной партии товара) от исполнения договора, что влечет его расторжение или изменение (пункт 3 статьи 450 ГК РФ (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ), содержание которого воспроизведено в пункте 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Таким образом, покупатель не вправе отказаться от оплаты товара, поставленного без необходимой документации, если он не заявил об отказе от такого товара по правилам статьи 464 ГК РФ в связи с невозможностью или затруднительностью его использования по назначению без соответствующих документов.

Согласно справке ГБУ Новосибирской области «Управление ветеринарии Доволенского района Новосибирской области» от 12.07.2019 № 72 по результатам карантинных мероприятий на животноводческой ферме ИП главы КФХ «ФИО4» , проведенных в августе 2018 года, из 192 голов крупного рогатого скота 18 голов направлено для убоя на Краснозерский мясокомбинат; за оформлением ветеринарных сопроводительных документов на оставшихся животных никто не обращался.

Доводы истца по первоначальному иску о том, что денежные средства были переданы ФИО2 до передачи товара по его просьбе, так как были необходимы на лечение, опровергаются справкой ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр имени академика Е.Н. Мешалкина», согласно которой ФИО2 находился на лечении в указанном учреждении с 17.09.2018 по 21.09.2018. 18.09.2018 ФИО2 была выполнена операция за счет субсидий из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования. Таким образом, ФИО2 проходил лечение за счет бюджетных средств. Кроме того, суммы, переданные по распискам ФИО2, в точности совпадают с суммами, причитающимися ему за переданный товар по двум актам приема-передачи с учетом согласованных сторонами условий договора купли-продажи.

На основании изложенного суд приходит к выводу о необоснованности первоначального иска в части требования о взыскании предварительной оплаты за товар.

Поскольку требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами носит производный от требования о взыскании основного долга характер, то в его удовлетворении также надлежит отказать.

Также истцом было заявлено требование о расторжении договора купли-продажи от 14.09.2018.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса РФ договор может быть расторгнут по решению суда по требованию одной из сторон при существенном нарушении договора другой стороной.

Существенными признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (пункт 2 статьи 450 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 460 Гражданского кодекса РФ, продавец обязан передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц, за исключением случая, когда покупатель согласился принять товар, обремененный правами третьих лиц.

Неисполнение продавцом этой обязанности дает покупателю право требовать уменьшения цены товара либо расторжения договора купли-продажи, если не будет доказано, что покупатель знал или должен был знать о правах третьих лиц на этот товар.

Если продавец отказывается передать покупателю проданный товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи (п. 1 ст. 463 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 2 ст. 346 Гражданского кодекса РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества. Таким образом, в этом случае залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства; залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога (в противном случае залог сохраняется). Таким образом, отчуждение ФИО4 заложенных сельскохозяйственных животных ФИО2 должно было привести к прекращению залога. Доказательств, подтверждающих, что ФИО2 было известно о залоговом обременении, в материалы дела не представлено. Следовательно, ФИО2 передан Новику Д.А. товар свободным от прав третьих лиц (не находящийся в залоге).

Кроме того, суд принимает во внимание условия договора залога имущества № 28/05/18-1 от 28.05.2018, согласно которому залогодатель (ИП глава КФХ ФИО4) передает в залог залогодержателю (ООО НПЦ «Эталон») в обеспечение полного и надлежащего исполнения всех обязательств, возникших из договора займа от 22.05.2018 № 22/05/18-1 в том числе следующее имущество: стадо КРС, состоящее из следующих животных: коровы – 38 штук, нетели – 24 штуки, быки – 8 штук, телки ДД.ММ.ГГГГ года рождения – 32 штуки, телята ДД.ММ.ГГГГ года рождения – 27 штук, бычки – 4 штуки, телочки – 24 штуки, стоимостью 120 рублей за кг живого мяса. На момент заключения договора общий вес составляет 30 125 кг на сумму 3 615 000 рублей.

Согласно п. 2.2.6 договора залога залогодатель обязуется не продавать имущество, не передавать его в аренду и не распоряжаться им иным способом без письменного согласия залогодержателя.

Поскольку в договоре отсутствуют идентифицирующие признаки животных, нельзя сделать вывод о том, что ФИО4 в качестве отступного были переданы именно те животные, которые были обременены залогом.

Анализируя указанный договор, суд не может согласиться с ответчиком, что он заключен по модели залога товаров в обороте (в отношении животных), поскольку индивидуализирующие признаки указанных животных в договоре не поименованы (например, номера бирок). Пунктом 2.2.6 договора установлен прямой запрет на отчуждение предмета залога без согласия залогодержателя, что исключает квалификацию названного договора как договора о залоге товаров в обороте (последний, напротив, предполагает постоянное отчуждение заложенного имущества и замену его другим).

Как следует из положений ст. 357 Гражданского кодекса РФ, залогом товаров в обороте признается залог товаров с оставлением их у залогодателя и с предоставлением залогодателю права изменять состав и натуральную форму заложенного имущества (товарных запасов, сырья, материалов, полуфабрикатов, готовой продукции и т.п.) при условии, что их общая стоимость не становится меньше указанной в договоре залога.

Предмет залога по договору залога товаров в обороте может быть определен посредством указания родовых признаков соответствующих товаров и мест их нахождения в определенных зданиях, помещениях или на земельных участках.

Уменьшение стоимости заложенных товаров в обороте допускается соразмерно исполненной части обеспеченного залогом обязательства, если иное не предусмотрено договором.

Кроме того, письмом от 06.10.2018 третье лицо ООО НПЦ «Эталон» сообщило, что разногласия по поводу продажи стада КРС ФИО4 урегулированы, ООО НПЦ «Эталон» дает согласие на продажу стада КРС (38 коров, 24 нетели, 8 быков, 32 телки ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 28 телят ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 4 бычка, 24 телочки) без последующего залога. Из материалов дела следует, что это письмо было направлено с того же адреса электронной почты (nsk-etalon@mail.ru), что и претензия о наличии возражений относительно передачи сельскохозяйственных животных ФИО4 ФИО2 в качестве отступного, в связи с чем суд оценивает пояснения третьего лица об отсутствии указанного письма критически.

Между тем доводы истца о том, что имущество было обременено залогом, противоречат позиции истца о том, что имущество ФИО2 ему фактически не передавалось. При таких обстоятельствах не может иметь значение факт наличия указанного обременения. По смыслу ст. 460 Гражданского кодекса РФ нарушением со стороны продавца является передача товара, обремененного правами третьих лиц; пока товар не передан, никакого нарушения нет. Не может быть признано нарушением условий договора то, что продавец, по утверждению истца, должен был передать товар, однако этот товар был обременен залогом. Поскольку в данном случае речь идет о передаче товара, определенного родовыми признаками, продавец вправе приобрести этот товар у любых третьих лиц с целью исполнения принятого на себя обязательства.

Также позиция истца о наличии залога противоречит доводам истца о том, что соглашение об отступном является незаключенным (если залог есть, значит скот передан ФИО2 по соглашению об отступном; если же указанное соглашение не заключено, то у ФИО2 нет никаких сельскохозяйственных животных, обремененных залогом).

В силу пункта 2 статьи 452 Гражданского кодекса РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии – в тридцатидневный срок.

Поскольку судом не установлено каких-либо нарушений договора со стороны ответчика по первоначальному иску, то требование о расторжении договора, заявленное истцом и мотивированное неисполнением обязанности по передаче товара, продажей товара, обремененного залогом, удовлетворению не подлежит.

В отношении требований по встречному иску суд полагает их обоснованными и подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

Согласно положениям п. 1, 2 ст. 486 Гражданского кодекса РФ, покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью.

Поскольку судом установлено, что истец по встречному иску передал ответчику товар по трем вышеуказанным актам приема-передачи, а оплата произведена лишь по двум из них, требование истца о взыскании задолженности за товар, переданный по акту приема-передачи № 3 от 28.09.2018, является обоснованным и подлежит оплате. Расчет задолженности, представленный истцом по встречному иску, ответчиком не оспорен. Судом данный расчет проверен и признан полностью соответствующим условиям заключенного договора. Таким образом, требование о взыскании задолженности по встречному иску в размере 1 137 150 рублей подлежит удовлетворению. Суд отмечает, что ответчиком по встречному иску не представлено доказательств, опровергающих общий вес указанного в актах товара, а лишь заявлено о том, что взвешивание не производилось. Поскольку данное утверждение опровергается совокупностью представленных доказательств, в частности условиями договора, фактическими действиями сторон, показаниями свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд оценивает его критически.

Согласно п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Как следует из условий заключенного сторонами договора купли-продажи, сторонами согласована неустойка в случае просрочки оплаты переданного товара.

Расчет неустойки, представленный истцом по встречному иску, судом проверен и признан соответствующим условиям договора и арифметически правильным. Ответчиком расчет не оспорен, контррасчет не представлен. Таким образом, требование о взыскании неустойки в размере 275 190,30 рублей за период с 02.10.2018 по 31.05.2019 также подлежит удовлетворению.

Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки, начисляемой на сумму долга за период с 01.06.2019 по день фактического погашения задолженности из расчета 0,1% за каждый день просрочки.

В соответствии с п. 65 постановления Пленума ВС РФ № 7 по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию в пользу истца неустойка, начисляемая на сумму задолженности из расчета 0,1% от указанной суммы за каждый день просрочки начиная с 01.06.2019 и по день фактического исполнения обязательства.

В отношении заявленного истцом по встречному иску требования о расторжении договора, с учетом установленного судом факта нарушения договора в части оплаты покупателем, принимая во внимание вышеприведенные положения гражданского законодательства, суд находит его подлежащим удовлетворению.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и взыскиваются с ответчика по встречному иску в пользу истца по встречному иску. Расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному иску относятся на истца по первоначальному иску. Излишне уплаченные сторонами суммы государственной пошлины подлежат возврату согласно ст. 333.40 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении первоначального иска отказать.

Встречный иск удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, Новосибирская область, с. Локти (ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новосибирск (ИНН <***>) задолженность по договору купли-продажи от 14.09.2018 в размере 1 137 150 рублей, неустойку в размере 275 190,30 рублей за период с 02.10.2018 по 31.05.2019, неустойку, начисляемую на сумму долга в размере 1 137 150 рублей из расчета 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки за период с 01.06.2019 по день фактического погашения задолженности, расходы по оплате государственной пошлины в размере 33 123 рублей.

Расторгнуть договор купли-продажи от 14.09.2018, заключенный между индивидуальным предпринимателем главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, Новосибирская область, с. Локти (ИНН <***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО2, г. Новосибирск (ИНН <***>).

Возвратить индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, Новосибирская область, с. Локти (ИНН <***>) из средств федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 рублей. Выдать справку.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Новосибирск (ИНН <***>) из средств федерального бюджета государственную пошлину в размере 46 рублей. Выдать справку.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья

Е.И. Бутенко