Решение от 14 декабря 2020 г. по делу № А19-15356/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-15356/2020

«14» декабря 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 07.12.2020. Решение в полном объеме изготовлено 14.12.2020.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Гурьянова О.П., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сорокиной Е.И., рассмотрев в судебном заседании дело по иску АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЦИФРОВОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации: 18.04.2013, адрес: 125284, <...>, этаж 15, пом. 1, ком. 1)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГЕНТСТВО "СЕГОДНЯ-ПРЕСС-БАЙКАЛ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664009, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ИРКУТСК, УЛ. СОВЕТСКАЯ, д. 109, ОФИС 15)

о взыскании 320 000 руб.,

при участии в заседании:

от истца: не явился, уведомлен надлежаще,

от ответчиков: не явился, уведомлен надлежаще,

установил:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ЦИФРОВОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГЕНТСТВО "СЕГОДНЯ-ПРЕСС-БАЙКАЛ" (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 640354 (логотип «Лео и Тиг») в размере 60 000 руб., компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 627741 («Лео») в размере 120 000 руб., компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 630591 («Тиг») в размере 120 000 руб., компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 640225 («Мапа Пандига») в размере 20 000 руб. Кроме того, истец просит взыскать с ответчика судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика, в сумме 1100 руб., стоимость почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в сумме 247 руб. 54 коп., а также сумму оплаченной государственной пошлины в размере 9 400 руб.

Истец извещен о судебном разбирательстве в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в судебное заседание не явился.

В обоснование исковых требований истец пояснил, что Акционерному обществу «Цифровое телевидение» принадлежит право на: товарный знак № 638367 (логотип «Лео и Тиг»); товарный знак № 627741 («Лео»); товарный знак № 630591 («Тиг»), товарный знак № 640225 (Мапа Пандига»), что подтверждается выданными Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам, на основании ст.ст. 1477, 1481 Гражданского кодекса РФ.

11.03.2019 года в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>/1, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – игрушка (фигурка с карточкой), на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»).

16.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – набор игрушек в виде объемных фигур, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»).

17.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...> предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – фигурка с карточкой, фигурка выполнена в виде объемной фигуры, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»), № 640225 (Мапа Пандига»);

23.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>/1, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – фигурка с карточкой, фигурка выполнена в виде объемной фигуры, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»);

26.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – фигурка с карточкой, фигурка выполнена в виде объемной фигуры, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»);

29.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – набор игрушек в виде объемных фигур, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»).

АО «ЦТВ» является правообладателем указанных товарных знаков.

Разрешение на использование объектов интеллектуальной собственности путем заключения соответствующего договора ответчику не предоставлялось, в связи с чем такое использование является незаконным.

Полагая, что ответчик своими действиями по распространению товара нарушил принадлежащие истцу исключительные права, последний обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Ответчик извещен о судебном разбирательстве в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в судебное заседание не явился, в представленном отзыве на исковое заявление заявил о своем несогласии с исковыми требованиями; в обоснование возражений указал, что не оспаривает факт реализации товара; при приобретении спорного товара у поставщика полагал, что товар введен в гражданский оборот на законных основаниях и не предполагал обратного; заявил о снижении подлежащий взысканию размера компенсации до 10 000 руб. за каждое нарушение исключительного права, ссылаясь на то, что с учетом продажной стоимости игрушек общий размер дохода от продаж (с учетом общей продажной стоимости, без вычета операционных (коммерческих расходов), составляет небольшую сумму.

В судебном заседании в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялись перерывы до 04.12.2020 до 11-10 часов и 07.12.2020 до 09-15 часов. Информация о времени и месте проведения заседания размещена на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети Интернет (www.arbitr.ru) в разделах «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru) и «Календарь судебных заседаний» (rad.arbitr.ru).

Исследовав материалы дела с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд установил следующее.

Акционерному обществу «Цифровое телевидение» принадлежит право на: товарный знак № 638367 (логотип «Лео и Тиг»); товарный знак № 627741 («Лео»); товарный знак № 630591 («Тиг»), товарный знак № 640225 (Мапа Пандига»), что подтверждается выданными Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам, на основании статей 1477, 1481 Гражданского кодекса РФ.

11.03.2019 года в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>/1, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – игрушка (фигурка с карточкой), на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»).

16.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – набор игрушек в виде объемных фигур, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»).

17.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...> предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – фигурка с карточкой, фигурка выполнена в виде объемной фигуры, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»), № 640225 (Мапа Пандига»);

23.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>/1, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – фигурка с карточкой, фигурка выполнена в виде объемной фигуры, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»);

26.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – фигурка с карточкой, фигурка выполнена в виде объемной фигуры, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»);

29.04.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – набор игрушек в виде объемных фигур, на товаре имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками - № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»).

Факт покупки у ответчика товара подтверждается оригиналами товарных чеков: от 11.03.2019, от 16.04.2019, от 17.04.2019, 23.04.2019, 26.04.2019, 29.04.2019, выданных ответчиком, с указанием наименования продавца и индивидуального номера налогоплательщика (<***>), а также видеозаписями процесса приобретения товара, произведенными в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. 12, 14 Гражданского кодекса РФ.

Правом использования результатов интеллектуальной деятельности ст. 1229 Гражданского кодекса РФ наделяет лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель).

Использование результата интеллектуальной деятельности иными лицами, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами.

Разрешение на использование обозначений, сходных с принадлежащим ему товарным знаком, правообладатель ответчику не предоставлял.

По правилам ст. 1301 Гражданского кодекса РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель вправе в соответствии с частью 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, аналогичное правило законодатель предусмотрел и для случаев незаконного использования чужих товарных знаков без разрешения (часть 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку правообладатель разрешения на использование обозначения, сходного с принадлежащими ему товарными знаками № 640354, № 627741, № 630591, № 640225, не предоставлял, истец посчитал свои исключительные права нарушенными и, руководствуясь вышеназванными нормами права, обратился в суд с требованием выплаты компенсации в размере 320 000 руб., за 6 случаев нарушения исключительного права на товарные знаки, 20 000 рублей за каждый товарный знак, в том числе: компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 640354 (логотип «Лео и Тиг») в размере 60 000 руб., компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 627741 («Лео») в размере 120 000 руб., компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 630591 («Тиг») в размере 120 000 руб., компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 640225 («Мапа Пандига») в размере 20 000 руб..

Исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Федеральным законом от 18.12.2006 № 231-ФЗ «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», Закон Российской Федерации от 23.09.1992 № 3520-3 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» признан утратившим силу с 1 января 2008 года. Отношения в сфере использования товарного знака и распоряжения исключительным правом на товарный знак с 1 января 2008 года регулируются нормами части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1477 Гражданского кодекса РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со ст. 1481 Гражданского кодекса РФ, на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии со ст. 1482 Гражданского кодекса РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно ст. 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака, любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

при выполнении работ, оказании услуг;

на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно п. 1 ст. 1259 Гражданского кодекса РФ объектами авторских прав являются в том числе, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

В соответствии с ч. 1 ст. 1233 Гражданского кодекса РФ, правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

В силу ч. 1 ст. 1477 Гражданского кодекса РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как видно из материалов дела, обществу принадлежит право на товарный знак № 640354, № 627741, № 630591, № 640225 в виде логотипа надписи «Лео и Тиг» и изображений персонажей анимационного мультсериала «Лео и Тиг», что подтверждается Свидетельствами Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам № 640354, № 627741, № 630591, № 640225.

В связи с этим суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительных прав на товарные знаки № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»), № 640225 («Мапа Пандига»).

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2006 года № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» разъяснено, что при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.п. 2, 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 декабря 2007 года № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» предложение к продаже экземпляра фонограммы, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу, является использованием исключительных прав в форме распространения. Доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

Таким образом, доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие риски, имеет право действовать не запрещенными законом способами так, чтобы добыть и зафиксировать информацию о событиях или действиях, которые нарушают названные исключительные права.

В силу требований ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (ч. 2 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Истцом в качестве документов, подтверждающих факт использования ответчиком принадлежащих АО «ЦТВ» товарных знаков № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»), № 640225 («Мапа Пандига») представлены оригиналы товарных чеков: от 11.03.2019, от 16.04.2019, от 17.04.2019, 23.04.2019, 26.04.2019, 29.04.2019, а также видеозаписи осуществления покупки контрафактных товаров; также в дело представлен непосредственно товар (игрушки и фигурки).

Представленные товарные чеки, содержащие наименование продавца (ООО "АГЕНТСТВО "СЕГОДНЯ-ПРЕСС-БАЙКАЛ"), ОГРН, ИНН, подтверждают в соответствии со ст. 493 Гражданского кодекса РФ заключение договоров купли-продажи между сторонами спора. Кроме того, произведенная видеосъемка закупки спорного товара подтверждает заключение договоров купли-продажи между сторонами спора и подтверждает, что товары были приобретены по представленным чекам.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ст.ст. 12, 14 Гражданского кодекса РФ, части 2 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса РФ, осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Представленные в материалы дела видеозаписи процесса покупки товаров исследовались судом в судебном заседании.

Судом установлено, что видеозаписи покупки отображают внутренний вид торговых пунктов ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты. Качество видеосъемки позволяет определить приобретаемый товар, а также процесс выдачи продавцом товарных чеков. На видеозаписях отчетливо отображается содержание выданных товарных чеков, соответствующих приобщенным к материалам дела кассовым чекам. Внешний вид приобщенного к материалам дела товара (игрушка, объемные фигурки) также соответствует внешнему виду товаров, приобретенных согласно представленным видеозаписям.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям п. 6 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом от 13 декабря 2007 года № 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, могут выступать чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

В соответствии со ст.ст. 426, 492 и 494 Гражданского кодекса РФ выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Кассовый (товарный) чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи и по правилам ст. 493 Гражданского кодекса РФ.

С учетом указанных выше обстоятельств суд приходит к выводу о том, что представленные в материалы дела кассовые чеки содержит необходимые реквизиты, в том числе, идентификационные данные, совпадающие с идентификационными данными ответчика, стоимость и даты покупок, отвечают требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, являются достаточными доказательствами заключения договоров розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Суду в рамках настоящего дела на основании ч. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса РФ и положений п. 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» необходимо установить, является ли используемые ответчиком обозначения сходными до степени смешения с зарегистрированными истцом товарными знаками.

С учетом правовой позиции, изложенной в п. 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», п. 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном сравнении обозначения охраняемых и зарегистрированных товарных знаков истца и товаров, реализованных ответчиком, усматривается визуальное и графическое сходство образа надписи «Лео и Тиг», а также изображений персонажей анимационного мультсериала «Лео и Тиг».

Руководствуясь п. 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647, учитывая высокую различительную способность спорных товарных знаков, их узнаваемость, суд приходит к выводу о визуальном и графическом сходстве товаров и охраняемых объектов интеллектуальных прав.

С учетом указанных обстоятельств суд считает, что представленными в материалы дела доказательствами (кассовые чеки, видеозаписи процесса покупки спорных товаров, товары, приобщенные к делу) подтверждается факт реализации ответчиком товаров, имеющих сходство до степени смешения с товарными знаками: № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»), № 640225 («Мапа Пандига»), правообладателем которых является истец.

При этом товары, реализованные ответчиком, не вводились в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что ответчиком нарушены исключительные права на товарные знаки: № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), № 627741 («Лео»), № 630591 («Тиг»), № 640225 («Мапа Пандига»).

В соответствии с п. 3 ст. 1252, ст. 1301 и п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ, при нарушении исключительных прав на товарный знак правообладатель вправе вместо возмещения убытков вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, при этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно п. 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем по сравнению с заявленным требованием размере, но не ниже низшего предела.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Аналогичный, по сути, подход отражен и в п. 47 Обзора от 23 сентября 2015 года, согласно которому при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В настоящем деле, компания-правообладатель просит взыскать с общества - правонарушителя 320 000 рублей компенсации за 16 фактов нарушения исключительных прав, то есть по 20 000 руб. за каждый факт нарушения (за каждый размещенный на товаре объект) в качестве обоснования заявленного размера компенсации указывая на следующее:

- наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров;

- потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно;

- правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введённой в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем.

В п.п. 60, 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) разъяснено, что требование о взыскании компенсации носит имущественный характер; нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 62 Постановления N 10 указано, что при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение и прочие, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (п. 63 Постановления N 10).

В п. 65 Постановления N 10 также указано, что распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от 07.12.2015 по делу N А03-14243/2014, в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализация ответчиком такого товара можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков истца. Приведенная позиция применима и в делах, касающихся защиты исключительного права на произведения изобразительного искусства.

В рассмотренном случае истец осуществил 6 закупок контрафактного товара разных торговых точках ответчика в течение двух месяцев.

В рассмотренном в относительно короткий промежуток времени (с 11.03.2019 по 29.04.2019) ответчик в шести своих торговых точках реализовал 4 пластиковых игрушки с карточкой (по 100 руб. каждая) и 2 наборов игрушек (по 350 руб. каждый) в виде объемных фигурок, на которых содержалось изображение, сходное до степени смешения с изображением товарных знаков принадлежащих истцу. В материалах дела отсутствуют сведения о том, что после осуществления первой закупки истец предупредил ответчика о нарушении им исключительных прав на товарный знак и произведение изобразительного искусства или заявил требования о прекращении нарушения прав истца.

При изложенных обстоятельствах, суд, пришел к выводу о последовательности данных сделок и наличии единого намерения (умысла) продавца при их осуществлении, что в силу изложенных разъяснений свидетельствует об одном факте нарушения в отношении каждого объекта авторского права.

При таком положении у суда отсутствуют основания для удовлетворения иска в полном объеме, и с ответчика подлежит взысканию компенсация за одно нарушение исключительного права на товарный знак и одно нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства в общей сумме 40 000 руб.

Кроме того, ответчик в представленном в материалы дела отзыве заявил о снижении подлежащего взысканию размера компенсации до 10 000 руб. за каждое нарушение исключительного права, ссылаясь на то, что с учетом продажной стоимости игрушек общий размер дохода от продаж (с учетом общей продажной стоимости, без вычета операционных (коммерческих расходов), составляет небольшую сумму.

Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство, суд приходит к следующим выводам.

В силу абз. 3 п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Указанной нормой права предусмотрена возможность снижения размера компенсации ниже пределов, установленных Кодексом, но не менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П отмечено, что лицо, нарушившее исключительное право на объект интеллектуальной собственности при осуществлении предпринимательской деятельности, - исходя из общих принципов гражданско-правовой ответственности и с учетом того, что обладатель нарушенного права в целях реализации предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в виде выплаты компенсации подлежит применению независимо от вины нарушителя (пункт 3 статьи 1250 и пункт 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации), - должно иметь возможность доказать, что им были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу - правообладателю.

При оценке приведенных ответчиком доказательств и проверке названных им обстоятельств, судом установлено, что сумма иска во много раз превышает стоимость проданного контрафактного товара и потенциальные убытки для правообладателя; подлежащие применению на основании прямого указания закона санкции (20 000 рублей за каждое нарушение) являются - с учетом обстоятельств настоящего дела - явно несправедливыми и несоразмерными допущенному нарушению; размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (1 100 рублей против 120 000 рублей).

Согласно п. 21 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)» , утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, сторона, заявившая о необходимости снижения компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Учитывая характер допущенного нарушения, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования товарных знаков, вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), отсутствие доказательств негативного влияния деятельности ответчика на деловую репутацию истца и возникновение в связи с этим убытков, в частности, уменьшение спроса на продукцию с использованием товарного знака истца и снижением объема продаж, исходя из принципа соразмерности компенсации последствиям нарушенного права, с учетом требований разумности и справедливости и обеспечения доверия граждан как к закону, так и к суду, суд считает при наличии перечисленных обстоятельств возможным применить указание Конституционного Суда Российской Федерации и снизить размер компенсации до 40 000 руб.

При этом суд в данном конкретном случае считает необходимым учесть факт признания ответчиком продажи спорного товара, а также то, что данные им пояснения свидетельствуют об отсутствии у ответчика умысла на сознательное нарушение требований действующего законодательства и причинение истцу ущерба.

При таких обстоятельствах заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Истцом понесены затраты на приобретение вещественных доказательств – товары (игрушки, фигурки) в общей сумме 1 100 рублей, что подтверждается кассовыми чеками: от 11.03.2019 на 100 руб., от 16.04.2019 на 350 руб., от 17.04.2019 на 100 руб., от 23.04.2019 на 100 руб., от 26.04.2019 на 100 руб., от 29.04.2019 на 359 руб.

Указанные расходы понесены истцом в связи с рассмотрением настоящего дела.

Истцом также заявлены к взысканию с ответчика судебные издержки на почтовые расходы в связи с отправлением претензии и искового заявления в размере 247 рубль 54 копейки.

В подтверждение несения данных расходов истцом представлена почтовая квитанция от 08.09.2020 на сумму 247 рубль 54 копейки.

Кроме того, истцом при обращении в суд произведена уплата государственной пошлины в сумме 9 400 руб. на основании платежного поручения от 21.08.2020 № 5367.

Учитывая, что заявленные исковые требования истца удовлетворены частично (12,5%), понесенные истцом судебные издержки в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ подлежат пропорциональному распределению, а именно с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в сумме 1 343 руб. 44 коп.

Суд приобщил в качестве вещественных доказательств по делу представленные истцом игрушки и фигурки.

В связи с признанием судом вещественных доказательств по делу – игрушка, фигурки - контрафактным товаром, возмещением истцу их стоимости, последние в силу пунктов 25 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пунктом 44 постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» подлежат уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь ст.ст. 167-171 Арбитражного процессуального кодекса РФ,

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГЕНТСТВО "СЕГОДНЯ-ПРЕСС-БАЙКАЛ" в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЦИФРОВОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ» 10 000 руб. - компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 640354 (логотип «Лео и Тиг»), 10 000 руб. - компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 627741 («Лео»), 10 000 руб. - компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 630591 («Тиг»), 10 000 руб. - компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 640225 («Мапа Пандига»), а также судебные расходы в размере 1 343 руб. 44 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья О.П. Гурьянов