Решение от 14 ноября 2022 г. по делу № А11-11951/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

600005, г. Владимир, Октябрьский проспект, д. 19

http://www.vladimir.arbitr.ru; http://www.my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А11-11951/2020
г. Владимир
14 ноября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 07.11.2022. Полный текст решения изготовлен 14.11.2022.


Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Митропан И.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании исковое заявление

общества с ограниченной ответственностью «МАРКЕНТ» (Московская область, г. Мытищи, тер. свх. Мытищи, д. 12, ОГРН <***>, ИНН <***>) к

ФИО2 (Волгоградская область, г. Камышин)

о взыскании с наследника генерального директора ООО «ПСК КРОН» убытков в размере 8 795 003 руб. 02 коп. в пределах наследственной массы (с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),


при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «МАРКЕНТ» – представителя ФИО3 по доверенности от 03.11.2021 сроком до 03.11.2022,

от ФИО2 – представитель не явился, извещен,

установил:

истец, общество с ограниченной ответственностью «Проектная строительная компания КРОН» (далее – ООО «ПСК КРОН», общество), обратился в Арбитражный суд Владимирской области с иском к ответчику, ФИО2 (далее - ФИО2), с требованием о взыскании долга наследодателя в размере 8 795 003 руб. 87 коп.

Истец уточнил исковые требования, в уточненном исковом заявлении (вх. от 17.03.2021) просит суд взыскать с наследника генерального директора ООО «ПСК КРОН» убытки в размере 8 795 003 руб. 02 коп. в пределах наследственной массы.

На основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принял уточнение заявленных истцом требований.

Определением суда от 18.03.2022 произведена замена взыскателя – общества с ограниченной ответственностью «Проектная строительная компания КРОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>) его процессуальным правопреемником – обществом с ограниченной ответственностью «МАРКЕНТ» (Московская область, г. Мытищи, тер. свх. Мытищи, д. 12, ОГРН <***>, ИНН <***>) по делу № А11-11951/2020.

Иск заявлен на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

Ответчик в письменных отзывах (вх. от 23.12.2021, от 16.06.2022, от 22.06.2022) иск не признал, считает требования истца незаконными и необоснованными, просит суд в иске отказать. Ответчик указал, что ФИО7 (сын ответчика) в период с 18.07.2016 по 05.04.2018 (день смерти, наступившей в результате противоправных действий несовершеннолетнего ФИО4 - сына учредителя ООО «ПСК КРОН» - ФИО5) состоял в должности генерального директора ООО «ПСК КРОН». В наследство ответчик получил квартиру кадастровой стоимостью 1 290055 руб. 75 коп., рыночная стоимость – 1 910 000 руб. Учитывая материалы процессуальной проверки, из содержания которых следует, что документы о хозяйственной деятельности общества и контрагенты отсутствуют, а денежные средства на расчетный счет общества поступали в качестве финансирования от учредителя ФИО6, ответчик полагает, что денежные средства учредителя обналичены с помощью карты по согласованию с ФИО6 и были использованы на строительство завода. Ответчик считает, что присвоение денежных средств генеральным директором ФИО7 не установлено, денежные средства, которыми с карты оплачивались товары и услуги в интересах ООО «ПСК «КРОН», как следует из движения денежных средств, расходовались генеральным директором ФИО7 добросовестно и разумно, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. Ответчик указал на пропуск истцом срока исковой давности по требованиям за период с 18.07.2016 по 22.10.2017.

Истец возразил против доводов ответчика, в письменных пояснениях № 6 (вх. от 05.09.2022) сообщил, что ООО «ПСК КРОН» занималось строительством комплекса производственно-складских зданий по адресу: Владимирская область. <...>, земельные участки, на которых осуществлялось строительство, были в собственности ФИО6, он же получал разрешения на строительства данного комплекса. Строительство шло за счет строительных материалов, поставленных ФИО6 в адрес ООО «ПСК КРОН», а именно были три крупные поставки: 19.07.2016, 29.12.2016, 27.12.2017, а также ФИО6 осуществлял и иные мелкие поставки строительного материала непосредственно на строительную площадку, который сразу же использовался в строительных нуждах. Никто иной строительные материалы не поставлял, в том числе ФИО7 Истец сообщил, что ФИО6 являлся участником ООО «ПСК КРОН» с 14.07.2016 по 01.06.2020, то есть в тот период, когда ФИО7 был генеральным директором Общества, ФИО8 работал в обществе с 01.08.2016 по 15.05.2018 в качестве заместителя генерального директора, то есть в период, когда ФИО7 был генеральным директором общества, а с 16.05.2018 по 05.04.2022 ФИО8. был генеральным директором общества. Истец утверждает со ссылкой на пояснения ФИО6 и ФИО8, что товары, указанные в исковом заявлении на оснвоании выписки по счету Общества, не могли быть приобретены для нужд ООО «ПСК КРОН», так ФИО7 перечисленный товар не приносил на объект, не сдавал на склад, не отчитывался за него. Все строительные материалы, по сведениям истца, приобретал ФИО5. Кроме того, продовольственные и непродовольственные товары такие как хлеб, кефир, морковь, торт, мыло, пемолюкс, вино, бытовая техника и др. не могли быть использованы Обществом в предпринимательских целях, следовательно, данные покупки ФИО7 осуществил для личных целей.

Также услуги MTS ОАО оплачивались ФИО7 исключительно для личного потребления, у общества не было корпоративной связи, SHERLOCK VLADIMIR (магазин специализируется на продаже табачной продукции), AROMATNYY MIR (магазин специализируется на продаже алкогольной продукции), TSVETY VLADIMIR (магазин специализируется на продаже цветов), АРТЕКА 2 VLADIMIR (магазин специализируется на продаже лекарственных средств) – такие товары приобретались ФИО7 исключительно для личного потребления, обществу товары, реализуемые в указанных магазинах, для хозяйственных нужд не требовались. Истец указал, что оплата санатория не является целевым расходованием денежных средств на нужды Общества, а учредитель ФИО6 никакие письменные или устные указания ФИО7 на оплату санатория не давал. Следовательно, ФИО7 самостоятельно принял решение о совершении указанной банковской операции, причинившей убытки обществу. Истец сообщил, что кассовой книги в обществе не было, операции с наличными денежными средствами не осуществлялось, контрольно-кассовой техники не было, поэтому ФИО7 при снятии наличных денежных средств в банкоматах с расчетного счета общества не мог их внести в кассу предприятия, что подтверждает необоснованность трат, произведенных сыном ответчика. По сведениям истца, штатного главного бухгалтера в обществе также не было, его функции возлагались на ФИО7, как генерального директора и главного бухгалтера в одном лице, в связи с чем на протяжении долгого периода времени ФИО7 мог продолжать своими действиями причинять убытки предприятию.

Представитель истца в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования в полном объеме.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в его отсутствие по имеющимся доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из представленных в материалы дела документов ООО «ПСК КРОН» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.06.2016 (выписка из ЕГРЮЛ от 23.10.2020), основной вид экономической деятельности - строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.20).

В период с 20.06.2016 по 05.04.2018 ФИО7 занимал должность генерального директора ООО «ПСК КРОН». ФИО7 умер 05.04.2018. Единственным наследником, принявшим наследство после смерти ФИО7, является его отец ФИО2.

Должность генерального директора ООО «ПСК КРОН» с 16.05.2018 по 05.04.2022 занимал ФИО8.

Участниками ООО «ПСК КРОН» были ФИО7 (с 20.06.2016 по 14.07.2016), ФИО6 (с 14.07.2016 по 01.06.2020), ФИО9 (с 01.06.2020 по 05.04.2022).

Согласно справке ПАО «Сбербанк» на имя генерального директора ООО «ПСК КРОН» была выдана корпоративная карта № 4274422000015799.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском ООО «ПСК КРОН» указало, что в период с 20.06.2016 по 05.04.2018 ФИО7, используя корпоративную кредитную карту в своих личных целях, произвел не связанные с деятельностью общества расходы по приобретению товаров и оплате услуг, на сумму 8 795 003 руб. 02 коп..

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к следующему выводу.

В силу пункта 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица.

Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества (пункт 1 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) и без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (подпункт 1 пункта 3 названной статьи).

Согласно пункту 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ закреплено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу пункта 2 названной статьи члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

По смыслу статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью для наступления ответственности единоличного исполнительного органа общества необходимо наличие убытков, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправностью поведения и наступлением убытков, а также вины причинителя вреда. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Для удовлетворения иска о взыскании убытков с генерального директора общества истцу следует доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

На основании статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

По общему правилу в состав наследства входит все имущество и долги наследодателя, за исключением случаев, когда имущественные права и обязанности неразрывно связаны с личностью наследодателя либо если их переход в порядке наследования не допускается Федеральным законом (статьи 418 и 1112 ГК РФ, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее - постановление № 9).

В пункте 58 постановления № 9 разъяснено, что под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника, независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

При этом, действующее законодательство не содержит прямого запрета на переход в порядке наследования обязанности возмещения убытков (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.12.2019 № 303-ЭС19-15056 по делу № А04-7886/2016).

Суд, исходя из положений статьей 1112, 1175 ГК РФ, учитывая, что ФИО2 является единственным наследником бывшего руководителя ООО «ПСК КРОН» Левочкина, счел ФИО2 надлежащим ответчиком по настоящему делу.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления № 62 разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В частности, для возмещения убытков лицо, требующее их возмещения в судебном порядке, должно доказать факт нарушения его права, наличие причинно-следственной связи между этим фактом и понесенными убытками, а также размер убытков.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении иска.

По смыслу правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5-8), обязанность лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, возместить убытки, должна быть доказана на общих основаниях при применении повышенного стандарта доказывания (ясные и убедительные доказательства).

Судом установлено, что в период с 20.06.2016 по 05.04.2018 ФИО7 занимал должность единоличного исполнительного органа ООО «ПСК «КРОН». 05.04.2018 ФИО7 скончался, о чем составлена запись акта о смерти от 09.04.2018 № 3578 (справка о смерти № 3591 от 09.04.2018).

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону серия 33А № 2070997 от 05.10.2020 наследником по закону является отец умершего ФИО7 – ФИО2. В наследственную массу вошла квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер: 33:22:011076:83. Согласно отчету об оценке рыночной стоимости № 2184 рыночная стоимость квартиры по состоянию на дату принятия наследства составляет 1 910 000 руб.

Судом также установлено, что за период с 30.06.2016 по 04.04.2018 ФИО7 были осуществлены действия по снятию наличных денежных средств с расчетного счета Общества, а также по перечислению денежных средств на личный счет, по оплате товаров на общую сумму 8 795 003 руб. 02 коп.

Истец полагает, что ФИО7 совершена растрата денежных средств, принадлежащих обществу в размере 8 795 003 руб. 02 коп., данные денежные средства были израсходованы на личные нужды ФИО7 который имел доступ к расчетному счету и на него была выпущена банковская карта, документов, подтверждающих расходование денежных средств на нужды общества, не представлено, вместе с тем, ежемесячный доход ФИО7 в среднем составлял 16 000 руб., при этом он ежемесячно погашал ипотеку (займ) в размере 20 100 руб., приобретал дорогостоящее имущество.

Суд отмечает, что бремя доказывания факта причинения Обществу убытков действиями (бездействием) бывшего руководителя, а также причинной связи между его недобросовестным поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для ООО «ПСК КРОН» возложено на истца.

При этом, на бывшем руководителе, как лице, осуществляющем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в управлении организацией.

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

При этом суд обращает внимание, что доказывание наследниками директора Общества обстоятельств, опровергающих вину в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки истца, объективно затруднено. Наследники, как правило, лишены доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности Общества, и не имеют иных источников сведений о деятельности юридического лица и его единоличного исполнительного органа.

Ввиду неравенства процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от ответчика требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения, суд считает обоснованными доводы ФИО2 (наследника умершего генерального директора ФИО7) о том, что на него не может быть возложена обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков единоличным исполнительным органом.

Вместе с тем, наличие доказательств со стороны истца, подтверждающих неразумность и недоборсовестность действий генерального директора при расходовании подконтрольных ему денежных средств Общества, не означает, что у ФИО2 отсутствует возможность по опровержению вины ФИО7 в причинении убытков Обществу.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Из указанных норм права следует, что для взыскания убытков с директора (бывшего директора) общества необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: факт причинения обществу убытков, их размер, противоправность действий бывшего директора, наличие причинной связи между действиями (бездействием) бывшего директора и наступившими для общества неблагоприятными последствиями.

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что 71 517 руб. 55 коп. являются убытками Общества.

В настоящем случае, достаточных и надлежащих доказательств, подтверждающих расходование указанных выше денежных средств в интересах Общества, в материалы дела не представлено.

Характер произведенных трат позволяет суду прийти к выводу о том, что денежные средства в указанной сумме потрачены генеральным директором в личных целях.

Расходование денежных средств с корпоративной карты на покупку табачной продукции на сумму 1 141 руб., алкогольной продукции на сумму 3 330 руб., лекарственных средств на сумму 601 руб. 60 коп., цветов на сумму 8 800 руб., а также оплата проживания в санатории на сумму 56 700 руб., не связано с осуществлением юридическим лицом его деятельности, довод ответчика, что любые расходы с корпоративной карты совершались генеральным директором исключительно в интересах представляемого им юридического лица не доказывает обоснованность таких трат для нужд Общества.

Довод ответчика о том, что ФИО7 находились в санатории «Белая Русь» в Краснодарском крае с несовершеннолетним ФИО4 по согласованию учредителя ООО «ПСК Крон» ФИО6 не свидетельствует о произведенных расходах на нужды и в интересах Общества.

В остальной части исковые требования истца о взыскании убытков удовлетворению не подлежат в связи со следующим.

Согласно пояснениям ответчика, с конца 2016 по февраль 2018 по указанию ФИО6 ФИО7 занимался строительством завода в г. Владимире.

Из анализа движения денежных средств по расчетному счету/карте № 4274422000015799 ООО «ПСК КРОН» следует, что ФИО7 расплачивался картой за строительные материалы, крепеж, электротовары, канцтовары, оплачивал связь, бензин, запчасти и ремонт автомобиля, оплачивал проживание в гостинице, осуществлял снятие наличных денежных средств а также переводил денежные средства с корпоративной карты на личный счет ФИО7

Истец полагает, что генеральный директор, используя корпоративную кредитную карту в своих личных целях, произвел не связанные с деятельностью общества расходы по приобретению товаров и оплате услуг, снял и перечислил денежные средства без предоставления отчетов об их использовании.

Доказательства того, что действия генерального директора ФИО7 выходили за пределы его полномочий, суду не представлены, равно как и доказательств того, что спорные денежные средства были израсходованы ответчиком на свои личные нужды вне исполнения им функций генерального директора ООО «ПСК КРОН».

Истец подтвердил тот факт, что ООО «Проектная строительная компания КРОН» занималось строительством комплекса Производственно-складских зданий. Однако, доказательств того, что строительство шло исключительно за счет строительных материалов, поставленных ФИО6 в адрес ООО «Проектная строительная компания КРОН», истцом не представлено. Суд исходит из того, что покупка строительных и расходных материалов, средств уборки, канцелярских принадлежностей осуществлялась для обеспечения деятельности Общества, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Доказательств того, что ремонт транспортного средств и приобретение бензина и запчастей осуществлялось ФИО7 в личных целях материалы дела также не содержат. Истцом не представлено доказательств наличия у ФИО7 личного автомобиля.

Истец полагает, что выписка с корпоративного счета ПАО «Сбербанк» подтверждает факт совершения генеральным директором покупок ООО «Гиперглобус», а из чеков и ответа ООО «Гиперглобус» от 29.06.2022 следует, какие именно покупки совершены ФИО7

Суд считает данный довод истца несостоятельным ввиду того, что представленные чеки не содержат сведений о номере счета, с которого произведен платеж и о владельце данного счета, кроме того в представленных чеках от 05.10.2016 значатся одинаковые суммы, при этом с полной достоверностью не возможно установить, были ли те или иные товары приобретены ФИО7, а оплата за них производилась с корпоративной карты Общества.

Доказательств того, что услуги связи с корпоративной карты оплачивались ФИО7 в личных целях также не представлено. Принимая во внимание сведения о движении денежных средств с личного счета ФИО7 с номером карты №4276100016243294, открытого им в ПАО «Сбербанк», он регулярно оплачивал за счет собственных средств услуги связи. Истцом не подтверждена необходимость использования корпоративной карты №4274422000015799 для указанных расходов, сведений о принадлежности ФИО7 телефонного номера, оплата которого производилась за счет средств Общества, истцом также не представлено.

Довод истца об отсутствии кассовой книги и контрольно-кассовой техники в Обществе не свидетельствует о снятии наличных денежных средств в банкоматах с расчетного счета Общества с использованием корпоративной карты ФИО7 в личных целях.

Также не подтвержден документально довод истца о том, что денежные средства, которые переводились ФИО7 с корпоративной карты на счет ФИО7 являются необоснованным расходованием денежных средств Общества. Как следует из материалов дела, перечисление денежных средств осуществлялось с назначением платежа «перечисление подотчетной суммы», «прочие выплаты по реестру в соответствии с договором 10011275 от 15.09.2016». Согласно Карточки счета 71, приобщенной истцом к делу, перечисленные денежные суммы отражены как списанные со счета для выплаты по реестрам, документальных доказательств того, что подотчетные денежные средства истрачены ФИО7 в личных целях, не представлено.

Оплата гостиницы в г. Москва также не противоречит интересам Общества и не свидетельствует о причиненном вреде. Расходы на проживание в другом городе сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) генерального директора.

В силу части 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Согласно трудовому договору от 20.06.2016 и должностной инструкции от 01.08.2016 в обязанности ответчика как генерального директора входило руководство в соответствии с действующим законодательством хозяйственной и финансово-экономической деятельностью строительной организации, данная работа связана с несением в том числе представительских и командировочных расходов.

К командировочным расходам, подлежащим возмещению работнику в силу статьи 168 Трудового кодекса, относятся: расходы по проезду; расходы по найму жилого помещения; дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные); иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя. Порядок и размеры возмещения расходов, связанных со служебными командировками, определяются коллективным договором или локальным нормативным актом организации.

Документов, определяющих порядок возмещения расходов генерального директора и иных сотрудников Общества, в том числе командировочных расходов истцом в материалы дела не представлено.

Истец также не представил суду утвержденных Обществом правил выдачи и пополнения корпоративных карт, определяющих порядок отчетности и ограничения размера расходования денежных средств Общества его единоличным исполнительным органом.

Истцом подтвержден тот факт, что карта № была выдана ФИО7 как генеральному директору ООО «ПСК КРОН» с целью несения расходов от имени и в интересах общества.

Доказательств неодобрения участником ФИО6 в период осуществления ФИО7 полномочий генерального директора Общества не представлено.

Материалы дела также не содержат доказательств того, что расходы с использованием корпоративной кредитной карты производились ФИО7 с превышением лимита предоставленного обществом по корпоративной карте.

В соответствии с пунктом 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств наличия вышеназванных обстоятельств.

На основании вышеизложенного суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в оставшейся части.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности по требованию о взыскании убытков за период с 18.07.2016 по 22.10.2017.

Суд, исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Частью 1 статьи 200 ГК РФ установлено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 9 и 10 постановления № 62, требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

При предъявлении требования о возмещении убытков срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Настоящее исковое заявление подано в суд от имени ООО «ПСК КРОН» в лице генерального директора ФИО8, вступившего в должность с 16.05.2018.

Таким образом, именно после этой даты и после получения доступа к расчетному счету ООО «ПСК КРОН» в лице нового директора узнало и могло узнать о наличии обстоятельств расходования бывшим директором ФИО7 денежных средств.

Срок исковой давности на защиту нарушенных прав истца заканчивался 16.05.2021.

Исковое заявление подано в Арбитражный суд Владимирской области 23.10.2020, следовательно срок для предъявления настоящего иска истцом не пропущен.

В порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца - общество с ограниченной ответственностью «МАРКЕНТ» и взыскиваются с него в доход федерального бюджета, поскольку истцу была представлена отсрочка уплаты государственной пошлины до вынесения судебного акта по делу.

С ответчика подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 17, 49, 110, 167-171, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «МАРКЕНТ» убытки в размере 71 517 руб. 55 коп.

Исполнительный лист выдается в порядке, предусмотренном статьей 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МАРКЕНТ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 29 239 руб.

Исполнительный лист выдается в порядке, предусмотренном статьей 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 861 руб.

Исполнительный лист выдается в порядке, предусмотренном статьей 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья И. Ю. Митропан