Постановление от 9 декабря 2022 г. по делу № А20-969/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-969/2022
г. Краснодар
09 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 09 декабря 2022 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Аваряскина В.В., судей Рассказова О.Л. и Садовникова А.В., при ведении протокола судебного заседания, проводимого с использованием систем видео-конференц-связи, помощником судьи Макаровой А.В., при участии в судебном заседании от истца – участника общества с ограниченной ответственностью «Къаншао» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 26.10.2022), от ответчика – участника общества с ограниченной ответственностью «Къаншао» ФИО3 Каншауби Кашифовича – ФИО4 (доверенность от 14.01.2020), в отсутствие ответчика – ФИО5, третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Къаншао», Управления Федеральной налоговой службы по Кабардино-Балкарской Республике, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу участника общества с ограниченной ответственностью «Къаншао» ФИО1 на решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 22.06.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022 по делу № А20-969/2022, установил следующее.

Участник ООО «Къаншао» (далее – общество) ФИО1 обратилась в арбитражный суд с иском к участнику общества ФИО6 и ФИО5, в котором просит: признать соглашение о расторжении договора дарения доли в уставном капитале общества от 17.09.2020, заключенное ФИО6 и Журтовой M.3. 10.11.2020, недействительным в силу его ничтожности, применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде внесения (восстановления) сведений в ЕГРЮЛ относительно ФИО5 как участника общества с 50% доли в уставном капитале общества; указать в судебном акте, что решение суда по иску является основанием для государственной регистрации сведений в ЕГРЮЛ относительно ФИО5 как участника общества с 50% доли в уставном капитале общества в связи с признанием соглашения от 10.11.2020 о расторжении договора дарения доли в уставном капитале общества недействительным.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество и Управление Федеральной налоговой службы по Кабардино-Балкарской Республике (далее – управление).

Решением суда от 22.06.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.09.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить решение и постановление, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Заявитель указывает, что расторгнуть можно действующий договор; договор, который исполнен сторонами надлежащим образом, не может быть расторгнут, поскольку нельзя прекратить путем расторжения договора уже прекращенный договор в результате его надлежащего исполнения. Возврат прав участника общества не может быть произведен путем расторжения договора дарения. Оспариваемое соглашение является ничтожным, а не оспоримым.

ФИО6 представил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения, указал на несостоятельность доводов жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО6 возражал против ее удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела следует и судами установлено, что между ФИО6 и ФИО7 существует длительный корпоративный конфликт, данное обстоятельство подтверждается наличием споров между сторонами (дела № А20-636/2011, А20-2215/2012, А20-2389/2012, А20-5927/2014, А20-4139/2015, А20-4207/2016, А20-42/2017, А20-1057/2018, А20-1058/2018, А20-2225/2018, А20-5184/2019, А20-4386/2020 и другие).

Спор о принадлежности долей в обществе разрешен постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.12.2017 по делу № А20-42/2017, которым постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2017 отменено, сведения об ФИО1 как об участнике общества с долей 50% уставного капитала восстановлены в ЕГРЮЛ.

Постановлением главы администрации Советского района (ныне Черекского района) Кабардино-Балкарской Республики от 11.04.1994 зарегистрировано товарищество с ограниченной ответственностью «Къаншао» (далее – ТОО «Къаншао»).

Согласно уставу ТОО «Къаншао» его участниками являлись следующие лица: ФИО6, ФИО8, ФИО6, ФИО9 и ФИО10.

Постановлением главы администрации Черекского района от 21.06.1998 № 75 ТОО «Къаншао» преобразовано в ООО «Къаншао», общество зарегистрировано администрацией Черекского района и ему выдано свидетельство о государственной регистрации общества от 30.07.1998 № 239.

Согласно учредительному договору и уставу участниками общества являются ФИО6 и ФИО3 (ныне – ФИО11) ФИО12.

Уставный капитал общества составляет 8500 рублей, поделен между участниками поровну по 50%.

В соответствии с Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц» Межрайонной инспекцией МНС России № 5 по Кабардино-Балкарской Республике принято решение от 19.11.2002 № 73 о государственной регистрации юридического лица – общества, зарегистрированного до 01.07.2002, в связи с внесением в ЕГРЮЛ. Выдано свидетельство за государственным регистрационным номером 1020700636395.

В документах, поданных в налоговый орган для государственной регистрации – форма Р17001 – сведения о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, указан ФИО6

Приведенные обстоятельства установлены вступившими в законную силу судебными актами по спору между участниками общества по вышеуказанным делам.

Арбитражным судом Кабардино-Балкарской Республики рассмотрено дело № А20-4386/2020 по иску участника общества ФИО1 к ФИО5 и ФИО6 о переводе доли в уставном капитале общества в размере 50%, приобретенной ФИО5 у ФИО6 по договору дарения от 17.09.2020 и переоформленной обратно на ФИО6 на основании соглашения от 10.11.2020 о расторжении договора дарения доли (измененные требования).

10 ноября 2020 года ФИО6 и ФИО5 подписали соглашение о расторжении договора дарения от 17.09.2020, в соответствии с которым 50% доли в уставном капитале общества возвращены ФИО6, о чем сделана соответствующая запись в ЕГРЮЛ о составе участников общества, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 19.11.2020.

Считая, что совершение сделки о передаче доли общества третьему лицу без согласия участника общества противоречит уставу и действующему законодательству, ФИО1 обратилась с иском в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики.

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.03.2021 по делу № А20-4386/2020 исковые требования удовлетворены. Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2021, оставленным в силе постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.09.2021, решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.03.2021 отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО1, суд апелляционной инстанции указал, что уставом общества не установлен запрет на передачу принадлежащей участнику доли путем ее дарения третьему лицу, а также не предусмотрена необходимость получения предварительного согласия на это от других участников общества. Суд округа не согласился с выводами суда апелляционной инстанции, отметив, что в рассматриваемом случае ФИО6 уступил свою долю в обществе ФИО5 путем заключения договора дарения от 17.09.2020, нарушив предусмотренное пунктом 4.2.1 устава общества требование о получении согласия участников общества на уступку доли общества третьим лицам. Между тем неверный вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии в уставе общества запрета на передачу принадлежащей участнику доли путем ее дарения третьему лицу без согласия других участников общества не привел к вынесению неправильного судебного акта. Суд апелляционной инстанции установил, что договор дарения от 17.09.2020, в соответствии с которым ФИО6 произвел безвозмездное отчуждение принадлежащей ему доли в уставном капитале общества ФИО5, расторгнут сторонами 10.11.2020 по обоюдному соглашению, в ЕГРЮЛ восстановлена запись о ФИО6 как об участнике общества, владеющем долей в его уставном капитале в размере 50%.

Таким образом, на момент рассмотрения спора судом первой инстанции требование устава общества о необходимости получения согласия участников общества на уступку доли третьим лицам не было нарушено, следовательно оснований для применений последствий такого нарушения, установленных абзацем 3 пункта 18 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), не имелось.

В рамках рассматриваемого дела ФИО1 просит признать соглашение о расторжении договора дарения доли в уставном капитале общества от 17.09.2020, заключенное ФИО6 и ФИО5, недействительным в силу его ничтожности и применить последствия недействительности ничтожной сделки.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Согласно статье 170 Гражданского кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 93 Гражданского кодекса переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных данным Кодексом и Законом № 14-ФЗ.

Вопросы перехода доли участника общества в уставном капитале общества к другим участникам общества и третьим лицам урегулированы в статье 21 Закона № 14-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 21 Закона № 14-ФЗ переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании.

Участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных законом, если это не запрещено уставом общества (пункт 2 статьи 21 Закона № 14-ФЗ).

В силу пункта 11 статьи 21 Закона № 14-ФЗ сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки.

Статьей 453 Гражданского кодекса предусмотрено, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются (пункт 2). В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора (пункт 3). Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон (пункт 4).

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса в редакции, действовавшей в спорный период, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 названного Кодекса), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43) разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса, исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая, в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума № 43).

До вынесения судом первой инстанции решения по существу спора, ответчики заявили об истечении срока исковой давности по заявленному требованию.

Вступившим в законную силу судебным актом по делу № А20-4386/2020 ФИО1 отказано в переводе на нее прав и обязанностей приобретателя доли по договору и соглашению о расторжении договора. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2021 № 308-ЭС21-22646 отказано в передаче кассационной жалобы ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Верховный Суд Российской Федерации отметил, что оставляя в силе постановление суда апелляционной инстанции, суд округа руководствовался положениями статей 93 Гражданского кодекса, статями 8 и 21 Закона № 14-ФЗ, указывая на неправомерность выводов суда апелляционной инстанции об отсутствии в уставе общества запрета на передачу доли участника путем ее дарения третьему лицу без согласования такой передачи с другими участниками общества, учитывая установленные при рассмотрении дела конкретные фактические обстоятельства в части расторжения договора дарения доли по соглашению ответчиков, в связи с чем в ЕГРЮЛ была восстановлена запись о ФИО6 как участнике общества, владеющем долей в его уставном капитале в размере 50%, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Исследовав и оценив представленные в материалы рассматриваемого дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса в их совокупности и взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанции пришли к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска, в том числе ввиду пропуска истцом срока исковой давности (один год).

Суды установили, что об оспариваемом в деле соглашении о расторжении договора истец узнал не позднее 26.11.2020 – даты вынесения определения о принятии обеспечительных мер в рамках дела № А20-4386/2020, поскольку на указанную дату участниками общества вновь являлись ФИО1 и ФИО6 При этом до этого были зарегистрированы изменения о переходе ФИО5 доли по договору дарения.

Предусмотренные статьей 205 Гражданского кодекса основания для восстановления срока исковой давности судами не установлены; признаки ничтожности (мнимости) спорного соглашения, с учетом его исполнения сторонами, истцом не доказаны.

При рассмотрении дела № А20-4386/2020, признаки ничтожности в рамках названного дела также истцом не доказаны.

Таким образом, довод о необходимости применения в данном случае трехгодичного срока исковой давности правомерно отклонен судами как основанный на неверном толковании норм права. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.03.2020 по делу № А15-150/2019 (определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2020 № 308-ЭС20-8624).

Аргумент подателя жалобы о том, что в рамках дела № А20-4386/2020 суды не исследовали вопрос о расторжении договора дарения и не дали оценку оспариваемому соглашению, противоречит мотивировочной части постановления кассационного суда от 02.09.2021 по делу № А20-4386/2020.

Согласно мотивировочной части названного судебного акта суды установили, что договор дарения от 17.09.2020, в соответствии с которым ФИО6 произвел безвозмездное отчуждение принадлежащей ему доли в уставном капитале общества ФИО5, расторгнут сторонами 10.11.2020 по обоюдному соглашению, в ЕГРЮЛ восстановлена запись о ФИО6, как об участнике общества, владеющем долей в его уставном капитале в размере 50%. Таким образом, кассационный суд указал, что на момент рассмотрения спора судом первой инстанции требование устава общества о необходимости получения согласия участников общества на уступку доли третьим лицам, не было нарушено, следовательно, оснований для применений последствий такого нарушения, установленных абзацем 3 пункта 18 статьи 21 Закона № 14-ФЗ, не имелось.

На данный момент участниками общества являются ФИО6 (50% доли) и ФИО1 (50% доли), то есть состав участников восстановлен как до заключения договора дарения.

В силу части 1 статьи 4 Кодекса и статьи 11 Гражданского кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Из смысла названных норм следует, что предъявление соответствующего требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Перечень способов защиты гражданских прав установлен в статье 12 Гражданского кодекса и не является исчерпывающим.

В силу абзаца 13 статьи 12 Гражданского кодекса защита гражданских прав может быть осуществлена и иными способами, предусмотренными законом, при этом в качестве иных способов защиты права могут быть использованы только те способы, которые предусмотрены законом.

При этом избранный заявителем способ защиты должен соответствовать характеру нарушения и отвечать целям восстановления нарушенного права лица.

С учетом того, что состав участников общества восстановлен как до заключения договора дарения, кассационный суд приходит к выводу о недоказанности интереса истца в данном деле, поскольку удовлетворение заявленного иска (внесение (восстановление) сведений в ЕГРЮЛ относительно ФИО5 как участника общества с 50% доли в уставном капитале общества) не приведет к восстановлению и защите прав истца в области корпоративных правоотношений.

Принимая во внимание изложенное, следует что исполнение спорного договора дарения и возможность его расторжения с учетом норм части 1 статьи 408 Гражданского кодекса а также их недействительность являлись предметом рассмотрения в рамках дела № А20-4386/2020.

Поэтому следует признать необоснованными утверждения истца о ничтожности соглашения о расторжении договора дарения от 17.09.2020, как противоречащего нормам статей 408 и 453 Гражданского кодекса и направленными на ревизию судебных актов вступивших в законную силу для достижения желаемого правового результата.

Доводы жалобы признаются судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Кодекса, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и влияли на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов либо опровергали выводы судов.

Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 22.06.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022 по делу № А20-969/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий В.В. Аваряскин

Судьи О.Л. Рассказов

А.В. Садовников